Дело № 2-863/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 сентября 2018 года город Псков

Псковский городской суд Псковской области в составе:

председательствующего судьи Семёновой Т.А.,

при секретаре Мызниковой М.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Администрации города Пскова, ФИО4, ФИО2, ФИО3 о признании незаконным решение Малого Совета Псковского областного Совета народных депутатов, признании недействительными обменный ордер, договор приватизации, договоры купли-продажи квартиры, признании права собственности на жилое помещение и истребовании имущества из чужого незаконного владения,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с иском к Администрации г. Пскова о признании недействительными договора приватизации, договоров купли-продажи и признании права собственности на жилое помещение.

В обоснование требований указано, что 26 апреля 1995 года ФИО1 приобрела в собственность у Г.Ю. квартиру по адресу: 

<

...> д. № ***, кв. № ***.

В 2015 году с целью государственной регистрации права на жилое помещение ФИО1 обратилась в Управление Росреестра по Псковской области.

25 февраля 2016 года уведомлением № *** истцу отказано в государственной регистрации права с указанием на то, что правообладателем квартиры на основании договора купли-продажи от 13 июля 2013 года является ФИО3

Истец обратилась в Управление Росреестра по Псковской области с заявлением о получении выписки из ЕГРН с целью установления сведений о переходе прав на жилое помещение. Согласно полученному ответу 24.10.2008 года право собственности на квартиру № *** в доме № *** по ул. Л. в г. Пскове зарегистрировано за муниципальным образованием «Город Псков», 24.10.2008 года зарегистрирован переход права за ФИО4, 29.12.2008 года – за ФИО2, 30.07.2013 года – за ФИО3

ФИО1 полагает, что Администрация г. Пскова не имела права в 2008 году передать спорную квартиру в собственность граждан по договору приватизации, так как с 1992 года данная жилплощадь находилась в собственности физических лиц. 

Поскольку квартира № *** в доме № *** по ул. Л. в г. Пскове выбыла из владения истца помимо ее воли и без ее участия, ФИО1, уточнив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просит суд признать решение Малого Совета Псковского областного Совета народных депутатов от 18.08.1993 года № *** незаконным в части включения в реестр муниципальной собственности г. Пскова квартиру № *** в доме № *** по ул. Л. в г. Пскове, признать недействительным обменный ордер № *** от 28.03.1995 года, выданный Администрацией г. Пскова П.В. на квартиру № *** в доме № *** по ул. Л. в г. Пскове, признать недействительными договор безвозмездной передачи в порядке приватизации ФИО4 указанной квартиры, договор купли-продажи от 15.12.2008 года, заключенный между ФИО4 и ФИО2, договор купли-продажи от 30.07.2013 года, заключенный между ФИО2 и ФИО3, признать за ФИО1 право собственности на квартиру по адресу: 

<

...> д. № ***, кв. № *** и истребовать данное жилое помещение из чужого незаконного владения в пользу истца.

Судом к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО4, ФИО2, ФИО3, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные исковые требования, – ООО «Микрорайон № 11» и Управление по учету и распределению жилой площади Администрации г. Пскова.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, ее представитель ФИО5 требования и доводы в их обоснование поддержал, пояснив, что в 1995 году ФИО1 приобрела у Г.Ю. квартиру по адресу: 

<

...> д. № ***, кв. № ***. С согласия истца и по ее заявлению на данной жилплощади были зарегистрированы П.В. и его супруга ФИО4, которые по устной договоренности должны были оплачивать коммунальные услуги. Истец постоянно поддерживала связь с ФИО6 и его супругой, через знакомых интересовалась состоянием жилого помещения. В 2014 году ФИО1 решила продать принадлежащую ей жилплощадь, в связи с чем обратилась в агентство недвижимости, после чего было установлено, что у квартиры новый собственник.

Представитель ответчика – Администрации г. Пскова и третьего лица – Управления по учету и распределению жилой площади Администрации г. Пскова ФИО7 исковые требования не признал, пояснив, что нанимателем квартиры № *** в доме № *** по ул. Л. в г. Пскове на основании обменного ордера от 28.03.1995 года № *** являлся П.В. 14.10.2008 года указанное жилое помещение было передано в собственность в порядке приватизации супругу П.В. – ФИО4, впоследствии на основании сделок купли-продажи собственником квартиры являлся ФИО2, в настоящее время - ФИО3 Поскольку ФИО1 стало известно о наличии зарегистрированного права ФИО3 25.02.2016 года, полагает, что требования о признании сделок купли-продажи недействительными заявлены истцом за пределами срока исковой давности, который в данном случае составляет один год. Также полагает, что ФИО1 с 1995 по 2016 гг. судьбой принадлежащей ей квартиры не интересовалась, мер к сохранности спорной жилплощади не предпринимала, что привело к последующему совершению сделок по ее отчуждению.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал, пояснив, что приобрел квартиру № *** в доме № *** по ул. Л. в г. Пскове у ФИО4 Квартира находился в неудовлетворительном санитарном и техническом состоянии, требовался ремонт, имелась большая задолженность по коммунальным платежам. За период проживания в данной квартире к ним никто не приходил, претензий не предъявлял.

Ответчик ФИО3 и ее представитель – адвокат Котельникова Е.В. с исковыми требованиями не согласились, поставив вопрос о пропуске срока исковой давности. Также указали, что ФИО1 на протяжении 23 лет судьбой квартиры не интересовалась, расходов по содержанию принадлежащего ей имущества не несла. В то время как ФИО3 является добросовестным приобретателем, поскольку при заключении сделки купли-продажи действовала разумно, удостоверилась в отсутствии обременений, наличии зарегистрированного права собственности продавца на данное имущество. Просили в удовлетворении иска отказать.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, извещалась о дате и времени судебного разбирательства, о причинах неявки суду не сообщила, возражений по иску не представила.

Представитель третьего лица - ООО «Микрорайон № 11» в судебное заседание не явился. В судебном заседании от 11.07.2018 года вопрос о разрешении требований оставил на усмотрение суда.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, свидетеля, исследовав материалы дела, материалы инвентаризационного дела, материалы регистрационного дела, суд приходит к следующим выводам.

Разрешая ходатайство стороны ответчиков о пропуске срока исковой давности, суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 195 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Таким образом, нарушенное право подлежит защите в сроки, установленные законом.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, установление в законе общего срока исковой давности, т.е. срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статья 196 ГК Российской Федерации), начала его течения (статья 200 ГК Российской Федерации) и последствий пропуска такого срока (статья 199 ГК Российской Федерации) обусловлено необходимостью обеспечить стабильность отношений участников гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушающее какие-либо конституционные права (определения от 3 октября 2006 года N 439-О, от 18 декабря 2007 года N 890-О-О, от 20 ноября 2008 года N 823-О-О, от 25 февраля 2010 года N 266-О-О, от 23 сентября 2010 года N 1142-О-О, от 29 сентября 2011 года N 1034-О-О и др.).

В силу п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из материалов дела следует, что 31.12.2015 года ФИО1 обратилась в Управление Росреестра по Псковской области с заявлением о проведении государственной регистрации права собственности на квартиру по адресу: 

<

...> д. № ***, кв. № ***.

Сообщением от 25.02.2016 года № *** Управления Росреестра по Псковской области в удовлетворении данного заявления было отказано, поскольку в Едином государственном реестре недвижимости содержится запись о праве собственности ФИО3 на указанную квартиру (том I л.д. 10).

Кроме этого, согласно пояснениям представителя истца, данным в судебном заседании от 27.02.2018 года, ФИО1 узнала о том, что не является собственником квартиры в 2015 году (том I, л.д. 112).

Изложенное позволяет сделать обоснованный вывод о том, что истец ФИО1 о нарушении своего права как собственника имущества узнала не позднее 25.02.2016 года, следовательно, срок исковой давности по требованиям о признании недействительными решения Малого Совета Псковского областного Совета народных депутатов, обменного ордера, договора приватизации, договоров купли-продажи и признании права собственности на жилое помещение начал течь 26.02.2016 года и окончанием этого срока в силу п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ является 26.02.2017 года. 

Вместе с тем, с данным иском в суд истец обратилась 25.01.2018 года, то есть за пределами срока исковой давности.

Доводы стороны истца о том, что несвоевременное обращение с иском в суд обусловлено ее состоянием здоровья и частыми болезнями ребенка, подлежат отклонению.

В соответствии со ст. 205 Гражданского кодекса РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Между тем, доказательств уважительности пропуска срока исковой давности стороной истца не представлено.

Согласно представленным документам, сын истца К.М. с 2013 года наблюдается в ГБУЗ «Детская городская поликлиника № 125», с мая 2016 года имеет перенесенные заболевания – ОРВИ 3-4 раза в год, *****, *****, *****, **** (том I, л.д. 205). При этом суд принимает во внимание, что часть представленных истцом медицинских документов по заболеваниям ребенка относится к 2017-2018 гг, то есть за пределами срока исковой давности.

Кроме этого, как следует из выписного эпикриза ФГБУ «Федеральный научно-клинический центр специализированных видов медицинской помощи и медицинских технологий ФМБА России» ФИО1 находилась на стационарном лечении в данном учреждении с 31.05.2018 по 01.06.2018 (два дня), в то время как срок исковой давности истек 26.02.2017 года (том I, л.д. 203-204).

Давая правовую оценку доводам истца о причинах пропуска срока исковой давности, суд учитывает, что при невозможности самостоятельно обратиться в суд с иском, истец не была лишена возможности вести свои дела посредством представителя, своевременно направить исковое заявление в суд посредством почтовой связи либо путем заполнения формы, размещенной на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В силу п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» указано, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Таким образом, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 о признании незаконным решение Малого Совета Псковского областного Совета народных депутатов, признании недействительными обменный ордер, договор приватизации, договоры купли-продажи и признании права собственности на жилое помещение не подлежат удовлетворению в связи с пропуском срока исковой давности. 

Разрешая заявление ответчика ФИО3 и ее представителя о применении срока исковой давности к требованию об истребовании имущества из чужого незаконного владения, суд находит его неподлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса РФ закреплено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пункте 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», разъяснено, что течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП. При этом сама по себе запись в ЕГРП о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРП лицо знало или должно было знать о нарушении права.

Поскольку законом не установлено иное, к искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, применяется общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 196 ГК РФ.

Таким образом, поскольку сведения о том. что собственником квартиры является иное лицо, истцу стало известно не позднее 25.02.2016 года, следовательно, требование об истребовании имущества из чужого незаконного владения предъявлено в пределах срока исковой давности.

Разрешая данное требование по существу, суд исходит из следующего.

Статьей 301 Гражданского кодекса РФ установлено право собственника истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. 

В соответствии с п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса РФ если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В пункте 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» указано что, по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Верховный Суд РФ в Обзоре судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 01.10.2014 года, разъяснил, что исходя из смысла данных законоположений суду следует установить: 1) факт выбытия имущества из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, по воле или помимо их воли; 2) возмездность (безвозмездность) приобретения имущества; 3) знал ли приобретатель или не знал и не должен был знать о том, что имущество приобретено у лица, не имевшего права на его отчуждение.

Как разъяснено в абз. 3, 4 п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

В п. 3.1 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П указано, что права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 ГК Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

Иное истолкование положений пунктов 1 и 2 статьи 167 ГК Российской Федерации означало бы, что собственник имеет возможность прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, т.е. требовать возврата полученного в натуре не только когда речь идет об одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок. Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции Российской Федерации установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя.

Таким образом, по смыслу вышеприведенных правовых норм, правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, собственник имущества вправе истребовать его от добросовестного приобретателя по основаниям, предусмотренными ст. ст. 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в случае, когда имущество выбыло из его владения помимо его воли.

Из материалов дела следует, что 12.10.1994 года ФИО8 по договору купли-продажи приобрела квартиру по адресу: 

<

...> д. № ***, кв. № ***. Данный договор удостоверен нотариусом г. Пскова ФИО9 (том I, л.д. 12)

25.10.1994 года право собственности ФИО8 на указанную жилплощадь зарегистрировано в областном бюро технической инвентаризации в соответствии с действовавшим в тот период времени законодательством.

21.03.1995 года между Г.Ю. и ФИО8 заключен договор мены, согласно которому истец поменяла принадлежащую ей квартиру на комнату в квартире по адресу: г. Псков, уо. О., д. № ***, кв. № *** (том I, л.д. 13).

26.04.1995 года ФИО8 по договору купли-продажи приобрела у ФИО10 квартиру по адресу: 

<

...> д. № ***, кв. № *** (л.д. 14). Право собственности зарегистрировано в ГП ПО «Бюро технической инвентаризации» (том I, л.д. 22).

05.03.2005 года ФИО8 переменила фамилию и имя на ФИО1 (том I, л.д. 9).

14.10.2008 года квартира по адресу: 

<

...> д. № ***, кв. № *** по договору приватизации № *** передана в собственность ФИО4 (том I, л.д. 37). Проживавший совместно с ней ее супруг П.В., являвшийся основным нанимателем данного жилого помещения, от приватизации отказался, представив соответствующее заявление (том I, л.д. 39).

15.10.2008 года в Управление Росреестра по Псковской области обратился начальник Управления жилищным фондом с заявлением о проведении государственной регистрации права собственности муниципального образования «Город Псков» на квартиру № *** в доме № *** по ул. Л. в г. Пскове без выдачи свидетельства о государственной регистрации права (том II, л.д. 54).

Из материалов регистрационного дела следует, что 15.12.2008 года ФИО4 продала вышеуказанную квартиру ФИО2 По условиям договора жилое помещение продается за 920000 рублей, продавец гарантирует, что на момент подписания договора указанная квартира никому не продана, не подарена, не заложена, в споре, в суде и под арестом (запрещением) не состоит (том I, л.д. 77).

Право собственности ФИО2 зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости (том I, л.д. 25).

13.07.2013 года между ФИО2 и ФИО3 заключен договор купли-продажи, по условиям которого последняя приобрела в собственность квартиру по адресу: 

<

...> д. № ***, кв. № *** (том I, л.д. 64). 

Право собственности ФИО3 зарегистрировано в установленном законом порядке (том I, л.д. 25).

Разрешая требования истца об истребовании имущества из чужого незаконного владения, суд принимает во внимание положения п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса РФ о том, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Этому содержанию права собственности корреспондирует установленная ст. 210 Гражданского кодекса РФ обязанность собственника нести бремя содержания принадлежащего ему имущества, принимать разумные меры к охране и защите своей собственности.

На основании ч. 4 ст. 30 Жилищного кодекса РФ собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

В то же время согласно пояснениям самой ФИО1, она в течение длительного времени в квартиру не приезжала, с ее согласия в квартиру были вселены П.В. и его супруга ФИО4, которые, по ее утверждению являлись «деградирующими элементами». Вся забота истца о принадлежащем ей имуществе заключалась в том, что в период с 2005 по 2008 годы раз в год ее знакомые интересовались квартирой, однако внутрь не заходили, а также в уплате налога на недвижимость в 1995, 2000, 2001 и 2003 годах (том I, л.д.196, том II, л.д. 165-166). В управляющую организацию по поводу контроля по оплате коммунальных платежей она также не обращалась. До 1997 года истец раз в год приезжала в г. Псков, однако в квартиру не приходила, останавливалась ночевать у подруги. Последний раз она общалась по телефону с П.В. в 2009-2010 гг. После того, как ей стало известно в 2016 году о том, что у квартиры другой собственник, она в г. Псков не приезжала (том I, л.д. 229-231).

Данные обстоятельства подтверждаются пояснениями других участников процесса.

Так, ответчик ФИО2 пояснил, что на момент приобретения им квартиры она находилась в ненадлежащем санитарном и техническом состоянии, в квартире требовался серьезный ремонт, отсутствовала сантехника, замены требовали полы, окна, входная дверь в квартиру не закрывалась. Кроме этого, имелся долг по оплате коммунальных услуг в размере 15000 - 30000 рублей, была отключена электроэнергия. Сделка по приобретению квартиры была совершена им непосредственно с ФИО4, ей он передал денежные средства за квартиру, она сама подписала договор купли-продажи в Управлении Росреестра. За все время проживания в квартире ни ФИО1, ни другие лица по ее поручению к ним не приходили, никакие претензии не предъявляли (том I, л.д. 233).

Указанные обстоятельства подтвердил свидетель К.И., указав, что в 2008 году ФИО2 купил квартиру, которая находилась в антисанитарном состоянии, туалет не работал и ванну использовали вместо туалета, окна были разбиты. 

Данные обстоятельства подтверждаются представленными фотографиями (том II, л.д. 81,82).

Из пояснений ответчика ФИО3 следует, она приобрела спорную квартиру в 2013 году у ФИО2, который проживал там со своей семьей. После приобретения квартиры она вселилась и прожила там. ФИО1 она никогда не видела (том I, л.д. 113).

Представитель третьего лица ООО «Микрорайон № 11» ФИО11 пояснила, что ФИО1 в управляющей компании она не видела, контактный телефон для связи истец не оставляла (том II, л.д. 115). 

В соответствии со ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2).

В силу требований приведенных правовых норм поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Оценивая действия и поведение истца, в том числе после обнаружения факта завладения спорной квартирой иными лицами, суд не может счесть их разумными и добросовестными.

Так, из пояснений ФИО1 следует, что после того, как в 2016 году ей стало известно о том, что у квартиры другой собственник, она в квартиру не приезжала, в органы полиции по данному факту не обращалась, каких-либо мер по истребованию своей собственности не предпринимала.

Обращение ФИО1 в суд за защитой своих право последовало только 25.01.2018 года, то есть спустя почти два года с момента получения Уведомления Росреестра по Псковской области, в котором указано, что собственником квартиры является иное лицо. В течение этого времени ФИО1 никаких мер к аресту имущества, запрету на совершение сделок с ним не предпринимала.

Кроме этого, ФИО1 в течение длительного времени не проживала в квартире, не интересовалась судьбой принадлежащего ей имущества, не несла расходов по его содержанию, не предпринимала мер к сохранности жилья. С согласия истца в жилом помещении проживали ФИО6 и его супруга ФИО4, которые, по утверждению ФИО1, были «деградирующими элементами» и вели асоциальный образ жизни. 

В то же время, оценивая действия ответчиков ФИО2 и ФИО3, суд считает их добросовестными приобретателями, так как перед покупкой квартиры они произвели ее осмотр, приобрели данную жилплощадь по возмездным сделкам, вселились и проживали там. На момент совершения сделок купли-продажи спорное имущество обременений не имело, под арестом не находилось, права продавцов были зарегистрированы в установленном законом порядке.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что стороной истца не представлено доказательств о том, что квартира № *** в доме № *** по ул. Л. в г. Пскова выбыла из владения ФИО1 помимо ее воли, следовательно, оснований для удовлетворения исковых требований об истребовании имущества из чужого незаконного владения не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к Администрации г. Пскова, ФИО4, ФИО2, ФИО3 о признании незаконным решение Малого Совета Псковского областного Совета народных депутатов, признании недействительными обменный ордер, договор приватизации, договоры купли-продажи, признании права собственности на жилое помещение и истребовании имущества из чужого незаконного владения отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Псковский областной суд через Псковский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Т.А. Семёнова

Мотивированное решение изготовлено 26 сентября 2018 года.