Дело № 2-1220/2019 год

39RS0004-01-2019-001170-09

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 июня 2019 года 

Московский районный суд г. Калининграда обл. в составе:

Председательствующего судьи Вартач-Вартецкой И. З.

При секретаре Бояркиной С. В.. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Прокурор Центрального района г. Калининграда в интересах Российской Федерации и неопределенного круга лиц к ФИО1 о взыскании денежных средств, полученных в качестве социального обеспечения инвалида 

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Центрального района г. Калининграда в интересах Российской Федерации и неопределенного круга лиц обратился в суд с вышеуказанным иском к ФИО1, мотивируя свои требования тем, что Прокуратурой Центрального района г. Калининграда проведена проверка по обращению ФИО2 по вопросу нарушения норм действующего законодательства должностными лицами Бюро МСЭ № 3 ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Калининградской области» при присвоении гражданам статуса инвалида, в ходе проведения которой в Бюро МСЭ № 3 ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Калининградской области» истребовано дело медицинского освидетельствования в бюро гражданки ФИО1 к., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по которому проведена проверка соблюдения действующего законодательства при получении гражданам статуса инвалида.

По результатам проверки, 27.06.2018 года в Центральный районный суд г. Калининграда направлено исковое заявление о признании незаконным установления ФИО1 к. инвалидности 

<

данные изъяты> группы на срок 1 год в период с 07.10.2016 по 01.11.2017, о признании Акта медико-социальной экспертизы гражданина № от 07.10.2016 незаконным. 

Решением Центрального районного суда от 20.11.2018 по делу 3 2-3744/2018 исковые требования удовлетворены. 10.01.2019 решение суда вступило в законную силу.

Ссылаясь на ст. 27 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» от 24.11.1995 № 181-ФЗ, п. 8 ч. 1 ст. 4, ст. 6 Федерального закона от 15.12.2001 № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», ст. 6 Бюджетного кодекса РФ, ч. 3 ст. 35 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», ч. 1 ст. 45 ГПК РФ, указывает, что прокурор, действуя в интересах государства, вправе обратиться с исковыми требованиями о взыскании незаконно полученных ФИО1 к. денежных средств в качестве социального обеспечения инвалида из федерального бюджета, чем затронуты права как государства, в виде причинения соответствующего ущерба, так и неопределенного круга лиц, обязательные страховые выплаты которых являются одним из источником средств Пенсионного фонда РФ.

Установлено, что за период с 07.10.2016 по 01.11.2017 ФИО1 к. в качестве социального обеспечения в вязи с наличием статуса инвалида, получены денежные средства в сумме 95065,86 руб.

Просит взыскать с ФИО1 к., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, денежные средства, полученные в качестве социального обеспечения инвалида, в пользу федерального бюджета в размере 95065,86 руб.

Истец в лице старшего помощника прокурора Центрального района г. Калининграда Зырина Д.А. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, указав, что имеется судебное решение Центрального районного суда, которым признано незаконным установление ФИО1 к. инвалидности 

<

данные изъяты> группы на срок 1 год в период с 2016 по 2017 год, поскольку фактически никаких данных о наличии заболевания 

<

данные изъяты>, послужившего основанием для установления инвалидности, у ответчика установлено не было, документы, свидетельствующие о прохождении ФИО1 к. лечения в 2016 году в 

<

данные изъяты>, не соответствуют фактическим обстоятельствам. В 2016 году ФИО1 к. лечение в 

<

данные изъяты> не проходила, в медицинские организации не обращалась, соответствующие медицинские документы о наличие у нее заболевания, послужившего основанием для установления инвалидности, в 2016 году не представляла. Более того, инвалидность была установлена не по заболеванию 

<

данные изъяты> на которое ссылается ответчик, а по 

<

данные изъяты>, которая в ходе рассмотрения дела в Центральном районном суде не подтвердилась, в связи с чем не диагноз был перепутан, как утверждает ФИО1 к., установлено, что заболевание, по которому она получила инвалидность, документально не подтверждено, таких доказательств на период 2016 год в ходе рассмотрения в Центральном районном суде ответчиком не представлено.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования прокурора Центрального района г. Калининграда о взыскании с нее 

<

данные изъяты> руб. признала, дополнительно пояснив, что является больным человеком, имеет заболевания, проходит обследование и лечение 3 раза в году. Поскольку имеется вступившее в законную силу решение Центрального районного суда от 20.11.2018 года, она согласна вернуть деньги за указанный в решении период. 

Представитель ответчика по ордеру ФИО3 в судебном заседании также исковые требования прокурора Центрального района г. Калининграда о взыскании с ФИО1 к. 

<

данные изъяты> руб. в доход государства признал, поскольку имеется вступившее в законную силу решение Центрального районного суда от 20.11.2018 года, которым установление ФИО1 к. инвалидности 

<

данные изъяты> группы на срок 1 год в период с 07.10.2016 года по 01.11.2017 года признано незаконным, и опровергать доводы прокурора об истребовании в доход государства как неосновательного обогащения выплаченные денежные средства в размере 

<

данные изъяты> руб. с правовой точки зрения не имеет смысла. 

3-е лицо ОПФР по Калининградской области в судебное заседание не явилось, о дате и времени слушания дела извещено надлежащим образом по почте заказным письмом с уведомлением, в связи с чем суд рассматривает дело в его отсутствие.

Заслушав пояснения участников процесса, исследовав письменные документы, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности.

Федеральный закон от 24.11.1995 года N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" определяет государственную политику в области социальной защиты инвалидов в Российской Федерации, которая представляет собой систему гарантированных государством экономических, правовых мер и мер социальной поддержки, обеспечивающих инвалидам условия для преодоления, замещения (компенсации) ограничений жизнедеятельности и направленных на создание им равных с другими гражданами возможностей участия в жизни общества. 

Согласно статье 27 указанного закона материальное обеспечение инвалидов включает в себя денежные выплаты по различным основаниям (пенсии, пособия, страховые выплаты при страховании риска нарушения здоровья, выплаты в счет возмещения вреда, причиненного здоровью, и другие выплаты), компенсации в случаях, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с положениями статьи 28.1 Федерального закона от 24.11.1995 N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" инвалиды и дети-инвалиды имеют право на ежемесячную денежную выплату в размере и порядке, установленных настоящей статьей. Т. е. денежные выплаты, предусмотренные статьей 28.1 этого Закона, включаются в материальное обеспечение инвалидов.

Федеральным законом от 24 июля 2009 г. N 213-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования и территориальные фонды обязательного медицинского страхования" предусмотрено установление социальных доплат к пенсии с 1 января 2010 года с целью доведения общей суммы материального обеспечения пенсионера до величины прожиточного минимума пенсионера в субъекте Российской Федерации по месту его жительства или по месту его пребывания. Соответственно федеральная социальная доплата производится инвалидам II группы, получающим пенсию по инвалидности.

Как следует из материалов дела, актом Бюро МСЭ № 3 ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Калининградской области» № от 07.10.2016 года ФИО1 к. была установлена 

<

данные изъяты> группа инвалидности на срок до 01.11.2017 года на основании направления ГБУЗ Калининградской области «Городская поликлиника № 1» от 19.09.2016 года, по основному заболеванию: «

<

данные изъяты> от 28.08.2013 года 

<

данные изъяты>».

Согласно справке ГУ – Центра по выплате пенсий и обработке информации пенсионного фонда РФ в Калининградской области от 28.03.2018 года ФИО1 к. как инвалид 

<

данные изъяты> группы за период с 07.10.2016 по 31.10.2017 года получила общую сумму в размере 95065,86 рублей, из которых пенсия 

<

данные изъяты> рублей, ежемесячная денежная выплата 

<

данные изъяты> руб., единовременная выплата 

<

данные изъяты> руб., федеральная социальная доплата 

<

данные изъяты> руб.

Вступившим в законную силу решением Центрального районного суда г. Калининграда от 20.11.2018 года по делу 3-3744/2018 признано незаконным установление ФИО1 к. инвалидности 

<

данные изъяты> группы на срок 1 год в период с 07.10.2016 по 01.11.2017, признан незаконным акт медико-социальной экспертизы № от 07.10.2016 года.

Положения ч. 1 ст. 45 ГПК РФ, ч. 3 ст. 35 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» предоставляют прокурору право обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. 

Пункт 7 ч. 1 ст. 8 ГК РФ называет в качестве самостоятельного основания возникновения гражданских прав и обязанностей неосновательное обогащение, которое приводит к возникновению отдельной разновидности внедоговорного обязательства, регулируемого нормами главы 60 ГК РФ.

Частью 1 ст. 1102 ГК РФ установлено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Из изложенного следует, что неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которые лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.

В силу ст. 1103 ГК РФ поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке; об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Конституционный суд РФ в Постановлении N 10-П от 26 февраля 2018 года указал, что положения статей 1102 и 1109 ГК РФ, п. 1 и 2 ст. 25 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" не могут служить основанием для взыскания с гражданина, признанного инвалидом, полученных им сумм пенсии по инвалидности и ЕДВ, в случае если представленная им справка об установлении инвалидности, составленная по результатам медико-социальной экспертизы признана недействительной вследствие лишь формальных (процедурных) нарушений, допущенных при ее проведении, притом, что такие нарушения не повлияли (не могли повлиять) на оценку ограничений жизнедеятельности гражданина и не обусловлены недобросовестностью (противоправностью) с его стороны. Судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм в связи с перерасходом средств Пенсионного фонда Российской Федерации, обусловленным выплатой пенсии по инвалидности, назначенной на основе решения уполномоченной организации, признанного впоследствии недействительным ввиду допущенных при его принятии процедурных нарушений, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена пенсия.

Однако, оснований для применения положений Постановления Конституционного суда РФ N 10-П от 26 февраля 2018 года в отношении ФИО1 к. не имеется исходя из следующих обстоятельств. 

В соответствии с ч. 2 ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вступившим в законную силу 10.01.2019 года решением Центрального районного суда г. Калининграда от 20.11.2018 года установлено, что в медицинской карте ФИО1 к. № 

<

данные изъяты>» отсутствует запись о посещении ФИО1 к. врача 29.03.2016 года с диагнозом «

<

данные изъяты>, имеющаяся в справке о перечне оказанных застрахованному лицу медицинских услуг. 

Также судом не установлено и записей об обращении ФИО1 к. и ее наблюдении по заболеванию, ставшему основанием для выдачи направления для прохождения МСЭ – 

<

данные изъяты> в исследованных судом медицинской карте стационарного больного № ФИО1 к. в ГБУЗ 

<

данные изъяты> медицинской карте № в ГБУЗ Калининградской области 

<

данные изъяты>», включая медицинскую карту № ГБУЗ Калининградской области 

<

данные изъяты>

Не нашел своего подтверждения и факт нахождения ФИО1 к. на стационарном лечении в отделении ГБУЗ Калининградской области «

<

данные изъяты> в период с 02.06.2016 по 17.06.2016 с основным диагнозом: «

<

данные изъяты>». Более того, данный факт опровергается ответом ГБУЗ Калининградской области 

<

данные изъяты> от 12.09.2018 года № 476, согласно которому в запрашиваемый период времени ФИО1 к. на стационарном лечении в БСМП не находилась. 

На медико-социальную экспертизу ФИО1 к. было представлено ненадлежащим образом оформленное направление, выдаваемое медицинской организацией, оказывающей лечебно-профилактическую помощь, достоверность которых бюро медико-социальной экспертизы должным образом не проверялась, что привело к незаконному получению истцом социального статуса инвалида. Судом указано, что само по себе наличие того или иного заболевания, если оно не приводит к определенной степени выраженности ограничений жизнедеятельности и необходимости осуществления мер социальной защиты, включая реабилитацию, не является достаточным основанием для установления группы инвалидности.

Таким образом, решением Центрального районного суда г. Калининграда от 20.11.2018 года установлен факт отсутствия объективных доказательств, убедительно свидетельствующих о наличии у ФИО1 к. 

<

данные изъяты> болезни, которые привели к ограничению основных категорий жизнедеятельности, вызывали необходимость в мерах социальной защиты и давали основания для определения группы инвалидности.

Т.е. решением суда установлено предоставление истцом медицинских документов о наличии заболевания, по которому установлена инвалидность, достоверность которых не подтверждена в ходе судебного заседания, что расценивается как недобросовестность в действиях лица, которому была назначена пенсия по инвалидности.

В судебном заседании ФИО1 к. признала исковые требования прокурора Центрального района г. Калининграда в полном объеме. 

В силу положений ч. ч. 1, 2 ст. 39 ГПК РФ ответчик вправе признать иск. Суд не принимает признание иска ответчиком, только если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 173 ГПК РФ признание иска ответчиком заносится в протокол судебного заседания и подписывается истцом, ответчиком или обеими сторонами. В случае если признание иска выражено в адресованном суду заявлении в письменной форме, это заявление приобщается к делу, на что указывается в протоколе судебного заседания

На основании ч. 3 ст. 173 ГПК РФ при признании ответчиком иска и принятии его судом принимается решение об удовлетворении заявленных истцом требований.

Предусмотренное частью 1 статьи 39 ГПК РФ право ответчика признать иск вытекает из принципа диспозитивности, который, в частности, означает, что процессуальные отношения в гражданском судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются главным образом по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, имеющих возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом.

Из содержания ч. 1 ст. 39 ГПК РФ следует, что право на совершение распорядительных действий принадлежит исключительно сторонам.

Как видно из материалов дела, в судебном заседании 04.06.2019 года ответчик ФИО1 к. признала исковые требования в полном объеме, что подтверждается протоколом судебного заседания, то есть самостоятельно и добровольно распорядилась своим процессуальным правом признать иск, согласившись с предъявленными к ней требованиями.

Поскольку такое признание иска является добровольным, не противоречит закону и не нарушает права и интересы других лиц, суд с учетом характера спорных правоотношений суд принимает признание иска ответчиком 

На основании вышеизложенного, учитывая установленные обстоятельства и представленные доказательства в их совокупности, и оценивая их с точки зрения достоверности, относимости, допустимости и достаточности, заявленные требования прокурора Центрального района г. Калининграда подлежат удовлетворению.

Если истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, она взыскивается с ответчика в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований исходя из той суммы, которую должен был уплатить истец, если бы он не был освобожден от уплаты государственной пошлины (часть 1 статьи 103 ГПК РФ, подпункт 8 пункта 1 статьи 333.20 части второй Налогового кодекса Российской Федерации).

Поскольку прокурор освобожден от уплаты государственной пошлины, с ФИО1 к. подлежит взысканию в доход соответствующего бюджета государственная пошлина, исчисленная с суммы 95065 рублей 86 коп., что составляет 3031,95 рублей.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ФИО1 в пользу федерального бюджета денежные средства, полученные в качестве социального обеспечения инвалида, в размере 95065 рублей 86 коп. 

Взыскать с ФИО1 госпошлину в доход бюджета в размере 3051 рублей 95 коп.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Московский районный суд г. Калининграда в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено 10 июня 2019 года.

Судья Вартач-Вартецкая И. З.