Дело № 12-2/2020 (12-13/2019) 

Судья 1 инстанции – мировой судья ФИО2 КОПИЯ

РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

город Билибино 14 января 2020 года

Билибинский районный суд Чукотского автономного округа в составе

председательствующего судьи Скороходовой Е.Ю.,

при секретаре судебного заседания Савченко О.Ю.,

с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1, 

его защитника Дмитриевой О.В., 

рассматривая в открытом судебном заседании жалобу лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка Билибинского района Чукотского АО от 20 ноября 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, в отношении ФИО1,

установил:

Постановлением мирового судьи судебного участка Билибинского района от 20 ноября 2019 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 

<

данные изъяты> с лишением права управления транспортными средствами на срок один год семь месяцев. 

Должностным лицом – инспектором ИАЗ ОГИБДД МОМВД России «Билибинский» ФИО 1 ФИО1 вменяется в вину управление транспортным средством 

<

данные изъяты>, г/н № в составе автопоезда с полуприцепом бортовым 

<

данные изъяты> № у 

<

адрес> в состоянии алкогольного опьянения. 

Судом первой инстанции установлен факт управления ФИО1 транспортным средством 

<

данные изъяты>, г/н № в составе автопоезда с полуприцепом бортовым 

<

данные изъяты> г/н № у 

<

адрес> в состоянии алкогольного опьянения. 

Не согласившись с данным постановлением, лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 подал жалобу, в которой просит постановление мирового судьи отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием в его действиях состава и события административного правонарушения. 

В обоснование жалобы указал следующее. Транспортным средством 

<

данные изъяты>, г/н № в составе автопоезда с полуприцепом бортовым 

<

данные изъяты> г/н № у 

<

адрес> в состоянии алкогольного опьянения он не управлял, а употребил спиртное после остановки транспортного средства, в связи с чем в его действиях отсутствует состав и событие административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ.

Сотрудником полиции были допущены нарушения приказа МВД от 23 августа 2017 года № 664 «Об утверждении административного регламента исполнения министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения». В частности, в нарушение п.п. 36, 38, 39, 40, 49 указанного приказа МВД, инспектор ГИБДД при осуществлении им государственного надзора за соблюдением требований безопасности дорожного движения: при осуществлении видеозаписи при осуществлении им действий в рамках административного производства не уведомил заявителя о применении фото -, видео - и звукозаписывающей аппаратуры; подъезжая к транспортному средству заявителя, не припарковал свой служебный автомобиль в поле зрения видеорегистратора; не составил протоколы процессуальных действий на месте совершения административного правонарушения, в связи с чем протоколы составлялись в отсутствие видеофиксации или понятых. Кроме того, к акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не приложена видеозапись указанной процедуры, а понятые при проведении этой процедуры отсутствовали; сотрудник полиции показал, что включил проблесковые огни и сирену, в то время, когда преследовал машину заявителя, однако на самом деле он этого не сделал, о чем свидетельствует видеозапись. 

Сотрудником полиции также нарушены пп. 85, 86 приказа МВД от 23 августа 2017 года № 664, устанавливающие правила остановки транспортного средства. 

В протоколе об отстранении от управления транспортным средством, сотрудником полиции сделана запись о видеофиксации процедуры отстранения, однако в протоколе об административном правонарушении указанная запись в графе «к протоколу прилагается» не прописана. 

В нарушение разъяснений Верховного Суда РФ, изложенных в Постановлении № 51-АД16-1 от 11 мая 2016 года о том, что показания свидетелей являются доказательствами по делу, мировой судья отнесся к показаниям свидетеля ФИО 2 критично, указав, что «между ними сложились дружеские отношения, таким образом, он является заинтересованным лицом по делу».

В ходе процедуры освидетельствования заявителя на состояние опьянения, сотрудником полиции не был произведен пробный забор воздуха, который свидетельствует об отсутствии остаточных паров этанола от предыдущего использования прибора, в связи с чем направление на медицинское освидетельствование является незаконным, поскольку результат освидетельствования не может являться достоверным. 

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, данных им в Постановлении № 20 от 25.06.2019 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дела об административных правонарушениях, предусмотренных главой 20 КоАП РФ», обстоятельства, послужившие законным основанием для направления водителя на медицинское освидетельствование, в обязательном порядке должны быть указаны в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. В нарушение указанных разъяснений, мировым судьей протокол о направлении на медицинское освидетельствование признан допустимым доказательством.

Акт медицинского освидетельствования составлен с нарушениями действующего законодательства и не соответствует требованиям закона, поскольку в акте не указано основание для медицинского освидетельствования, отсутствуют сведения в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование; отсутствуют сведения о лицензии медицинского учреждения на право проведения данных исследований; страницы акта не пронумерованы и не подписаны, печать медицинского учреждения также отсутствует, незаполненные пункты акта не перечеркнуты; между исследованиями не выдержан установленный законом промежуток в 15-20 минут, повторное исследование проведено до истечения 15 минут, первое исследование проводилось в 22 часа 21 минуту, повторное в 22 часа 34 минуты; в акте медицинского освидетельствования указано, что освидетельствование проведено в больнице, однако штамп и печать принадлежат другому медицинскому учреждению.

Таким образом, по мнению заявителя, все доказательства по делу собраны с нарушением закона и не могут являться допустимыми доказательствами по делу, следовательно, протокол об административном правонарушении также не может являться допустимым доказательством по делу.

Кроме того, по мнению заявителя, существенным недостатком протокола об административном правонарушении является, в том числе, неверное указание в нем места совершения административного правонарушения. Ссылка суда первой инстанции на установление места и времени совершения административного правонарушения в судебном заседании, является несостоятельной, поскольку противоречит протоколу об административном правонарушении. Указанное нарушение является существенным недостатком, на основании которого дело подлежит прекращению.

По мнению заявителя, сотрудником полиции нарушен п. 148 приказа МВД от 23 августа 2017 года № 664, согласно которому в случае применения специальных технических средств, их показания отражаются в соответствующем процессуальном документе по делу об административном правонарушении. При этом указывается наименование специального технического средства и его номер. Сотрудником полиции при составлении процессуальных документов этого указано не было. Выводы мирового судьи о том, что в законе не содержится требований о необходимости указания в процессуальных документах наименования технического средства, на которое осуществлялась видеозапись, а также о том, что допустимым доказательством может являться видеозапись, проведенная с перерывами, противоречат требованиям действующего законодательства, в том числе разъяснениям Пленума Верховного Суда, содержащимся в Постановлении № 20 от 25 июня 2019 года № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дела об административных правонарушениях, предусмотренных главой 20 КоАП РФ». 

В судебном заседании ФИО1, защитник Дмитриева О.В. просили отменить постановление мирового судьи от 18.11.2019 на основании доводов, указанных в жалобе, производство по делу прекратить.

В судебном заседании должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении ФИО 1 отсутствовал, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Рассмотрев жалобу, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, а также, руководствуясь ч.2 ст.30.6 КоАП РФ, проверив дело в полном объеме, суд не находит оснований для отмены или изменения постановления по делу об административном правонарушении.

В соответствии со ст. 30.7 КоАП РФ основаниями для отмены судебных постановлений являются: наличие хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных статьями 2.9, 24.5 КоАП РФ, а также при недоказанности обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление; существенное нарушение процессуальных требований, предусмотренных КоАП РФ, если это не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело; если при рассмотрении жалобы установлено, что постановление было вынесено неправомочным судьей.

Таких нарушений мировым судьей допущено не было.

В соответствии с ч.1 ст.12.8 КоАП РФ административным правонарушением признается управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния, и влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

В силу п.2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 (в редакции от 14.12.2018) водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

При рассмотрении дела мировым судьей установлено, что ФИО1 16 апреля 2019 года в 21 час 3 минуты по 

<

адрес> управлял транспортным средством 

<

данные изъяты> г/н №, находясь в состоянии алкогольного опьянения, чем нарушил требование пп.2.7 Правил Дорожного движения, ответственность за которое предусмотрена ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, что следует из протокола об административном правонарушении 87 ЕА № 022547 от 16 апреля 2019 года.

Событие административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ и вина ФИО1 подтверждаются совокупностью доказательств, допустимость и достоверность которых сомнений не вызывают, а именно: протоколом об административном правонарушении; протоколом об отстранении от управления транспортным средством; актом медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения; рапортом; видеозаписями, зафиксировавшими процессуальные административные действия по настоящему делу, устными показаниями свидетеля - сотрудника полиции ФИО 1, полученными при рассмотрении дела мировым судьей.

Тот факт, что сотрудник полиции является должностным лицом, наделенным государственно-властными полномочиями, не может служить поводом к тому, чтобы не доверять его показаниям и составленным им процессуальным документам, которые судья оценивает по своему внутреннему убеждению, в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ.

Освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО1 проведено уполномоченными должностными лицами, с соблюдением требований статей 27.12 и 27.12.1 КоАП РФ, Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475 и Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 года № 933н.

Наличие оснований для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование, а также правильность проведения процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, подтверждается актом от 16.04.2019 № 87 ЕУ № 001285, результатом освидетельствования на состояние опьянения посредством алкотектора «Юпитер», удостоверенном квитанцией от 16.04.2016 № 002520, протоколом 87 ЕР 001456 от 16.04.2019 о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения в связи с несогласием ФИО1 с результатом свидетельствования.

Вопреки доводам апелляционной жалобы указанные процессуальные действия осуществлены с применением видеорегистратора EAGLE EYE, что соответствует требованиям КоАП РФ.

Довод жалобы о нарушении процедуры проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения: нарушения инспектором ГИБДД при освидетельствовании ФИО1 инструкции (руководства) по эксплуатации Алкотектора, выразившегося в том, что инспектор ГИБДД не произвел пробный отбор воздуха, является несостоятельным. 

Согласно п.2.7.9 инструкции к алкотектору «Юпитер» (которая находится в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», то есть является общедоступной) для начала процедуры измерения следует нажать виртуальную кнопку «Старт». В этот момент происходит отбор пробы воздуха (слышен двойной щелчок срабатывания заборной системы) для выполнения автоматической проверки отсутствия этанола и других компонентов, которые могут оказать влияние на показания анализатора, в окружающем воздухе, в заборной системе анализатора и в мундштуке. При положительном результате проверки (при отсутствии этанола и других компонентов), анализатор перейдет в окно готовности к отбору пробы. При отрицательном результате проверки (при обнаружении этанола или других компонентов), анализатор не перейдет в окно готовности к отбору пробы.

Таким образом, в случае присутствия в анализаторе посторонних паров этанола прибор не начнет работу по установлению наличия либо отсутствия алкоголя в выдыхаемом воздухе освидетельствуемого. Из указанного следует, что необходимость в пробном заборе воздуха при применении указанного алкотектора отсутствует. Забор воздуха производится автоматически.

Кроме того, состояние алкогольного опьянения установлено у ФИО1 и в ходе медицинского освидетельствования на состояние опьянения, что подтверждает правильность результата освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, проведенного инспектором ГИБДД ФИО 1

Как следует из материалов дела, основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения послужило наличие у него внешних признаков опьянения (запах алкоголя изо рта, нарушение речи, неустойчивость позы) и его несогласие с результатами проведенного освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, что согласуется с требованиями ч.1.1 ст.27.12 КоАП РФ и подп. «б» п.10 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 года № 475.

В протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 16.04.2019 указано данное основание: «несогласие с результатами проведенного освидетельствования на состояние алкогольного опьянения», что свидетельствует о необоснованности довода заявителя о не указании в названном протоколе основания направления водителя на медицинское освидетельствование и незаконности направления заявителя на медицинское освидетельствование, установившего наличие алкогольного опьянения у последнего (л.д.14).

Акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 16.04.2019 удостоверяет наличие состояния опьянения у ФИО1 Указанный документ заверен подписью врача-нарколога, уполномоченного на проведение процедуры медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, заверен вопреки доводу жалобы печатью врача ГБУЗ «Чукотская окружная больница», которое имеет лицензию на осуществление медицинского освидетельствования на состояние опьянения, сведения об этом содержатся в открытом доступе информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Довод о несоответствии Акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения требованиям закона является несостоятельным: акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения в отношении ФИО2 от 16.04.2019 соответствует форме, утвержденной приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 г. № 933н, а также п.8 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18 декабря 2015 года № 933н. 

Кроме того, факт нахождения в состоянии алкогольного опьянения подтверждает сам ФИО1, указавший, что он выпил алкогольный напиток (водку) незадолго до того, как инспектор ГИБДД ФИО 1 предложил ему пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а также свидетель ФИО 2, сообщивший в судебном заседании, что во время проведения административных процессуальных действий 16.04.2019 по настоящему делу изо рта ФИО1 исходил запах свежего алкоголя. В акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 16.04.2019 указано, что от ФИО1 чувствуется запах алкоголя на расстоянии.

Наличие алкоголя в выдыхаемом воздухе освидетельствуемого в 22час. 21 мин. составило 0,69мг/л, в 22 час.34 мин - 0,65мг/л. Как видно из приведенных результатов, количество алкоголя в выдыхаемом воздухе снизилось очень незначительно, что свидетельствует о том, что погрешность во времени при освидетельствовании в одну минуту не могла повлиять на результат медицинского освидетельствования. 

Довод жалобы о том, что ФИО1 не управлял транспортным средством в состоянии опьянения, а употребил алкогольный напиток после остановки транспортного средства, находясь в кабине автомобиля, был проверен судом первой инстанции. 

При разрешении вопроса о доказанности факта управления транспортным средством лицом, привлекаемым к административной ответственности, в состоянии алкогольного опьянения, судом второй инстанции была также исследована видеозапись, представленная сотрудником ИАЗ ОГИБДД МОМВД России «Билибинский» ФИО 1 в суд первой инстанции, на основании которой мировой судья пришел к выводу о доказанности факта управления Дмитриевым транспортным средством в состоянии опьянения на основании всесторонне, полно и объективно исследованных доказательств по делу. Их совокупности, а также доводам ФИО1 дана надлежащая и мотивированная оценка, сомневаться в правильности которой оснований не имеется.

Фрагмент видеозаписи, устанавливающий обстоятельства следования инспектором ИАЗ ОГИБДД МОМВД России «Билибинский» ФИО 1 за автомобилем ФИО1, его остановку, время проведения зафиксированных видеорегистратором процессуальных действий, подтверждает вывод суда первой инстанции о том, что последний управлял транспортным средством, будучи в состоянии алкогольного опьянения, а не употребил алкоголь после того, как остановил автомобиль. 

Доводы жалобы о нарушении сотрудником полиции, оформившим процессуальные документы в отношении ФИО1, пп.36, 38, 39, 40, 85, 86 не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, что явствует из исследованных в судебном заседании видеозаписей, фиксирующих процедуру оформления в отношении ФИО1 процессуальных документов, объяснений инспектора ИАЗ ОГИБДД МОМВД России «Билибинский» ФИО 1, протоколов и актов соответствующих процессуальных действий от 16.04.2019 (л.д.2, 8, 9, 10, 11-13, 14, 15-22, 23, 24, 28, 43-45, 91, 137). 

Административный регламент исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения, утвержденного Приказом МВД России от 23.08.2017 № 664 не предусматривает обязанность инспектора ГИБДД припарковывать свой служебный автомобиль в поле зрения видеорегистратора. Составление протоколов процессуальных действий допускается в служебном помещении органа внутренних дел, стационарного поста органа внутренних дел, транспортном средстве органов внутренних дел (автомобиль, автобус, мотоцикл) (п.37 Регламента), все процессуальные действия в отношении ФИО1 зафиксированы посредством видеозаписи, которая приложена к материалам дела, видеозапись проводилась открыто, инспектор ГИБДД кроме видеорегистратора использовал мобильный телефон, в связи с чем лицу, в отношении которого проводились процессуальные действия, не могло быть об этом неизвестно. 

При таких обстоятельствах довод заявителя о том, что сотрудники полиции не сообщили о применении видеозаписи при совершении процессуальных действий, не принимаются во внимание. 

Процедура отстранения ФИО1 от управления транспортным средством также зафиксирована с применением технического средства, указанная видеозапись исследована в судебных заседаниях судов первой и апелляционной инстанций, в связи с чем довод жалобы об отсутствии видеозаписи при применении вышеуказанной меры обеспечения производства по делу суд признает необоснованным. 

Нарушение инспектором ГИБДД пп. 85, 86 приказа МВД от 23 августа 2017 года № 664, устанавливающих порядок остановки транспортного средства, как о том указано в жалобе, не влияет на доказанность совершения ФИО1 административного правонарушения. 

Вместе с тем видеозапись, исследованная в судебном заседании, подтверждает следование служебного автомобиля ИАЗ ОГИБДД МОМВД России «Билибинский» ФИО 1 за автомобилем ФИО1 в течение более одной минуты с целью остановки последнего. При этом в судебном заседании суда первой инстанции ФИО 1 не опровергал факт того, что когда остановил свой служебный автомобиль и подошел к ФИО1, транспортное средство последнего было уже остановлено.

Факт того, что суд не принял во внимание показания свидетеля ФИО 2, утверждавшего, что ФИО1 не употреблял спиртные напитки, не может опровергнуть доказанность факта управления ФИО1 транспортного средства в состоянии опьянения, поскольку, как следует из показаний свидетеля ФИО 2, он общался с ФИО1 16.04.2019 на 28 километре дороги, когда они вместе остановились на привал, а после они разъехались каждый на своем автомобиле. ФИО1 поехал первым, а ФИО 2 задержался, и увиделись они примерно через 45 минут. В суде апелляционной инстанции свидетель ФИО 2 показал, что подъехал к автомобилю ФИО1 после того, как они расстались на остановке 28 км., примерно через 20-25 мин.

В течение указанного времени ФИО 2 не находился рядом с ФИО1, следовательно, у последнего было достаточно времени для того, чтобы употребить алкоголь, в связи с чем свидетель не может утверждать, что ФИО1 не употреблял спиртное в течение всего времени управления автомобилем. 

Законность действий инспектора ГИБДД, связанных с задержанием транспортного средства, проведением в отношении ФИО1 освидетельствования на состояние опьянения, направлением ФИО1 на медицинское освидетельствование, отстранением от управления транспортным средством, сомнений не вызывает, поскольку они были нацелены на обеспечение безопасности дорожного движения, что отвечает требованиям нормативных актов, регламентирующих полномочия указанных должностных лиц.

Вопрос о недопустимости протокола об административном правонарушении от 16.04.19 87 ЕА №022547 по основанию неточного указания в протоколе места и времени совершения административного правонарушения разрешен судом в ходе рассмотрения по делу при разрешении ходатайства о признании недопустимым доказательством указанного протокола: доводы защитника не могут являться основанием для признания протокола и решения суда первой инстанции незаконным.

Описание места административного правонарушения, которое дано в протоколе и постановлении, позволяет прийти к выводу о том, что место совершения правонарушения расположено под мостом 

<

адрес>, ближайшим строением к которому является 

<

адрес> по указанной улице, в связи с чем указание 

<

адрес> является корректным обозначением места административного правонарушения. 

Как разъяснено в абз.3 п.4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», несущественными являются такие недостатки протокола, которые могут быть восполнены при рассмотрении дела по существу. В ходе рассмотрения настоящего дела обозначение места происшествия административного происшествия уточнено инспектором ГИБДД. При этом ни у кого из участников процесса не возникло сомнений в неясностей при установлении указанного места происшествия.

Довод о техническом вмешательстве в видеозапись, представленную в суд, о чем, по мнению защитника, свидетельствует наличие перерывов в производимой инспектором ИАЗ ОГИБДД МОМВД России «Билибинский» ФИО 1 видеозаписи, в связи с чем нарушена хронологическая последовательность событий 16.04.2019, суд находит также несостоятельным, поскольку все значимые процессуальные действия в отношении ФИО1, которые необходимо проводить в присутствии понятых либо под запись видеорегистратора, зафиксированы посредством видеорегистратора, в связи с чем отсутствие непрерывной видеозаписи указанных действий не свидетельствует о нарушении требований действующего законодательства. Представленная в суд видеозапись оценена судом первой инстанции по правилам ст. 26.11 КоАП РФ наряду со всеми иными собранными по делу доказательствами, и суд апелляционной инстанции соглашается с ней.

При этом суд обращает внимание на то, что показания инспектора ИАЗ ОГИБДД МОМВД России «Билибинский» ФИО 1, данные в ходе судебных заседаний в судах первой и второй инстанций, последовательны, непротиворечивы, подтверждаются представленными и исследованными в судебном заседании доказательствами, представленными в судебное заседание. 

ФИО1, напротив, в ходе производства по делу об административном правонарушении, давал непоследовательные, противоречащие друг другу показания, которые изменялись в зависимости от представленных в суд доказательств. Вначале он объяснял наличие у него состояния опьянения 16.04.2019 тем, что он пил квас, а алкогольный напиток не употреблял. После того, как у ФИО1 была установлена высокая концентрация алкоголя в выдыхаемом им воздухе, он изменил свои показания: сказал, что пил водку, но только после того, как остановил автомобиль. После употребления спиртного и до того, как к нему обратился инспектор ИАЗ ОГИБДД МОМВД России «Билибинский» ФИО 1, прошло не менее пятнадцати минут. После того, как запись видеорегистратора показала, что автомобиль, которым управлял ФИО1, совершил остановку за несколько секунд до того, как к нему подъехал автомобиль инспектора ГИБДД, он снова изменил показания и заявил, что спиртное выпил сразу же после остановки транспортного средства, буквально в течение нескольких секунд, вследствие чего оказался в состоянии алкогольного опьянения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 показал, что инспектор ИАЗ ОГИБДД МОМВД России «Билибинский» ФИО 1 не выяснял его согласие на прохождение освидетельствования на месте остановки транспортного средства, не демонстрировал ему алкотектор перед освидетельствованием. Вместе с тем его показания опровергаются исследованными в судебном заседании видеозаписями.

Таким образом, показания ФИО1, которые он давал сотруднику ГИБДД ФИО 1, врачу ГБУЗ «ЧОБ» - филиал «Билибинская районная больница» 16 апреля 2019 года, в судебных заседаниях суда первой и апелляционной инстанций, непоследовательны, логически не выдержанны, опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции верно расценил показания ФИО1 как избранный им способ защиты с целью избежать административной ответственности за совершенное правонарушение. 

Иные доводы, приведенные в жалобе на постановление мирового судьи судебного участка от 20.11.2019, не могут служить основанием для отмены обжалуемого постановления, поскольку они направлены на переоценку установленных по делу фактических обстоятельств, противоречат совокупности собранных по делу доказательств, не ставят под сомнение наличие в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ.

Жалоба не содержит доводов, влекущих отмену или изменение обжалуемого судебного акта, отвечающего требованиям ч.1 ст. 29.10 КоАП РФ.

Бремя доказывания по делу распределено правильно, с учетом требований ст. 1.5 КоАП РФ. Принцип презумпции невиновности не нарушен, каких-либо неустранимых сомнений по делу не усматривается.

Мировой судья при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении проверил дело в полном объеме в соответствии с требованиями КоАП РФ и вынес законное и обоснованное решение.

Несогласие заявителя с оценкой имеющихся в деле доказательств не свидетельствует о том, что мировым судьей допущены нарушения норм материального права и (или) предусмотренные Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях процессуальные требования.

При назначении наказания учтены данные о личности ФИО1, состояние его здоровья, обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность за совершенное правонарушение, а также характер совершенного административного правонарушения, объектом которого является безопасность дорожного движения.

Административное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами назначено ФИО1 в соответствии с требованиями ст. ст. 3.1, 3.8, 4.1 КоАП РФ в размере, предусмотренном санкцией ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Порядок и срок давности привлечения ФИО1 к административной ответственности, не нарушены.

Административное дело рассмотрено мировым судьей судебного участка Билибинского района в пределах компетенции, установленной ч. 1 ст. 23.1 КоАП РФ. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену или изменение постановления мирового судьи, в ходе производства по данному делу не допущено. Участникам процесса были созданы надлежащие условия для реализации их процессуальных прав, в том числе в представлении и исследовании доказательств, заявлении отводов и ходатайств. Какой-либо заинтересованности судьи в исходе дела не установлено.

В силу п. 1 ч. 1 ст.30.7 КоАП РФ по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении суд вправе вынести решение об оставлении постановления без изменения, а жалобы без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.30.6, 30.7 КоАП РФ, 

решил:

Постановление мирового судьи судебного участка Билибинского района Чукотского АО от 20 ноября 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.12.8 КоАП РФ в отношении ФИО1, - оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Настоящее решение вступает в законную силу немедленно после вынесения.

Вступившие в законную силу решение по результатам рассмотрения жалобы может быть обжаловано в порядке надзора лицами, указанными в статьях 25.1 - 25.5 КоАП РФ и (или) опротестовано в порядке надзора прокурором в соответствии со статьями 30.12-30.19 КоАП РФ.

Судья подпись Е.Ю.Скороходова

Копия верна:

Судья Е.Ю.Скороходова