Дело №-К-2/2020 КОПИЯ

УИД 21MS0№-10 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

21 июля 2020 года ...

Яльчикский районный суд ФИО3 Республики в составе:

председательствующего судьи Яшнова В.И.,

с участием: государственного обвинителя, прокурора ... ФИО3 Республики ФИО8, 

осужденного ФИО1,

его защитника, адвоката ФИО5, предоставившего ордер на участие в деле №н от ДД.ММ.ГГ и предъявившего служебное удостоверение № от ДД.ММ.ГГ, выданное Управлением Министерства юстиции РФ по ФИО3,

потерпевшей ФИО2 №1, 

при секретаре судебного заседания ФИО7, 

рассмотрев в апелляционном порядке, в открытом судебном заседании, в помещении Яльчикского районного суда ФИО3 Республики, уголовное дело по апелляционному представлению прокурора ... ФИО3 Республики ФИО8, на приговор мирового судьи судебного участка № ... ФИО3 Республики от ДД.ММ.ГГ в отношении:

ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженца ... ФИО3 Республики, зарегистрированного по адресу: ФИО3, ..., проживающего по адресу: ФИО3, ..., гражданина РФ, имеющего среднее специальное образование, женатого, имеющего одного малолетнего ребенка, работающего слесарем в ООО «Кооператор» в ... ФИО3 Республики, инвалидом не являющегося, ранее осужденного ДД.ММ.ГГ Калининским районным судом ... ФИО3 Республики по п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ, с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 5 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, ДД.ММ.ГГ освобожденного по отбытию срока наказания, 

УСТАНОВИЛ:

Приговором мирового судьи судебного участка № ... ФИО3 Республики от ДД.ММ.ГГ ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 119 УК РФ, а именно в том, что ДД.ММ.ГГ, около 21 часа 30 минут, он, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения по адресу: ФИО3, ..., в ходе ссоры со своей женой ФИО2 №1, испытывая к ней личную неприязнь, действуя умышленно, с целью угрозы убийством, желая запугать ФИО2 №1, нанес ей не менее двух ударов кулаками в область ее головы, после чего толкнул ее, отчего она упала на пол и ударилась головой о стол, чем причинил ей физическую боль и психические страдания, а также телесное повреждение в виде травматического отека с кровоизлиянием в кожу в височной области справа, высказав, при этом, в ее адрес слова угрозы убийством, создав, в сложившейся обстановке, на месте происшествия, своим эмоционально возбужденным состоянием, бурным проявлением злобы и ненависти, вышеуказанными агрессивными насильственными действиями впечатление о реальной возможности приведения угрозы убийством в исполнение и действительности его намерения причинить ФИО2 №1 смерть, в связи с чем, у последней имелись основания опасаться осуществления данной угрозы. 

Этим же приговором ФИО1 судом первой инстанции по предъявленному ему обвинению по ч.1 ст. 117 УК РФ оправдан на основании п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления, ввиду недоказанности, по мнению суда, фактов применения насилия в отношении ФИО1 около 19 часов в начале декабря 2019 года и около 18 часов ДД.ММ.ГГ.

В апелляционном представлении, поданном на вышеназванный приговор мирового судьи, прокурор ... ФИО3 Республики ФИО8 указывает, что приговором мирового судьи судебного участка № ... ФИО3 Республики от ДД.ММ.ГГ ФИО1, ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженец ... ФИО3 Республики, гражданин Российской Федерации, проживающий по адресу: ... ФИО3 Республики, ..., ранее судимый признан, виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, с назначением наказания в виде 9 месяцев лишения свободы условно, с испытательным сроком на 2 года.

Указанным же приговором ФИО15 P.O. оправдан в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ в связи с отсутствием состава преступления.

Не оспаривая правильности сформированных судом первой инстанции выводов о наличии в действиях ФИО15 P.O. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ и наличия оснований для его осуждения, прокурор находит приговор в части оправдания последнего по ч. 1 ст. 117 УК РФ незаконным, необоснованным и подлежащим отмене по следующим основаниям.

Согласно ст. 297 УПК РФ, приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он основан на правильном применении уголовного и процессуального закона. Названые требования закона судом не выполнены.

В соответствии с п.п. 1-4 части первой ст. 305 УПК РФ, в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора излагаются: существо предъявленного обвинения; обстоятельства уголовного дела, установленные судом; основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие; мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

В нарушение п.п. 1, 3, 4 ч. 1 ст. 305 УПК РФ, суд не изложил доказательства, подтверждающие основания оправдания ФИО15 P.O. и мотивы, по которым отверг доказательства, представленные стороной обвинения.

Тем самым суд лишил себя возможности делать какие-либо выводы по мотивам несоответствия тех или иных доказательств фактическим обстоятельствам дела, предметно говорить о наличии либо отсутствии состава преступления в его действиях.

Органом предварительного расследования ФИО15 P.O. обвинялся в систематическом нанесении побоев потерпевшей ФИО2 №1, совершенных в один из дней начала декабря 2019 года, ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ.

Оправдывая подсудимого, суд первой инстанции в приговоре сослался на отрицание подсудимым своей вины, а также на отсутствие доказательств совершения инкриминируемого ему преступления.

По смыслу уголовно-процессуального законодательства, и обвинительный, и оправдательный приговоры должны содержать анализ и оценку доказательств, как уличающих, так и оправдывающих подсудимого. В случае изменения показаний подсудимым, равно как и потерпевшим и свидетелями, суд обязан тщательно проверить те и другие показания, выяснить причины изменения показаний и дать им оценку в совокупности с иными собранными по делу доказательствами.

В то же время, позиция суда первой инстанции противоречит материалам уголовного дела и обстоятельствам совершенного ФИО15 P.O. преступления.

В силу п. 2 части второй ст. 74 УПК РФ, доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном настоящим Кодексом, устанавливает наличие - или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. В качестве доказательств допускаются показания потерпевшего, свидетеля.

Согласно показаниям потерпевшей ФИО2 №1, данным на досудебной стадии уголовного судопроизводства и оглашенным по ходатайству государственного обвинителя в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что ФИО15 P.O. в один из дней начала декабря 2019 года, ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ нанес ей побои и совершил иные насильственные действия.

Отвергая указанные показания как доказательство, суд первой инстанции сослался на их не подтверждение потерпевшей в ходе судебного разбирательства, мотивировав свою позицию тем, что со слов последней, она оговорила мужа, поскольку была в нетрезвом состоянии и зла на него. Исходя из изложенного, судом сделан вывод что показания потерпевшей не могут быть положены в основу обвинительного приговора.

В то же время, по мнению обвинения, к показаниям потерпевшей ФИО2 №1, данным в ходе судебного заседания, следует отнестись критически, данные показания явно направлены на оказание помощи своему супругу и продиктованы стремлением оградить последнего от наступления уголовной ответственности. Как установлено, последняя находится на иждивении своего супруга, является уроженкой иного государства, иного места проживания на территории Российской Федерации не имеет, воспитывает троих детей, в настоящее время находится в состоянии беременности.

Анализируя представленные доказательства в их совокупности и соотносимости друг с другом, государственное обвинение приходит к выводу о достоверности сведений, сообщенных потерпевшей ФИО2 №1 при производстве предварительного следствия, поскольку показания последней последовательны, подробны, логичны, согласуются с иными доказательствами по уголовному делу.

У суда не было никаких оснований для вывода о преднамеренном оговоре со стороны потерпевшей, либо о добросовестном заблуждении, об обстоятельствах совершенного в отношении нее преступления.

Потерпевшая ФИО2 №1 при производстве предварительного расследования по уголовному делу последовательно описывала хронологию произошедших событий, действия ФИО15 P.O. по нанесению ей побоев и совершению Иных насильственных действий, конкретизировав на вопрос государственного обвинителя, что каких-либо оснований для оговора подсудимого она не имела.

В ходе предварительного следствия ФИО2 №1 указывала именно на ФИО15 P.O., как на лицо, совершившее в отношении нее преступления.

Представляется надуманным вывод суда об отсутствии оснований доверять показаниям потерпевшей на досудебной стадии судопроизводства по причине ее нахождения в состоянии опьянения и злобы в отношении подсудимого.

По делу установлено, что потерпевшая допрашивалась дважды, спустя значительный промежуток времени после ДД.ММ.ГГ (дата на которую ссылается потерпевшая, как на дату, когда она находилась в состоянии опьянения), разными должностными лицами органа предварительного расследования, в момент допросов в состоянии опьянения не находилась, поддерживала адекватный словесный контакт.

Кроме того, перед началом допросов ей разъяснены права и обязанности, ей разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ, возможность использования ее показаний как доказательств, в том числе и при последующем отказе от них, последняя предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, протоколы следственных действий полностью соответствуют требованиям ст. 166 УПК РФ, подписаны потерпевшей и следователем, каких- либо замечаний и дополнений от последней не поступило.

Если предположить, что в опровержение показаний потерпевшей суд первой инстанции сослался на состояние опьянения ФИО2 №1 ДД.ММ.ГГ при обращении к сотруднику полиции с письменным заявлением о привлечении ФИО15 P.O. к уголовной ответственности и последовательного изложения обстоятельств совершенного в отношении нее преступления в ходе осмотра места происшествия, судом в указанной части не дано какой-либо должной оценки показаниям свидетеля ФИО9, указавшего на то, что при собственноручном составлении потерпевшей заявления и в ходе проведенного осмотра места происшествия, потерпевшая в состоянии опьянения не находилась.

Таким образом, суд первой инстанции, фактически не установив оснований для оговора потерпевшей ФИО2 №1 своего супруга ФИО15 P.O. в ходе следствия, но признавая невозможность положить ее показания, а также письменное заявление о привлечении к уголовной ответственности и протокол осмотра места происшествия, как доказательства, в основу обвинительного приговора, тем не менее, их не допустимыми доказательствами, со ссылкой на нормы уголовно-процессуального закона, которые, по мнению суда, были нарушены при допросе данного лица, а также получении иных доказательств, не признал, что, в свою очередь, не лишает их юридической силы.

Более того, суд первой инстанции, согласился исходя из показаний потерпевшей в суде и сделал вывод о состоянии алкогольного опьянения потерпевшей ФИО15 P.O. ДД.ММ.ГГ, что по мнению суда, повлекло сомнения в возможности потерпевшей достоверно воспроизвести обстоятельства произошедших событий.

В то же время, степень опьянения потерпевшей ФИО2 №1 ДД.ММ.ГГ при производстве предварительного расследования не устанавливалась, ввиду отсутствия объективных данных для этого, опровергается показаниями свидетеля, судом возможность аномального аффекта в состоянии алкогольного опьянения, которое лишало бы потерпевшую возможности правильно оценивать происходящие с ней события и давать о них пояснения, не исследовалась.

В имеющихся материалах, собранных на стадии доследственной проверки по письменному заявлению ФИО2 №1 от ДД.ММ.ГГ по обстоятельствам, имевшим место в один из дней начала декабря 2019 года, ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ, содержалась информация о совершений деяния, обстоятельства которого предстояло расследовать, указание о наличии в нем признаков преступления, позволяющие квалифицировать содеянное, обоснованное указание о причастности к содеянному установленного лица - ФИО15 P.O.

Факт того, что свидетели ФИО9, ФИО10 и ФИО3 Д.М. не являлись непосредственными очевидцами преступления (при согласовании их показаний с показаниями потерпевшей ФИО2 №1) не является свидетельством, указывающим на отсутствие доказательств причастности подсудимого к совершению инкриминируемого ему преступления.

В силу статьи 31 Федерального закона от ДД.ММ.ГГ N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", лицо, в отношении которого производится судебная экспертиза, вправе давать эксперту объяснения, относящиеся к предмету данной судебной экспертизы.

Указанная норма свидетельствует, что подэкспертное лицо правомочно самостоятельно определять объем предоставляемых эксперту сведений, а эксперт не вправе принуждать обследуемое лицо к даче объяснений.

Статьей 25 Федерального закона от ДД.ММ.ГГ N 73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» закреплено, что в заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены, наряду с иными данными, содержание и результаты исследований с указанием примененных методов.

Аналогичная норма содержится и в п. 9 части первой статьи 204 УПК РФ, часть вторая данной статьи предусматривает, что если при производстве судебной экспертизы эксперт установит обстоятельства, которые имеют значение для уголовного дела, но по поводу которых ему не были поставлены вопросы, то он вправе указать на них в своем заключении.

Установлено, что при производстве судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшей ФИО2 №1 (заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГ), последняя, в условиях отсутствия представителей органа предварительного расследования, дала пояснения эксперту о том, что ФИО15 P.O. в один из дней начала декабря 2019 года, ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ нанес ей побои и совершил иные насильственные действия.

Указанное заключение в соответствии с пунктом 3 части первой ст. 74 УПК РФ в своей совокупности также относится к числу доказательств и приведено в качестве такового государственным обвинителем.

Между тем, суд первой инстанции, кладя в основу обвинительного приговора в отношении ФИО15 P.O. обстоятельства, имевшие место ДД.ММ.ГГ, не привел доводов о несоответствии указанного заключения доказательству по обстоятельствам, имевшим место в один из дней начала декабря 2019 года и ДД.ММ.ГГ, свою позицию никоим образом в данной части не выразил.

Статьями 306 и 307 УК РФ предусмотрено наступление уголовной ответственности за заведомо ложный донос и дачу заведомо ложных показаний.

Относясь, по надуманным основаниям, критически к показаниям потерпевшей ФИО2 №1 на досудебной стадии уголовного судопроизводства и признавая отсутствие в действиях ФИО15 P.O. состава преступления, суд первой инстанции фактически поставил потерпевшую в положение, когда она должна быть привлечена к уголовной ответственности за активно занятую на досудебной стадии уголовного судопроизводства позицию по привлечению виновного лица к установленной законом ответственности.

При указанных обстоятельствах, принятое в отношении ФИО15 P.O. решение об оправдании его в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ, принято без тщательной оценки всех представленных в судебном заседании доказательств в их взаимосвязи и в совокупности, является преждевременным, а приговор в данной части нельзя признать законным, обоснованным и мотивированным, соответствующим ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Оправдание ФИО15 P.O. по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 117 УК РФ, повлекло назначение ему несправедливо мягкого наказания в виде лишения свободы только за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ.

Освобождение от уголовной ответственности и наказания без всяких законных оснований относится к существенным, фундаментальным нарушениям, искажающим саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

В апелляционном представлении указано, что приговор мирового судьи судебного участка № ... ФИО3 Республики от ДД.ММ.ГГ в отношении ФИО15 P.O. в части оправдания в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ, следует отменить. Вынести по делу новый судебный акт, которым признать ФИО15 P.O. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ, с назначением наказания последнему в виде 9 месяцев лишения свободы. На оснований ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения вновь назначенного наказания и наказания, назначенного приговором от ДД.ММ.ГГ по ч. 1 ст. 119 УК РФ, окончательное наказание определить в виде 1 года 3 месяцев лишения свободы. Согласно статье 73 УК РФ, назначенное наказание считать условным, с испытательным сроком на 2 года 3 месяца.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции государственный обвинитель ФИО8 поддержал доводы, изложенные в апелляционной представлении, которые вновь привел суду, и просил суд отменить приговор мирового судьи судебного участка № ... ФИО3 Республики от ДД.ММ.ГГ, с назначением наказания ФИО1 по совокупности преступлений.

В совместном письменном возражении, поданном и подписанном защитником (адвокатом) ФИО5 и его подзащитным ФИО1 ДД.ММ.ГГ, подписавшимся с записью «Согласен», и приобщенном в дело указано, что адвокат и подсудимый не согласны с доводами апелляционного представления и полагают их подлежащими отклонению, указав следующее.

Суд пришел к выводу об отсутствии в действиях ФИО15 P.O. признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ, при этом целиком изложив суть обвинения, предъявленного подзащитному ФИО15 P.O.

В судебном заседании потерпевшая ФИО2 №1 не подтвердила ее оглашенные показания и показала, что оговорила мужа из-за того, что была в нетрезвом состоянии и зла на последнего, а потому, эти показания не были положены судом в обоснование преступления, предусмотренного частью 1 статьи 117 УК РФ.

Кроме того, потерпевшей ФИО2 №1 еще ранее, на предварительном следствии, в рамках уголовного дела было подано заявление, в котором она указывала, что факта нанесения побоев, имевших место в начале декабря 2019 года, ДД.ММ.ГГ, которые легли в основу обвинения по ч. 1 ст. 117 УК РФ, не было, она оговорила мужа, однако, органы предварительного следствия отнеслись к данному заявлению критически, иными способами, не запрещенными законом не подтвердили прежние и не опровергли данные доводы потерпевшей. Далее в судебном заседании потерпевшая ФИО2 №1 продолжала и настаивала на том, что побоев муж ей в вышеуказанный период не наносил.

Оглашенные в судебном заседании показания несовершеннолетнего свидетеля ФИО4 И.А. не легли в основу обвинения ФИО15 P.O. по ч. 1 ст. 117 УК РФ, так как эти показания не категоричны, указывая на нанесение отчимом побоев матери, несовершеннолетним свидетелем не отражены дата, время, месяц и даже год событий. 

События от начала декабря 2019 года и ДД.ММ.ГГ в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ изложены со слов потерпевшей, а потому, данный процессуальный документ не положен в основу обвинения по факту истязания в отношении потерпевшей. 

Показания, данные потерпевшей ФИО2 №1 в ходе предварительного следствия, не нашли свое подтверждение в судебном заседании, а потому и показания свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО3 Д.М. по обстоятельствам предъявленного обвинения ФИО1 по ч. 1 ст. 117 УК РФ, им стало известно только со слов самой потерпевшей ФИО2 №1, иных доказательств вины ФИО1 по ч. 1 ст. 117 УК РФ не имеется.

Сам ФИО15 P.O. вину в предъявленном ему обвинении по ч. 1 ст. 117 УК РФ не признал, сославшись на то, что побои в указанные в обвинении события имевшие место в начале декабря 2019 года и ДД.ММ.ГГ потерпевшей ФИО2 №1 не наносил.

Также адвокат и осужденный не согласны с доводами апелляционного представления о том, что показания потерпевшей ФИО2 №1, данные ею в судебном заседании, явно направлены на оказание помощи своему супругу и продиктованы стремлением оградить последнего от наступления уголовной ответственности, ввиду того, что потерпевшая находится на иждивении своего супруга, является уроженкой иного государства, иного места проживания на территории Российской Федерации не имеет, воспитывает троих детей, в настоящее время находится в состоянии беременности. В настоящее время семья ФИО15 проживает в своем личном хозяйстве, приобретенном в период нахождения в совместном браке, данная собственность является совместно нажитым имуществом, приобретенным в 2019 году, а брак между ними был заключен в 2016 году. Данное имущество находится в собственности потерпевшей ФИО2 №1, а потому, она является полноценным владельцем личного хозяйства.

Как указано в возражении, проанализировав и оценив все доказательства в их совокупности, мировой суд признал моего подзащитного ФИО15 P.O. виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 119 УК РФ, за что последний понес наказание в виде 9 месяцев лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года. По мнению стороны защиты, приговор мирового суда судебного участка № ... ФИО3 Республики от ДД.ММ.ГГ является справедливым, объективным, законным, обоснованным, служит целям восстановления социальной справедливости, исправлению поведения ФИО15 P.O. и предупреждению совершения им новых преступлений.

На основании изложенного, ссылаясь на положения ст. 5 УК РФ, ст. 14 УПК РФ, адвокат (защитник) ФИО5 П.В., по согласованию со своим подзащитным ФИО1, просит приговор мирового суда судебного участка №... ФИО3 Республики от ДД.ММ.ГГ оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник ФИО5 П.В. полностью подтвердили доводы своего вышеизложенного возражения, пояснив, что позиция, изложенная адвокатом в возражении, была обговорена с подзащитным и согласована с ним еще до составления документа и данный факт подзащитным был заверен своей подписью до подачи возражения в суд. 

Действия защитника, подготовившего возражение на апелляционный протест прокурора по согласованию с осужденным, своим подзащитным, даже путем признания последним вины по состоявшемуся приговору по ст. 119 ч.1 УК РФ, суд находит обоснованным и законным, поскольку эти действия направлены на то, чтобы не допустить ухудшения положения подзащитного, в отношении которого государственный обвинитель требует ужесточить наказание. 

После оглашения и изложения содержания приговора суда, апелляционного представления и возражения стороны защиты, по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с ч. 4 ст. 389.13 УК РФ, судом апелляционной инстанции произведена проверка доказательств, имеющихся в уголовном деле, с их оглашением и одновременным допросом потерпевшей ФИО2 №1

В частности, изучены протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ (с фототаблицей) (т.1 л. д. 10-14). Данный протокол составлен и.о. дознавателя МО МВД России «Комсомольский» ФИО11 с 22 ч.00 мин до 22 ч.30 мин. Указание часа осмотра имеет никем не заверенное исправление, имеющееся в протоколе осмотра ... в ... ЧР, где в качестве участвовавшей указана лишь ФИО2 №1, впоследствии признанная потерпевшей по делу. Осмотр произведен без участия понятых и иных лиц, марка и модель технического устройства (фотоаппарата), примененного при осмотре, не указана. При этом, примерно половину описательного текста протокола составляют записи, сделанные со слов ФИО2 №1 о том, что в начале декабря 2019 года около 19 часов, ДД.ММ.ГГ, около 18 часов, ДД.ММ.ГГ около 20 часов ее муж ФИО1 наносил ей побои, причинившие физическую боль, а в эпизоде ДД.ММ.ГГ, кроме того, угрожал ей убийством.

По поводу данного протокола потерпевшая ФИО2 №1 показала, что она действительно, употребив за день ДД.ММ.ГГ несколько литров пива, находясь в состоянии алкогольного опьянения, была в обиде на своего мужа за грубость, хотя считает, что сама его провоцировала и по поводу побоев в начале декабря 2019 года и ДД.ММ.ГГ сообщила то, чего не было.

В тот же день в ее доме ФИО9 взял у нее письменное заявление, и в заявлении ее о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности (т.1 л.д. 24), имеющемся в деле, изученном судом апелляционной инстанции, даже по почерку видно, что она была в нетрезвом состоянии и поэтому она наговорила на мужа.

По поводу оглашенного в суде апелляционной инстанции протокола допроса потерпевшей от ДД.ММ.ГГ, произведенного следователем СУ СК Росси по ФИО3 ФИО10 (т.1 л.д. 42-47), потерпевшая пояснила, что она вынуждена была прийти на допрос со своими малолетними детьми, следователь спрашивала ее о бытовых вопросах, приходу и уходу детей и мужа домой и т. п., и когда она в протоколе допроса увидела, что записаны не существовавшие события от начала декабря 2019 года и ДД.ММ.ГГ, о которых она на допросе не говорила, и сказала об этом следователю, следователь ей сказала, что ей лучше всего не менять показания, ибо ее может ожидать штраф до 80 тыс. рублей, и выплатить его будет трудно, а так муж походит несколько месяцев на условном осуждении, и ничего страшного не произойдет.

По поводу оглашенного в суде апелляционной инстанции протокола допроса потерпевшей от ДД.ММ.ГГ, произведенного следователем СУ СК России по ФИО3 Д.М. (т.1 л. д. 130-135), потерпевшая пояснила, что она не видела и не читала данный документ, считает, что он просто переписан с предыдущего протокола, там даже дословно совпадают целые абзацы, а подписи в протоколе не похожи на ее подписи. Что там написано, ей не известно и данный протокол она не подтверждает. Она только один раз видела этого следователя перед ознакомлением с делом.

При этом, никто из участников судебного заседания суда апелляционной инстанции не ставил вопрос о проверке подлинности подписей и записей потерпевшей на данном документе, в связи с чем вопрос о производстве графологической (почерковедческой) экспертизы судом не ставился. 

Оглашенные показания малолетнего свидетеля ФИО4 И.А. от ДД.ММ.ГГ (л.д. 54-57) потерпевшая по содержанию подтвердила, показав, что она явилась уже ближе к завершению допроса, но прочитала показания ФИО4.

Суд, при этом, отмечает, что во всем протоколе допроса лишь предложение: «В ходе рассказа сотрудникам полиции я также рассказал, что после нового года, то есть, в начале 2020 года, но точную дату и время не помню, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, наносил побои моей матери ФИО2 №1» и последнее предложение: «Также хочу добавить, что ранее также были ситуации, когда отчим ФИО1 будучи в состоянии алкогольного опьянения в ходе ссоры ударял ФИО2 №1» позволяет предположить, что ФИО1 ранее ДД.ММ.ГГ ударял ФИО2 №1, но данные показания не могут служить доказательством фактов нанесения побоев потерпевшей со стороны осужденного в один из неустановленных дней начала декабря 2019 года и ДД.ММ.ГГ, как это желает представить государственный обвинитель.

По поводу оглашенного в суде заключения эксперта судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГ т.1 л. д. 28-29) потерпевшая пояснила, что записанные «Обстоятельства дела со слов:», это не ее слова, ничего подобного она эксперту не рассказывала. Суд, при этом, обращает внимание, что обстоятельства побоев в каждой из трех указанных дат записаны стандартно, одинаково: «… дома избил муж. Бил кулаком по различным частям тела. За медицинской помощью не обращалась.». В этих записях изменены лишь даты и время, что может свидетельствовать о том, что данные фразы записаны экспертом исходя из обстоятельств дела, изложенных должностным лицом в постановлении о назначении экспертизы. Эти обстоятельства, изложенные УУП ОУУП и ПДН МО МВД России «Комсомольский» ФИО9, при описании событий начала декабря и ДД.ММ.ГГ даже от первого лица, о нанесении побоев «…по различным частям моего тела…», тоже в заключении эксперта приведены. 

К тому же, записанное экспертом в его заключении, не касающееся его специальных познаний, не может служить доказательством виновности ФИО1, поскольку не соблюдены условия производства допроса, а эксперт несет ответственность лишь за выводы по произведенному экспертному исследованию в судебно-медицинской части. При этом, эксперт в своем заключении в п. 3 прямо указал: «Выяснение обстоятельств получения повреждений в компетенцию судебно-медицинского эксперта не входит.».

Так-же, судом апелляционной инстанции исследован протокол судебного заседания от 01-ДД.ММ.ГГ, изготовленный ДД.ММ.ГГ (л. д. 203-217), из которого следует, что в части невиновности ФИО1 по эпизодам начала декабря 2019 года и ДД.ММ.ГГ он привлечен к уголовной ответственности по ее оговору, по тому, чего не было и от чего она отказывается с начала следственных действий по делу. Впервые она обратилась в отдел полиции, указав на свои неправдивые показания, еще ДД.ММ.ГГ, но ей ответили, что дело уже передано в Следственный комитет. Затем, ДД.ММ.ГГ, она обратилась в прокуратуру с заявлением о прекращении уголовного дела, но нигде ее доводы не были приняты во внимание. В то же время, изучение протокола судебного заседания показывает, что даже при допросах должностных лиц, проводивших следствие, потерпевшая активно пыталась добиться от них подтверждения своей точки зрения. Например, в ходе допроса свидетеля ФИО9, который предварительно просил в суде первой инстанции ознакомится со своими показаниями (стр. 5 протокола судебного заседания) (цитируется): «На вопросы потерпевшей ФИО2 №1 свидетель ФИО9 ответил:

Вопрос: - В каком состоянии я писала заявление и как это все происходило?

Ответ: - Была в эмоционально-возбужденном состоянии, на голове был синяк, шишка, очень взволнованная была. 

Вопрос: - Я трезвая была или нет?

Ответ: - Я же освидетельствовать Вас не могу, я не медик. В трезвом состоянии.» (л.д. 205)

В ходе допроса следователей Следственного комитета: На вопросы потерпевшей ФИО2 №1 свидетель ФИО10 ответила (цитируется):

Вопрос: - С самого ли начала я присутствовала при допросе моего ФИО4?

Ответ: - Да, с самого начала. Это может подтвердить психолог. 

Вопрос: - Как можно тогда вызвать психолога, если я не была с начала допроса, а пришла потом с маленьким ребенком. Вы уже на тот момент допросили ребенка. 

Мировой судья предлагает потерпевшей ФИО2 №1 задавать конкретные вопросы свидетелю. 

На дополнительные вопросы потерпевшей ФИО2 №1 свидетель ФИО12 ответила:

Вопрос: Не припоминаете ли Вы о том, что 19 и 25 декабря, там указано, что мы ругались и дрались, я Вам уточняла, говорила, что этого не было. Что Вы мне на тот момент ответили?» (л. д. 210об, стр. 16 протокола);

«На вопросы потерпевшей ФИО2 №1 свидетель ФИО3 Д.М. ответил:

Вопрос: - В какое время мы проводили протокол допроса вдвоем?

Ответ: - Я не помню этого. 

Вопрос: - Поступало ли от меня заявление к Вам о том, чтобы прекратить уголовное дело и по какой причине?

Ответ: - Устно она говорила мне то, что хочет, чтобы мужу назначили меньше наказание и советовалась со мной, что для этого нужно сделать. Я ей сказал, для того, чтобы избежать сурового наказания, необходимо признать вину ее супругу и то, что если она начнет отказываться от своих показаний, ее могут привлечь к уголовной ответственности за заведомо ложные показания.» (л. д. 212об. стр. 20 протокола).

Из содержания того же протокола следует, что показания потерпевшей ФИО2 №1, данные ею в суде первой инстанции и в суде апелляционной инстанции практически идентичны. Так, в протоколе указывалось (цитируется): 

«На вопросы государственного обвинителя потерпевшая ФИО2 №1 ответила:

Вопрос: - Ранее у Вас имелся повод оговаривать Вашего мужа?

Ответ: - Вообще нет. Как Вам объяснить, у нас ссоры естественно были в семье, мы ругались, мы семья, это естественно, доходило до скандалов. Но так, чтобы драки, у нас никогда не было. 

Вопрос: - Вы слышали показания свидетеля ФИО9, что можете сказать по этому поводу, по поводу его показаний?

Ответ: - Вообще он говорит все то, что говорила ему я на тот момент. Честно говоря, меня удивляет то, что он не почувствовал от меня запах алкоголя.

Вопрос: - Вы подтверждаете, что сейчас изложил свидетель ФИО6 в зале суда, это ему все стало известно с Ваших слов?

Ответ: - Ну да. То, что я ему говорила, записывала, то и сказал сейчас. 

Вопрос: - Поясните, пожалуйста, по тем обстоятельствам, которые Вы рассказывали ФИО6 в начале декабря 2019 года имевшего место быть, что происходило в этот день?

Ответ: - В декабре 2019 года, мы в это время не ругались и не могли никак ругаться, у нас там праздники были, у дочки день рождения было 22 декабря.

Вопрос: - До 22 декабря?

Ответ: - И до 22 декабря тоже не ругались. У нас вообще в принципе скандалы редко были.

Вопрос: - Имело место быть факт применения насилия со стороны ФИО15?

Ответ: - Нет, ни в начале декабря, ни в конце декабря, ни 6 числа.

Вопрос: - В начале декабря, в конце декабря Вы ругались?

Ответ: - Я даже не могу припомнить если честно, может словесные ссоры были, но не так, чтобы как там написано.» (л. 

<

...> об., стр. 7-8 протокола).

Суд апелляционной инстанции, выслушав мнение участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, находит приговор законным и обоснованным, а апелляционное представление не подлежащим удовлетворению, по следующим основаниям.

В силу ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ, при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционной жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО1 в инкриминируемом ему деянии по ст. 119 ч.1 УК РФ основан на доказательствах, исследованных в судебном заседании, и соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом.

Так, виновность осужденного ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ, по квалифицирующим признакам угрозы убийством, при наличии оснований опасаться осуществления этой угрозы, подтверждается показаниями потерпевшей ФИО2 №1, несовершеннолетнего свидетеля ФИО4 И.А., данными ими в ходе дознания и оглашенными судом первой инстанции в соответствии со ст. 281 УПК РФ, обоснованно признанными судом правдивыми, поскольку они согласуются между собой и с показаниями потерпевшего, а также иными приведенными в приговоре суда показаниями и письменными доказательствами. 

Поскольку в данной части приговор не обжалуется, осужденный (подсудимый) ФИО1 свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 119 УК РФ в суде апелляционной инстанции признал, суд апелляционной инстанции не видит оснований давать подробный анализ доказательствам виновности ФИО1 по ст. 119 ч.1 УК РФ.

Согласно показаниям потерпевшей ФИО2 №1, данным в суде первой инстанции, ни в начале декабря 2019 года, ни в конце декабря 2019 года, ни в феврале 2020 года со стороны мужа ФИО1 насилие по отношению к ней не применялось, побои он ей не наносил. ДД.ММ.ГГ она была выпившей. Между ней и ФИО1 ДД.ММ.ГГ была ссора по ее вине, инициатором и провокатором ссоры была она. Дети были дома, они находились в своей комнате. ФИО1 сначала был трезвый, потом вместе они выпили пиво. В 5-7 часов вечера они начали ругаться, ФИО1 к ней насилие не применял. ФИО4 во время их ссоры вышел и предупредил, чтобы они успокоились или он вызовет полицию. Кровоподтек на голове она получила от удара головой в бане за несколько дней до ДД.ММ.ГГ. ДД.ММ.ГГ ФИО1 в ее адрес угрозу убийством не высказывал. Свои показания в качестве потерпевшей, данные в ходе предварительного расследования, она в суде первой инстанции, и поздне, в суде апелляционной инстанции, не подтвердила. 

Этим же приговором от ДД.ММ.ГГ ФИО1 признан невиновным и оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 117 УК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава указанного преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. За ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке п. 1 ст. 133, ч. 1 ст. 134 УПК РФ.

По эпизоду истязание (ч.1 ст. 117 УК РФ), причинение физических или психических страданий путем систематического нанесения побоев либо иными насильственными действиями, если это не повлекло последствий, указанных в статьях 111 и 112 настоящего Кодекса, осужденный свою вину по предъявленному обвинению не признал. 

Суд апелляционной инстанции не соглашается с утверждением государственного обвинителя о том, что решение об оправдании ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ, принято судом первой инстанции без тщательной оценки всех представленных в судебном заседании доказательств в их взаимосвязи и в совокупности, является преждевременным, а приговор в данной части нельзя признать законным, обоснованным и мотивированным, соответствующим ч. 4 ст. 7 УПК РФ. 

Тщательное и подробное изучение судом первой инстанции всех обстоятельств дела подтверждено как в мотивированном и обоснованном приговоре суда, так и в подробном и тщательно составленном протоколе судебного заседания от 1-ДД.ММ.ГГ, который признан сторонами и замечаний на протокол судебного заседания не поступало.

Судом первой инстанции подробно проанализированы показания свидетелей, данные им как в ходе судебного разбирательства, так и при производстве предварительного расследования. Показаниям дана надлежащая и объективная оценка. 

Из протокола судебного заседания, изученного судом второй инстанции, усматривается, что судом первой инстанции тщательно исследовались вышеперечисленные доказательства, они в приговоре проанализированы судом, проверены в соответствии с правилами, предусмотренными ст.ст. 87, 88 УПК РФ, в том числе, путем их сопоставления, и им дана оценка с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а всех собранных доказательств, в совокупности и достаточности для разрешения данного уголовного дела по существу. 

Обстоятельства, подлежащие доказыванию, в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены верно.

При этом, в приговоре полно и правильно изложено содержание всех исследованных по делу доказательств, приведены выводы, касающиеся проверки и оценки каждого из них.

Выводы суда, касающиеся оценки каждого из доказательств надлежащим образом мотивированы, приведенные аргументы убедительны, сомнений в своей объективности и правильности у суда апелляционной инстанции не вызывают.

Принятые судом решения по оценке доказательств основаны на законе и материалах дела. Не устраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденного, требующих истолкования их в пользу осужденного, судом апелляционной инстанции по делу не установлено.

Судом первой инстанции не установлено наличие, каких либо оснований у потерпевшего, свидетелей, допрошенных по делу, в показаниях, признанных судом достоверными, к оговору осужденного, кроме оговора, допущенного потерпевшей, с ее слов ДД.ММ.ГГ под воздействием алкоголя и возникшей злости на мужа, не усматривается таких оснований, кроме указанного, и судом апелляционной инстанции.

Как видно из протоколов судебных заседаний, председательствующим судьей в суде первой инстанции создавались все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, принимались все предусмотренные законом меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон, в том числе, участникам процесса, в полной мере была обеспечена возможность заявлять ходатайства, которые разрешались своевременно, обоснованно и по существу.

В судебных заседаниях суда первой инстанции исследованы все существенные для правильного разрешения данного дела доказательства, достаточность и допустимость которых сомнений не вызывает.

Из протоколов судебных заседаний также усматривается, что суд не ограничивал права участников процесса по исследованию доказательств.

Осужденный ФИО1 в полной мере пользовался правом излагать свою позицию, согласовать свою позицию с позицией адвоката, получать от него необходимые консультации, и, так же, по его желанию ему предоставлена возможность замены защитника (адвоката), хотя оснований для обязательного участия защитника по делу не имеется. Право на защиту осужденного ФИО1 судом первой инстанции нарушено не было. 

Данная стороной защиты собственная оценка, со своей точки зрения, исследованных судом и оцененных должным образом судом первой инстанции имеющихся по делу доказательств не является основанием для отмены или изменения состоявшегося приговора. 

С учетом изложенного, следует признать, что тщательный анализ и данная в соответствии с требованиями закона оценка исследованным в судебном заседании доказательствам в их совокупности, позволили суду первой инстанции правильно установить фактические обстоятельства совершенной ФИО1 угрозы убийством, сопровождавшейся применением в отношении потерпевшей насильственных действий, конкретную обстановку, в которой они были совершены, а также, личное восприятие их потерпевшим, и прийти к правильному выводу о наличии в действиях осужденного состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, о его виновности в совершении указанного деяния. В данной части приговор признан стороной обвинения и не обжалован.

В то же время и оправдание в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ, суд апелляционной инстанции находит правильным, поэтому оснований для его отмены или изменения по доводам апелляционного представления государственного обвинителя, не находит.

Приведенный в данном постановлении анализ доказательств, изложенный судом апелляционной инстанции, имеется и в приговоре суда от ДД.ММ.ГГ.

Так, в своем приговоре мировой судья указала, что в подтверждение факта причинения физических и психических страданий ФИО1 потерпевшей ФИО2 №1 в начале декабря 2019 года, около 19 часов, и ДД.ММ.ГГ, около 18 часов, стороной обвинения представлены оглашенные показания потерпевшей ФИО2 №1, оглашенные показания несовершеннолетнего свидетеля ФИО4 И.А., заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГ, протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ.

В судебном заседании потерпевшая ФИО2 №1 не подтвердила ее оглашенные показания и показала, что оговорила мужа из-за того, что была в нетрезвом состоянии и зла на него, а потому, оглашенные в суде по ходатайству государственного обвинителя показания потерпевшей ФИО2 №1 не могут быть положены судом в обоснование преступления по ч. 1 ст. 117 УК РФ.

Несовершеннолетний свидетель ФИО4 И.А., помимо сообщения о событиях от ДД.ММ.ГГ, показал, что в начале 2020 года, но точную дату и время он не помнит, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, наносил побои матери ФИО2 №1 Ранее также были ситуации, когда отчим ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, в ходе ссоры ударял ФИО2 №1 Однако, отсутствие в оглашенных показаниях несовершеннолетнего свидетеля ФИО4 И.А. указаний не только на месяц, но даже год событий, о которых он дает показания, не являются показаниями, подтверждающими предъявленное ФИО1 обвинение по ч.1 ст. 117 УК РФ. Поэтому, оглашенные в суде показания несовершеннолетнего свидетеля ФИО4 И.А. в изложенной части, данные без конкретизации времени и обстоятельств совершения противоправных действий подсудимым ФИО1 в отношении потерпевшей ФИО2 №1, также не могут быть положены в основу приговора, поскольку они не подтверждают факт причинения физических и психический страданий подсудимым потерпевшей в начале декабря 2019 года и ДД.ММ.ГГ. 

События от начала декабря 2019 года и ДД.ММ.ГГ в протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ изложены со слов потерпевшей, в связи с чем протокол осмотра места происшествия по указанным событиям также не может быть положен в основу обвинения в совершении подсудимым истязания в отношении потерпевшей. 

Мировой судья считает, что только оглашенные показания потерпевшей ФИО2 №1 не являются достаточными доказательствами для подтверждения вины подсудимого ФИО1 в истязании потерпевшей, поскольку ее показания не нашли подтверждения исследованными в ходе судебного следствия доказательствами.

Показания свидетелей ФИО9, ФИО10 и ФИО3 Д.М. не могут быть положены в основу настоящего приговора, поскольку они очевидцами преступления не являются, об обстоятельствах совершения ФИО1 преступления им стало известно в связи с исполнением ими своих служебных обязанностей, при получении объяснений и показаний от потерпевшей ФИО2 №1 

Мировой суд считает, что в действиях подсудимого ФИО1, который свою вину по предъявленному обвинению не признал и отрицает факт нанесения им когда-либо побоев, физических и психических страданий потерпевшей, отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ, поскольку систематичность причинения потерпевшей физических и психических страданий представленными доказательствами не подтверждается, и в данной части ФИО13 подлежит оправданию. 

Согласно положений ст. 73 УПК РФ по уголовному делу подлежит доказыванию, в том числе, событие преступления. 

Объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ, характеризуется причинением физических и психических страданий путем систематического нанесения побоев либо иными насильственными действиями, связанными с длительным причинением боли (щипки, укусы, избиение розгами, плетью, сечение, нанесение множественных, в том числе небольших, повреждений тупыми, острыми предметами, воздействие термических факторов и т.п.) либо причиняющими страдания как следствие длительного лишения воды, пищи, тепла. Систематичность побоев предполагает многократное, не менее трех раз, совершение указанных действий.

В соответствии со ст. 5 УК РФ, лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина. Объективное вменение, то есть уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается.

Согласно частей 2 и 3 ст. 14 УПК РФ, подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого.

В силу ст. 15 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты.

Судебное следствие является независимым и не связано с доводами предварительного следствия по уголовному делу.

В соответствии со ст. 17 УПК РФ судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. 

Исследовав и оценив вышеизложенные доказательства, мировой суд считает, что стороной обвинения не представлено достаточных и достоверных доказательств, бесспорно подтверждающих систематическое причинение физических и психических страданий подсудимым ФИО1 потерпевшей ФИО2 №1 в начале декабря 2019 года и ДД.ММ.ГГ. Исследованными доказательствами подтверждается лишь причинение физических и психических страданий потерпевшей подсудимым ДД.ММ.ГГ. 

В действиях ФИО1 по факту причинения физических и психических страданий потерпевшей ДД.ММ.ГГ усматриваются признаки административного правонарушения, предусмотренного ст. 6.1.1 КоАП РФ. Вопрос о привлечении его к административной ответственности подлежит разрешению Межрайонным отделом МВД РФ «Комсомольский».

С данными суждениями суда первой инстанции суд апелляционной инстанции полностью согласен, и считает, что нет необходимости их воспроизводить повторно.

Следовательно, вопреки утверждению государственного обвинителя, прокурора, утвердившего обвинительное заключение, предпринимавшего в ходе судебного следствия в суде первой инстанции попытки исправить ситуацию по поводу доказательств стороны обвинения вызовом и допросом в суде всех должностных лиц, причастных к проведению предварительного расследования, когда непременно задавался вопрос, не заинтересованы ли они лично, прямо или косвенно, в привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, фактически, не требующий ответа, поскольку никакое должностное лицо, объективно, не заинтересовано в оправдании лица, которому ими или с их участием предъявлено обвинение, суд первой инстанции, вынося приговор, учел, в том числе, и положения пунктов 1-4 части 305 УПК РФ. 

Предусмотренное ст. 17 УПК РФ право суда оценивать доказательства не означает, что непременно не положенные в основу приговора доказательства следует признавать недопустимыми доказательствами, как можно понять из существа апелляционного представления. В то же время, суд вправе определить достаточность или недостаточность представленных доказательств для оправдания или обвинения подсудимого и не принимать в качестве доказательств показания, которые не подтверждены в ходе судебного следствия.

Согласно разъяснения, содержащегося в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГ N 55 «О судебном приговоре», судам следует иметь в виду, что частью 2 статьи 302 УПК РФ установлен исчерпывающий перечень оснований постановления оправдательного приговора: не установлено событие преступления или в деянии подсудимого отсутствует состав преступления, подсудимый не причастен к совершению преступления, в отношении подсудимого коллегией присяжных заседателей вынесен оправдательный вердикт. Оправдание по любому из этих оснований означает признание подсудимого невиновным и влечет за собой его реабилитацию.

Судом первой инстанции установлено отсутствие в деяниях подсудимого ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч.1 ст. 117 УК РФ, в связи с чем, его оправдание в данной части, является обоснованным.

По мнению государственного обвинителя, в основу обвинительного приговора в части обвинения ФИО1 по ч.1 ст. 117 УК РФ следует положить показания потерпевшей по эпизодам неустановленного дня начала декабря 2019 года и ДД.ММ.ГГ, данные в ходе предварительного расследования, без учета того, что в суде первой и апелляционной инстанции она отказалась подтвердить данные показания, и, уже с ДД.ММ.ГГ потерпевшая ФИО2 №1 последовательно сообщала, что подсудимый в эти дни ей побои не наносил, а ночью ДД.ММ.ГГ (после 22 часов – примеч. суда) она дала такие первоначальные недостоверные сведения, находясь в состоянии алкогольного опьянения, фактически, наедине с дознавателем, и тогда же сразу у нее было отобрано письменное заявление о привлечении ее мужа к уголовной ответственности, от которого она отказалась, фактически, уже примерно через неделю (8 дней) после даты осмотра места происшествия. Судом апелляционной инстанции по поводу показаний малолетнего свидетеля, ФИО4 потерпевшей, и по поводу записи эксперта свои доводы изложены ранее. 

При этом, ни прямых свидетельских показаний или даже достоверных косвенных показаний, экспертных заключений по поводу наличия телесных повреждений у потерпевшей по фактам от начала декабря 2019 года и ДД.ММ.ГГ, которые можно считать доказательствами по названным фактам, стороной обвинения по делу не добыто. Зависимость потерпевшей от подсудимого (осужденного) так же чисто номинальная, во многом вымышленная. Поведение потерпевшей в суде первой инстанции и в суде апелляционной инстанции, наличие у нее в собственности земли и имущества, о чем суду предоставлены соответствующие документы, наличие у нее гражданства РФ, ее решительное поведение, в том числе, и при допросах лиц, производивших следствие, ее физические данные, поскольку, даже внешне, она намного выше и имеет значительно большую весовую категорию, чем осужденный, не свидетельствуют о том, что она, потерпевшая, длительное время отказывается от своих показаний, опасаясь подсудимого (осужденного), либо находясь под его угнетающим воздействием. Поэтому, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что потерпевшая действительно осознала, что ДД.ММ.ГГ, находясь в состоянии алкогольного опьянения, только в течение дня ДД.ММ.ГГ употребив несколько литров пива (ею называлось даже до 6 литров), она совершила оговор мужа по фактам от начала декабря и ДД.ММ.ГГ, и, длительное время эту ошибку, в силу недостаточной юридической грамотности, занятостью детьми и по другим причинам, исправить она не может. 

Таким образом, как в части осуждения ФИО1 по ч. 1 ст. 119 УК РФ, так и в части оправдания ФИО1 по ч.1 ст. 117 УК РФ, приговор постановлен законно обоснованно, и действия ФИО1 квалифицированы правильно.

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, всех данных о личности виновного, с учетом отягчающих и смягчающих вину подсудимого обстоятельств, в пределах санкции ч.1 ст. 119 УК РФ, в разумных пределах, и является справедливым. К тому же, свою вину в совершении угрозы убийством по ст. 119 ч.1 УК РФ ФИО1 после суда первой инстанции, при написании возражения, и далее, в суде апелляционной инстанции, признал.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих, в соответствии со ст. 389.15 УПК РФ, отмену или изменение приговора, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьей 389.13, пунктом 1 части 1, части 2 статьи 389.20, статьями 389.28, 389.35 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового суда судебного участка № ... ФИО3 Республики от ДД.ММ.ГГ, которым ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, и ему назначено уголовное наказание в виде лишения свободы на срок 9 (девять) месяцев, уголовное наказание в соответствии со ст. 73 УК РФ считать условным с испытательным сроком на 2 (два) года, в части обвинения его в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 117 УК РФ, ФИО1 оправдан на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления, и на основании п. 1 ч. 2 ст. 133, ч. 1 ст. 134 УПК РФ, за ФИО1 признано право на реабилитацию и разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием, оставить без изменения, а апелляционное представление прокурора ... ФИО3 Республики ФИО8, - без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции вступает в силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 47.1, 48.1 УПК РФ.

Судья В.И. Яшнов

Копия верна

Судья: В.И. Яшнов