УИД 31RS0011-01-2024-001206-04 Дело № 2-92/2025

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 февраля 2025 г. г. Короча

Корочанский районный суд Белгородской области в составе: 

председательствующего судьи Дорошенко Л.Э.

при секретере К.,

с участием старшего помощника прокурора Корочанского района Ушаковой К.Ю., представителя истцов адвоката Солодилова И.А. (по ордеру и доверенности), представителя третьего лица войсковой части № Министерства обороны Российской Федерации ФИО9 (по доверенности) (посредством видеоконференцсвязи).

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО, ФИО1 к Министерству обороны Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, 

у с т а н о в и л:

ФИО, ФИО1 обратились в суд с исковым заявлением к Министерству обороны Российской Федерации, в котором просят взыскать с ответчика в пользу каждого из истцов денежную компенсацию морального вреда, причиненного гибелью ФИО2 в размере 3 000 000 руб., а также судебные расходы по оплате услуг представителя и за совершение нотариальных действий по оформлению доверенности. 

В обоснование иска указывали, что в результате ДТП 02.09.2023 по вине водителя ФИО3, исполнявшего обязанности военной службы при управлении закрепленным за ним служебным автомобилем КАМАЗ-53501 государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, принадлежащим войсковой части № Министерства обороны Российской Федерации, погибла дочь ФИО и сестра ФИО1 - ФИО2

Приговором Курского гарнизонного военного суда от 04.07.2024 ФИО3 признан виновным в совершении преступления, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года, условно в соответствии со ст. 73 УК РФ.

Поскольку виновником ДТП признан ФИО3, который в момент ДТП исполнял обязанности военной службы в войсковой части № Министерства обороны Российской Федерации, истцы просили взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда с ответчика Министерства обороны РФ. 

Истцы ФИО, ФИО1, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела судебной повесткой через представителя (л.д.119, 120), в судебное заседание не явились, обеспечили явку своего представителя Солодилова И.А., который исковые требования поддержал в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик Министерство обороны Российской Федерации, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела судебной повесткой ЭЗП (получено адресатом 03.02.2025 л.д.187), явку представителя в судебное заседание не обеспечил, сведений о неявке суду не предоставил, ходатайств об отложении судебного заседания не заявлял. Представитель Министерства обороны свою позицию по иску не представил. 

Представитель третьего лица войсковой части № Министерства обороны Российской Федерации ФИО9 в судебном заседании считал иск ФИО, как матери погибшей, подлежащей частичному удовлетворению, иск ФИО1 не подлежащим удовлетворению.

Третье лицо Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Центральному военному округу, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела судебной повесткой по электронной почте (л.д.124), явку представителя в судебное заседание не обеспечили, предоставили письменное ходатайство об исключении из числа лиц, участвующих в деле, просили рассмотреть дело в их отсутствие (л.д.181).

Третье лицо ФИО4, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела судебной повесткой через представителя (л.д. 121), в судебное заседание не явился, сведений о неявке суду не предоставил, ходатайств об отложении судебного заседания не заявлял. 

В заключении прокурор Ушакова К.Ю. полагала, что исковые требования всех истцов подлежат удовлетворению. В части размера компенсации морального вреда, просила учесть требования разумности и справедливости. 

Исходя из положений ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2, 3 ст. 1083 настоящего Кодекса. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). 

В соответствии с требованиями ст. 1068 ГК РФ, если вред причинен работником юридического лица при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта), то ответственность за его возмещение возлагается на это юридическое лицо.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (п. 1 ст. 1070, ст. 1079, п. 1 ст. 1095, ст. 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (ст. ст. 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ). 

Согласно п. 18 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1, судам надлежит иметь в виду, что в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. 

По смыслу ст. 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. 

При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. 

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в своем Определении от 24.09.2013 № 1472-О, вышеуказанные нормы ст. 1079 ГК РФ являются одним из законодательно предусмотренных случаев отступления от принципа вины и возложения ответственности за вред независимо от вины причинителя вреда, в основе чего лежит риск случайного причинения вреда. Таким образом, деятельность, связанная с использованием источника повышенной опасности, создающая риск повышенной опасности для окружающих, обусловливает и повышенную ответственность владельцев источников повышенной опасности (независимо от наличия их вины) в наступлении неблагоприятных последствий для третьих лиц. 

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.). 

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ). 

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ). 

В силу ст. 1101 ГК РФ с учетом разъяснений п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 при определении размера компенсации оценивается степень нравственных и (или) физических страданий с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей истца и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. 

В п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что причинение вреда здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела. 

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 02.09.2023 в 15-м часу, ФИО3, исполняя обязанности военной службы при управлении закрепленным за ним служебным автомобилем КАМАЗ-53501 государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, принадлежащим войсковой части № Министерства обороны Российской Федерации на 27 километре автодороги «М2-Крым-Москва-Тула-Курск-Белгород», намереваясь совершить разворот из крайней правой полосы в нарушение п.п. 1.3, 1.5 (абз.1), 8.1, 8.4,8.5 и 8.7 ПДД РФ, не уступил дорогу попутно движущемуся по левой полосе автомобилю Митсубиси Аутлендер государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, под управлением ФИО5, в результате чего произошло столкновение автомобилей. В результате ДТП пассажиру автомобиля Митсубиси Аутлендер ФИО2 причинены телесные повреждения, от которых наступила ее смерть.

Вступившим в законную силу приговором Курского гарнизонного военного суда от 04.07.2024 ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 350 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года, в соответствии со ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год (л.д. 126-131). 

В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда; указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом. 

Согласно части 4 статьи 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. 

Таким образом, выводы, содержащиеся в вышеназванном приговоре суда, имеют преюдициальное значение по данному гражданскому делу. 

Приговором установлено и не подлежит доказыванию, что смерть ФИО2 наступила в результате действий водителя ФИО3 при управлении источником повышенной опасности. 

Из содержания приговора следует, что согласно заключению эксперта № 179 от 04.09.2023 смерть ФИО2 наступила от причиненных ей повреждений в результате ДТП.

По результатам расследования установлено, что виновником ДТП является военнослужащий войсковой части № Министерства обороны Российской Федерации - водитель автомобиля КАМАЗ-53501 государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, принадлежащим войсковой части № Министерства обороны Российской Федерации ФИО3, нарушивший Правила дорожного движения Российской Федерации. 

Материалами дела подтверждается, что с 17.06.2021 ФИО3 проходит военную службу по контракту в войсковой части № Министерства обороны Российской Федерации (л.д.132-144, 145-146, 147). 

Автомобиль КАМАЗ-53501 государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, принадлежащим войсковой части № Министерства обороны Российской Федерации принадлежит войсковой части № Министерства обороны Российской Федерации (л.д. 174-176), приказом № 111 от 25.05.2023 был закреплен за ФИО3 (л.д.168-173).

Выпиской из приказа Министерства обороны Российской Федерации подтверждается, что водитель ФИО3 являлся военнослужащим, на момент совершения ДТП исполнял обязанности военной службы (л.д.163).

Пунктом 12 статьи 1 Федерального закона от 31.05.1996 № 61-ФЗ «Об обороне» установлено, что имущество Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов является федеральной собственностью и находится у них на правах хозяйственного ведения или оперативного управления. 

Согласно пункту 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации в суде от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными решениями и действиями (бездействием) государственных органов (органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов), выступает соответствующий главный распорядитель бюджетных средств. 

Согласно пункту 31 Положения о Министерстве обороны Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16.08.2004 № 1082, Министерство обороны является главным распорядителем средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание Минобороны России и реализацию возложенных на него полномочий. 

Войсковая часть № Министерства обороны Российской Федерации, в которой проходил службу ФИО3, входит в структуру Министерства обороны Российской Федерации. 

Таким образом, с учетом положений пункта 2 статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, а также Положения о Министерстве обороны Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16.08.2004 № 1082, суд приходит к выводу, что именно Министерство обороны Российской Федерации является надлежащим ответчиком по делу и обязано возместить истцам причиненный ущерб, оснований для взыскания с иных лиц не имеется. 

В рамках уголовного дела гражданский иск о компенсации морального вреда ФИО и ФИО1 не заявлялся. 

Решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 11.11.2024 взыскано в пользу ФИО4 с Министерства обороны Российской Федерации за счет средств Федерального казенного учреждения «Межрегиональный финансовый центр Министерства обороны Российской Федерации по Центральному военному округу» материальный ущерб в размере 1 484 375 руб., с Министерства обороны Российской Федерации компенсация морального вреда, за вред причиненный здоровью ФИО4 в размере 300 000 руб., компенсация морального вреда, причиненного гибелью супруги в сумме 1 000 000 руб., расходы по оплате услуг по изготовлению и установке памятника в размере 591 500 руб., судебные расходы на представителя в размере 40 000 руб., за совершение нотариальных действий по оформлению доверенности у нотариуса в размере 2 400 руб., свидетельств при оформлении наследственного дел 10 615 руб. Взыскано в пользу ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с Министерства обороны Российской Федерации за счет средств Федерального казенного учреждения «Межрегиональный финансовый центр Министерства обороны Российской Федерации по Центральному военному округу» материальный ущерб в сумме 445 312,50 руб., с Министерства обороны Российской Федерации компенсация морального вреда в размере 1 500 000 руб., единовременная денежная сумма в счет возмещения вреда по случаю смерти кормильца за прошедший период с 03.09.2023 по день вынесения решения (11.11.2024) в размере 49 357,50 руб. из расчета 3 290,50 руб. за месяц, с 12.11.2024 взыскивать ежемесячными платежами по 3 290,50 руб. до достижения 18 лет, а в случае обучения по очной форме до 23 лет, с последующей индексацией пропорционально увеличению установленного законом минимального размера оплаты труда. Взыскано в пользу ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения с Министерства обороны Российской Федерации за счет средств Федерального казенного учреждения «Межрегиональный финансовый центр Министерства обороны Российской Федерации по Центральному военному округу» материальный ущерб в сумме 445 312,50 руб., с Министерства обороны Российской Федерации компенсация морального вреда в размере 1 500 000 руб., единовременная денежная сумма в счет возмещения вреда по случаю смерти кормильца за прошедший период с 03.09.2023 по день вынесения решения (11.11.2024) в размере 49 357,50 руб. из расчета 3 290,50 руб. за месяц, с 12.11.2024 взыскивать ежемесячными платежами по 3 290,50 руб. до достижения 18 лет, а в случае обучения по очной форме до 23 лет, с последующей индексацией пропорционально увеличению установленного законом минимального размера оплаты труда. В остальной части исковых требований отказано (л.д.192-197). На момент рассмотрения данного гражданского дела, решение от 11.11.2024 не вступило в законную силу.

Свидетельством о рождении подтверждается, что ФИО2 родилась ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, ее родителями являются: мать ФИО (истица) и отец ФИО8 (л.д.13), ФИО2 16.11.2013 заключила брак с ФИО4, после регистрации брака ей присвоена фамилия ФИО2 (свидетельство о заключении брака л.д.14), на момент смерти ФИО2 исполнилось 33 года. 

Истица ФИО15 приходится погибшей матерью, является инвалидом второй группы по общему заболеванию с 26.10.2009 (справка МСЭ-2007 л.д.17), пенсионером по старости (удостоверение л.д.110). 

Истица ФИО1 является родной сестрой погибшей, что подтверждается ее свидетельством о рождении (л.д.18), справкой о заключении брака (л.д.19).

Согласно справке администрации Проходенского сельского поселения муниципального района «Корочанский район» Белгородской области от 16.01.2025, ФИО15 зарегистрирована и проживает по адресу: 

<

адрес>, после смерти мужа ФИО8, умершего 31.12.2019, помощь и уход за матерью взяли ее дочери ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Дочери регулярно ездили к матери, состояли в хороших, дружеских отношениях. После гибели ФИО2, уход за ФИО осуществляет ФИО1 (л.д.112).

Представитель истцов в судебном заседании пояснил, что в их семью пришла трагедия, они потеряли близкого человека: дочь и сестру, она умерла в возрасте 33 лет, ими перенесены и продолжают испытываться по настоящее время нравственные страдания, чувство утраты и одиночество, вызванные смертью близкого человека. Погибшая ФИО2 была очень заботливой дочерью и сестрой, помогала матери, в том числе в бытовых вопросах. Со своей сестрой ФИО1, погибшая была в очень близких родственных отношениях. На протяжении всей жизни они поддерживали близкие, доверительные, родственные отношения. 

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что трагическая смерть близкого человека, безусловно, нанесла серьезную психологическую травму истцам, причинив сильное душевное потрясение, потеря является для истцов невосполнимой, они тяжело переживают произошедшее, до настоящего времени не могут вернуться к прежней жизни. 

Разрешая заявленные исковые требования истцов ФИО и ФИО1, суд, с учетом исследованных в судебном заседании письменных материалов дела, материалов уголовного дела, пояснений представителя истцов, приходит к выводу, что исковые требования к Министерству обороны Российской Федерации в части компенсации морального вреда являются обоснованными и подлежат удовлетворению. 

При определении размера компенсации морального вреда истцам ФИО и ФИО1, суд исходит из того, что смерть дочери и сестры, безусловно, влечет тяжелые нравственные переживания для истцов, является для них большой потерей и невосполнимой утратой. Гибель человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на целостность семьи и семейные связи, необходимость защиты которых следует из статьи 38 Конституции Российской Федерации, объявляющей семью находящейся под защитой государства.

Оценивая приведенные истцами доводы о размере компенсации морального вреда, с учетом фактических обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, неосторожного виновного деяния со стороны ФИО3, отсутствие вины в происшествии ФИО2, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства и принимая во внимание характер и тяжесть нравственных страданий истцов, связанных неожиданной, трагической потерей близкого человека, с необратимым нарушением семейных связей, с лишением заботы со стороны матери и сестры, личности истцов, их отношения с погибшей, а также требования разумности и справедливости, с учетом степени вины должностных лиц ответчика, их поведения после случившегося, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика Министерства обороны Российской Федерации в счет компенсации морального вреда в пользу истца ФИО в размере 1 000 000 руб., в пользу истца ФИО1 - 300 000 руб. 

Указанные суммы компенсации, по мнению суда, будут способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истцов (в какой-то степени позволит сгладить неизбежные страдания, частично смягчить и уменьшить остроту переживаний) и степень ответственности, применяемой к ответчику. 

При совокупности вышеприведенных по делу обстоятельств, оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленном истцами размере, суд не усматривает. 

Оснований для отказа во взыскании компенсации морального вреда по доводам представителя третьего лица, суд не находит. 

При этом суд учитывает, что истцы ФИО и ФИО1 потерпевшими при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО3 не признавались, вместе с тем, право близких родственников ФИО и ФИО1 на компенсацию морального вреда не поставлено в зависимость от указанного обстоятельства. Законодатель не связывает возможность компенсации морального вреда лишь лицу, являющемуся потерпевшим по уголовному делу, а потому лица, испытывающие страдания в связи с причинением вреда близкого родственника не лишены права на возмещение морального вреда. 

Доводы возражений представителя третьего лица о несогласии с заявленным размером компенсации морального вреда несостоятельны, поскольку законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания, что и было выше определено судом, исходя из конкретных обстоятельств настоящего гражданского дела, а также пояснений представителя истцов. 

Разрешая требования ФИО и ФИО1 о взыскании с ответчика расходов на оплату услуг представителя, суд приходит к следующему. 

Согласно статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

В соответствии со статьей 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы. 

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований. 

Согласно части 1 статьи 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. 

Статьей 100 ГПК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. 

В подтверждение расходов на оплату услуг представителя истцами ФИО и ФИО1 представлены: соглашение об оказании юридической помощи № 35-С/24 от 14.11.2024, заключенное между адвокатом Солодиловым И.А. и ФИО (л.д.201-202) и № 34-МС/24 от 12.11.2024, заключенное между Солодиловым И.А. и ФИО1 (л.д.203-204), квитанция к приходному кассовому ордеру № 269 от 29.11.2024, согласно которой ФИО оплачено вознаграждение адвоката Солодилова И.А. в размере 25 000 руб. (л.д.206), квитанция к приходному кассовому ордеру № 268 от 29.11.2024, согласно которой ФИО1 оплачено вознаграждение адвоката Солодилова И.А. в размере 40 000 руб. (л.д.207). 

Полномочия адвоката Солодилова И.А. на представление интересов ФИО и ФИО1 подтверждены ордером 015260 от 29.11.2024 (л.д.82) и доверенностью 31 АБ 2428116 (л.д. 210). 

Оценивая объем проделанной представителем истцов работы, а именно: составление искового заявления, участие в подготовке дела к судебному разбирательству 10.12.2024 (л.д.45), в предварительном судебных заседаниях – 15.01.2025 (л.д.83), 30.01.2025 (л.д.116), в судебном заседании 20.02.2025, учитывая объем заявленных требований, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела, количество судебных заседаний с участием представителя в суде, а также баланс между правами лиц, участвующих в деле, с учетом требования разумности и справедливости, принимая во внимание Методические рекомендации по размерам оплаты юридической помощи, оказываемой адвокатами гражданам, предприятиям, учреждениям и организациям в Белгородской области от 12.03.2015, с учетом требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что заявленные расходы на представителя в пользу ФИО подлежат удовлетворению в заявленном размере 25 000 руб. (консультация, составление иска, участие представителя в 4 заседаниях). Расходы, понесенные ФИО1 на представителя подлежат уменьшению до 33 000 руб. (консультация – 1 000 руб., составление исковых требований – 4 000 руб., участие представителя в 4 судебных заседаниях – 28 000 руб.)., полагая, что данный размер отвечает требованиям разумности и справедливости, а также учитывая баланс интересов сторон и вышеизложенные фактические обстоятельства конкретного дела.

При этом суд исходит из того, что ФИО и ФИО1 были вынуждены их понести для обоснования своих исковых требований.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 2 абз. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оформление доверенности представителя могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Представленная в материалы дела доверенность, подтвержденная оригиналом (приобщен к материалам дела оригинал л.д. 210) выдана на представление интересов истцов Солодилову И.А. исключительно в связи с рассмотрением спора по факту гибели ФИО2 в результате ДТП, имевшего место 02.09.2023, в связи с чем, расходы истцов, понесенные на оформление данной доверенности в сумме 2 200 руб. подлежат взысканию с ответчика в пользу истцов по 1 100 руб. каждому. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Иск ФИО, ФИО1 к Министерству обороны Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства обороны Российской Федерации (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 руб., за совершение нотариальных действий по оформлению доверенности в размере 1 100 руб., а всего взыскать 1 026 100 руб.

Взыскать с Министерства обороны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 33 000 руб., за совершение нотариальных действий по оформлению доверенности в размере 1 100 руб., а всего взыскать 334 100 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Корочанский районный суд Белгородской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме 6 марта 2025 г.

Судья