РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 апреля 2017 года Кировский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Алферьевской С.А.,

при секретаре Легусовой К.Н.,

с участием прокурора Матиевской Ю.А.,

представителя истца ФИО6 – ФИО1, действующей на основании доверенности,

представителя ответчика АО «Иркутскгипродорнии» - ФИО2, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1174/2017 по иску ФИО6 к АО «Иркутскгипродорнии» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратился в суд с иском к АО «Иркутскгипродорнии», требуя взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 700 000 руб. В обоснование требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ принят 

<

данные изъяты> в отдел строительно-монтажных работ. ДД.ММ.ГГГГ уволен по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением. ДД.ММ.ГГГГ с ним произошел несчастный случай на производстве, а именно падение с высоты 19 метров. В связи с полученной травмой неоднократно проходил лечение и обследование. С момента получения трудового увечья направлялся на медицинское освидетельствование по определению степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах и инвалидности. На сегодняшний день по результатам прохождения освидетельствования ему выдана справка № №, согласно которой ему установлено 

<

данные изъяты>% утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно, в связи с несчастным случаем на производстве. Исходя из смысла ст. 37 и ст. 41 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, а также право на охрану здоровья. Согласно ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем компенсации морального вреда. В соответствии со ст. 151 ГК РФ здоровье является нематериальным благом, принадлежащим гражданину с рождения. Нематериальные блага защищаются в соответствии с ГК РФ и другими законами. В соответствии со ст. 152 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий. Оснований для возложения на АО «Иркутскгипродорнии» обязанности по компенсации причиненного морального вреда достаточно, поскольку в период работы у ответчика он получил трудовое увечье, находящееся в причинно-следственной связи с ненадлежащим исполнением работодателем своих обязанностей. В процессе выполнения трудовых обязанностей, ответчик не обеспечил ему здоровые и безопасные условия труда, предусмотренные статьями 209 и 210 ТК РФ, то есть не обеспечил безопасность работника. В связи с полученной травмой он испытал и продолжает испытывать физические и нравственные страдания, его здоровье требует постоянного лечения, прохождения медицинских процедур. Он не может вести активный образ жизни, испытывает чувство физической боли, фантомные боли, ощущает чувство неполноценности. Кроме того, утратил трудоспособность на 30%, и именно с этим связаны нравственные страдания, психологические переживания человека, потерявшего здоровье.

Истец ФИО6, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился, реализовал свое право на участие в судебном заседании путем направления представителя ФИО1

В судебном заседании представитель истца ФИО6 – ФИО1 заявленные ФИО6 исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, настаивала на их удовлетворении.

Представитель ответчика АО «Иркутскгипродорнии» ФИО2 требования ФИО6 не признала, в удовлетворении иска просила отказать по доводам, указанным в письменных возражениях на исковое заявление.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора ФИО9, полагавшей требования ФИО6 подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему. 

В силу статьи 37 Конституции Российской Федерации, каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Как разъяснено Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 10.01.2002 № 11-О, как следует из статей 7, 17, 37 (часть 3), 39 (часть 1) и 41 Конституции Российской Федерации, Российская Федерация как социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, гарантирует в случае повреждения здоровья в связи с трудовым увечьем или профессиональным заболеванием социальное обеспечение потерпевшему посредством выплаты пособий по социальному страхованию при временной нетрудоспособности и пенсии по инвалидности, если она назначена вследствие повреждения здоровья.

С учетом конституционно-значимой ценности здоровья как неотъемлемого и неотчуждаемого блага, принадлежащего человеку от рождения и охраняемого государством, законодатель, регулируя объем и характер возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья в связи с трудовым увечьем или профессиональным заболеванием, предусмотрел комплекс мер, направленных на полное возмещение потерпевшему материального ущерба. Исходя из особенностей защищаемого блага, каковым является здоровье потерпевших, в данном виде правоотношений наряду с возмещением материального ущерба компенсируется и причиненный моральный вред (статьи 2 и 12, пункт 2 статьи 150, часть первая статьи 151, пункт 1 статьи 1085, пункты 1 и 3 статьи 1099 и статья 1100 ГК Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить, в том числе:

- безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов;

- соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте;

- организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Гарантии и компенсации при несчастном случае на производстве и профессиональном заболевании закреплены в ст. 184 ТК РФ, в соответствии с которой при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

Таким федеральным законом, в частности, является ФЗ РФ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Частью 3 ст. 8 названного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из анализа названных норм Закона в их совокупности следует, что трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиями охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. В случае, если все же работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, федеральными законами и иными правовыми актами.

Вместе с тем, в соответствии со ст. 424 ТК РФ настоящий Кодекс применяется к правоотношениям, возникшим после введения его в действие.

Если правоотношения возникли до введения в действие настоящего Кодекса, то он применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения его в действие.

Таким образом, Законом (ТК РФ) определено, что если правоотношения возникли до введения в действие ТК РФ, то он применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения его в действие, то есть после 1 февраля 2002 года.

Ранее действовавший Кодекс законов о труде Российской Федерации предусматривал возможность компенсации работнику морального вреда только в случае увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу (часть 5 ст. 213 Кодекса, введена Федеральным законом от 17.03.1997 № 59-ФЗ).

В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что, рассматривая требования потерпевшего о компенсации перенесенных им нравственных или физических страданий, следует иметь в виду, что вопросы возмещения морального вреда, в частности, регулировались: частью 7 статьи 7 Гражданского кодекса РСФСР (в редакции Закона от 21 марта 1991 г.); статьей 62 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. "О средствах массовой информации", введенного в действие с 8 февраля 1992 г. (с 1 августа 1990 г. и до 8 февраля 1992 г. действовала статья 39 Закона СССР от 12 июня 1990 г. "О печати и других средствах массовой информации"); статьей 89 Закона Российской Федерации от 19 декабря 1991 г. "Об охране окружающей природной среды" (введен в действие с 3 марта 1992 г.), действовавшей до 12 января 2002 г.; статьей 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. "О защите прав потребителей" (введен в действие с 7 апреля 1992 г.), действовавшей до 16 января 1996 г.; статьями 7, 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, принятых 31 мая 1991 г., действие которых было распространено на территории Российской Федерации с 3 августа 1992 г., применявшихся до 1 января 1995 г.; статьями 25, 30 "Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей", принятых 24 декабря 1992 г., введенных в действие с 1 декабря 1992 г. и действовавших до 6 января 2000 г.; частью 5 статьи 18 Закона Российской Федерации от 22 января 1993 г. "О статусе военнослужащих", введенного в действие с 1 января 1993 г. и действовавшего до 1 января 1998 г.; частью 5 статьи 213 КЗоТ РФ (в редакции Федерального закона от 17 марта 1997 г., вступившего в силу с 20 марта 1997 г. и действовавшего до 1 февраля 2002 г.); пунктом 1 статьи 31 Федерального закона от 18 июля 1995 г. "О рекламе", введенного в действие с 25 июля 1995 г. и действовавшего до 1 июля 2006г.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда. Например, в соответствии с пунктом 3 статьи 1 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик к трудовым отношениям, возникшим после 3 августа 1992 г., может быть применена статья 131 названных Основ, регулирующая ответственность за нанесение морального вреда по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, поскольку отношения, связанные с компенсацией морального вреда, не урегулированы трудовым законодательством. Указанное положение применимо и к трудовым отношениям, возникшим после 1 января 1995 г., так как названными выше незаконными действиями работодателя нарушаются личные неимущественные права работника и другие нематериальные блага.

Так, в соответствии со ст. 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, действовавших на территории Российской Федерации с 3 августа 1992 года до 1 января 1995 года, моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем при наличии его вины. Моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме и в размере, определяемом судом, независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу ст. 25 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, введенных в действие с 1 декабря 1992 года и действовавших до 6 января 2000 года, работодатель обязан возместить потерпевшему, получившему трудовое увечье, моральный вред (физические и нравственные страдания). Моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Таким образом, из вышеприведенных норм законодательства следует, что возможность компенсации работнику морального вреда, причиненного увечьем или профессиональным заболеванием, впервые была прямо предусмотрена Правилами возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, введенными в действие с 1 декабря 1992 года.

Статья 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик также может применяться при разрешении требований о компенсации морального вреда работодателем работнику, но только в том случае, если трудовые отношения возникли после 3 августа 1992 года.

В судебном заседании из трудовой книжки установлено, что ФИО6:

- ДД.ММ.ГГГГ принят в 

<

данные изъяты>» 

<

данные изъяты> в отдел строительно-монтажных работ;

- ДД.ММ.ГГГГ уволен по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением и установлением 

<

данные изъяты>, согласно ст. 81 п. 3а Трудового Кодекса Российской Федерации (записи №№, 9 в трудовой книжке).

Как следует из акта о несчастном случае на производстве, утвержденного ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в 19 ч. 10 м. со ФИО6 произошел несчастный лучей на производстве - падение с перекрытия 5-го этажа на землю.

Согласно п. 7 акта ДД.ММ.ГГГГ звено в составе 

<

данные изъяты> ФИО6 и ФИО10 и стропальщика ФИО11 получило задание произвести подготовку металлических труб для монтажа колонн. Для выполнения данного вида работ необходимо было провести некоторое перескладирование металлических труб с помощью башенного крана. В связи с тем, что трубы имели длину 11,7 м (при ширине здания в осях 12 м) и могли концом задеть ограждения перекрытия во время перемещения труб краном, решили в месте производства работ ограждения временно демонтировать. При подготовке трубы диаметром 530 мм для монтажа металлических колонн необходимо было отрезать трубу на расстоянии 2,6 м от края. Сварщик ФИО6 произвел резку трубы со своей стороны и, для удобства дальнейшей резки, ему нужно было перейти на другую сторону. Для этого, вместо того, чтобы перешагнуть трубу, он решил обойти ее с края. При прохождении вблизи перепада высот потерял равновесие и упал вниз.

Причинами несчастного случая признаны:

- отсутствие ограждения перекрытия на отм. 18,25 м в месте производства работ. Нарушение требований: п. 4.9; 4,10; 6.2.1б СниП 12-03-2001, 

- отсутствие контроля со стороны должностных лиц за соблюдением требований техники безопасности при производстве работ, связанных с подготовкой металлических труб к монтажу на отм. 18,25 м (наличие соответствующего ограждения или использования предохранительного пояса). Нарушение требований: п. 4.9; 4.10; 6.2.18 СниП 12-03-2001; "Должностные инструкции".

Лицами, допустившими нарушение государственных требований по охране труда, согласно п. 8 акта являются работники ОАО «Иркутскгипродорнии»:

- ФИО4 - мастер строительного отдела ОАО "Иркутскгипродорнии", допустил производство работ по подготовке к монтажу металлических труб на отм. 18,25м без наличия соответствующих ограждений в месте нахождения пострадавшего. Нарушение требований: п. 4.9; 4.10; 6.2.16 СниП 12-03-2001, п. 2.10 «Должностные инструкции мастера строительного отдела СМР».

- ФИО5 - и.о. начальника участка строительного отдела ОАО "Иркутскгипродорнии", не проконтролировал за обеспечением безопасного производства работ при работе на высоте (отм. 18,25м), а именно за наличием соответствующего ограждения перепада высот или использованием предохранительных поясов пострадавшим. Нарушение требований: п. 4.9; 4.10; 6.2.16; 6.2.18 СниП 12-03-2001, п. 2 "Должностные инструкции начальника участка отдела СМР". 

Согласно п. 2 акта организацией, где произошел несчастный случай, является ОАО «Иркутскгипродорнии».

Из пункта 7 акта следует, что в результате несчастного случая ФИО6 получены травмы: сочетанная травма: черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга; закрытый перелом правого бедра со смещением; перелом костей стоп со смещением; открытый передом костей носа со смещением; травматический шок 2 степени.

Согласно врачебной справке Городской клинической больницы № от ДД.ММ.ГГГГ, выписному эпикризу № МУЗ 

<

данные изъяты> № ФИО6 находился на лечении в экстренной травматологии с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, диагноз: молоткообразная деформация 5 п левой стопы, неправильно сросшиеся переломы костей левой стопы. Проведена операция ДД.ММ.ГГГГ - ампутация 5 пальца левой стопы.

Согласно справке серии № № ФИО6 установлено 

<

данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве ДД.ММ.ГГГГ, на срок с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 разработана программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания к акту освидетельствования №.№ от ДД.ММ.ГГГГ. 

Согласно программе реабилитации истцу установлен диагноз Т94.0 - последствия травм, захватывающих нескольких областей тела (последствия производственной травмы от ДД.ММ.ГГГГ неправильно сросшиеся переломы обеих пяточных костей. Посттравматические: ДОА правого голеностопного и таранно-пяточного суставов 2 ст. левых голеностопного и таранно-пяточного суставов 3-4 ст., комбинированная контрактура левого голеностопного сустава. Ампутационные культи 5 п.п. обеих стоп на уровне головок плюсневых костей. Посттравматическая невропатия левого подошвенного нерва. Сросшийся перелом правого бедра, незначительное ограничение стато-динамической функции.).

В связи с повреждением здоровья приказом Государственного учреждения - 

<

адрес> регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации №-№ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 назначена ежемесячная страховая выплата, единовременная страховая выплата.

При этом из приказа №-НС от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что ФИО6 повредил здоровье вследствие несчастного случая на производстве, происшедшего ДД.ММ.ГГГГ в период работы в 

<

данные изъяты>. По заключению учреждения МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ № 

<

данные изъяты> ФИО6 установлено 

<

данные изъяты> утраты профессиональной трудоспособности на срок с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд находит требования ФИО6 к АО «Иркутскгипродорнии» о компенсации морального вреда обоснованными.

В период работы у ответчика со ФИО6 произошел несчастный случай на производстве, что объективно подтверждается соответствующим актом формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ.

Обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, он считается виновным в получении работником трудового увечья в процессе трудовой деятельности, если не докажет иное. Работодатель может быть освобожден от выплаты компенсации работнику морального вреда при предоставлении доказательств того, что физические или нравственные страдания были причинены вследствие действия непреодолимой силы либо умысла самого работника.

Однако таких доказательств АО «Иркутскгипродорнии» суду не представлено. 

Показания свидетеля ФИО12, принимавшего участие в расследовании несчастного случая на производстве, об обеспечении ФИО6 необходимыми средствами индивидуальной защиты, в том числе монтажным поясом, на содержание решения не влияют, поскольку вины ФИО6 в получении травмы на производстве, нарушении им требований безопасности труда не установлено, акт о несчастном случае на производстве таких выводов не содержит.

В связи с чем, оснований для освобождения работодателя от материально-правовой ответственности за причиненный ФИО6 вред здоровью, возникший в связи с несчастным случаем на производстве, суд не усматривает.

Не влияют на выводы суда и доводы ответчика о том, что в связи с несчастным случаем на производстве, произошедшим со ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ, и нахождением на длительном лечении работодателем ФИО6 оказывалась материальная помощь.

Действительно, в соответствии с приказами ОАО «Иркутскгипродорнии» № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 выплачена материальная помощь в размере 5000 руб., 500 руб. 

Данное обстоятельство также подтверждено показаниями свидетеля ФИО12

Однако факт оказания материальной помощи не освобождает АО «Иркутскгипродорнии» от обязанности компенсировать ФИО6, причиненный ему моральный вред в связи с повреждением здоровья на производстве.

Учитывая степень тяжести повреждения здоровья ФИО6, степень физических и нравственных страданий, претерпеваемых им в связи с повреждением здоровья, степень утраты ФИО6 профессиональной трудоспособности, принимая во внимание действия работодателя по оказанию истцу материальной помощи, суд находит разумным и справедливым взыскать с АО «Иркутскгипродорнии» в пользу истца в счет компенсации морального вреда 80 000 руб.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика в бюджет 

<

адрес> подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6 к АО «Иркутскгипродорнии» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Иркутскгипродорнии» в пользу ФИО6 в счет компенсации морального вреда 80 000 руб.

В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере ФИО6 отказать.

Взыскать с АО «Иркутскгипродорнии» в бюджет 

<

адрес> государственную пошлину в размере 300 руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Кировский районный суд 

<

адрес> в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста решения.

Председательствующий 

Мотивированный текст решения изготовлен ДД.ММ.ГГГГ.