Дело № 5-330/2021 

УИД: №

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

26 июля 2021 года г. Гусиноозерск

Гусиноозерский городской суд Республики Бурятия в составе судьи Фёдоровой Д.М., 

при секретаре Дамдиновой С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело об административном правонарушении в отношении ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> Республики Бурятия, гражданина РФ, женатого, временно не работающего, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, по ч. 2 ст. 6.3 КоАП РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Из поступившего в суд протокола об административном правонарушении следует, что ФИО1, проживающий по адресу: 

<

адрес>, являющийся лицом, контактировавшим с больным с лабораторно подтвержденным диагнозом COVID-19, и находящийся в режиме изоляции в период времени с 16.06.2021 по 29.06.2021 включительно, нарушил режим изоляции, а именно 20.06.2021 года в период времени с 17 ч. 00 минут по 18 часов 00 минут покинул свое место жительства, расположенное по адресу 

<

адрес> целью поиска коров, тем самым нарушил п.1 ст.33 ФЗ от 30.03.1999 № 52 ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», не выполнил противоэпидемические мероприятия, и нарушил санитарно-эпидемиологические правила СП.3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», утвержденные постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 22.05.2020 N 15. 

В судебном заседании, лицо, привлекаемое к административной ответственности, ФИО1 согласился с протоколом об административном правонарушении, вину признал, при этом просил применить к нему наказание в виде предупреждения. Пояснил, что ранее не привлекался к административной ответственности, вышел на улицу для того, чтобы найти своих коров, о том, что находится режиме изоляции, не знал, никто об этом его не уведомлял, в том числе путем телефонного информирования.

Представитель административного органа О МВД России по Селенгинскому району ФИО2 в судебном заседании пояснила, что состав административного правонарушения имеется, вместе с тем, в ввиду отсутствия неблагоприятных последствий не возражает против назначения ФИО1 наказания в виде предупреждения. 

Суд, выслушав ФИО1, представителя О МВД России по Селенгинскому району ФИО2, изучив материалы административного дела, приходит к следующему.

Частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за нарушение законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, выразившееся в нарушении действующих санитарных правил и гигиенических нормативов, невыполнении санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий, совершенные в период режима чрезвычайной ситуации или при возникновении угрозы распространения заболевания, представляющего опасность для окружающих, либо в период осуществления на соответствующей территории ограничительных мероприятий (карантина), либо невыполнение в установленный срок выданного в указанные периоды законного предписания (постановления) или требования органа (должностного лица), осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, о проведении санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий.

Согласно ст. 29 Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» в целях предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должны своевременно и в полном объеме проводится предусмотренные санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия, в том числе мероприятия по осуществлению санитарной охраны территории Российской Федерации, введению ограничительных мероприятий (карантина), осуществлению производственного контроля, мер в отношении больных инфекционными заболеваниями, проведению медицинских осмотров, профилактических прививок, гигиенического воспитания и обучения граждан.

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» санитарно-эпидемиологическое благополучие населения обеспечивается посредством в том числе, государственного санитарно-эпидемиологического нормирования. Основной задачей государственного санитарно-эпидемиологического нормирования является установление санитарно-эпидемиологических требований, обеспечивающих безопасность для здоровья человека среды его обитания.

Исходя из положений ст. 6 вышеназванного Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», к полномочиям субъектов Российской Федерации в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения относятся принятие в соответствии с федеральными законами законов и иных нормативных правовых актов субъекта Российской Федерации, контроль за их исполнением; право разработки, утверждения и реализации региональных программ обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, согласованных с территориальным органом федерального органа исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в сфере обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения; введение и отмена на территории субъекта Российской Федерации ограничительных мероприятий (карантина) на основании предложений, предписаний главных государственных санитарных врачей и их заместителей.

В соответствии с частями 2, 3 ст. 31 Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» ограничительные мероприятия (карантин) вводятся (отменяются) на основании предложений, предписаний главных государственных санитарных врачей и их заместителей решением Правительства Российской Федерации или органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации, органа местного самоуправления, а также решением уполномоченных должностных лиц федерального органа исполнительной власти или его территориальных органов, структурных подразделений, в ведении которых находятся объекты обороны и иного специального назначения. Порядок осуществления ограничительных мероприятий (карантина) и перечень инфекционных заболеваний, при угрозе возникновения и распространения которых вводятся ограничительные мероприятия (карантин), устанавливаются санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 33 Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» больные инфекционными заболеваниями, лица с подозрением на такие заболевания и контактировавшие с больными инфекционными заболеваниями лица, а также лица, являющиеся носителями возбудителей инфекционных болезней, подлежат лабораторному обследованию и медицинскому наблюдению или лечению и в случае, если они представляют опасность для окружающих, обязательной госпитализации или изоляции в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

При выявлении нарушения санитарного законодательства, а также при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должностные лица, осуществляющие федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, имеют право выдавать, в частности, гражданам предписания, обязательные для исполнения ими в установленные сроки, об устранении выявленных нарушений санитарно-эпидемиологических требований, о проведении дополнительных санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий, а также при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний, представляющих опасность для окружающих; главные государственные санитарные врачи и их заместители наделяются полномочиями выносить мотивированные постановления о госпитализации для обследования или об изоляции больных инфекционными заболеваниями, представляющими опасность для окружающих, и лиц с подозрением на такие заболевания, а также о проведении обязательного медицинского осмотра, госпитализации или об изоляции граждан, находившихся в контакте с больными инфекционными заболеваниями, представляющими опасность для окружающих (пункт 2 статьи 50, пункт 6 части 1 статьи 51 Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»).

Таким образом, федеральный законодатель допускает медицинское вмешательство, а также принятие изоляционных мер различного характера в отношении названных выше лиц в порядке, установленном законодательством.

Соблюдение санитарных правил, санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц (часть 3 статьи 39 Федерального закона от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», пункты 1.3, 2.6, 2.7, 10.1, 13.1 Санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1/3.2.3146-13 «Общие требования по профилактике инфекционных и паразитарных болезней», утвержденных постановлением Врио Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 16 декабря 2013 г. № 65).

Исходя из толкования приведенных выше норм в их системной взаимосвязи привлечению к административной ответственности по части 2 статьи 6.3 КоАП РФ в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) подлежат, в том числе, лица с подозрением на наличие заразной формы инфекционного заболевания, лица, прибывшие на территорию Российской Федерации, в том числе, из государства, эпидемически неблагополучного по коронавирусной инфекции, лица, находящиеся или находившиеся в контакте с источником заболевания, в контакте с лицами с подозрением на наличие заразной формы инфекционного заболевания, лица, уклоняющиеся от лечения опасного инфекционного заболевания, нарушающие санитарно-противоэпидемический режим, а также не выполнившие в установленный срок выданное в периоды, указанные в части 2 статьи 6.3 КоАП РФ, законное предписание (постановление) или требование органа (должностного лица), осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор.

Постановлением Правительства РФ от 31 января 2020 года № 66 «О внесении изменения в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих», коронавирусная инфекция (2019-nCoV) внесена в Перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 1 декабря 2004 г. № 715 «Об утверждении перечня социально значимых заболеваний и перечня заболеваний, представляющих опасность для окружающих».

В целях предупреждения возникновения чрезвычайных ситуаций, связанных с распространением коронавирусной инфекции, и принятия своевременных мер по их ликвидации (минимизации последствий) с 10 февраля 2020 года на территории Республики Бурятия на основании распоряжения Правительства Республики Бурятия от 7 февраля 2020 года № 72-р введен режим повышенной готовности.

Указом Главы Республики Бурятия от 13 марта 2020 года № 37 введены дополнительные меры по защите населения и территории Республики Бурятия от чрезвычайной ситуации, связанной с возникновением и распространением инфекции, вызванной новым типом коронавируса (COVID-19).

Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 2 марта 2020 года № 5 «О дополнительных мерах по снижению рисков завоза и распространения новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV)» в связи с продолжающейся угрозой завоза и распространения новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV) в соответствии с подпунктом 6 пункта 1 статьи 51 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» постановлено обеспечить организацию и проведение мероприятий, направленных на предупреждение завоза и распространения, своевременное выявление и изоляцию лиц с признаками новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV) (п.1.1).

Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 22.05.2020 № 15 «Об утверждении санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», п.3.8 установлено, что лицо, контактировавшее с больным COVID-19, находится в изоляции (в обсерваторе, по месту жительства) не менее 14-ти календарных дней со дня последнего контакта с больным COVID-19 или до выздоровления (в случае развития заболевания).

Из материалов дела об административном правонарушении следует, что 20 июня 2021 года в 17 ч. 00 минут ФИО1 покинул свое место проживания, расположенное по адресу: 

<

адрес>, являясь лицом, контактировавшим с больным с лабораторно подтвержденным диагнозом COVID-19, тем самым нарушил режим изоляции. 

Согласно данному в ходе судебного заседания объяснению ФИО1, последний сообщил, что ему никто не объяснил и не уведомлял о необходимости соблюдения режима изоляции, по телефону о необходимости соблюдения режима изоляции его также не уведомляли, он не знал, что не имеет права покидать свое жилье.

В судебном заседании так же исследованы письменные доказательства, в том числе протоколом об административном правонарушении от 08.07.2021, содержащим, в том числе объяснение ФИО1, рапортом УУП ОМВД РФ по Селенгинскому району от 08.07.2021, ответом начальника ТО Управления Роспотребнадзора по Республике Бурятия в Селенгинском районе, объяснение ФИО1 

Суд приходит к следующему, в рассматриваемом случае из протокола об административном правонарушении и представленных материалов не усматривается нарушение ФИО1 каких-либо норм санитарных правил и гигиенических нормативов, равно как и невыполнение им санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий.

Ссылка в протоколе об административном правонарушении на нарушение ФИО1 режима изоляции, в отсутствие доказательств уведомления ФИО1 о необходимости соблюдения режима изоляции, не свидетельствует о том, что в его (ФИО1) деянии имеется состав административного правонарушения, предусмотренного статьей 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Таким образом, основания для вывода о том, что действия названного лица образуют состав административного правонарушения, предусмотренного статьей 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отсутствуют.

Согласно разъяснению, данному в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 февраля 2021, в силу пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 N 5 (ред. от 19 декабря 2013) «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» право окончательной юридической квалификации действий (бездействия) лица Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях относит к полномочиям судьи.

Если при рассмотрении дела об административном правонарушении будет установлено, что протокол об административном правонарушении содержит неправильную квалификацию совершенного правонарушения, то судья вправе переквалифицировать действия (бездействие) лица, привлекаемого к административной ответственности, на другую статью (часть статьи) Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, предусматривающую состав правонарушения, имеющий единый родовой объект посягательства, в том числе и в случае, если рассмотрение данного дела отнесено к компетенции должностных лиц или несудебных органов, при условии, что назначаемое наказание не ухудшит положение лица, в отношении которого ведется производство по делу.

Как следует из диспозиции части 1 статьи 20.6.1 КоАП РФ, она является общей нормой по отношению к части 2 статьи 6.3 названного кодекса, что свидетельствует о наличии единого родового объекта посягательства у закрепленных указанными нормами составов административных правонарушений, в качестве которого выступают общественные отношения в области обеспечения общественной безопасности, включая обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения, в том числе общественные отношения в сфере предотвращения или устранения угрозы для жизни, здоровья людей.

Санкция части 1 статьи 20.6.1 КоАП РФ является менее строгой, чем санкция части 2 статьи 6.3 КоАП РФ.

В силу части 3 статьи 23.1 КоАП РФ дела об административных правонарушениях, предусмотренных частью 2 статьи 6.3 и статьей 20.6.1 данного кодекса, рассматриваются судьями районных судов.

При таких обстоятельствах в том случае, если при рассмотрении дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 6.3 КоАП РФ, либо жалобы на постановление по делу о таком административном правонарушении будет установлено, что совершенные лицом действия (бездействие) образуют объективную сторону состава административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 1 статьи 20.6.1 КоАП РФ, такие действия (бездействие) подлежат переквалификации.

Таким образом, ФИО1 не выполнил установленные обязательные для исполнения правила поведения при введении на территории Республики Бурятия режима повышенной готовности в целях предупреждения возникновения чрезвычайных ситуаций, связанных с распространением коронавирусной инфекции, и принятия своевременных мер по их ликвидации (минимизации последствий), и ограничительных мероприятий, в связи с чем, имеются основания для квалификации его действий по ч. 1 ст. 20.6.1 КоАП РФ.

При назначении наказания суд в соответствии со ст. 4.1 КоАП РФ принимает во внимание характер совершенного ФИО1 административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, признание вины, раскаяние в содеянном, в связи с чем, считает возможным применить меру административного наказания в виде предупреждения, что обеспечивает реализацию задач административной ответственности и отвечает принципу неотвратимости наказания. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 29.9, 29.10 КоАП РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.6.1 КоАП РФ, и подвергнуть его административному наказанию в виде предупреждения.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Бурятия в течение 10 суток со дня вручения копии постановления.

Судья Фёдорова Д.М.