Судья Тайлакова Т.А. Дело № 44у-32/2019 года 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

суда кассационной инстанции 

г. Новосибирск «10» апреля 2019 года

Президиум Новосибирского областного суда в с о с т а в е:

председательствующего Пилипенко Е.А.

членов президиума Галаевой Л.Н., Козеевой Е.В., 

ФИО1, ФИО2, 

при секретаре Беловой Е.С.

рассмотрел кассационную жалобу адвоката Герасимова В.И. на постановление Обского городского суда Новосибирской области от 21 июня 2018 года.

Указанным постановлением Обского городского суда Новосибирской области от 21 июня 2018 года заявление адвоката Герасимова В.И. о взыскании судебных расходов на оплату услуг адвоката в сумме 100 000 рублей с Министерства финансов 

<

данные изъяты> в пользу

П., родившегося ДД.ММ.ГГГГ года в 

<

адрес>, уголовное дело в отношении которого прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, и за ним признано право на реабилитацию,

удовлетворено частично, взыскано с Министерства финансов 

<

данные изъяты> в пользу П. 8 580 рублей.

В апелляционном порядке постановление суда не обжаловалось.

Заслушав доклад судьи областного суда Козеевой Е.В., изложившей обстоятельства дела, доводы кассационной жалобы адвоката Герасимова В.И., основания, по которым жалоба передана для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, адвоката Герасимова В.И., поддержавшего доводы кассационной жалобы, мнение представителя Министерства финансов 

<

данные изъяты> Ц.., возражавшей против удовлетворения кассационной жалобы и полагавшей оставить без изменения постановление суда первой инстанции, заместителя прокурора Новосибирской области Медведева С.В. об отмене состоявшегося судебного решения, 

президиум Новосибирского областного суда 

у с т а н о в и л:

Постановлением Обского городского суда Новосибирской области от 18 июля 2017 года прекращено уголовное дело в отношении П.., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 108 УК РФ, на основании п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. За П. признано право на реабилитацию. 

Адвокат Герасимов В.И. обратился с заявлением о взыскании с Министерства финансов 

<

данные изъяты> в пользу П. судебных расходов на оплату услуг адвоката, понесенных в связи с рассмотрением уголовного дела, в размере 100 000 рублей. 

Судом Обского городского суда Новосибирской области принято указанное выше решение.

В кассационной жалобе адвокат Герасимов В.И., не соглашаясь с постановлением суда, просит его отменить и направить материалы дела на новое рассмотрение.

По доводам жалобы адвоката, выводы суда об отсутствии оснований для взыскания процессуальных издержек в пользу П.., являются необоснованными, поскольку противоречат материалам дела.

Суд не учел, что в материалах дела имеется подлинник квитанции, из которой видно, что П. оплатил 100 000 рублей за оказанную ему юридическую помощь во время предварительного и судебного следствия. Указанная сумма была оплачена им во исполнение соглашения от 01 августа 2016 года, заключенного между ним и П.

Принимая решение о взыскании 8 580 рублей, суд руководствовался постановлением Правительства от 01 декабря 2012 года, которое регулирует вопросы об оплате труда адвоката по назначению суда или следствия. При этом суд не учел, что он (адвокат Герасимов) оказывал юридическую помощь П. не по назначению суда и следствия, а по соглашению, в связи с чем оплата производится в соответствии с рекомендациями Палаты адвокатов Новосибирской области и размер этой оплаты может устанавливаться от 10 000 рублей.

Кроме того, суд не учел, что 21 июня 2018 года он (адвокат Герасимов) был занят в другом процессе, и рассмотрел дело в его отсутствие, тогда как он не давал такого согласия. В связи с этими обстоятельствами он не имел возможности представить суду подлинник соглашения № № от 01 августа 2016 года.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы адвоката Герасимова В.И., президиум приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебных решений при рассмотрении дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного или уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Согласно требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ судебное решение должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

В силу п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» суд, рассматривающий требования реабилитированного о возмещении вреда или восстановлении его в правах в порядке главы 18 УПК РФ, вправе удовлетворить их или отказать в их удовлетворении полностью либо частично в зависимости от доказанности указанных требований представленными сторонами и собранными судом доказательствами.

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ обвиняемый, уголовное преследование которого прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, имеет право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

В соответствии с п. 4, 5 ч. 1 ст. 135 УПК РФ возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи.

Приведенные требования уголовно – процессуального закона и постановления Пленума Верховного суда РФ Обским городским судом Новосибирской области не учтены.

Как видно из материалов уголовного дела № №, П. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ (л.д. 1 том 1).

Постановлением от 29 августа 2016 года уголовное преследование по ч. 1 ст. 105 УК РФ было частично прекращено за отсутствием в его действиях состава указанного преступления, и он был привлечен в качестве обвиняемого по ч. 1 ст. 108 УК РФ (л.д. 223-224, 227-230 том 1).

Постановлением суда от 18 июля 2017 года уголовное дело в отношении П. прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления и за ним признано право на реабилитацию (л.д. 224-227 том 2).

Из материалов дела также видно, что защиту интересов П. во время предварительного и судебного следствия осуществлял адвокат Герасимов В.И., участвуя в следственных действиях, в судебных заседаниях и изучая материалы дела (л.д. 151, 152, 155-160, 162-165, 166-191, 227-230, 232-234, 235, 241-245 том 1, л.д. 45, 46-52, 63, 71-78, 80-85, 87-89, 130-131, 143-144, 147, 148-152, 170, 172-180, 184, 190-198, 221-223 том 2) на основании соглашения № №, которое было заключено между адвокатом и обвиняемым 01 августа 2016 года (копия приложена к кассационной жалобе).

Из квитанции № № от 01 августа 2016 года видно, что во исполнение указанного соглашения П. оплатил адвокату 100 000 рублей (материалы дела № л.д. 2).

В связи с признанием за П. права на реабилитацию, адвокат обратился в суд с ходатайством о взыскании указанной суммы с Министерства финансов 

<

данные изъяты> в пользу оправданного.

Удовлетворяя ходатайство адвоката частично и взыскивая в пользу П.. 8 580 рублей, суд исходил из положений Указа Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 года «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей», в соответствии с которыми ущерб, причиненный гражданину, не подлежит возмещению, если гражданин в процессе предварительного следствия путем самооговора препятствовал установлению истины и тем самым способствовал незаконному привлечению его к уголовной ответственности. 

При этом суд указал, что П. изначально признал себя виновным в совершении убийства, чем предоставил правоохранительным органам достаточные основания для его задержания и привлечения к уголовной ответственности, а затем вину в совершении преступления не признал, что повлекло за собой прекращение производства по делу, тем самым он «последовательно, путем самооговора, сознательно ввел в заблуждение органы предварительного следствия», создав необходимые условия для необоснованного привлечения к уголовной ответственности и возникновения права на реабилитацию. 

Однако, из материалов дела видно, что указанные выводы сделаны судом без учета обстоятельств, которые имеют существенное значение для разрешения ходатайства по существу.

Так, из протокола судебного заседания видно, что суд исследовал лишь часть материалов дела, свидетельствующих об участии адвоката в уголовном судопроизводстве, осуществляя защиту П.., а доказательства, в силу которых было принято решение о прекращении уголовного дела за отсутствием в его действиях состава преступления, не исследовал (материалы дела №, л.д. 18-19).

Между тем, из явки с повинной П.., протоколов его допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого, из протокола проверки его показаний на месте, дополнительного протокола допроса в качестве обвиняемого, а также из его показаний в судебных заседаниях видно, что его доводы о совершении убийства человека при необходимой обороне, были последовательными (л.д. 125, 134-137, 142-144, 155-158, 166-191, 232-243 том 1, л.д. 71-78, 80-81, 213-214 том 2).

О том, что П. действовал в пределах необходимой обороны, пояснили также свидетели по делу С. (л.д. 23-26 том 1), П1. (л.д. 33-35 том 1), П2. (л.д. 36-39 том 1). 

Отказываясь от обвинения П. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, государственный обвинитель также указал на то, что показания обвиняемого о необходимой обороне являются последовательными, подтверждаются совокупностью доказательств, полученных в соответствии с требованиями закона, а потому в его действиях не содержится состава преступления (л.д. 216-223 том 2).

Прекращая производство по делу в связи с отсутствием в действиях П. состава преступления, суд принял отказ государственного обвинителя, согласившись с его доводами о необходимой обороне.

Таким образом, из материалов уголовного дела видно, что ни доводы государственного обвинителя, ни постановление суда, не содержат выводов о том, что П. оговорил себя, тем самым препятствовал установлению истины и способствовал незаконному привлечению его к уголовной ответственности для последующей реабилитации.

Кроме того, ссылаясь на постановление Правительства Российской Федерации от 1 декабря 2012 года и Приказ Министерства Юстиции РФ и Министерства финансов РФ от 5 сентября 2012 года, и указывая на размер оплаты труда адвоката, привлеченного к участию в деле по назначению следствия и суда, суд не только не учел то, что адвокат Герасимов В.И. оказывал обвиняемому юридическую помощь по соглашению, но и не исследовал соглашение от 01 августа 2016 года.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что суд не проверил надлежащим образом размер понесенных П. расходов, указанных в квитанции от 01 августа 2016 года.

При таких обстоятельствах состоявшееся судебное решение о взыскании с Министерства финансов 

<

данные изъяты> за счет казны Российской Федерации в пользу П. 5 850 рублей, нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене, а материалы по заявлению адвоката Герасимова В.И. о взыскании в пользу П.. судебных расходов - направлению в Обской городской суд на новое судебное рассмотрение, в ходе которого суду надлежит учесть изложенное выше и принять законное, обоснованное и мотивированное решение, соответствующее требованиям ст. 7 УПК РФ. 

Руководствуясь ст. 401.14, 401.15 УПК РФ, 

президиум Новосибирского областного суда

п о с т а н о в и л:

кассационную жалобу адвоката Герасимова В.И. удовлетворить.

Постановление Обского городского суда Новосибирской области от 21 июня 2018 года отменить. Материалы по заявлению адвоката Герасимова В.И. о взыскании в пользу П. судебных расходов направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда. 

Председательствующий Е.А. Пилипенко