УИД 47RS0009-01-2022-000768-22

Дело № 2-1846/2023 8 ноября 2023 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Кировск Ленинградская область 

Кировский городской суд Ленинградской области 

в составе председательствующего судьи Пупыкиной Е.Б., 

при помощнике судьи Барминой Я.О.,

секретаре судебного заседания Державиной К.А.,

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2, ФИО4 о признании недействительными согласия на заключение договора и договора дарения земельного участка и садового дома, применении последствий недействительности, 

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО5 и ФИО2 с требованием признать недействительным нотариальное согласие на заключение договора дарения, выданное им ответчице, как своей супруге, а также признании на основании ст. 170 ГК РФ недействительным договора дарения земельного участка и дома, расположенных по адресу: 

<

адрес>, поскольку данная сделка являлась притворной, она была направлена не на дарение, а на заключение договора пожизненного содержания с иждивением. 

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3, ссылаясь на то, что является собственником садового дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес>, на основании договора дарения от 31.01.2020. Решением Кировского городского суда Ленинградской области от 17.08.2021 ответчику было отказано в иске об оспаривании указанного договора дарения, решение вступило в законную силу. Однако ответчик продолжает проживать в садовом доме. Утверждая, что проживание ответчика в садовом доме ограничивает его права собственника, с учетом уточненных требований просил признать ФИО3 утратившим право пользования садовым домом по вышеуказанному адресу и обязать ответчика освободить земельный участок и садовый дом (том 1 л.д. 1-3, 38).

Определением суда производство по делам по искам ФИО2 к ФИО3 и по иску ФИО3 к ФИО2 и ФИО5 объединены в одно производство. 

Судом к участию в деле в качестве третьего лица – нотариус ФИО6, произведена замена ответчицы ФИО5 на ФИО4

В связи с отказом от иска, прекращено производство по делу по иску ФИО2 к ФИО3 о признании ФИО3 утратившим право пользования садовым домом по вышеуказанному адресу и обязании ответчика освободить земельный участок и садовый дом. 

Истец в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного разбирательства извещен, его представитель в ходе судебного разбирательства поддержал заявленные требования. 

Ответчик ФИО2 иск не признал, полагал, что истцом пропущен срок исковой давности, просил в иске отказать.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного разбирательства извещен. 

Третье лицо нотариус ФИО6, представитель Управления Росреестра по Ленинградской области в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены. 

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, допросив ранее свидетеля, исследовав материалы дела, материалы дела № 2-1471/2021, приходит к следующему. 

В силу ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно ст. 153, 154 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними. Односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны. 

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Статьей 218 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором. В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункты 1, 2 статьи 223 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В силу статьи 583 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме. По договору ренты допускается установление обязанности выплачивать ренту бессрочно (постоянная рента) или на срок жизни получателя ренты (пожизненная рента). Пожизненная рента может быть установлена на условиях пожизненного содержания гражданина с иждивением.

По смыслу п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Из содержания указанной нормы следует, что в случае заключения притворной сделки действительная воля стороны не соответствует ее волеизъявлению. В связи с этим для установления истиной воли сторон имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами, а также намерений каждой стороны. По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

Судом установлены следующие обстоятельства. 

Вступившим в законную силу решением суда по делу № 2-1471/2021 установлено, что с 12.06.1987 ФИО3 и ФИО5 состоят в зарегистрированном браке.

В период брака ФИО5 на основании постановления администрации муниципального образования Кировский муниципальный район № от 12.04.2010 был предоставлен в собственность бесплатно земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения площадью 976 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>, с разрешенным использованием – для садоводства.

На основании декларации об объекте недвижимого имущества 14.04.2011 за ФИО7 было зарегистрировано право собственности на вышеуказанный земельный участок и расположенный на нем нежилой дом.

На основании договора дарения, заключенного 31.01.2020, перечисленные объекты недвижимости ФИО7 переданы в собственность сына ФИО2, произведена государственная регистрация, перехода прав собственности на указанные выше объекты недвижимого имущества. 

31 января 2020 г. ФИО3 в присутствии нотариуса ФИО6 выдано согласие своей супруге ФИО5 на дарение ФИО2 нажитое ими в браке имущество, состоящее из: земельного участка и дома, расположенных по адресу: 

<

адрес>.

Разрешая спор, суд пришел к выводу, что при заключении договора дарения между ответчиками 31.01.2020 требования закона о получении нотариального согласия супруга дарителя сторонами оспариваемой сделки были соблюдены.

Также суд установил, что из содержания оспариваемого согласия и объяснений ответчика следует, что ФИО3 дал его в присутствии нотариуса в порядке ст. 35 Семейного кодекса РФ, именно на заключение договора дарения с ФИО2, при этом ему были разъяснены последствия дачи указанного согласия, данные обстоятельства не оспаривались истцом, в том числе при обращении в суд с настоящим иском.

Установленные судом обстоятельства послужили основанием для отказа истцу в иске о признании согласия и сделки дарения недействительными как совершенные под влиянием заблуждения. 

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указывал на притворность сделки, указывая, что давая согласие на совершение договора дарения и заключая его, полагал, что заключает договор пожизненного содержания с иждивением. 

Как следует из разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» изложенных в п. 87, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

По смыслу действующего законодательства для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, выяснить фактические отношения между сторонами, а также намерения каждой стороны.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания притворности сделки лежит на лице, заявившем о ее притворности.

Каких-либо доказательств того, что договор дарения заключен для достижения иных правовых последствий, чем в нем указано, стороной истца не представлено, равно как не представлено доказательств иной воли участников сделки, чем та, которая отражена в сделке.

Кроме этого, истцом не представлено доказательств того, что воля сторон была направлена на совершение прикрываемой сделки (договор ренты), наличие общей цели по условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленную сделку.

Суд полагает, что намерение и волеизъявление истца и ответчика, как сторон сделки, полностью соответствует условиям договоров дарения имущества. Так, волеизъявление ответчика на получение в дар от истца участка и строения, подтверждается соответствующей регистрацией права собственности на недвижимое имущество в Управлении Росреестра по Ленинградской области. При этом причины, по которым истец принял решение о дарении, являются его субъективными мотивами и не могут явиться основанием для признания сделки притворной.

Вместе с тем, намерение и волеизъявление сторон сделки соответствовал условиям договора, а совершенными действиями ответчик подтвердил свои намерения создать соответствующие оспариваемым договору правовые последствия.

Показания свидетеля – С.Т.Н. (дочери истца), о том, что она присутствовала при разговоре супруги истца ФИО5 с ответчиком по телефону, который обещал пожизненно содержать ее отца, суд не может принять как доказательства того, что воля сторон была направлена на заключение договора ренты, поскольку объективно данное обстоятельство не подтверждает. 

При этом, суд относится критически к ее показаниям, поскольку данный свидетель является дочерью истца и заинтересована в получении необходимого ему процессуального результата при разрешении спора. 

Таким образом, истцом не представлено никаких допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что воля одаряемого была направлена на заключение договора ренты.

В связи с чем, доводы истца о заключении договора под условием встречных обязательств со стороны ответчика судом отвергаются. 

Судом установлено, что договор дарения заключен в установленной письменной форме, содержит все существенные условия, подписан сторонами договора. При этом договор дарения не содержит условий о цене имущества, о возмездной его передаче. Правовые последствия договора дарения наступили, право собственности на имущество зарегистрировано в установленном законом порядке.

Разрешая спор по существу, оценив собранные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что оснований для признания договора дарения притворной сделкой договором пожизненной ренты не имеется, поскольку истец не представил доказательств, указывающих на обязательство ответчика оказывать ежемесячную материальную или иную помощь.

Также не имеется оснований для признания согласия на совершение сделки недействительным по основаниям притворности. 

Разрешая доводы ответчика о пропуске срока исковой давности, суд исходит из следующего.

Исходя из требований ст. 195, 196 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ.

На основании п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, истцом заявлено о признании недействительным сделки дарения от 31.01.2020 и согласия на заключение сделки от этой же даты на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ, то есть ничтожных сделок, следовательно, для их оспаривания применяется трехлетний срок исковой давности. Договор заключен 31.01.2020, с иском в суд истец обратился 26.01.2023, то есть в пределах срока исковой давности. 

Поскольку суд отказывает в удовлетворении требований, полагает возможным отменить меры по обеспечению иска в виде запрета производить регистрационные действия в отношении земельного участка с кадастровым номером № и садового дома с кадастровым номером №, расположенных по адресу: 

<

адрес>.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО3 (ИНН №) к ФИО2(ИНН №), ФИО4 (ИНН №) о признании недействительными согласия на заключение договора и договора дарения земельного участка и садового дома, применении последствий недействительности отказать.

Отменить меры по обеспечению иска в виде запрета производить регистрационные действия в отношении земельного участка с кадастровым номером № и садового дома с кадастровым номером №, расположенных по адресу: 

<

адрес>. 

Решение может быть обжаловано посредством подачи апелляционной жалобы в Ленинградский областной суд через Кировский городской суд Ленинградской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.Б. Пупыкина