Дело № 2-2717/2021 15 марта 2021 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Уланова А.Н.,

при секретаре Кононенко А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании неустойки за нарушение сроков оплаты договора, 

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга указанным заявлением к ответчику, в котором, после уточнения требований, частичного отказа от требованй, просит взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 19 декабря 2020 года по 22 января 2021 года в размере 32 528 рублей 94 копейки.

Требования основывает на том, что 2 декабря 2020 года стороны заключили договор купли-продажи по условиям которого истец продал ответчику квартиру по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, ответчик принял на себя обязательства оплатить стоимость 10 800 000 рублей, из которых 7 990 000 рублей так и не оплачена в установленные сроки, за просрочку истец и насчитал неустойку.

Представители истца в заседание явились, настаивали на требованиях. 

Представитель ответчика в судебное заседание явился, возражал против требований иска.

Третье лицо, явившееся в судебное заседание, дало пояснения по обстоятельствам дела.

Выслушав явившихся в заседание лиц, изучив материалы настоящего гражданского дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что 2 декабря 2020 года между ФИО1 и ФИО2 заключен договор купли-продажи жилого помещения, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>

Пунктом 2.1. Договора определено, что стоимость объекта составляет 10 800 рублей, при этом передача денежных средств продавцу (ФИО1) осуществляется в течение пяти рабочих дней с даты государственной регистрации перехода права собственности на объект к покупателю (ФИО2) (пункт 2.2.1 договора). 

Стороны согласовали, что расчёт по договору осуществляются с использованием аккредитива в ПАО «Сбербанк» (пункт 2.2.2. договора). 

Суд при этом отклоняет доводы ответчика о том, что сроки расчётов следует исчислять исходя из сроков действия аккредитива, поскольку в силу пункта 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное

В данном случае сторонами подписан единый договор, содержащий непротиворечивое условие о сроке оплаты, при этом в момент его составления стороны знали о порядке расчётов, однако срок последних связали с регистрацией перехода права собственности, но не со сроками действия аккредитива, что позволяет именно так установить действительную волю сторон (статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Право собственности на ответчика зарегистрировано 11 декабря 2020 года, 19 декабря 2020 года жилое помещение передано от истца к ответчику.

Последним днём срока исполнения обязательств по оплате средств выступало 18 декабря 2020 года.

Из представленного ответчиком платежного поручения от 22 января 2020 года №910021 следует, что средства в размере 7 990 000 рублей переведены истцу только 22 января 2021 года, при этом 2 810 000 рублей переведены 21 декабря 2020 года на основании платежного поручения №503256.

В силу пункта 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проверив предложенный истцом расчёт процентов, суд приходит к выводу о том, что он основан на верном определении размера долга, правильном применении ключевой ставки, периоде просрочки, что позволяет сделать вывод об обоснованности требований о взыскании процентов в размере 32 528 рублей 94 копейки.

При ответе на вопрос 7 в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) №1, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020 гола, указано, что пунктами 1 и 3 статьи 401 ГК РФ установлены различия между гражданами и лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, в основаниях освобождения от ответственности за нарушение обязательств.

Граждане могут быть освобождены от ответственности за нарушение обязательств при отсутствии вины, то есть в ситуации, когда гражданин при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, принял все меры для надлежащего исполнения обязательства (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таким образом, статья 401 ГК РФ устанавливает критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы.

Верховным Судом Российской Федерации в постановлении Пленума от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" дано толкование содержащемуся в ГК РФ понятию обстоятельств непреодолимой силы.

Так, в пункте 8 названного постановления разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, т.е. одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Из приведенных разъяснений следует, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Применительно к нормам статьи 401 ГК РФ обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению ее распространения, в частности, установление обязательных правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их соответствие названным выше критериям таких обстоятельств и причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства.

При этом следует иметь в виду, что отсутствие у должника необходимых денежных средств по общему правилу не является основанием для освобождения от ответственности за неисполнение обязательств. Однако если отсутствие необходимых денежных средств вызвано установленными ограничительными мерами, в частности запретом определенной деятельности, установлением режима самоизоляции и т.п., то оно может быть признано основанием для освобождения от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств на основании статьи 401 ГК РФ. Освобождение от ответственности допустимо в случае, если разумный и осмотрительный участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать неблагоприятных финансовых последствий, вызванных ограничительными мерами (например, в случае значительного снижения размера прибыли по причине принудительного закрытия предприятия общественного питания для открытого посещения).

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что наступление обстоятельств непреодолимой силы само по себе не прекращает обязательство должника, если исполнение остается возможным после того, как они отпали. Кредитор не лишен права отказаться от договора, если вследствие просрочки, объективно возникшей в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы, он утратил интерес в исполнении. При этом должник не отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой исполнения обязательств вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401, пункт 2 статьи 405 ГК РФ).

Если обстоятельства непреодолимой силы носят временный характер, то сторона может быть освобождена от ответственности на разумный период, когда обстоятельства непреодолимой силы препятствуют исполнению обязательств стороны.

Таким образом, если иное не установлено законами, для освобождения от ответственности за неисполнение своих обязательств сторона должна доказать:

а) наличие и продолжительность обстоятельств непреодолимой силы;

б) наличие причинно-следственной связи между возникшими обстоятельствами непреодолимой силы и невозможностью либо задержкой исполнения обязательств;

в) непричастность стороны к созданию обстоятельств непреодолимой силы;

г) добросовестное принятие стороной разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков.

При рассмотрении вопроса об освобождении от ответственности вследствие обстоятельств непреодолимой силы могут приниматься во внимание соответствующие документы (заключения, свидетельства), подтверждающие наличие обстоятельств непреодолимой силы, выданные уполномоченными на то органами или организациями.

Если указанные выше обстоятельства, за которые не отвечает ни одна из сторон обязательства и (или) принятие актов органов государственной власти или местного самоуправления привели к полной или частичной объективной невозможности исполнения обязательства, имеющей постоянный (неустранимый) характер, данное обязательство прекращается полностью или в соответствующей части на основании статей 416 и 417 ГК РФ.

Суд принимает во внимание, что как истец, так и ответчик осведомлены о том, что расчёты по договору между ними в известной степени связаны с расчётами ответчика и третьего лица по взаимосвязанной сделке.

Как пояснило третье лицо в процессе рассмотрения дела, не оспорил ответчик, у последнего имелась объективная возможность оформить документы, необходимые для завершения расчётов ответчика и третьего лица, как следствие, для своевременных расчётов ответчика и истца.

При этом сам ответчик допустил длительное уклонение от завершения сделки с третьим лицом, оставил её исполнение на последний день, уже в последний день сослался на симптомы новой короновирусной инфекции.

Вместе с тем, ответчик не представил суду доказательств обращения за медицинской помощью, впервые тест сдан не 29 декабря 2020 года, а только 19 января 2021 года. При этом результат отрицательный.

Поскольку объективных данных, указывающих на наличие у ответчика расстройства здоровья, которое привело к невозможности исполнения обязательств, то нет оснований и для освобождения его от неустойки.

При этом суд полагает принять во внимание, что для исполнения обязательств перед истцом ответчику необходим был только акт, возможность подписания которого имелась и до обнаружения признаков заболевания, которые в материалы дела не подтверждены.

В таких обстоятельствах суд не усматривает оснований для освобождения ответчика от штрафных санкций.

Относительно заявления истца о распределении судебных расходов, суд принимает во внимание, что в силу положений статьи 101 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, которую следует истолковывать в системе с положением части 2 статьи 136 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предъявление иска в суд следует понимать не механическим действием, но только в том случае, когда судом такой иск принимается к производству.

В данном случае иск хоть и направлен в суд 15 января 2021 года, принят судом к производству 22 января 2021 года, при этом именно в указанную дату осуществлен перевод последних средств от ответчика в пользу истца.

Такое состояние дел не позволяет суду сделать вывод о том, что требования иска были удовлетворены ответчиком добровольно, при этом истец просто отказался от требований пункта 1 и 2 просительной части иска, за которые, фактически, уплачена государственная пошлина в размере 60 000 рублей.

Согласно статье 93 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основания и порядок возврата или зачета государственной пошлины устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

В силу подпункта 3 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации уплаченная государственная пошлина подлежит возврату в случае прекращения производства по делу (административному делу) или оставления заявления (административного искового заявления) без рассмотрения Верховным Судом Российской Федерации, судами общей юрисдикции или арбитражными судами.

Поскольку истец отказался от исковых требований, отказ принят судом, производство по делу прекращено в части требований, за которые осуществлена оплата государственной пошлины, то такая пошлина в полном объёме подлежит возврату.

При этом уточнённое требование о взыскании процентов так и не оплачено истцом государственной пошлиной.

В порядке статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает, что государственная пошлина в размере 1 175 рублей 87 копеек подлежит обращению на ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 67, 98, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 32 528 рублей 94 копейки.

Возвратить ФИО1 из бюджета государственную пошлину в размере 60 000 рублей, уплаченную в УФК по городу Санкт-Петербургу (Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №22 по Санкт-Петербургу), на основании чек-ордера от 15 января 2021 года номер операции 81.

Взыскать с ФИО2 в бюджет Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 1 175 рублей 87 копеек.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Красносельский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья: 

Решение суда в окончательной форме принято 17 марта 2021 года.