Судья 1 инст.: Язев И.В. № 44г-18 /2019

Судьи апелляционной инстанции:

ФИО1 – председательствующий

ФИО2- докладчик, Огудина Л.В.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

ПРЕЗИДИУМА ВЛАДИМИРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА

г. Владимир 8 июля 2019 г.

Президиум Владимирского областного суда в составе:

председательствующего Малышкина А.В.,

членов президиума Живцовой Е.Б., Медведева С.В., Рогожина С.В., Шишкина С.К.,

при секретаре Дороховой В.С.

рассмотрел гражданское дело по иску ФИО3 к индивидуальному предпринимателю ФИО4 об установлении факта трудовых отношений, взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку,

по кассационной жалобе ФИО3 на решение Петушинского районного суда Владимирской области от 8 ноября 2018 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Владимирского областного суда от 14 февраля 2019 г.,

Заслушав доклад судьи областного суда Швецовой Н.Л., объяснения ФИО3, его представителя адвоката Беркинова С.Е., поддержавших доводы кассационной жалобы, возражения представителя индивидуального предпринимателя ФИО4- ФИО5 против отмены судебных постановлений, президиум областного суда 

у с т а н о в и л:

ФИО3 2 июля 2018 г. обратился с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО4, с учетом уточнений, об установлении факта трудовых отношений с 4 января 2015 г., взыскании невыплаченной заработной платы с 4 января 2015 г. по 16 апреля 2018 г. в размере 4 000 000 руб., компенсации за неиспользованный отпуск в размере 333 333,33 руб., компенсации морального вреда 100 000 руб., возложении обязанности внести в трудовую книжку запись о приеме на работу на должность директора автомойки с 4 января 2015 г.

В обоснование требований указал, что 4 января 2015 г. принят ИП ФИО4 на работу в качестве директора автомойки в г. ****. Между ними фактически сложились трудовые отношения, однако надлежащим образом в письменной форме они не оформлены (не передан экземпляр трудового договора, не внесены записи в трудовую книжку). ИП ФИО4 не выплачивал заработную плату в размере 100 000 руб. в месяц, не выплатил компенсацию за неиспользованный отпуск. Его деятельность у ответчика носила трудовой характер, поскольку он ежедневно находился на территории автомойки, управлял персоналом, взаимодействовал с клиентами, разрешал все возникающие вопросы, ежедневно представлял отчеты о деятельности автомойки, организовывал строительство и ремонт боксов, принимал материалы для работы.

Ответчик ФИО4 и его представитель иск не признали, указали, что ФИО3 привлекался для оказания помощи в ведении дел автомойки - предоставление консультаций, разовые работы, то есть имели место гражданско-правовые отношения. Постоянная должность директора на данном предприятии не требуется, поскольку имеется администратор, кассир. Заработная плата ФИО3 никогда не начислялась и не выплачивалась, он получал лишь вознаграждение за свои гражданско-правовые услуги перечислениями на банковскую карту и наличными денежными средствами из кассы, с 2015 г. ему выплачено около 3 000 000 руб. Никаких фиксированных ставок оплаты труда истца не имелось, вопрос о выплатах ФИО4 разрешал единолично. 17 марта 2018 г. между сторонами прекратились отношения, поскольку истец устроил скандал на территории автомойки и выдворен сотрудниками охраны торгового комплекса. Представленные стороной истца документы не подтверждают статуса его деятельности именно как трудовой. Заявили о пропуске срока на обращение с иском, поскольку истец не мог не знать о нарушении его предполагаемых трудовых прав незамедлительно после невручения копии трудового договора, невыплаты заработной платы, с 17 марта 2018 г. истец не посещал автомойку, а с иском в суд обратился 2 июля 2018 г.

Решением Петушинского районного суда Владимирской области от 8 ноября 2018 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Владимирского областного суда от 14 февраля 2019 г., в удовлетворении исковых требований отказано. 

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить судебные постановления, полагая их принятыми с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, принять по делу новое решение о полном удовлетворении исковых требований. Судами первой и апелляционной инстанций не установлены юридически значимые обстоятельства, касающиеся характера возникших между ним и ответчиком отношений с учетом подлежащих применению норм трудового законодательства. Указывает на доказанность факта возникновения трудовых отношений. Полагает вывод суда о пропуске им трехмесячного срока обращения в суд с требованием о взыскании вознаграждения противоречащим требованиям статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации. 

По результатам изучения кассационной жалобы из суда истребованы материалы дела и определением судьи Владимирского областного суда Швецовой Н.Л. от 24 июня 2019 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Владимирского областного суда. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и поступивших на нее возражений, президиум областного суда находит, что имеются основания для отмены судебных постановлений по делу.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения норм материального права были допущены при рассмотрении настоящего дела судами первой и апелляционной инстанций. 

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО4 является индивидуальным предпринимателем с 28 июля 2014 г.

В соответствии с договором аренды от **** арендодатель ООО «****» предоставило в аренду арендатору - ФИО4 коммерческие площади в размере **** кв.м в торгово-развлекательном центре «****», расположенном по адресу: ****, для осуществления коммерческой деятельности, а именно организации автомойки.

В январе 2015 г. между ИП ФИО4 и ФИО3 достигнуто соглашение об участии ФИО3 в деятельности автомойки, расположенной по вышеуказанному адресу.

17 марта 2018 г. ИП ФИО4 запретил доступ ФИО3 в помещение автомойки, с указанного дня прекращена вся деятельность ФИО3 в интересах ответчика.

Также установлено, что трудовой договор между сторонами не заключался, запись о работе истца директором автомойки в трудовой книжке отсутствует, приказ о приеме на работу не издавался, какие-либо иные кадровые распоряжения в отношении истца за период с 4 января 2015 г. по 17 марта 2018 г. не производились. ИП ФИО4 не выполнял в отношении истца обязанностей работодателя по выплате заработной платы, перечислению налоговых и страховых платежей, предоставлению отпуска. 

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционой инстанции, пришел к выводу о пропуске ФИО3 трехмесячного срока обращения в суд, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом суд исходил из того, что истец, полагая себя вступившим с ИП ФИО4 в трудовые отношения, знал о их нарушении и необходимости установления факта трудовых отношений еще в 2015 г. ФИО3 знал и не мог не знать, что ему не выплачивается заработная плата, с ним не оформляется надлежащий трудовой договор, он не пользуется правом на оплачиваемый отпуск, больничный, надлежащим образом не оформляются записи в его трудовой книжке, между тем с иском в суд обратился лишь 2 июля 2018 г.

При этом суд отклонил довод ФИО3 об уважительности причин пропуска срока обращения в суд в связи необходимостью ухода за тяжелобольной матерью, указав, что о нарушении трудовых прав истцу стало известно в 2015 г. Суд апелляционной инстанции также указал, что после прекращения отношений сторон 17 марта 2018 г. и до 2 июля 2018 г., с учетом указанных обстоятельств ухода за матерью, у истца имелось достаточно времени для обращения за защитой своих прав. 

Признав требования об установлении факта трудовых отношений не подлежащими удовлетворению, суд отказал в удовлетворении иных заявленных истцом требований как производных от основного. 

Президиум областного суда не может согласиться с указанным выводами судов первой и апелляционной инстанций по следующим основаниям.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (часть 1 статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Вместе с тем, согласно части 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О).

В части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. 

В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи.

Из разъяснений, изложенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», следует, что принимая во внимание, что статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Так, например, от договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть третья статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Приведенные выше требования закона и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации судами фактически не применены. 

Из содержания судебных постановлений следует, что, установив факт сотрудничества ФИО3 и ИП ФИО4 на принадлежащей последнему автомойке в период с 4 января 2015 г. по 17 марта 2018 г., суды не сделали какого-либо вывода с учетом подлежащих применению норм права о характере возникших между сторонами правоотношений, являлись они трудовыми либо гражданско-правовыми, следовательно, сложившаяся неопределенность в правовом положении ФИО3 в ходе разрешения возникшего спора не устранена.

Установив отсутствие каких-либо записей о трудовой деятельности истца в трудовой книжке, доказательств ее передачи ответчику, кадровых приказов о приеме ФИО3 на работу и расторжении трудового договора с ним, суд первой инстанции ограничился формальным применением статей 66,67 Трудового кодекса Российской Федерации об оформлении трудового договора, в то время как обязан был исследовать по существу все фактические обстоятельства с учетом доводов и возражений сторон спора, а также представленных ими доказательств. 

В кассационной жалобе ФИО3 указывает, что допрошенные судом первой инстанции свидетели – работники ответчика подтвердили ежедневное выполнение ФИО3 работ на автомойке. В материалах истребованного дела также содержатся представленные истцом ежедневные отчеты о работе автомойки, направлявшиеся им по электронной почте ответчику (т.1, л.д. ****, ****; т. 2, л.д.****; т. 3, л.д. ****; т. 4, л.д. ****).

Вместе с тем оценки данных доказательств в их совокупности, по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные постановления не содержат, что не отвечает требованиям статей 195, 198, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости. 

Президиум областного суда также не может признать законным и вывод судов первой и апелляционной инстанций о пропуске истцом трехмесячного срока обращения в суд. 

В силу статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки (часть 1).

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (часть вторая введена Федеральным законом от 3 июля 2016 г. № 272-ФЗ).

Из разъяснений, изложенных в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», следует, что частью второй статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации установлен специальный срок обращения в суд за разрешением индивидуальных трудовых споров о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику. 

Из изложенного следует, что на правоотношения, связанные со взысканием в судебном порядке заработной платы и других причитающихся при увольнении выплат, распространяется специальный срок, который составляет один год. Следовательно, предусмотренный частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации трехмесячный срок не применим к правоотношениям, связанным с реализацией права работников на своевременную и в полном размере выплату заработной платы. 

Как указывалось выше, наличие трудового правоотношения между сторонами презюмируется и, соответственно, трудовой договор считается заключенным, если работник приступил к выполнению своей трудовой функции и выполнил ее с ведома и по поручению работодателя. 

Частью 1 статьи 14 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что течение сроков, с которыми настоящий Кодекс связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей.

После установления наличия трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после признания их таковыми, у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения, и в частности, требовать взыскания задолженности по заработной плате, предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями.

Таким образом, президиум полагает, что вывод судов об отказе в иске по причине пропуска срока для обращения в суд, в том числе и по требованиям о взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, является преждевременным, поскольку сделан без учета установленных судом действительных правоотношений сторон, без определения обстоятельств, имеющих значение для дела и с нарушением норм процессуального права об оценке в совокупности представленных сторонами доказательств. 

Допущенные судами первой и апелляционной инстанций нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, повлияли на исход дела, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав заявителя кассационной жалобы.

При таких обстоятельствах президиум областного суда полагает, что решение Петушинского районного суда Владимирской области от 8 ноября 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Владимирского областного суда от 14 февраля 2019 г. не могут быть признаны законными, в связи с чем подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

п о с т а н о в и л :

решение Петушинского районного суда Владимирской области от 8 ноября 2018 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Владимирского областного суда от 14 февраля 2019 г. отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Председательствующий А.В. Малышкин