Дело: №2-149/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 мая 2019 года ст. Обливская

Обливский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Кулаковой Е.Н.,

при секретаре Шадриной Т.А.,

с участием представителя ответчика – адвоката Федоровой Ю.В., предоставившей ордер №№ от 27.05.2019г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование по делу частного обвинения, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (истец) обратилась в Обливский районный суд Ростовской области к ФИО2 (ответчик) с иском о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в порядке частного обвинения в сумме 100 000 рублей и расходов на оплату юридических услуг в сумме 5000 рублей. Мотивировала иск теми обстоятельствами, что ответчик обратилась к мировому судье судебного участка №1 Новочеркасского судебного района с заявлением о возбуждении в отношении истца уголовного дела частного обвинения по ч.1 ст. 115 Уголовного кодекса Российской Федерации. После чего было возбуждено уголовное дело. ФИО2 обвиняла истца в том, что 23 сентября 2018 года в 8 час. 45 мин., когда ФИО2 шла к двери, на неё сзади набросилась соседка ФИО1, нанесла удары по голове, шее, вырвала клок волос, вырвала ноготь на мизинце левой руки. В судебном заседании установлено, что экспертное заключение от 26.09.2018г., о наличии телесных повреждений в виде травматического отрыва ногтевой пластины пятого пальца левой кисти с образованием раны ногтевого ложа, квалифицируемое как легкий вред здоровью, само по себе не является доказательством виновности в совершении противоправных действий ФИО1 Кроме того, допрошенные в судебном заседании свидетели не видели ни самого инцидента, о котором заявляет ответчица, ни телесных повреждений на ней. При этом истица категорически отрицала обвинения ФИО2, представила суду доказательства конфликтного характера последней и высказала мнение, что обращение в суд с заявлением частного обвинения является оговором и способом расправы с оппонентом. Поскольку мировым судьей не приняты доказательства обвинения и исчерпаны возможности представления доказательств со стороны частного обвинителя (ответчика по настоящему делу), мировой судья пришел к выводу о недоказанности как события преступления, так и вины в виде умысла истицы. 

24.12.2019г. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием в её действиях состава преступления, мировой судья судебного участка №1 Новочеркасского судебного района Ростовской области, вынес оправдательный приговор. Апелляционным постановлением Новочеркасского городского суда Ростовской области указанный приговор мирового судьи оставлен без изменения, а поданная ответчиком апелляционная жалоба – без удовлетворения. Заявление ФИО2 о привлечении к уголовной ответственности ФИО1 не имело под собой никаких оснований, а обращение в суд в порядке частного обвинения было направлено исключительно на причинение вреда другому лицу (злоупотребление правом). 

Истица на протяжении всего судебного разбирательства испытывала стыд, унижение, страх быть незаконно осужденной. Её честь, доброе имя были замараны обвинением ответчицы. Всякое напоминание о судебном процессе ею воспринимается болезненно. В судебных заседаниях она была вынуждена доказывать свою невиновность. В результате нравственных страданий у неё начались проблемы со здоровьем, она перенесла сердечный приступ, регулярно повышалось артериальное давление, обострились хронические заболевания. Она была вынуждена отпрашиваться с работы, чтобы участвовать в судебном разбирательстве. Ответчица распространяла на работе истицы ложную информацию о её судимости, после чего ФИО1 была вынуждена документально подтверждать свое доброе имя и деловую репутацию. Кроме того, ответчица, являясь соседкой по коммунальной квартире, продолжала обвинять и распространять порочащие её слухи вовне судебных заседаний, что также причиняло истице нравственные страдания. 

Истица считает, что необоснованным уголовным преследованием, начатым по заявлению ответчика в порядке частного обвинения, ей нанесен моральный вред, причинены нравственные и физические страдания в виде сильных психологических переживаний, нервного стресса, ухудшения состояния здоровья, что является основанием для взыскания с ФИО2 денежной компенсации в размере 100 000 рублей.

С целью защиты в уголовном процессе ФИО1 вынуждена была обратиться за квалифицированной юридической помощью. Согласно заключенному договору об оказании юридических услуг, истицей оплачено 5000 рублей, которые подлежат компенсации ответчиком.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, направила в адрес суда ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствии, заявленные требования поддержала в полном объеме. Суд рассмотрел дело в отсутствие истца по правилам ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, направила для участия в деле своего представителя. Суд рассмотрел дело в отсутствие ответчика по правилам ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

В судебном заседании 27.05.2019г. ответчик ФИО2 исковые требования не признала и просила оставить их без удовлетворения. Дополнительно пояснила, что 23.09.2018г. у неё произошел конфликт с ФИО1, которая набросилась на ответчицу, вырвала клок волос, ноготь на пальце. Ответчик защищаясь, достала перцовый баллончик и распылила его, попав в лицо и ФИО1 и себе. После она вызвала скорую помощь и полицию. Сотрудник с её работы видел кровь на пальце, она прошла обследование. Позже ей позвонили из полиции, сообщили, что сообщение о произошедшем передали мировому судье, предложили написать заявление, что она и сделала. Конфликт между ними начался после того, как ФИО1 стала требовать с неё деньги за уборку мест общего пользования, но она сама убирала их. ФИО3 портила бытовую технику, оскорбляла ребенка ответчицы. Еще у них был конфликт по поводу сына истицы, так как тот плохо себя вел. В настоящее время она была вынуждена продать квартиру из-за поведения соседки. Обращалась она с заявлением в отношении истицы, с целью предупреждения и проведения профилактических бесед с ФИО1, а не с целью причинить ей вред. Неприязненных отношений у неё с истицей не было, они общались. Полагает, что никакого морального вреда она истице не причинила, порочащие ФИО1 сведения не распространяла, в том числе и на работе истца, так как не может попасть к ней на работу. В суде первой инстанции у ФИО1 был бесплатный адвокат, и возмещать какие-либо расходы на оказание юридической помощи она не должна.

Представитель ответчика ФИО2 – адвокат Федорова Ю.В. в судебном заседании исковые требования ФИО1 просила оставить без удовлетворения. Дополнительно пояснила, что её доверитель ФИО2 обращаясь в полицию и в суд, полагала свои требования законными и не преследовала цели причинения ФИО1 необоснованного вреда. Ответчик обращаясь в указанные органы желала защитить свои права и интересы, а не принести вред истцу. ФИО2 не имела злономерений оклеветать истца, либо распространить опорочивающие ту сведения. ФИО2 воспользовалась своим правом для защиты своих нарушенных прав. Противоправной деятельности ФИО2 в суде не установлено. Просила учесть, что требование о взыскании расходов за оказание юридической помощи в уголовном процессе подлежит взысканию в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Кроме того, в договоре об оказании юридических услуг, не указан предмет договора, а ФИО4 является частнопрактикующим юристом, а не адвокатом. Доказательств несения расходов по оплате юридических услуг, материалы дела не содержат. Полагает, что истцом не предоставлено суду доказательств, что она понесла нравственные и моральные страдания, что перенесла сердечный приступ, и у неё повышалось артериальное давление, обострились заболевания. Не представила доказательств о том, что она была вынуждена отпрашиваться с работы, а также распространение ответчиком ложной информации по месту её работы. Имеющиеся документы об обращении истца за медицинской помощью, отношения к данному делу не имеют.

Выслушав представителя ответчика, изучив и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Согласно части 2 этой статьи уголовные дела о преступлениях, предусмотренных частью 1 статьи 115, частью 1 статьи 116, частью 1 статьи 129 и статьей 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 данной статьи.

Согласно ст. 133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

На основании пункта 1 части 2 данной статьи право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 8 Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2011г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям,, указанным в части 2 ст. 133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения. 

Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 УПК РФ) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.

Федеральным законом от 5 апреля 2013 г. N 54-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» статья 133 УПК РФ дополнена частью 2.1, согласно которой право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном главой 18 УПК РФ, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части 2 данной статьи (в том числе подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор), если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью 4 статьи 20 УПК РФ (дела, возбуждаемые руководителем следственного органа, следователем, а также дознавателем), а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 УПК РФ, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части 1 статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части 1 статьи 27 УПК РФ.

Из пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. №42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» следует, что согласно части 9 статьи 132 УПК РФ при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по этому делу.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации №16-КГ14-37 от 10.03.2017г., разъяснено, что судам следует иметь в виду, что неподтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя.

Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

Согласно части 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

С учетом изложенного требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, в тех случаях, когда должностными лицами органов предварительного следствия и дознания уголовное дело не возбуждалось, обвинение не предъявлялось и обвинительный приговор судом не выносился, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм ГК РФ с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.

Вред, причиненный незаконным уголовным преследованием по делам частного обвинения, компенсируется в соответствии с положениями ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, т.е. в действиях причинителя вреда должен быть установлен полный состав гражданского правонарушения, элементами которого являются противоправность поведения нарушителя, причинная связь между таким поведением и наступившим вредом, а также вина причинителя вреда.

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. При разрешении вопроса о вине частного обвинителя в причинении морального вреда следует исходить из того, что сам по себе факт вынесения в отношении подсудимого оправдательного приговора по делу частного обвинения не предрешает вопроса о вине частного обвинителя.

Само по себе обращение в суд с заявлением, о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения не может быть признано незаконным только лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения.

Возможность обращения к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом. Так, согласно Конституции РФ в Российской Федерации гарантируется государственная, в том числе судебная, защита прав и свобод человека и гражданина; каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ст. ст. 45 и 46). Статья 22 УПК РФ предусматривает право лица выдвигать и поддерживать обвинение по уголовным делам частного обвинения в установленном Уголовно-процессуальном кодексом порядке.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с конституционно-правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 17 октября 2011 г. № 22-П, необходимость обеспечения требования УПК РФ о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (часть 2 статьи 6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

Также согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в Определении от 2 июля 2013 г. № 1059-О, истолкование статьи 1064 ГК РФ в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Таким образом, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе с частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу части 1 статьи 15 Конституции Российской Федерации как норма прямого действия подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования

В судебном заседании установлено, что в соответствии с приговором мирового судьи судебного участка №1 Новочеркасского судебного района Ростовской области от 24.12.2018г. ФИО1 (истец) оправдана по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 Уголовного кодекса Российской за отсутствием состава преступления. 

Из приговора следует, что представленные частным обвинителем доказательства не являются достаточными, чтобы сделать вывод о виновности подсудимой ФИО1, событие преступления не установлено. Также не установлена вина в виде умысла подсудимой на совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 Уголовного кодекса Российской.

Апелляционным постановлением Новочеркасского городского суда Ростовской области от 06.02.2019г. приговор мирового судьи судебного участка №1 Новочеркасского судебного района Ростовской области от 24.12.2018г. в отношении ФИО1 оставлен без изменения, а апелляционная жалоба частного обвинителя-потерпевшей ФИО2 - без удовлетворения.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за причинение ущерба возлагается на лицо, причинившее ущерб, если оно не докажет отсутствие своей вины. 

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда в соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В нарушение ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств того, что обращение ответчика в порядке частного обвинения продиктовано было исключительно намерением причинения вреда истцу, то есть совершением действий, противоречащих общеправовому принципу недопустимости злоупотребления правом. 

Возможность обращения к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом. Использование данного способа защиты нарушенного права не является противоправным за исключением тех случаев, когда заявление о привлечении к уголовной ответственности не имело под собой никаких оснований, а было направлено исключительно на причинение вреда другому лицу (злоупотребление правом).

Доводы истца о том, что обращение ответчика в суд в порядке частного обвинения было направлено исключительно на причинение вреда другому лицу (злоупотребление правом) не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, доказательств свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны ФИО2 в материалах дела не имеется. Факт вынесения оправдательного приговора по делам частного обвинения сам по себе не является основанием для взыскания компенсации морального вреда с частного обвинителя.

Напротив, судом установлено, что ответчик реализовала свое конституционное право, обращаясь в суд с заявлением в порядке частного обвинения, и имела намерение защитить свои права, что следует как из пояснений ответной стороны, так и из имеющихся в материалах дела документов.

Данных, свидетельствующих о злоупотреблении ответчиком предусмотренным ст. 22 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации правом на обращение в суд в порядке частного обвинения, в том числе, об изложении ею в заявлении заведомо ложных сведений с целью причинить вред истцу, в материалах дела не имеется, то есть материалы дела не содержат объективных, отвечающих требованиям допустимости и относимости, доказательств, подтверждающих злоупотребление правом со стороны ответчика.

Кроме того, истцом не предоставлено суду доказательств тому, что в результате перенесенных нравственных страданий, произошло ухудшение здоровья у истца, а также то, что истец отпрашивалась с работы для участия в судебных заседаниях, что ответчик распространяла на работе ФИО1 ложную информацию о её судимости, распространяла порочащие истца сведения.

Предоставленные истцом документы об обращении ФИО1 23.10.2018г. к врачу офтальмологу не являются доказательствами, подтверждающими ухудшение здоровья истца в результате перенесенных ею нравственных страданий. Доказательств, что имеется причинно-следственная связь между диагнозом «начальная катаракта» и испытываемыми истцом нравственными страданиями, суду не предоставлено. 

Обращение ФИО5 (как указано в сообщении ОП МУ МВД РФ «Новочеркасское») 20.09.2018г. (л.д. 40), то есть за три дня до событий произошедших 23.09.2018г., также не подтверждает противоправность поведения ответчика при обращении в полицию и суд с заявлением о привлечении ФИО1 к ответственности. 

Из искового заявления усматривается, что ФИО1 была вынуждена обратиться за квалифицированной юридической помощью с целью защиты в уголовном процессе. 

Положения ст. ст. 131, 132 УПК РФ, действующие в системе правового регулирования, в том числе во взаимосвязи с п. 4 ч. 1 ст. 135 УПК РФ (прямо включающим суммы, выплаченные реабилитированными за оказание юридической помощи, в возмещаемый имущественный вред), не предполагают отнесение расходов на оплату услуг представителя обвиняемого по делу частного обвинения к числу процессуальных издержек, а могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования. Эти расходы, как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 2 июля 2013 года N 1057-О и Определении от 26 мая 2016 года N 1141-О, могут быть взысканы на основании и в порядке, предусмотренном ст. 1064 ГК РФ, то есть в порядке гражданского судопроизводства.

По смыслу действующего законодательства расходы, связанные с оплатой услуг представителя обвиняемого по делу частного обвинения подлежат взысканию полностью или частично с учетом положений ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, т.е. при наличии в действиях причинителя вреда противоправности поведения нарушителя, причинной связи между таким поведением и наступившим вредом, а также вина причинителя вреда.

Согласно договору об оказании юридических услуг от 26.10.2018г., заключенному между ФИО1 (заказчик) и ФИО4 (исполнитель) исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать юридические услуги, а также от имени и за счет заказчика совершать определенные действия, а заказчик обязуется уплатить за это вознаграждение в сроке и порядке, которые указаны в договоре. Договор заключен на срок с 26.10.2018г. по 31.12.2018г. За оказание юридических услуг и совершение юридических действий заказчик обязуется уплатить исполнителю вознаграждение в размере 5000 рублей (л.д. 15-16).

Из данного договора не усматривается, что между заказчиком и исполнителем заключен договор на оказание юридической помощи в связи с предъявленным ФИО1 обвинением.

Кроме того, истцом суду не предоставлено доказательств несения расходов по оплате услуг представителя в сумме 5000 рублей.

С учетом изложенного требования истца о взыскания с ФИО2 компенсации морального вреда в размере 100000 рублей и расходов на оплату юридических услуг в размере 5000 рублей, удовлетворению не подлежат. 

В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В связи с тем, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска в суд, то у суда также отсутствуют правовые основания для взыскания государственной пошлины по делу, по которому принято судебное решение об отказе в удовлетворении исковых требований истца.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в сумме 100 000 рублей, расходов на оплату юридических услуг в размере 5000 рублей, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Обливский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий_______Кулакова Е.Н. 

Решение в окончательной форме изготовлено 03 июня 2019 года.