Дело № 2-460/2019 

Решение

 в окончательной форме изготовлено «05» августа 2019 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

01 августа 2019 года г.ФИО4-Ям

ФИО4-ФИО5 районный суд Ярославской области в составе:

председательствующего судьи Павлюченко А.А.,

при секретаре Уколицкой О.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 

<

данные изъяты> к Акционерному обществу «ЯРДОРМОСТ» и ФИО4-Ямскому филиалу Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, признании приказа об увольнении незаконным, изменении формулировки основания увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и расходов на представителя, 

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «ЯРДОРМОСТ» и ФИО4-Ямскому филиалу Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ», с учетом его письменного уточнения, о признании трудового договора № 392/2018 от 04 декабря 2018 года заключенного между ФИО2 и Государственным предприятием (с 26 декабря 2018 года - Акционерное общество) «ЯРДОРМОСТ» в лице ФИО4-Ямского филиала, заключенным на неопределенный срок; признании незаконным приказ директора ФИО4-Ямского филиала Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» № 50 от 31 мая 2019 года об увольнении ФИО2 из Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» с должности специалиста по охране труда по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ; изменении формулировки основания увольнения ФИО2 с п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ – увольнение по собственному желанию, дату увольнения изменить с 31 мая 2019 года на 01 августа 2019 года; взыскании с Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» в пользу ФИО2 среднего заработка за время вынужденного прогула с 01 июня 2019 года по день вынесения решения суда и взыскании с Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» в пользу ФИО2 компенсации морального вреда в размере 50000 рублей.

Исковое заявление ФИО2 мотивировано тем, что 04 декабря 2018 года он поступил на работу в ФИО4-ФИО5 филиал ГП ЯО «ЯРДОРМОСТ» на должность инженера по охране труда. Считает, заключенный с ним срочный трудовой договор подлежит признанию трудовым договором, заключенным на неопределенный срок, поскольку обстоятельства, установленные ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации, при наличии которых трудовой договор может быть заключен с ним срочный трудовой договор, отсутствуют. Заключенный трудовой договор является трудовым договором по основному месту работы. 

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования с учетом их уточнения просил удовлетворить в полном объеме.

Представитель истца ФИО2 по ордеру адвокат Редькин Д.А. настаивал на удовлетворении требований истца, пояснив, что Трудовой кодекс Российской Федерации различает два вида случаев заключения срочного трудового договора, как с учетом характера и условий работы, либо при отсутствии характера и условий его выполнения. Данный случай обусловлен ст. 59 ч.1, ч. 2 Трудовой кодекс Российской Федерации. Согласно действующего законодательства, разъяснения Пленума ВС РФ, у ответчика имеется обязанность доказывания заключения срочного трудового договора, который оспаривается и последующее увольнение в связи с истечением срока действия срочного трудового договора. Если следовать тексту отзыва на исковое заявление, представители ответчика ссылаются на то, что между сторонами было достигнуто соглашение о сроке действия трудового договора. Кроме того ссылаются на то, что срочный трудовой договор был заключен на время выполнения государственного контракта от 06 июля 2018 г., что трудовой договор был заключен на время сезонных работ и в качестве испытательного срока, чтобы проверить профессиональные качества работника. В ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации содержатся основания и условия заключения срочного трудового договора, который связаны с учетом характера работ и условиями выполнения, в частности с лицами, принимаемыми заведомо на определенную работу, на что ссылается представитель ответчика, что договор был заключен для выполнения определенной работы. Имеется оговорка, что в случаях, предусмотренных иными федеральными законами. Одним из обязательных условий заключения срочного трудового договора является срок его действия и обстоятельства, послужившие для заключения срочного трудового договора, согласно Трудовому кодексу Российской Федерации. Исследуя текст договора можно сделать вывод, что договор заключался по государственному контракту, вместе с тем данные условия являются взаимоисключающими. В случае, если трудовой договор заключатся на время, то срок действия договора не определяется конкретной датой, а определяется сроком выполнения работ, либо выполнением работ, когда срок их не может быть определен конкретной датой. В самом трудовом договоре имеется противоречие относительно причины заключения срочного трудового договора, в частности, если брать условия выполнения конкретных видов работ, то ничтожным является определение срока по ранее названым основаниям. Что касается основанием времени выполнения работ, то установлено, что срок исполнения государственного контракта от 04 июня 2018 г. истекает 04 сентября 2020 г. Срок действия трудового договора одновременно с указанием заведомо определённой работы является недействительным. Кроме того представитель ответчика ссылается на соглашение сторон. Трудовой кодекс Российской Федерации и Пленум ВС РФ говорит о том, что по соглашению сторон может быть заключен срочный трудовой договор в случаях, предусмотренных ч. 2 ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации. Ни один из случаев к работнику и трудовым отношениям по настоящему спору не имеет отношения. В судебном заседании установлено АО «ЯРДОРМОСТ» не занимается сезонными работами, деятельность является регулярной. Обслуживание дорог- это основной источник доходов и основной вид их деятельности. Представители ответчика не смогли остановиться на условии заключения трудового договора- испытательный срок. Испытательный срок в трудовом договоре был определен три месяца. Он не касается расторжения трудового договора.

Представитель ответчика Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» по доверенности ФИО3 возражала против удовлетворения требований истца ФИО2, пояснив, что в соответствии со ст. 58 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может заключаться на определённый срок не более пяти лет. Срочные трудовые отношения не могут устанавливаться на определенный срок с учетом характера или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации. В случаях, предусмотренных ч. 2 ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон без учета характера работы и условий ее выполнения. В данном случае законодательно определяется как могут учитываться характер и условия работы, так и без учета, если стороны пришли к соглашению о конкретном сроке действия трудового договора. В данном случае п. 1, 5 трудового договора от 04 декабря 2018 года стороны определились, что дата начала работы с 04 декабря 2018 года по 31 мая 2019 года определена соглашением сторон. В п. 1.3 договора указано, что трудовой договор является срочным и заключается для выполнения работ по государственному контракту №997167 от 06 июля 2018 г. В совокупности с п. 1.5 договора пункт 1.3 говорит, что ФИО2 принят на работу на период зимнего содержания автодорог, которая кончалась с 01 июня 2019 года. С этого времени предприятием был заключен договор на летнее содержание, в том числе на ямочный ремонт. Трудовой договор, заключенный со ФИО2 носил сезонный характер и на выполнение указанных услуг. Ссылка истца на то, что государственный контракт заключен до 2020 г. не имеет отношения к существу дела, поскольку государственный контракт заключается не конкретно ФИО4-Ямским филиалом. Контракт был заключен АО «ЯРДОРМОСТ», который распределяет работы между филиалам. В данном случае на ФИО4- ФИО5 филиал была возложена обязанность по зимнему содержанию до 31 мая 2019 г. Поскольку договор действующий, то головная организация продолжает выполнять работы по летнему содержанию, а для ФИО4-Яма этих объемов головная организация не выделила. Филиалу определили по государственному контракту работы на зимний период. Работодатель своевременно за три дня до истечения срока действия трудового договора направил уведомление о том, что 31 мая 2019 года срочный трудовой договор будет прекращен на основании п.2 ч.1 ст. 77 ТК РФ. Возможности пролонгации в трудовом договоре не предусмотрено. Трудовой договор заключен на определенный срок, трудовой договор оформлен, на сезонность указывают п. 1.3 и 1.5 договора. Если истец полагал, что трудовой договор заключен на неопределенный срок, он должен был продолжить ходить на работу, однако он этого не сделал. За восстановлением на работе он ни в прокуратуру, ни в инспекцию труда, ни к работодателю не приходил. Само изменение исковых требований, в том, что он отказался от восстановления на работе еще раз подтверждает, то работать он на данном предприятии не намерен ни после 31 мая, ни в настоящее время, а иск направлен на получение неосновательного обогащения. Истец добровольно сделал свой выбор, что он устал работать в следственном комитете, вышел в отставку на пенсию. В настоящее время ничто не мешает ему восстановиться на работу в следственный комитет по специальности, поскольку намерений работать после 31 мая у него не было.

Представитель соответчика ФИО4-Ямского филиала Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» по доверенности ФИО6 возражала против требований ФИО2

Из письменного отзыва представителя ответчика Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» по доверенности ФИО3, датированного 26 июля 2019 года № 206/ю следует, что ФИО2 принят на работу 04 декабря 2018 года на работу в ФИО4-ФИО5 филиал АО «ЯРДОРМОСТ» на должность инженера по охране труда. В связи с утвержденным штатным расписанием АО «ЯРДОРМОСТ» с 15 февраля 2019 года, дополнительным соглашением № 41/2019 от 13 февраля 2019 года должность переименована в «специалист по охране труда». 28 мая 2019 года ФИО2 был уведомлен о том, что в соответствии с ч. 1 ст. 79 ТК РФ заключенный с ним трудовой договор от 04 декабря 2019 года № 392/2018 прекращается 31 мая 2019 года в связи с истечением срока его действия. Приказом директора ФИО4-Ямского АО «ЯРДОРМОСТ» ФИО2 был уволен с занимаемой должности по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (в связи с истечением срока действия трудового договора). При заключении трудового договора от 04 декабря 2018 года было достигнуто соглашение о существенном его условии, то есть о сроке действия трудового договора, окончание которого было определено конкретной датой – 31 мая 2019 года. Стороны договорились, что трудовой договор заключался на время выполнения видов работ по государственному контракту № 997167 от 06 июля 2018 года на выполнение работ по содержанию автодорог общего пользования государственной собственности Ярославской области и мостовых сооружений на них на 2018-2020 гг. Заключение со ФИО2 срочного трудового договора, установление срока действия трудового договора не противоречит трудовому законодательству Российской Федерации. Обстоятельств, свидетельствующих о том, что заключение срочного трудового договора являлось для ФИО2 вынужденным, не имеется. Таким образом, не имеется оснований для признания срочного трудового договора от 04 декабря 2018 года № 392/2018 заключенным на неопределенный срок. Оснований для удовлетворения требований истца о признании приказа о его увольнении незаконным не имеется, поскольку ФИО2 был уволен с занимаемой должности в связи с истечением срока трудового договора и был своевременно уведомлен работодателем о прекращении с ним срочного трудового договора. Оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется, поскольку трудовые права ФИО2 нарушены не были. 

Выслушав пояснения истца, его представителя, доводы представителей соответчиков, изучив письменные материалы гражданского дела, оценивая собранные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства в отдельности, а также в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению частично, по следующим основаниям.

Конституция Российской Федерации признает право каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (статья 37, часть 1), что не означает, однако, обязанности кого бы то ни было предоставить гражданину определенную должность или конкретную работу. Свобода труда проявляется, прежде всего, в его договорном характере, и вопрос о работе лица по определенной профессии, специальности, квалификации или должности решается именно в рамках трудового договора. Эта свобода, вместе с тем, предполагает обеспечение каждому возможности на равных с другими лицами условиях и без какой-либо дискриминации вступать в трудовые отношения (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 декабря 1999 года №19-П, 15 марта 2005 года № 3-П, Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 12 июля 2006 года № 263-О).

Согласно ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела и какой стороне надлежит их доказывать.

Правильное распределение бремени доказывания между сторонами - один из критериев справедливого и беспристрастного рассмотрения дел судом, предусмотренного ст. 6 Европейской Конвенции "О защите прав человека и основных свобод".

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Обязанность доказать наличие обстоятельств, делающих невозможным заключение трудового договора с работником на неопределенный срок, возлагается на работодателя. 

При недоказанности работодателем таких обстоятельств следует исходить из того, что трудовой договор с работником заключен на неопределенный срок.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию разъяснены судом стороне ответчика.

В силу ч. 3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточную взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Указанные в данной процессуальной норме критерии оценки, а именно относимость, допустимость и достоверность, являются самостоятельными, но подлежащими установлению в их совокупности. 

В судебном заседании установлено, что истец ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ответчиком на основании трудового договора № 392/2018 от 04 декабря 2018 года заключенного между ФИО2 и Государственным предприятием (с 26 декабря 2018 года - Акционерное общество) «ЯРДОРМОСТ» в лице ФИО4-Ямского филиала.

На основании приказа (распоряжения) о приеме на работу за номером 138 от 04 декабря 2018 года ФИО2 принят на работу в ФИО4-ФИО5 филиал Государственного предприятия Ярославской области «ЯРДОРМОСТ» на должность по охране труда с испытательным сроком на три месяца. 

Со ФИО2 заключен трудового договор № 392/2018, датированный 04 декабря 2018 года. В п. 1.3. трудового договора определен вид трудового договора: «Трудовой договор является срочным и заключается на время выполнения видом работ по государственному контракту № 997167 от 06 июля 2018 года: выполнение работ по содержанию автодорог общего пользования государственной собственности ЯО и мостовых сооружений на них на 2018-2020 гг.». Дата начала работы: с 04 декабря 2018 года по 31 мая 2019 года (п. 1.5. трудового договора). Продолжительность испытательного срока составляет три месяца (п. 1.8. трудового договора). 

Согласно дополнительному соглашению № 571/2018 к трудовому договору № 392/2018 от 04 декабря 2018 года, датированному 26 декабря 2018 года с 26 декабря 2018 года работодателем по трудовому договору является акционерное общество «ЯРДОРМОСТ». 

На основании дополнительного соглашения № 41/2019 к трудовому договору № 392/2018 от 04 декабря 2018 года в связи с утвержденным штатным расписанием АО «ЯРДОРМОСТ» с 15 февраля 2019 года п. 1.6 трудового договора № 392/2018 от 04 декабря 2018 года изложен в следующей редакции: «п. 1.6 Должность: «Специалист по охране труда».

На основании уведомления О прекращении срочного трудового договора № 17 от 28 мая 2019 года ФИО2 уведомлен 28 мая 2019 года о том, что 31 мая 2019 года срочный трудовой договор с ним будет прекращен в связи с истечением срока его действия на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Приказом (распоряжением) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) за номером 50 от 31 мая 2019 года со ФИО2 прекращено действие трудового договора № 392/2018 от 04 декабря 2018 года в связи с истечением его срока. 

П. 5.6 Правил трудового распорядка, утвержденных генеральным директором ГП ЯО «ЯРДОРМОСТ» 01 декабря 2017 года, установлено, что для работников предприятия устанавливается 40 часов рабочая неделя.

Приказом генерального директора ГП ЯО «ЯРДОРМОСТ» за номером 739 пр от 04 декабря 2018 года утвержден на период с 01 декабря 2018 года штат в количестве 1495,7 штатных единиц с месячным фондом заработной платы 35424 057, 4 руб. П. 1.7. в штатное расписание ФИО4-Ямского филиала ГП ЯРДОРМОСТ введена одна штатная единица – водителя с 7 разрядом оплаты труда. Из штатного расписания следует, что имеется одна штатная единица инженера по охране труда.

Государственной инспекцией труда в Ярославской области 12 октября 2018 года вынесено Предписание № 6-2246-18-ИЗ/48/36/НС/1 генеральному директору Государственного предприятия Ярославской области «ЯРДОРМОСТ» об устранении нарушений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права. В предписании указано: не допускать проведение работ, производства работ по погрузке круглых железобетонных труб с применением грузоподъемной машины без разработки технологической карты, сок до 12 октября 2018 года; не допускать выполнению работ, с применением грузоподъемной машины не обученный в установленном порядке персонал, сок до 12 октября 2018 года; провести внеплановый инструктаж работников по результатам расследования, срок до 12 ноября 2018 года; провести внеплановую проверку знаний требований охраны труда должностных лиц ФИО4-Ямского филиала ГП «ЯРДОРМОСТ», ответственных за нарушения государственных нормативных требований охраны труда, выявленных в ходе расследования несчастного случая с ФИО7 в аккредитованном учебном заведении, срок до 12 декабря 2018 года.

На основании Предписания Государственной инспекцией труда в Ярославской области от № 76/12-5317-18 от 12 октября 2018 года генеральный директор Государственного предприятия Ярославской области «ЯРДОРМОСТ» обязан устранить нарушения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права: организовать в установленном порядке прохождение обязательного психиатрического освидетельствования работников в срок до 24 декабря 2018 года.

Предписанием Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Ярославской области Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека № 1135 об устранении выявленных нарушений от 26 октября 2017 года по результатам выездной проверки, в том числе в ФИО4-ФИО5 филиал ГП «ЯРДОРМОСТ» установлены нарушения законодательства Российской Федерации в области обеспечения санитарно- эпидемиологического благополучия населения. Документы, подтверждающие выполнение предписания указано предоставить в срок до 26 октября 2019 года в Управление Роспотребнадзора по Ярославской области. 

Из содержания государственного контракта № 997167 от 06 июля 2018 года, заключенного между ГКУ ЯО «Ярославская областная дорожная служба» (заказчик) и ГП ЯРДОРМОСТ (подрядчик) установлено, что подрядчик принял на себя обязательства по выполнению работ по содержанию автомобильных дорог общего пользования государственной собственности Ярославской области и мостовых сооружений на них на 2018-2020 гг. Срок выполнения работ: начало выполнения работ: с момента заключения государственного контракта, окончание выполнения работ: 24. 00 часа по московскому времени, 30 июня 2020 года (п. 2.1.). Работы по содержанию автодорог, мостов и СПВК принимаются по видам, объемам работ, указанным в Задании на выполнение работ, выданному подрядчику заказчиком по форме (приложение №9 к контракту) (п. 4.4).

Доводы стороны ответчика о трудоустройстве ФИО2 на период зимнего сезона и выполнения государственного контракта с учетом зимнего и летнего содержания дорог согласно приложению № 9 к государственному контракту суд находит несостоятельными.

Условие о сезонном характере работы должно быть указано в трудовом договоре (статье 294 Трудового кодекса Российской Федерации).

При этом в силу части 1 статьи 293 Трудового кодекса Российской Федерации сезонными признаются работы, которые в силу климатических и иных природных условий выполняются в течение определенного периода (сезона), не превышающего, как правило, шести месяцев.

Основанием для заключения с работником трудового договора на определенный сезон является сезонный характер работы, для выполнения которой он принимается. Перечни сезонных работ, в том числе отдельных сезонных работ, проведение которых возможно в течение периода (сезона), превышающего 6 месяцев, и максимальная продолжительность указанных отдельных сезонных работ определяются отраслевыми (межотраслевыми) соглашениями, заключаемыми на федеральном уровне социального партнерства (ч. 2 ст. 293 Трудового кодекса Российской Федерации).

Отраслевое (межотраслевое) соглашение, заключенное на федеральном уровне социального партнерства по горнодобывающему комплексу Российской Федерации отсутствует.

Работа инженером по охране труда на предприятии (в дальнейшем специалистом по охране труда) не предусмотрена Перечнем сезонных работ, утв. Постановлением НКТ СССР от 11.10.1932 N 185.

В трудовом договоре ФИО8 от 04 декабря 2019 года № 392/2018 не указывается, что он заключен на сезон.

Кроме этого, согласно п. 6.1.9. государственного контракта заказчик обязан выполнять необходимые мероприятия по охране окружающей среды, зеленных насаждений, соблюдению норма безопасности дорожного движения, экологической безопасности, пожарной безопасности, техники безопасности при производстве работ и других норм безопасности, рациональному использованию территории и земли. Обеспечить в ходе производства работ выполнение правил охраны труда в соответствии с Инструкцией по организации движения и ограждению мест производства дорожных работ. 

Выполнять работы с использованием техники и оборудования, обеспечивающих выполнение всего комплекса работ по контракту с соблюдением сроков выполнения работ, требуемого качества, необходимых условий охраны труда и экологической безопасности (п. 6.1.16 контракта).

Согласно части 1 статьи 217 Трудового кодекса Российской Федерации в целях обеспечения соблюдения требований охраны труда, осуществления контроля за их выполнением у каждого работодателя, осуществляющего производственную деятельность, численность работников которого превышает 50 человек, создается служба охраны труда или вводится должность специалиста по охране труда, имеющего соответствующую подготовку или опыт работы в этой области.

Действительно, приказом генерального директора АО «ЯРДОРМОСТ» О приеме на работу ФИО9 за номером 66л от 14 мая 2019 года, ФИО9 принят на работу с 14 мая 2019 года на должность ведущего специалиста по охране труда службы безопасности. Указанные обстоятельства подтверждают доводы стороны ответчика, что именно фактические обстоятельства трудоустройства и дальнейшей работы ФИО2 в организации изменились. 

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ч. 1 ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, иными федеральными законами. При этом работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

Трудовые договоры могут заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен названным кодексом и иными федеральными законами (ч. 1 ст. 58 Трудовой кодекс Российской Федерации).

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с названной нормой срочный трудовой договор заключается, в том числе, для проведения работ, связанных с заведомо временным (до одного года) расширением производства или объема оказываемых услуг.

Одним из обязательных условий, подлежащих включению в трудовой договор, является дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом (абзац третий ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если в трудовом договоре не оговорен срок его действия, то договор считается заключенным на неопределенный срок.

Как следует из разъяснений, изложенных в абзаце первом п. 13 и абзаце 4 п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, а также в других случаях, установленных Кодексом или иными федеральными законами (часть вторая статьи 58, часть первая статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 1 ст. 79 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Трудовой договор, заключенный на время выполнения определенной работы, прекращается по завершении этой работы.

Трудовой договор, заключенный на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, прекращается с выходом этого работника на работу.

Трудовой договор, заключенный для выполнения сезонных работ в течение определенного периода (сезона), прекращается по окончании этого периода (сезона).

Истечение срока трудового договора, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора (пункт 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 14 Трудового кодекса Российской Федерации течение сроков, с которыми ТК РФ связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.

Течение сроков, с которыми Трудовой кодекс Российской Федерации связывает прекращение трудовых прав и обязанностей, начинается на следующий день после календарной даты, которой определено окончание трудовых отношений.

Исходя из анализа в совокупности вышеприведенных правовых норм, суд приходит к выводу о том, что такое обязательное условие срочного трудового договора как срок, должно быть в обязательном порядке им предусмотрено. Условие трудового договора о сроке должно быть конкретным и ясным, не допускающим двойного неоднозначного толкования.

Сторона ответчика ссылается, что истец ФИО2 при заключении срочного трудового договора был согласен с его условиями, осознавал срочность данного договора, что подтверждено его подписью в договоре. Ответчиком соблюдена процедура прекращения срочного трудового договора, предусмотренная нормами трудового законодательства.

Вместе с тем, из Устава АО «ЯРДОРМОСТ» следует, что Общество создано без ограничения срока его действия, основными целями его деятельности являются производство работ по содержанию и ремонту федеральных, региональных и частных автомобильных дорог, автомобильных дорог местного значения и сооружений на них и т.д. Деятельность общества не ограничатся оговоренной в Уставе. Общество может иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных федеральными законами. Сделки, выходящие за пределы уставной деятельности, но не противоречащие закону, являются действительными. 

Основной целью деятельности Общества является извлечение прибыли.

Доказательства того, что деятельность АО «ЯРДОРМОСТ» связана исключительно с выполнением заключенных государственных контрактов на выполнение определенных работ, суду не представлено. 

Кроме того, согласно должностной инструкции, утвержденной 29 октября 2014 года директором филиала, в разделе 2. «Главная задача и основные функции» указано, что инженер по охране труда осуществляет контроль за соблюдением в подразделениях предприятия законодательные и иные правовые акты по охране труда, за предоставлением работникам установленных льгот и компенсаций по условиям труда (п. 2.1.); проводит совместно с представителями уполномоченных лиц по охране труда проверок, обследование технического состояния зданий, сооружений, оборудования, машин и механизмов, приспособлений, средств коллективной и индивидуальной защиты работников, состояния санитарно-технических устройств, работы вентиляционных систем на соответствие требованиям охраны труда и подготовку проектов приказов по результатам проверок (п. 2.2); участвует в работе комиссии по расследованию несчастных случаев на производстве, профессиональных заболеваний, оформляет и хранит документы, касающиеся требований охраны труда в соответствии с установленными роками (п. 2.3); составляет отчетность по охране и условиям труда по формам, установленным Госкомстатом России (п. 2.4); предоставляет директору филиала проекты приказов и распоряжений по вопросам охраны труда (п. 2.5). 

Таким образом, выполнение трудовых обязанностей ФИО2 носят общий характер и обусловлены в целом профильной деятельностью инженера по охране труда на предприятии. 

АО «ЯРДОРМОСТ» ранее уже заключались аналогичные государственные контракты, что представителем ответчика пояснено в судебном заседании.

Таким образом, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств того, что срочный трудовой договор заключен с истцом в связи с проведением работ, связанных с заведомо временным расширением объемов оказываемых услуг, о чем в судебном заседании пояснил представитель ответчика. 

Доводы представителя ответчика об осознанности ФИО2 временного характера предоставляемой ему работы, а также обоснованности заключения срочного трудового договора в связи с проведением работ, связанных с заключением государственного контракта и обусловленных сезонностью их выполнения ФИО2, суд также признает несостоятельными, поскольку они основаны на неправильном толковании норм ст. 59 Трудового кодекса Российской Федерации.

Срок действия государственного контракта № 997167 от 06 июля 2018 года и приобщенного к материалам дела второго государственного контракта № 19-20/5, заключенного между теми же сторонами, по которому подрядчик берет на себя обязательства по выполнению дополнительных работ по содержанию автомобильных дорог общего пользования государственной собственности Ярославской области в 2019-2020 гг., заключенного согласно пояснениям стороны ответчика 31.05.2109 г. с учетом положений Устава общества, не влечет в дальнейшем прекращение деятельности АО «ЯРДОРМОСТ».

При этом нельзя отрицать, что объем оказываемых услуг и работ у АО «ЯРДОРМОСТ» может меняться в зависимости от количества заключаемых государственных контрактов и их условий, однако это обстоятельство, вопреки позиции стороны ответчика, по мнению суда не свидетельствует о временном характере работы ФИО2 и само по себе не может являться основанием для заключения срочного трудового договора с инженером по охране труда и, по мнению суда, не свидетельствует о невозможности заключения с истцом договора на неопределенный срок.

Само по себе наличие данных государственных контрактов, безусловно не свидетельствует о заведомо временном расширении производства или объема выполненных работ обществом. 

Ответчиком не доказано, что имеется причинная связь между заключением вышеуказанных контрактов, и принятием на работу истца по срочному трудовому договору с учетом сезонности характера работ по контрактам.

Кроме того, учитывая выше приведенные нормы закона во взаимосвязи с фактическими обстоятельствами дела, установленными судом, суд приходит к выводу о том, что в заключенном между сторонами трудовом договоре содержится два взаимоисключающих друг друга пункта – трудовой договор заключается для выполнения работ по содержанию автодорог общего пользования государственной собственности ЯО и мостовых сооружений на них на 2018-2020 гг. и указание на период работы ФИО2 до 31 мая 2019 года. 

Исходя из буквального толкования положений п. 1.3 трудового договора, суд считает, что он предусматривает обстоятельство (причину), послужившее основанием для заключения между сторонами так называемого срочного трудового договора, которое также является обязательным самостоятельным условием, подлежащим включению в трудовой договор, наряду с условием о сроке и не может подменять его.

Исследовав письменные материалы дела, суд приходит к выводу, что работа истца носила постоянный характер, его должностные обязанности обусловлены необходимостью их постоянного выполнения в АО «ЯРДОРМОСТ».

Заслуживающим внимание является и то обстоятельство, что после прекращения срочного трудового договора по основанию истечения срока его действия с истцом представитель ответчика ФИО4-Ямского филиала АО «ЯРДОРМОСТ» фактически продолжила выполнять обязанности специалиста по охране труда по совместительству, о чем она указала в судебном заседании, при этом стороной ответчика также не отрицает тот факт, что по день проведениями судебного заседания в информационно-коммуникационной сети Интернет имеется объявление о вакантной должности в ФИО4-Ямском филиале АО «ЯРДОРМСОТ» специалиста по охране труда. 

На основании вышеизложенного, принимая во внимание то обстоятельство, что трудовой договор, заключенный между сторонами, содержит условие о сроке выполнения государственного контракта, что не установлены объективные основания для заключения именно срочного трудового договора - с учетом положений ст. 58 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которым трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца о признании трудового договора заключенным на неопределенный срок.

Доводы стороны ответчика о том, что работа ФИО2 изначально обусловлена необходимостью устранения недостатков, приведенных в выше указанных предписаниях, при этом недостатки истцом не устранены в период его работы, суд находит несостоятельными и противоречащими исследованным письменным материалам дела, поскольку истец при исполнении возложенных на него обязанностей руководствовался условиями трудового договора и должностной инструкции, письменных доказательств о возложении на ФИО2 обязанности по устранению недостатков, суду не представлено, напротив представитель ответчика пояснил, что истец к дисциплинарной ответственности в период работы в АО «ЯРДОРМОСТ» не привлекался. 

Представленные суду заключенные после увольнения ФИО2 договоры АО «ЯРДОРМОСТ» с ООО «Медицинский центр Альтернатива» и ГБУЗ ЯО «Некрасовская центральная районная больница», а также уведомление от 20 мая 2019 года, подписанное директором ФИО4-Ямского филиала АО «ЯРДОРМОСТ» в адрес ведущего специалиста по охране труда АО «ЯРДОРМОСТ» ФИО9 о направлении сведений о выполняемой работе по устранению выявленных нарушений согласно Предписанию № 1135 от 26 октября 2017 года, юридического значения не имеют, поскольку истец уволен на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации иные основания его увольнений не указаны, к дисциплинарной ответственности ФИО2 в АО «ЯРДОРМОСТ» не привлекался. 

При указанных обстоятельствах приказ директора ФИО4-Ямского филиала Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» № 50 от 31 мая 2019 года об увольнении ФИО2 из АО «ЯРДОРМОСТ» с должности специалиста по охране труда по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации является незаконным.

Требование об изменении формулировки основания увольнения ФИО2 с п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации – увольнение по собственному желанию, изменении даты увольнения с 31 мая 2019 года на 01 августа 2019 года также подлежит удовлетворению.

В соответствии с ч. 4 ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу. 

Согласно ч. 2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула. 

Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника (ч. 3 ст. 84.1 Трудового кодекса РФ).

Истцом заявлено требование о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула за период с 01 июня 2019 года по день вынесения решения, вместе с тем, ФИО2 в судебном заседании пояснил, что он в период с 01 июня 2019 года по 08 июня 2019 год находился на больничном. Согласно расчетному листку за июнь 2019 года ФИО2 оплачен больничный за указанный период. 

Согласно справке АО «ЯРДОРМОСТ» за номером 1660/02 от 01 августа 2019 года ФИО2 работал в организации с 04 декабря 2018 года по 31 мая 2019 год и его среднедневной заработок составил 1283 руб. 09 коп. За период с 09 июня 2019 года по 01 августа 2019 года заработная плата ФИО2 составила 53889 руб. 78 коп. 

С учетом установленного рабочего времени, период вынужденного прогула истца составил 38 рабочих дня (с 09 июня 2019 года по 01 августа 2019 года), за данный период подлежит взысканию средний заработок.

В соответствии с положениями ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений. 

Поскольку Трудовым кодексом Российской Федерации установлен единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера, в таком же порядке следует определять средний заработок при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, вызванного незаконным увольнением работника.

В соответствии с п. 2 Положения «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», утвержденного Постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 года № 922, для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат. К таким выплатам относятся, в том числе: начисленная работнику заработная плата, премии и вознаграждения, предусмотренные системой оплаты труда.

Согласно п. 9 Положения при определении среднего заработка используется средний дневной заработок в следующих случаях: для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска; для других случаев, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации, кроме случая определения среднего заработка работников, которым установлен суммированный учет рабочего времени.

Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

В соответствии со справкой ответчика средний дневной заработок ФИО2 составляет 1283 руб. 09 коп., что не оспаривается стороной истца.

Соответственно, средний заработок ФИО2 за время вынужденного прогула составит 48757 руб. 42 коп. (1283 руб. 09 коп., х 38 рабочих дня).

С учетом изложенного, с ответчика в пользу истца ФИО2 подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула в размере 48757 руб. 42 коп. 

Кроме того, истцом заявлены требования о компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, причиненного незаконными действиями работодателя. Представитель истца в судебном заседании пояснил, что причиненный ему моральный вред выразился в переживаниях, обусловленных тем, что если бы не было личного соглашения по трудоустройству, что договор будет заключен на неопределенный срок, то ФИО2 не оставил бы достаточно высокооплачиваемую в сельской местности должность со стабильной и гарантированной заработной платой. Все соглашения были устные с руководством предприятия. Впоследствии руководство переменилось. ФИО2 дополнительно пояснил, что при получении уведомления о расторжении договора у него ухудшилось состояние здоровья, он ушел на больничный. 

Разрешая требования в части взыскания компенсации морального вреда, причиненного истцу незаконным увольнением, суд исходит из положений ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу которых моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Факт неправомерных действий работодателя АО «ЯРДОРМОСТ» установлен судом.

Принимая во внимание обстоятельства, при которых истцу был причинен моральный вред, характер нравственных страданий в результате нарушения трудовых прав истца в связи с незаконным увольнением, а также требования разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

В соответствии со ст.ст. 88, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к судебным расходам так же относятся расходы на оплату услуг представителя.

Судом установлено, что представителем истца ФИО2 по настоящему делу является адвокат Редькин Д.А.

В обоснование оплаты услуг представителя в размере 15000 руб. представлено соглашение, датированное 05 июня 20149 года и квитанция № 003935 об уплате ФИО2 15000 руб. Редькину Д.А.

Учитывая, что истец ФИО2 воспользовался гарантированной ему Конституцией Российской Федерации правом на получение квалифицированной юридической помощи, расходы на оплату услуг представителя следует признать необходимыми.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года N 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Сумма вознаграждения, в частности, зависит от продолжительности и сложности дела, обусловлена достижением юридически значимого для доверителя результата, должна соотноситься со средним уровнем оплаты аналогичных услуг.

Неразумными при этом могут быть сочтены расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права, либо несложностью дела.

Суд полагает, что взыскание расходов на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей соответствуют требованию разумности, установленному ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в качестве критерия возмещения расходов на оплату услуг представителя, и обстоятельствам дела. 

Таким образом, суд, исходя из разумности пределов возмещения расходов на оплату услуг представителя, объема и времени участия в его рассмотрении, оказании помощи представителем, в том числе при подаче искового заявления в суд, сложности рассмотрения дела, считает, что расходы на оплату услуг представителя подлежат возмещению с АО «ЯРДОРМОСТ» в пользу истца в полном размере.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Истец в силу положений ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, освобожден от уплаты государственной пошлины.

В силу подп. 1 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, государственная пошлина уплачивается с учетом следующих особенностей: при подаче исковых заявлений, содержащих требования как имущественного, так и неимущественного характера, одновременно уплачиваются государственная пошлина, установленная для исковых заявлений имущественного характера, и государственная пошлина, установленная для исковых заявлений неимущественного характера.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при рассмотрении дел о компенсации причиненных нравственных или физических страданий необходимо учитывать, что моральный вред признается законом вредом неимущественным, несмотря на то, что он компенсируется в денежной или иной материальной форме. Учитывая это, государственная пошлина по таким делам должна взиматься на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ, предусматривающего оплату исковых заявлений неимущественного характера.

Принимая во внимание размер удовлетворенных судом исковых требований ФИО2 в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, подп. 1, 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета бюджетной системы РФ в размере 1962 руб. 72 коп. (300 рублей – за требования неимущественного характера о компенсации морального вреда и 1662 руб. 72 коп. – за требования имущественного характера о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула исходя из суммы 48757 руб. 42 коп.

Решение суда в части взыскания компенсации за время вынужденного прогула подлежит немедленному исполнению на основании ст. 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

Взыскание судом среднего заработка не противоречит положениям абзаца 2 ст. 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст.12, 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Иск ФИО1 

<

данные изъяты> удовлетворить частично.

Признать трудовой договор № 392/2018 от 04 декабря 2018 года заключенный между ФИО1 

<

данные изъяты> и Государственным предприятием (с 26 декабря 2018 года - Акционерное общество) «ЯРДОРМОСТ» в лице ФИО4-Ямского филиала, заключенным на неопределенный срок. 

Признать незаконным приказ директора ФИО4-Ямского филиала Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» № 50 от 31 мая 2019 года об увольнении ФИО1 

<

данные изъяты> из Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» с должности специалиста по охране труда по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

Изменить формулировку основания увольнения ФИО1 

<

данные изъяты> с п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ – увольнение по собственному желанию, дату увольнения изменить с 31 мая 2019 года на 01 августа 2019 года. 

Взыскать с Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» в пользу ФИО1 

<

данные изъяты> средний заработок за время вынужденного прогула с 09 июня 2019 года по 01 августа 2019 года в размере 48757 руб. 42 коп.

Взыскать с Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» в пользу ФИО1 

<

данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» государственную пошлину в доход соответствующего бюджета бюджетной системы РФ в размере 1962 руб. 72 коп. 

Решение в части взыскания компенсации за время вынужденного прогула подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с Акционерного общества «ЯРДОРМОСТ» в пользу ФИО1 

<

данные изъяты> судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 руб. 

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через ФИО4-ФИО5 районный суд Ярославской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья А.А. Павлюченко