РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 ноября 2019 г. г. Грозный

Грозненский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Терентьева О.Д., при секретаре судебного заседания Павловой Ю.К., с участием административного истца ФИО1, представителя административного истца ФИО2, представителя административного ответчика – командира войсковой части № – ФИО3, представителя административного ответчика – командира войсковой части № – ФИО4, прокурора – старшего помощника военного прокурора № военной прокуратуры гарнизона 

<

данные изъяты> юстиции ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело № 2а-278/2019 по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО1 об оспаривании действий воинских должностных лиц, связанных с досрочным увольнением с военной службы в запас и исключением из списков личного состава воинской части,

установил:

ФИО1 обратился в военный суд с административным исковым заявлением, в котором с учетом последующих уточнений просил: 

- признать незаконными приказ командира войсковой части № от 15 августа 2019 г. № 135 в части его досрочного увольнения с военной службы в запас и приказ командира войсковой части № от 30 августа 2019 г. № 248 в части исключения его из списков личного состава воинской части, обязать указанных воинских должностных лиц отменить данные приказы, восстановить его на военной службе и в списках личного состава воинской части и обеспечить всеми видами положенного довольствия, недополученного за период незаконного увольнения и исключения;

- признать незаконным бездействие командира войсковой части №, связанное с непредоставлением ему основного отпуска за 2017 г. и обязать указанное воинское должностное лицо издать соответствующий приказ о предоставлении ему данного отпуска.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель ФИО2 вышеизложенные требования поддержали и просили их удовлетворить, при этом представитель административного истца пояснил, что ранее ФИО1 проходил военную службу по контракту в войсковой части № в должности 

<

данные изъяты>. Оспариваемыми приказами ФИО1 досрочно уволен с военной службы в запас в связи с невыполнением им условий контракта в порядке реализации дисциплинарного взыскания, а в последующем исключен из списков личного состава воинской части. Однако, по мнению представителя административного истца, оспариваемые приказы являются незаконными и подлежат отмене, поскольку в период военной службы ФИО1 добросовестно исполнял служебные обязанности, а каких-либо грубых дисциплинарных проступков, которые могли послужить основанием для его досрочного увольнения с военной службы, не совершал.

Представители административных ответчиков требования административного истца не признали и просили отказать в их удовлетворении, пояснив, каждый в отдельности, что досрочное увольнение ФИО1 с военной службы в запас произведено в порядке реализации соответствующего дисциплинарного взыскания за совершение последним грубого дисциплинарного проступка, выразившегося в отсутствии 1 июля 2019 г. в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени. При этом командованием воинских частей не допущено каких-либо нарушений порядка увольнения административного истца с военной службы и исключения его из списков личного состава воинской части.

Заслушав объяснения участвующих в судебном заседании лиц и заключение прокурора, полагавшего необходимым отказать в удовлетворении административного иска в полном объеме, а также исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии с ч. 1 и 8 ст. 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов. При этом пропуск срока обращения в суд является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

Согласно п. 5 ст. 11 Федерального закона «О статусе военнослужащих», военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, ежегодно предоставляется основной отпуск.

В соответствии с п. 14 ст. 29 Положения о порядке прохождения военной службы в случаях, когда основной отпуск не был предоставлен военнослужащему, проходящему военную службу по контракту, в текущем календарном году в связи с его болезнью или другими исключительными обстоятельствами, допускается перенос основного отпуска на следующий календарный год с учетом времени проезда к месту использования отпуска и обратно. При переносе основного отпуска на следующий календарный год он должен быть использован до его окончания.

Содержание названных норм указывает на то, что реализация права военнослужащего на ежегодный основной отпуск обеспечивается обязанностью командования по предоставлению такого отпуска в текущем году. При этом в случае своевременного неиспользования военнослужащим своего отпуска в текущем календарном году по уважительным причинам (болезнь и прочие исключительные обстоятельства) такой отпуск может быть использован военнослужащим до окончания следующего календарного года.

Следовательно, ФИО1 мог претендовать на предоставление основного отпуска за 2017 г. до окончания 2018 г. 

Изложенное согласуется с разъяснениями, содержащимися в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 г. № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих».

Однако согласно штемпельной отметке на почтовом конверте данное административное исковое заявление сдано ФИО1 в отделение почтовой связи 10 октября 2019 г., то есть с пропуском установленного ст. 219 КАС РФ трехмесячного срока.

Согласно ч. 1 ст. 95 и ч. 7 ст. 219 КАС РФ лицам, пропустившим установленный настоящим Кодексом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен. Обязанность доказывания указанного обстоятельства возлагается на лицо, обратившееся в суд.

Как пояснил в судебном заседании административный истец, он не был осведомлен об установленном ч. 1 ст. 219 КАС РФ процессуальном сроке обращения с заявлением в суд и просил восстановить указанный срок в силу своей юридической неграмотности.

Кроме того, ФИО1 указал, что ранее за защитой своих прав он неоднократно обращался к командованию войсковой части 71718, которое каждый раз уверяло его в том, что оспариваемый отпуск будет ему предоставлен в полном объеме.

Между тем, то обстоятельство, что ФИО1, избрав внесудебный способ защиты своих прав, неоднократно обращался к командованию воинской части, не влияет на начало и порядок течения установленного законом процессуального срока.

Кроме того, правовая неосведомленность административного истца о порядке оспаривания в суде действий (бездействия) воинских должностных лиц также не может быть признана судом в качестве уважительной причины пропуска установленного ст. 219 КАС РФ процессуального срока обращения в суд, поскольку указанное обстоятельство не препятствовало ФИО1 своевременно подать в суд административное исковое заявление в защиту своих прав, в том числе прибегнув к помощи представителя.

Согласно ч. 8 ст. 219 КАС РФ пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного срока обращения в суд, является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 без уважительных причин пропущен срок обращения в суд с заявлением об оспаривании бездействия командира войсковой части №, связанного с непредоставлением ему основного отпуска за 2017 г., в связи с чем в удовлетворении требований административного истца в указанной части надлежит отказать в связи с пропуском срока обращения в суд, без исследования иных фактических обстоятельств по административному делу в указанной части.

Рассматривая требование административного истца о признании незаконным приказа командира войсковой части № от 15 августа 2019 г. № 135 в части его досрочного увольнения с военной службы в запас, суд приходит к следующим выводам.

Так, согласно выписке из приказа командира войсковой части № от 8 августа 2018 г. № 235 ФИО1 с 18 мая 2017 г. зачислен в списки личного состава названной воинской части и с 8 августа 2018 г. полагается принявшим дела и должность. 

В соответствии с выпиской из приказа командира войсковой части № от 4 июля 2019 г. № 1424 к ФИО1 за совершение грубого дисциплинарного проступка, выразившегося в отсутствии в период с 8 часов 30 минут до 16 часов 30 минут 1 июля 2019 г в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, применено дисциплинарное взыскание в виде досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта.

Согласно выписке из приказа командира войсковой части № от 15 августа 2019 г. № 135 ФИО1 досрочно уволен с военной службы в запас в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта в порядке реализации дисциплинарного взыскания.

В соответствии с выпиской из приказа командира войсковой части № от 30 августа 2019 г. № 248 ФИО1 с 19 сентября 2019 г. исключен из списков личного состава воинской части.

В силу п. 3 ст. 32 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» условия контракта о прохождении военной службы включают в себя обязанность гражданина добросовестно исполнять все общие, должностные и специальные обязанности военнослужащих, установленные законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

При этом согласно подп. «в» п. 2 ст. 51 названного Федерального закона военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, может быть досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта. 

В силу ст. 28.2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» (далее – Закон), военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности. Военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина.

Согласно ч. 2 ст. 28.5 Закона и приложения № 7 к Дисциплинарному уставу Вооруженных сил Российской Федерации, отсутствие в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени является грубым дисциплинарным проступком.

Статьей 28.8 Закона определено, что по каждому факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка проводится разбирательство, порядок проведения которого, а также полномочия командира или иного лица, проводящего разбирательство, определяются общевоинскими уставами в соответствии с настоящим Федеральным законом.

В судебном заседании представитель административного истца, не отрицая факт отсутствия ФИО1 1 июля 2019 г. в воинской части, пояснил, что в конце июня 2019 г. Врио командира 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО6 довел до административного истца о том, что последний уволен с военной службы в запас, в связи с чем ФИО1 убыл к своему месту жительства и в период с конца июня до конца июля 2019 г. отсутствовал в воинской части, что, по мнению представителя административного истца, свидетельствуют о фальсификации командованием войсковой части № материалов служебного разбирательства.

Между тем совершение ФИО1 вышеуказанного грубого дисциплинарного проступка подтверждается совокупностью следующих исследованных в суде доказательств.

Так, из протокола о грубом дисциплинарном проступке от 4 июля 2019 г. следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 8 часов 30 минут в ходе утренней поверки личного состава 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО6 выявлено отсутствие в строю ФИО1. Организованные поиски указанного военнослужащего на территории воинской части результатов не принесли, на телефонные звонки он не отвечал. В указанный день в 16 часов 30 минут ФИО1 добровольно прибыл в воинскую часть, при этом от дачи объяснений отказался.

Данные обстоятельства подтверждаются приложенными к протоколу о грубом дисциплинарном проступке рапортом Врио командира 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО6, письменными объяснениями 

<

данные изъяты> ФИО7 и 

<

данные изъяты> ФИО8, заключением по материалам служебного разбирательства, а также актами отказа ФИО1 от дачи объяснений, от подписи протокола о грубом дисциплинарном проступке и от получения его копии.

Допрошенный в ходе судебного заседания свидетель ФИО6 показал, что 1 июля 2019 г. в 8 часов 30 минут в ходе поверки личного состава 

<

данные изъяты> им лично выявлено отсутствие в строю ФИО1. Организованные им поиски указанного военнослужащего на территории воинской части результатов не принесли, на телефонные звонки ФИО1 не отвечал. В этот же день в 16 часов 30 минут ФИО1 добровольно прибыл в воинскую часть. По данному факту им проведено служебное разбирательство, в ходе которого ФИО1 отказался от дачи объяснений, от подписи протокола о грубом дисциплинарном проступке и от получения его копии.

Также обстоятельства совершения ФИО1 грубого дисциплинарного проступка и проведения по данному факту служебного разбирательства подтвердили и допрошенные в судебном заседании, каждый в отдельности, свидетели ФИО9 и ФИО8, согласно показаниям которых 1 июля 2019 г. в 8 часов 30 минут в ходе поверки личного состава 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> ФИО6 выявлено отсутствие в строю ФИО1. Организованные поиски указанного военнослужащего на территории воинской части результатов не принесли, на телефонные звонки он не отвечал. 1 июля 2019 г. в 16 часов 30 минут ФИО1 добровольно прибыл в воинскую часть, при этом от дачи объяснений отказался.

Показания указанных свидетелей согласуются как между собой, так и с другими исследованными в ходе судебного заседания доказательствами. При этом каких-либо данных, свидетельствующих о наличии причин для оговора названными военнослужащими административного истца, судом не установлено.

Таким образом, факт совершения ФИО1 1 июля 2019 г. грубого дисциплинарного проступка суд считает установленным.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что привлечение ФИО1 за совершение вышеуказанного грубого дисциплинарного проступка к дисциплинарной ответственности в виде досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта является законным и обоснованным, поскольку принятию данного решения предшествовало разбирательство, проведенное в соответствии с требованиями действующего законодательства, в ходе которого было бесспорно установлено как событие грубого дисциплинарного проступка, так и лицо, его совершившее, и вина в таковом административного истца.

Оценивая довод представителя административного истца о том, что Врио командира 

<

данные изъяты> ФИО6 до ФИО1 доведено об увольнении последнего с военной службы в запас, в связи с чем он отсутствовал в воинской части в период с конца июня до конца июля 2019 г., суд находит данный довод несостоятельным, поскольку он полностью опровергается показаниями свидетеля ФИО6, согласно которым в указанный период он от исполнения служебных обязанностей ФИО1 не освобождал, приказов об увольнении последнего с военной службы в запас и исключении из списков личного состава воинской части до административного истца не доводил.

Кроме того, как пояснил в судебном заседании сам административный истец, в период с конца июня по конец июля 2019 г. приказы о его увольнении с военной службы в запас и исключении из списков личного состава воинской части до него не доводились, окончательного расчета по соответствующим службам с ним не производилось.

При этом обстоятельства, связанные с отсутствием административного истца на военной службе в иные дни июня и июля 2019 г. не входит в предмет доказывания по настоящему административному делу, ввиду чего ссылка представителя административного истца на данные обстоятельства является беспредметной.

Довод представителя административного истца о том, что ФИО1 о проведении служебного разбирательства не знал и был лишен возможности дать соответствующие письменные объяснения и ознакомиться с материалами данного разбирательства, суд также находит несостоятельными, поскольку он опровергается показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей и исследованными в судебном заседании письменными доказательствами.

При этом недостатки в материалах служебного разбирательства, отмеченные представителем административного истца, на вышеуказанные выводы суда не влияют, поскольку не опровергают факта совершения ФИО1 грубого дисциплинарного проступка.

Оценивая довод представителя административного истца о том, в силу ч. 1 ст. 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих», ФИО1, как военнослужащий, проходящий военную службу по контракту и не достигший предельного возраста пребывания на военной службе, не мог быть уволен с военной службы без его согласия до приобретения им права на пенсию за выслугу лет, суд находит указанный довод несостоятельным, поскольку ч. 1 ст. 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих» предусмотрено досрочное увольнение военнослужащих, проходящих военную службу по контракту и не достигших предельного возраста пребывания на военной службе, в связи с невыполнением ими условий контракта. 

Рассматривая вопрос о соразмерности примененного к ФИО1 дисциплинарного взыскания тяжести совершенного им проступка, суд исходит из разъяснений, содержащихся в п. 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 г. № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», согласно которым невыполнением условий контракта как основанием для досрочного увольнения военнослужащего с военной службы следует считать лишь значительные (существенные) отступления от требований законодательства о воинской обязанности и военной службе, которые могут выражаться, в частности, в совершении виновных действий (бездействия), свидетельствующих об отсутствии у военнослужащего необходимых качеств для надлежащего выполнения обязанностей военной службы; совершении одного из грубых дисциплинарных проступков, составы которых перечислены в п. 2 ст. 28.5 Федерального закона «О статусе военнослужащих»; совершении дисциплинарного проступка при наличии у него неснятых дисциплинарных взысканий.

Как усматривается из копии служебной карточки ФИО1, ранее он привлекался к дисциплинарной ответственности, и имеет неснятые дисциплинарные взыскания, в том числе и за совершение аналогичного грубого дисциплинарного проступка.

В силу изложенного, совершение ФИО1 рассматриваемого грубого дисциплинарного проступка при вышеуказанных обстоятельствах свидетельствует о существенном отступлении последнего от взятых на себя обязательств в соответствии с контрактом о прохождении военной службы.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что командир войсковой части № обоснованно расценил совершение административным истцом грубого дисциплинарного проступка как существенное нарушение им условий контракта, и правомерно в пределах предоставленных ему полномочий, применил к нему дисциплинарное взыскание в виде досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта.

Таким образом, поскольку оснований для признания незаконными действий командира войсковой части №, связанных с увольнением административного истца с военной службы в запас в порядке реализации соответствующего дисциплинарного взыскания, не имеется и в судебном заседании таковых не установлено, суд считает, что требования административного истца в указанной части являются необоснованными и неподлежащими удовлетворению.

Рассматривая требование административного истца о признании незаконным приказа командира войсковой части № от 30 августа 2019 г. № 248 в части его исключения из списков личного состава воинской части, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 16 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы на день исключения из списков личного состава воинской части военнослужащий должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением. До проведения с военнослужащим всех необходимых расчетов он из списков личного состава воинской части без его согласия не исключается.

Как усматривается из расчетных листов ФКУ «Единый расчетный центр» Министерства обороны Российской Федерации и справки командира войсковой части № от 15 ноября 2019 г. № 3602, административный истец по дату исключения из списков личного состава воинской части в полном объеме удовлетворен установленным ему денежным довольствием, а также вещевым имуществом личного пользования, что не оспаривали в судебном заседании административный истец и его представитель.

Кроме того, в соответствии с выписками из приказов командира войсковой части № от 12 декабря 2018 г. № 373 и от 30 августа 2019 г. № 248 административному истцу предоставлен основной отпуск за 2018 г., что также не оспаривали в судебном заседании административный истец и его представитель.

Незаконность же приказа командира войсковой части № от 30 августа 2019 г. № 248 в части исключения из списков личного состава воинской части ФИО1 и его представитель, каждый в отдельности, обосновывали производностью от приказа об увольнении с военной службы в запас, который, по их мнению, является незаконным, а также тем, что командованием указанной воинской части административному истцу при исключении из списков личного состава воинской части не был предоставлен основной отпуск за 2019 г.

Между тем, в соответствии с выпиской из приказа командира войсковой части № от 30 августа 2019 г. № 248 административному истцу при исключении из списков личного состава воинской части предоставлен основной отпуск за 2019 г. пропорционально прослуженному времени продолжительностью 19 суток с 31 августа по 18 сентября 2019 г.

При этом довод административного истца о том, что в указанный период он в составе подразделения находился в служебной командировке на войсковом полигоне, суд находит несостоятельным, поскольку согласно показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО6, ФИО9 и ФИО8, в период с 31 августа по 18 сентября 2019 г. административный истец в составе реактивного артиллерийского дивизиона на войсковой полигон не убывал и служебные обязанности на данном полигоне не исполнял, что также согласуется с сообщением Врио начальника штаба войсковой части № от 20 ноября 2019 г. № 2445, согласно которому приказов об убытии ФИО1 на войсковой полигон в указанный период не издавалось.

Таким образом, поскольку в судебном заседании не установлено нарушения командованием войсковых частей № и № прав ФИО1, а также порядка его увольнения с военной службы в запас и исключения из списков личного состава воинской части, то оснований для признания незаконным приказа командира войсковой части № от 30 августа 2019 г. № 248 в части исключения административного истца из списков личного состава воинской части, у суда не имеется, а потому в удовлетворении административного искового заявления в указанной части также надлежит отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 175-180, 227 КАС РФ, военный суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Южного окружного военного суда через Грозненский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Председательствующий О.Д. Терентьев