Дело №2-1/2018

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

Село Верхний Услон 13 февраля 2018 года

Республики Татарстан 

Верхнеуслонский районный суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Мухаметгалиева В.Н., 

при секретаре судебного заседания Сидоровой Р.Т.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании права собственности на ? долю на жилой дом и земельный участок, прекращение право собственности ФИО2 на ? долю жилого дома и земельного участка, и третьего лица, заявляющие самостоятельные требования, ФИО3 к ФИО2 о признании право собственности отсутствующим на жилой дом прекращении права собственности на земельный участок и исключения сведений из Единого государственного реестра недвижимости,

У с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о признании права собственности отсутствующим, указав, что он является родным братом ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ., а также его наследником по закону. Кроме него, наследниками являются ФИО3, ФИО4, ФИО5. При жизни ФИО1 перешел в наследство после смерти отца жилой дом, площадью 38,4 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, на земельном участке, общей площадью 1950 кв.м. ДД.ММ.ГГГГ. данный жилой дом был уничтожен в результате пожара. В 2003г. истец вместе с братом ФИО1 совместно возвели новый дом, общей площадью 32,3 кв.м. на том же земельном участке. Постановлением Исполкома Нижнеуслонского сельского поселения № от ДД.ММ.ГГГГ. жилому дому присвоен новый адрес: 

<

адрес>, В процессе сбора документов для оформления наследства истцу стало известно, что старый жилой дом и земельный участок является собственностью ответчика. Как ему стало известно, что умерший ДД.ММ.ГГГГ. зарегистрировал право собственности на сгоревший дом и ДД.ММ.ГГГГ. подарил его ответчику. Земельный участок ответчику перешел в собственность на основании зарегистрированного права на дом, который фактически отсутствует. В связи с чем просит признать зарегистрированное право собственности ответчика на дом отсутствующим, исключить его из сведений из Единого государственного реестра прав недвижимости, применить последствия недействительности сделки, прекратить право собственности на земельный участок и исключить его сведения из Единого государственного реестра прав недвижимости.

В дальнейшем истец и его представитель, действующий на основании доверенности, уточнили требования, просят признать право собственности на ? долю на жилой дом, общей площадью 38,4 кв.м., и на ? долю на земельный участок с кадастровым номером №, расположенных по адресу: Республика 

<

адрес>, прекратить право собственности ответчика на ? долю жилого дома и земельного участка по данному адресу.

Истец и его представитель ФИО6 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержали.

В рамках указанного дела самостоятельные исковые требования к ФИО2, предъявила ФИО3, привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица, которая, ссылаясь на аналогичные обстоятельства, изложенные в иске ФИО1, просит признать зарегистрированное право собственности и жилой дом отсутствующим и исключить сведения из Единого государственного реестра прав недвижимости, прекратить право собственности на земельный участок и исключить его сведения из Единого государственного реестра прав недвижимости.

Ответчик ФИО2 исковые требования ФИО1 и третьего лица ФИО3 не признала, просит в удовлетворении исковых требований отказать, указав, что истцом и третьем лицом в обосновании исковых требований не представлено доказательств. Кроме того, заявила о пропуске трехгодичного срока исковой давности для обращения в суд с данными исками.

Третье лицо ФИО5 исковые требования истца и третьего лица поддержал.

Третье лицо – представитель Исполкома Нижнеуслонского сельского поселения Верхнеуслонского муниципального района РТ, исковые требования оставила на усмотрения суда.

Третьи лица – представители Исполкома Верхнеуслонского муниципального района РТ, Управления Росреестра по РТ, ОНД по Верхнеуслонскому району УНД и ПР ГУ МЧС России по РТ не явились, суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Выслушав участников процесса, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Установлено, что ФИО1 являлся собственником жилого дома № в с

<

адрес> на основании свидетельства о праве на наследство от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.60). 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 и ФИО2 заключили договор дарения жилого дома, согласно которому ФИО1 подарил ФИО2 жилой дом, общей площадью 38,4 кв.м., находящийся по адресу: 

<

адрес>, о чем была сделана запись о регистрации договора дарения, о чем было выдано свидетельство о государственной регистрации права ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 (л.д.8).

ДД.ММ.ГГГГ на основании Постановления Исполнительного комитета Нижнеуслонского сельского поседения Верхнеуслонского муниципального района РТ № земельному участку с кадастровым номером № присвоен адрес: 

<

адрес> (ранее д.57) на основании проведенной переписи населения в 2006 году и упорядочения адресного хозяйства в н.п.Нижний Услон.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 зарегистрировала право собственности на земельный участок с кадастровым номером № общей площадью 2141 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес> (л.д.3).

Решением Верхнеуслонского районного суда РТ от 18 июня 2015 года по гражданскому делу №2-411/2015 исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения жилого дома 

<

адрес> недействительным были оставлены без удовлетворения. Решение не обжаловалось и вступило в законную силу 27 июля 2015 года.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер (л.д.7).

Согласно справке нотариуса ФИО7 по состоянию на 06 апреля 2016 года ФИО1, ФИО4 и ФИО5 являются единственными наследниками после смерти ФИО1 (л.д.12).

23 июня 2016 года решением Верхнеуслонского районного суда РТ по гражданскому делу №2-416/2016 исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения жилого дома недействительным и незаключенным, признании недействительным зарегистрированного права собственности на жилой дом оставлены без удовлетворения.

Как было установлено, данным решением суда, что согласно справке начальника ОНД по Верхнеуслонскому муниципальному району УНД и ПР ГУ МЧС России по РТ от 24 ноября 2015 года, 12 декабря 2002 года в 

<

адрес> в жилом доме ФИО1 произошел пожар, в результате которого огнем было уничтожено строение жилого дома, домашнее имущество, надворные постройки (сарай, конюшня) (л.д.15).

Согласно техническому паспорту от 22 октября 1997 года на жилой дом № с инвентарным номером № по 

<

адрес>, год постройки 1930, общая площадь дома 36,2 кв.м.. 

Согласно техническому паспорту от 13 октября 2001 года на жилой дом № с инвентарным номером № по ул.

<

адрес>, год постройки 1930, общая площадь дома 38,4 кв.м. (л.д.31-34).

Согласно техническому паспорту от 30 ноября 2015 года на жилой дом № с инвентарным номером № по 

<

адрес>, год постройки 2003, общая площадь дома 32,3 кв.м.. 

Как видно из данных технических паспортов, жилой дом расположен в одном и том же месте на том же земельном участке, инвентарный номер один и тот же.

Доводы истца о том, что на момент совершения договора дарения жилой дом имел иную площадь и конфигурацию, включая иные технические характеристики, являлся вновь созданным объектом и не был зарегистрирован в установленном законом порядке, являются необоснованными.

Поскольку действующим законодательством не предусмотрена обязанность собственника уничтоженного недвижимого имущества регистрировать прекращение права собственности, при этом только собственник правомочен определять судьбу принадлежащей ему вещи, истец, как собственник уничтоженного жилого дома, не воспользовался своим правом и не зафиксировал в регистрирующем органе прекращение права собственности на уничтоженный жилой дом, а также не зарегистрировал вновь созданный. В связи с чем, несмотря на фактическое уничтожение жилого дома, юридически право собственности ФИО1 на указанный дом не было прекращено, что и позволило ему распорядиться им по своему усмотрению.

Также на момент смерти брата истец ФИО1 не оспаривал его единоличное право собственности на спорное имущество, а считал себя лишь законным наследником брата. 

6 октября 2016 года Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РТ решение Верхнеуслонского районного суда РТ от 23 июня 2016 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба представителей ФИО1 – без удовлетворения.

В судебном заседании истец суду пояснил, что он принимал участие в строительстве дома, также покупал все необходимые строительные материалы предоставив квитанцию к приходному кассовому ордеру от 17 июня 2003 года и накладную на необрезные доски.

По ходатайству ответчика определением суда от 27 июня 2017 года была назначена судебная техническая экспертиза документов.

Согласно заключения эксперта № от 05 сентября 2017 года года Федерального бюджетного учреждения Средне-Волжского регионального центра судебной экспертизы, в накладной № от ДД.ММ.ГГГГ. ООО «Волга-Лес», содержание записей, выполненных с помощью копировальной бумаги, вероятно было изменено путем исправления цифры «1» на читаемую цифру «8» в читаемом числе «800», расположенном в таблице в графе «Цена» на первой строке.

В квитанции ООО «Волга-Лес» к приходному ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ содержание записей было изменено путем исправления цифры «1» на читаемую цифру «8» в читаемом числе «8,0», расположенном в строке «Основание» правее записи «за доски».

Оттиски печатей с текстом в центре «…ВОЛГА-ЛЕС…» в накладной № от ДД.ММ.ГГГГ. ООО «Волга-Лес» и в квитанции ООО «Волга-Лес» к приходному ордеру № от 17.06.2003 гДД.ММ.ГГГГ

Так, истцом в нарушение положений статьей 56 ГПК РФ не представлено доказательств, что он принимал участие в строительстве дома и в финансовом его строительстве. 

Показания допрошенных в рамках настоящего дела свидетелей ФИО8 и ФИО9 и объяснения самого истца, по мнению суда, не подтверждают данные обстоятельства.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований истца и третьего лица, заявляющие самостоятельные требования, Римар.

Кроме того, при разрешении настоящего дела суд исходит из того, что по смыслу статей 11,12 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, защита гражданских прав может осуществляться в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения.

Соответственно предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов истца посредством предусмотренных действующим законодательством способов защиты.

Согласно пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из общего правила исчисления срока исковой давности устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

В силу положений частей 1 и 2 статьи 196 ГК РФ - Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 6 марта 2006 года N 35-ФЗ "О противодействии терроризму".

Согласно пунктов 2,3 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Кроме того, суд соглашается с заявлением ответчика о пропуске истцом и третьего лица, заявляющие самостоятельные требования, срока исковой давности для обращения с заявленными требованиями.

Как видно из довода истца, решения суда от 23.06.2016г. по гражданскому делу №2-416/2016, технического паспорта на дом, жилой дом является 2003 года постройки. Однако ни на момент строительства дома и ни после постройки дома в 2003 года, истец и третье лицо Римар не обращались в суд с исковыми требованиями до 20 февраля 2017 года. При этом о наличии таковых в указанный период в суде не отрицали.

Следовательно, суд приходит к выводу, что истец и третье лицо ФИО10 пропустили срок исковой давности по заявленным исковым требованиям.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании права собственности на ? долю на жилой дом и земельный участок, прекращение право собственности ФИО2 на ? долю жилого дома и земельного участка, и третьего лица, заявляющие самостоятельные требования, ФИО3 к ФИО2 о признании право собственности отсутствующим на жилой дом прекращении права собственности на земельный участок и исключения сведений из Единого государственного реестра недвижимости оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд РТ через районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий Мухаметгалиев В.Н.