Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 сентября 2020 г. г. Уфа

Уфимский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего – Семенова А.И., 

при секретаре судебного заседания – Хаммадиаровой А.А.,

с участием ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-84/2020 по исковому заявлению командира войсковой части 00000 о привлечении к материальной ответственности бывшего военнослужащего указанной воинской части капитана запаса ФИО3,

У С Т А Н О В И Л :

В своем исковом заявлении командир войсковой части 00000 указал, что ФИО3 проходил военную службу по контракту в войсковой части 00000 сначала в должности 

<

данные изъяты>, а затем 

<

данные изъяты>. При этом в феврале 2018 года он был уволен с военной службы в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта и с 08 июля 2018 года исключен из списков личного состава воинской части.

В ходе административных расследований, проведенных в войсковой части 00000 в мае 2020 года, у ФИО3 была выявлена недостача имущества службы радиационной, химической и биологической защиты (далее – службы РХБЗ) на общую сумму 356073 рубля 46 копеек.

В связи с изложенным, командир войсковой части 00000 просил привлечь ФИО3 к полной материальной ответственности и взыскать с него причиненный материальный ущерб в размере стоимости выданного тому в период прохождения военной службы и утраченного имущества.

Представитель истца – командира войсковой части 00000 – ФИО4, а также третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца – начальник филиала № Федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации 

<

данные изъяты>» (далее – ФКУ «УФО») ФИО5, будучи надлежащим образом извещенными о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не прибыли, в своих письменных заявлениях просили рассмотреть дело без их участия.

Ответчик ФИО3 в суде пояснил, что в период прохождения военной службы в войсковой части 00000 получал имущество службы РХБЗ, указанное в иске. При этом, будучи 

<

данные изъяты>, он получил: противогазы ПМГ-2 в количестве 43 штук, ящик-тару – 1 штуку, дымовые гранаты РДГ-2Б – 36 штук, шашки дымовые малые ДМ-11 – 9 штук, комплекты ИДПС – 15 комплектов, противогазы изолирующие ИП-5 – 17 штук, регенеративные патроны РП-5 – 26 штук, трубки индикаторные ИТ-36 – 40 штук, трубки индикаторные ИТ-44 – 80 штук, измерители доз типа ИД-11 – 37 штук, комплекты общевойсковых измерителей дозы ИД-1 – 3 комплекта. Затем, будучи 

<

данные изъяты>, он получил 108 комплектов перчаток БЛ-1М, противогазов ПМГ-2, плащей защитных ОП-1М, чулок защитных, чехлов для чулок и перчаток, а также 3 ящика.

Далее он пояснил, что имущество службы РХБЗ при передаче дел и должности новым материально ответственным лицам по его вине надлежащим образом передано не было, в связи с чем возникла его недостача. Однако все вышеуказанное имущество выдавалось ему не новым и часть имущества фактически подлежала списанию по срокам эксплуатации.

Изучив исковое заявление и представленные доказательства, выслушав доводы ответчика ФИО3, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 28 Федерального закона «О статусе военнослужащих» от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ военнослужащий, в зависимости от характера и тяжести совершенного им правонарушения привлекается к дисциплинарной, административной, материальной, гражданско-правовой и уголовной ответственности в соответствии с указанным федеральным законом и другими федеральными законами.

Согласно статье 2 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ (далее – Закон) к имуществу воинской части отнесены – недвижимое и движимое имущество, в том числе вооружение, военная и специальная техника, специальные средства, денежные средства (деньги), денежные документы, ценные бумаги, бланки документов строгой отчетности, другие материальные средства, являющиеся собственностью Российской Федерации и закрепленные за воинской частью.

В соответствии со статьей 5 Закона военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен по неосторожности военнослужащим, которому имущество было вверено на основании документа (документов), подтверждающего (подтверждающих) получение им этого имущества для обеспечения хранения, перевозки и (или) выдачи этого имущества либо производства финансовых расчетов.

Из части 1 статьи 7 Закона следует, что командир (начальник) воинской части при обнаружении ущерба обязан назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц.

Согласно пункту 6 статьи 8 Закона военнослужащий может добровольно полностью или частично возместить причиненный ущерб в денежной форме. Из пункта 2 статьи 9 Закона следует, что в случае, когда причинивший ущерб военнослужащий уволен с военной службы (убыл (отчислен) с военных сборов) и не был привлечен к материальной ответственности, взыскание с него ущерба производится в соответствии с решением суда по иску, предъявленному командиром (начальником) воинской части, в размере, установленном настоящим Законом.

Факты и обстоятельства прохождения ФИО3 военной службы по контракту в войсковой части 00000, выдачи ему в период службы имущества службы РХБЗ подтверждены представленными истцом доказательствами – выписками из приказов командира 

<

данные изъяты> от 24 ноября 2016 года № и от 10 июля 2018 года №, выпиской из приказа командующего 

<

данные изъяты> от 09 февраля 2018 года №, выписками из приказов командира войсковой части 00000 от 07 июня 2018 года №, от 18 июня 2018 года № и от 04 июня 2019 года №, заключениями по материалам административных расследований от 28 и 29 мая 2020 года, копиями требований-накладных от 27 мая 2014 года №, от 15 мая 2015 года №, от 25 февраля 2016 года №, от 29 сентября 2017 года 

<

данные изъяты>, копиями инвентаризационных ведомостей от 01 ноября 2016 года №, № и №, в которых имеются подписи ответчика о получении им материальных ценностей.

Кроме того, данные об имеющихся недостачах зафиксированы инвентаризационной комиссией воинской части и отражены также в ведомостях расхождений по результатам инвентаризаций от 01 августа 2017 года № и №, от 06 июня 2018 года №.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу, что ФИО3 должен нести полную материальную ответственность за утраченное по его вине имущество.

Вместе с тем, решая вопрос о сумме причиненного ущерба, подлежащей взысканию с ФИО3, суд пришел к следующим выводам.

Из пункта 2 статьи 6 Закона следует, что размер причиненного ущерба определяется с учетом степени износа имущества по установленным на день обнаружения ущерба нормам, но не ниже стоимости лома (утиля) этого имущества.

В пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» от 29 мая 2014 года № 8 разъяснено, что днем обнаружения ущерба следует считать день, когда командиру воинской части, а в соответствующих случаях вышестоящим в порядке подчиненности органам военного управления и воинским должностным лицам стало известно о наличии материального ущерба, причиненного конкретным военнослужащим.

Таким образом, в данном случае, моментом обнаружения ущерба и установления лица, его причинившего, то есть ФИО3 (в отношении имущества службы РХБЗ, переданного во 

<

данные изъяты>) следует считать день издания командиром войсковой части 00000 приказа от 07 июня 2018 года № «О результатах работы ревизии Межрегиональной контрольно-финансовой инспекции Министерства обороны Российской Федерации по проверке вооружения и средств службы РХБЗ части», поскольку именно данным приказом были установлены необходимые для привлечения к материальной ответственности обстоятельства, в частности – сумма ущерба в размере 284786 рублей 01 копейки и лицо, виновное в его причинении.

Относительно обнаружения ущерба по имуществу службы РХБЗ, вверенному ФИО3 как 

<

данные изъяты>, моментом его обнаружения следует считать дату издания командиром войсковой части 00000 приказа от 04 июня 2019 года № «О результатах проверки и внесения сумм ущерба по службе РХБЗ в книгу утрат и недостач части», поскольку именно в этот момент командиру воинской части стало известно о причиненном ущербе, а данным приказом была установлена конкретная сумма ущерба в размере 81169 рублей 66 копеек и лицо, виновное в его причинении.

При этом факт недостачи имущества, установленный в июле 2017 года принимавшим дела и должность 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО1, а также выявленная недостача в ходе проведенной в мае-июне 2018 года в части проверки финансово-экономической и хозяйственной деятельности, не могут повлиять на выводы суда об обнаружении имущественного ущерба и установлении виновного в этом лица именно 07 июня 2018 года 

<

данные изъяты> и 04 июня 2019 года 

<

данные изъяты>, соответственно, равно как не влияют на это и приказы командира войсковой части 00000 от 28 мая 2020 года № и от 29 мая 2020 года №, изданные по результатам проведенных административных расследований.

Так, при приеме дел и должности ФИО1 сам факт причинения ущерба конкретным лицом и общая остаточная стоимость имущества не устанавливались, административное расследование не назначалось, документы о выдаче и списании имущества не представлялись, в книгу утрат и недостач войсковой части 00000 ущерб не вносился, о чем свидетельствует представленный суду акт приема дел и должности от 28 июля 2017 года. При этом проведенная в части контрольной группой проверка непосредственного причинителя ущерба также не определяла, что следует из соответствующего акта проверки № от 07 июня 2018 года, в результате которой было установлено, что недостача по службе РХБЗ в 

<

данные изъяты> не занесена в соответствующую книгу учета, а командиру войсковой части 00000 было предложено назначить и провести административные расследования для установления причин ущерба, выявленного контрольными мероприятиями, и виновных лиц, принять решения о привлечении должностных лиц к материальной и дисциплинарной ответственности, издать приказ о внесении сумм ущерба в книгу учета недостач.

Необходимые для последующего привлечения виновного лица к материальной ответственности обстоятельства были установлены 07 июня 2018 года и 04 июня 2019 года, после издания приказов командиром части о внесении сумм ущерба, числящегося за конкретным лицом – ФИО3, в книгу утрат и недостач воинской части, что полностью согласуется с вышеприведенной частью 1 статьи 7 Закона, а также разъяснениями, данными в пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

При этом проведение формальных административных расследований по данным фактам только в 2020 году было обусловлено нераспорядительностью отдельных должностных лиц, что свидетельствует о ненадлежащем контроле командования части и не указывает на выявление ущерба, его размера и лица, его причинившего, в мае 2020 года. Обратное свидетельствовало бы о нарушении баланса интересов государства по защите принадлежащей ему собственности и привлекаемого к материальной ответственности лица, поскольку существенно снижало бы остаточную стоимость утраченного имущества, которое ранее уже было внесено в книгу утрат и недостач.

В соответствии со справками-расчетами, приложенными к исковому заявлению, общая сумма ущерба от недостачи составила 81169 рублей 66 копеек 

<

данные изъяты> и 284786 рублей 01 копейка 

<

данные изъяты>, за вычетом ранее выплаченной ФИО3 суммы в размере 9882 рублей 21 копейки, то есть 356073 рубля 46 копеек.

Однако, по мнению суда, вышеуказанный расчет произведен неверно, так как амортизация на имущество не начислена.

Кроме того, в вышеуказанных справках-расчетах воинской части неверно указаны цены на отдельные наименования имущества, так как согласно инвентарным карточкам учета нефинансовых активов и карточкам количественно-суммового учета материальных ценностей, представленных финансовым органом – филиалом № ФКУ «УФО», первоначальная цена противогаза ПМГ-2 составляла 172 рубля 04 копейки, дымовой гранаты РДГ-2Б – 15 рублей 22 копейки, противогаза изолирующего ИП-5 – 663 рубля 44 копейки, комплекта общевойсковых измерителей дозы ИД-1 – 1646 рублей, перчаток БЛ-1М – 39 рублей 93 копейки, плаща защитного ОП-1М – 1088 рублей 67 копеек, чехла для чулок и перчаток – 48 рублей 44 копейки, чулок защитных – 220 рублей 69 копеек.

В соответствии с пунктом 85 Инструкции по применению Единого плана счетов бухгалтерского учета для органов государственной власти (государственных органов), органов местного самоуправления, органов управления государственными внебюджетными фондами, государственных академий наук, государственных (муниципальных) учреждений, утвержденной приказом Министерства финансов Российской Федерации от 01 декабря 2010 года № (далее – Инструкция) под остаточной стоимостью объекта на соответствующую дату понимается его балансовая стоимость, уменьшенная на сумму начисленной на соответствующую дату амортизации. При этом в течение финансового года амортизация начисляется линейным способом ежемесячно в размере 1/12 годовой суммы.

Согласно п. 86-87 Инструкции начисление амортизации начинается с первого числа месяца, следующего за месяцем принятия объекта к бухгалтерскому учету (выдачи, передачи), и производится до полного погашения стоимости этого объекта либо его выбытия, а прекращается с первого числа месяца, следующего за месяцем полного погашения стоимости объекта или за месяцем выбытия этого объекта с бухгалтерского учета.

Таким образом, для правильного расчета остаточной стоимости имущества должны быть установлены первоначальная стоимость имущества, нормативный срок его эксплуатации и фактический срок эксплуатации с момента выдачи до момента издания приказа о внесении суммы ущерба в книгу утрат и недостач воинской части.

Как следует из расчета специалиста – начальника 

<

данные изъяты> Федерального казенного учреждения «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации 

<

данные изъяты>» ФИО2 (привлеченного судом для дачи консультации, связанной с оценкой стоимости утраченного ФИО3 имущества), стоимость утраченного имущества службы РХБЗ с учетом фактических сроков эксплуатации составила:

- ящик-тара (1 штука) – 329 рублей,

- дымовая граната РДГ-2Б (36 штук) – 547 рублей 92 копейки,

- шашка дымовая малая ДМ-11 (9 штук) – 547 рублей 38 копеек,

- комплект ИДПС (15 комплектов) – 212 рублей 40 копеек,

- противогаз изолирующий ИП-5 (17 штук) – 4699 рублей 31 копейка,

- регенеративный патрон РП-5 (26 штук) – 37206 рублей,

- трубка индикаторная ИТ-36 (40 штук) – 642 рубля 80 копеек,

- трубка индикаторная ИТ-44 (80 штук) – 1636 рублей,

- измеритель дозы типа ИД-11 (37 штук) – 5035 рублей 70 копеек,

- комплект общевойсковых измерителей дозы ИД-1 (3 комплекта) – 2777 рублей 61 копейка,

- перчатки БЛ-1М (39 штук) – 1211 рублей 34 копейки,

- чехол для чулок и перчаток (39 штук) – 1469 рублей 52 копейки,

- противогаз ПМГ-2 (39 штук) – 5591 рубль 43 копейки,

- плащ защитный ОП-1М (39 штук) – 35381 рубль 97 копеек,

- чулки защитные (39 комплектов) – 6694 рубля 35 копеек,

- ящик тара (3 штуки) – 2 рубля 97 копеек.

При этом согласно вышеуказанным расчетам специалиста на остальное имущество службы РХБЗ, вверенное ФИО3, амортизация была начислена в размере 100%, то есть его остаточная стоимость составляет 0 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК Российской Федерации) каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Однако, вопреки положениям вышеуказанной статьи, каких-либо подтверждающих документов о стоимости утиля противогазов ПМГ-2 (43 штуки, дата выдачи 15 мая 2015 года), а также 69 комплектов (дата выдачи 27 мая 2014 года), состоящих из перчаток БЛ-1М, чехлов для чулок и перчаток, противогазов ПМГ-2, плащей защитных ОП-1М, чулок защитных, на которые амортизация была начислена в полном размере, то есть в размере 100%, истцом представлено не было, в связи с чем сумма материального ущерба в этой части истцом не доказана, и суд также принимает ее остаточную стоимость из расчета специалиста в размере 0 рублей.

Таким образом, установленная судом общая сумма материального ущерба с учетом степени износа (амортизации), а также ранее возмещенной ответчиком суммы в размере 9882 рубля 21 копейка составила 94103 рубля 49 копеек.

С учетом изложенного, суд полагает, что требования истца о привлечении ФИО3 к материальной ответственности подлежат частичному удовлетворению на вышеуказанную сумму, а на сумму превышающую (261969 рублей 97 копеек) – удовлетворению не подлежат.

Так как войсковая часть 00000 состоит на финансовом обеспечении филиала № Федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации 

<

данные изъяты>», то сумму причиненного ущерба необходимо перечислить на счет данного учреждения.

На основании статьи 103 ГПК Российской Федерации, взысканию с ответчика подлежит также и государственная пошлина пропорционально удовлетворенной части исковых требований, так как в силу подпункта 19 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истец был освобожден от её уплаты, а размер государственной пошлины, рассчитанный по правилам подпункта 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, составляет 3023 рубля.

Данная государственная пошлина, с учетом положений статей 50, 61.1 и 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, подлежит взысканию в доход бюджета городского округа города Уфы Республики Башкортостан.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 199 ГПК Российской Федерации, военный суд

Р Е Ш И Л:

Иск командира войсковой части 00000 о привлечении к материальной ответственности бывшего военнослужащего указанной воинской части капитана запаса ФИО3, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу войсковой части 00000 денежную сумму в размере 94103 (девяносто четыре тысячи сто три) рубля 49 копеек, которую перечислить на счет финансового органа, обслуживающего данную воинскую часть – филиала № Федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации 

<

данные изъяты>».

В удовлетворении остальной части требований истца к ФИО3 на сумму 261969 (двести шестьдесят одна тысяча девятьсот шестьдесят девять) рублей 97 копеек, отказать.

Государственную пошлину в размере 3023 (три тысячи двадцать три) рубля, от уплаты которой истец был освобожден, взыскать с ФИО3 в доход бюджета городского округа города Уфы Республики Башкортостан.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Центральный окружной военный суд через Уфимский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме 15 сентября 2020 года.

Председательствующий по делу А.И. Семенов