Уникальный идентификатор дела: 66RS0012-01-2019-000520-84 

Дело № 2-681/2019

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

город Каменск-Уральский 20 июня 2019 года

Синарский районный суд города Каменска-Уральского Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Макарова В.П.,

с участием помощника прокурора г. Каменска-Уральского Неустроева М.П.,

при секретаре Якушенко А.А.,

с использованием системы видеоконференц-связи рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Федерального Казначейства по Свердловской области, ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 47 ГУФСИН России по Свердловской области» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Приговором Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 18.07.2014 года ФИО1 осужден по ст. 228 ч. 2 Уголовного кодекса Российской Федерации к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

28.12.2014 года ФИО1 прибыл для отбытия наказания в Федеральное казенное учреждение «Исправительная колония № 47 ГУФСИН России по Свердловской области».

06.07.2017 года ФИО1 был водворен в ШИЗО за нарушение установленного порядка отбытия наказания, а именно за сон 03.07.2017 года в 16:53 часов, сидя на лавке в камере ШИЗО № 20 (куда был помещен 26.06.2017 года за нарушение Правил внутреннего распорядка сроком на 10 суток), вне отведенное распорядком дня время.

Также осужденному ФИО1 06.07.2017 года был объявлен выговор за нарушение установленного порядка отбывания наказания, а именно 03.07.2017 года в 14:58 часов, находился в камере ШИЗО № 20 с нарушением формы одежды, была расстегнута верхняя пуговица и закатаны рукава.

30.03.2018 года постановления о водворении ФИО1 в ШИЗО и о применении к осужденному меры взыскания в виде выговора были отменены Постановлениями Свердловского прокурора по надзору за соблюдением законов в Исправительных учреждениях.

ФИО1 обратился в суд с иском к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 47 ГУФСИН России по Свердловской области» о взыскании компенсации морального вреда, указав, что постановления о водворении в ШИЗО и о применении к нему меры взыскания в виде выговора были отменены Постановлениями Свердловского прокурора по надзору за соблюдением законов в Исправительных учреждениях. Незаконные действия сотрудников исправительного учреждения причинили ему нравственные страдания, он вынужден был объявлять голодовку, обращаться с жалобами на незаконность применения к нему мер дисциплинарного воздействия.

Просит взыскать компенсацию морального вреда вследствие причиненных ему нравственных страданий в сумме 70000 рублей.

В соответствии с определением суда от 25.04.2019 года в качестве соответчиков привлечены Министерство Финансов Российской Федерации в лице Федерального Казначейства по Свердловской области, ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области.

В судебном заседании истец ФИО1 на заявленных исковых требованиях настаивает, доводы изложенные в исковом заявлении поддерживает, указав на незаконные действия администрации учреждения при наложении на него взысканий 06.07.2017 года, т.к. нарушений Правил внутреннего распорядка он не допускал. Водворение его в ШИЗО ограничило его право на общение, в т.ч. по телефону, на передвижение, отдых, труд, что причинило ему нравственные страдания.

Представитель ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, Федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 47 ГУФСИН России по Свердловской области» ФИО2, действующая на основании доверенностей от 09.01.2019 года № 68/47/1/3-16юр, от 22.01.2019 года № 68/ТО/40-9, от 14.11.2016 года № 68/ТО/40-92 указала, что постановления учреждения о водворении осужденного ФИО1 в ШИЗО и о применении к осужденному меры взыскания в виде выговора были отменены постановлениями Свердловского прокурора по надзору за соблюдением законов в ИУ от 30.03.2018 года.

Постановления врио начальника учреждения о водворении осужденного ФИО1 в ШИЗО и объявлении ему выговора отменены в связи с неправильным оформлением документов, то есть по процессуальным основаниям, а не в связи с отсутствием нарушений ФИО1 Правил содержания осужденных.

Для наступления гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный публичной властью, необходимо установление противоправности действий (бездействия) органов власти. Виновность государственного органа в данном случае ФКУ ИК-47 или его должностного лица может быть установлена только судом. Однако, Истец не обращался в органы судебной власти с просьбой признать действия должностных лиц незаконными. Из постановлений Свердловского прокурора по надзору за соблюдением законов в ИУ от 30.03.2018 года, которыми ФИО1 обосновывает свои требования, усматривается, что основанием для признания незаконными постановления врио начальника ФКУ ИК-47 о водворении ФИО1 в ШИЗО и объявлении выговора явились не указание даты и времени нарушения, по факту которых осужденный ФИО1 отказался дать объяснения. Однако указанный акт не является доказательством, подтверждающим вину врио начальника учреждения. Истцом не представлены документы, обосновывающие степень перенесенных им нравственных страданий, а также доказательства причинно-следственной связи между неправомерными действиями сотрудников учреждения и изменением (ухудшением) состояния его здоровья.

Ответчик Министерство Финансов Российской Федерации в лице Федерального Казначейства по Свердловской области в судебное заседание не явился, извещался надлежаще о дне и времени рассмотрения гражданского дела.

В отзыве направленном в суд просит рассмотреть гражданское дело без их участия, указывая на отсутствие оснований для удовлетворения исковых требований. 

Судом вынесено определение о рассмотрении гражданского дела в отсутствие данного ответчика. 

Выслушав стороны, допросив свидетеля, исследовав материалы гражданского дела, заслушав заключение прокурора, суд считает необходимым исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда; при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства; суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10).

Из приведенных правовых норм и разъяснений по их применению следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Как установлено в ходе рассмотрения гражданского дела, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец г. Свердловска, осужден 18.07.2014 Верх-Исетским районным судом г. Екатеринбурга по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

28.12.2014 года прибыл в ФКУ ИК-47 ГУФСИН России по Свердловской области из ФКУ СИЗО-1 города Екатеринбурга для отбывания наказания.

Осужденный ФИО1 06.07.2017 года был водворен в ШИЗО за нарушение установленного порядка отбывания наказания (гл. 3 п. 16 ПВР ИУ, утв. Приказом МЮ РФ от 16.12.2016 года № 295), а именно за сон 03.07.2017 года в 16:53 часов, сидя на лавке в камере ШИЗО № 20, вне отведенное распорядком дня время.

Также осужденному ФИО1 06.07.2017 года был объявлен выговор за нарушение установленного порядка отбывания наказания (гл. 3 п. 17 ПВР ИУ, утв. Приказом МЮ РФ от 16.12.2016 года № 295), а именно 03.07.2017 года в 14:58 часов находясь в камере ШИЗО № 20 с нарушением формы одежды, была расстегнута верхняя пуговица и закатаны рукава.

Постановления учреждения о водворении осужденного ФИО1 в ШИЗО и о применении к осужденному меры взыскания в виде выговора были отменены Постановлениями Свердловского прокурора по надзору за соблюдением законов в ИУ от 30.03.2018 года.

Основанием для отмены постановлений врио начальника учреждения о водворении осужденного ФИО1 в ШИЗО и объявлении ему выговора послужило неправильное оформление документов, не указание даты и времени нарушений, по факту которых осужденный отказался давать объяснения.

При этом материалами дела подтверждено совершение ФИО1 дисциплинарных проступков 03.07.2017 года, а именно сон 03.07.2017 года в 16:53 часов на лавке в камере ШИЗО № 20, в неотведенное распорядком дня время, а также нахождение 03.07.2017 года в 14:58 часов в камере ШИЗО № 20 с нарушением формы одежды, с расстегнутой верхней пуговицей и закатанными рукавами.

Как предусмотрено ст. 39 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", взыскания за нарушения установленного порядка содержания под стражей налагаются начальником места содержания под стражей или его заместителем, за исключением случаев, предусмотренных ч. 3 ст. 40 данного Федерального закона. За одно нарушение на виновного не может быть наложено более одного взыскания.

Взыскание налагается с учетом обстоятельств совершения нарушения и поведения подозреваемого или обвиняемого. Взыскание может быть наложено не позднее десяти суток со дня обнаружения нарушения, а если в связи с нарушением проводилась проверка - со дня ее окончания, но не позднее двух месяцев со дня совершения нарушения. Взыскание применяется, как правило, немедленно, а в случае невозможности его немедленного применения - не позднее месяца со дня его наложения.

До наложения взыскания у подозреваемого или обвиняемого берется письменное объяснение. Лицам, не имеющим возможности дать письменное объяснение, оказывается содействие администрации. В случае отказа от дачи объяснения об этом составляется соответствующий акт.

Согласно ст. 38 указанного Федерального закона за невыполнение установленных обязанностей к подозреваемым и обвиняемым могут применяться меры взыскания в виде выговора, а также водворения в карцер или в одиночную камеру на гауптвахте на срок до пятнадцати суток, а несовершеннолетних подозреваемых и обвиняемых - на срок до семи суток.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 указал на допущенные нарушения со стороны ФИО1 и наличие оснований для привлечения его к дисциплинарной ответственности. 

Принимая во внимание, что в ходе применения к ФИО1 дисциплинарных взысканий были нарушены требования закона регламентирующего порядок наложения взыскания, помещение ФИО1 в ШИЗО ограничило его в правах (передвижения в соответствии с Правилами внутреннего распорядка учреждения; общения в т.ч. по телефону; а также права на труд) и является основанием для компенсации в его пользу морального вреда. 

Неправомерное наложение на осужденного ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде водворения в ШИЗО причинило истцу нравственные и физические страдания, ограничило в праве передвижения и общения, осуществления трудовой деятельности, таким образом данные действия порождает право на получение денежной компенсации морального вреда, которые суд признает соразмерными 1 000 рублей, т.к. существенного вреда здоровью незаконность наложения дисциплинарного взыскания ФИО1 не причинило, в медицинскую часть за медицинской помощью ФИО1 не обращался.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Федерального Казначейства по Свердловской области, ФСИН России, ГУФСИН России по Свердловской области, Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 47 ГУФСИН России по Свердловской области» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 1000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течении месяца со дня его изготовления в окончательном виде, путем подачи апелляционной жалобы через Синарский районный суд. 

Решение изготовлено в машинописной форме.

Председательствующий: подпись Макаров В.П.