РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

02 июля 2020 года город Усть-Джегута

Усть-Джегутинский районный суд Карачаево-Черкесской Республики в составе:

председательствующего – судьи Лайпановой З.Х.,

при секретаре судебного заседания – Байчоровой Д.М.,

с участием:

представителя истца ФИО1 – ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале судебных заседаний Усть-Джегутинского районного суда Карачаево-Черкесской Республики гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Российскому союзу автостраховщиков и ФИО3 о взыскании страхового возмещения, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в Усть-Джегутинский районный суд Карачаево-Черкесской Республики с иском к Российскому союзу автостраховщиков и ФИО3 о взыскании страхового возмещения. 

В обоснование иска указано, что ФИО1 по договору купли-продажи является собственником автомобиля (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен). 27 декабря 2018 года по (адрес обезличен ) произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля истца ФИО1 и автомобиля (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен) под управлением ФИО3. Лицом, виновным в данном дорожно-транспортном происшествии, согласно постановлению по делу об административном правонарушении признан водитель автомобиля (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен) ФИО3, чья гражданская ответственность на момент ДТП была застрахована по полису ОСАГО в АО «НАСКО». Приказом Центрального Банка РФ лицензия у АО «НАСКО» была отозвана. 21 июня 2019 года согласно ст.19 Закона об ОСАГО истец ФИО1 обратился в Российский союз автостраховщиков с заявлением о возмещении страхового ущерба, приложив все необходимые документы. Истцом ФИО1 так же была организована независимая экспертиза (оценка) ущерба, причиненного его имуществу, согласно экспертному заключению (номер обезличен) стоимость восстановительного ремонта транспортного средства ФИО1 с учетом износа составила 605 300 рублей. До настоящего времени страховое возмещение ответчиком Российским союзом автостраховщиков не выплачено. Российским союзом автостраховщиков у истца ФИО1 были истребованы копия ПТС с указанием нового собственника транспортного средства, заверенная в установленном порядке, и оригинал договора купли-продажи. Затребованные Российским союзом автостраховщиков документы изначально были приложены к заявлению о возмещении страхового ущерба, но также 13 августа 2019 года данные документы по запросу были повторно направлены в РСА заказным письмом с описью. 15 июля 2019 года в адрес Российского союза автостраховщиков истцом ФИО1 была направлена досудебная претензия с требованием выплатить страховое возмещение. Но до настоящего времени страховое возмещение не выплачено. Ссылаясь на соответствующие нормы Гражданского кодекса Российской Федерации и Федерального закона № 40-ФЗ от 25 апреля 2002 года «Об обязательном страховании и гражданской ответственности владельцев транспортных средств» истец просит взыскать в пользу ФИО1 с Российского союза автостраховщиков страховое возмещение в размере 400 000 рублей; штраф в размере 50 % от присужденной судом суммы; неустойку в размере 1% от страховой суммы за каждый день просрочки, начиная с 12 июля 2019 года и по день вынесения судебного решения; расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей; расходы по оплате услуг по проведению независимой оценки в размере 7 000 рублей. С ответчика же ФИО3 взыскать страховое возмещение в размере 205 300 рублей. 

Определением Усть-Джегутинского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 02 июля 2020 года производство по делу в части исковых требований, заявленных в отношении ответчика ФИО3, прекращено в связи с принятием судом частичного отказа представителя истца ФИО1 – ФИО2 от иска ввиду добровольного удовлетворения ответчиком ФИО3 требований, заявленных в его отношении.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО2, поддержав в полном объеме исковые требования к Российскому союзу автостраховщиков, а также доводы, приведенные в их обоснование, не оспаривая выводы заключения судебной комплексной транспортно-трасологической и автотехнической экспертизы (номер обезличен) от 17 января 2020 года, просил взыскать в пользу истца ФИО1 с ответчика Российского союза автостраховщиков компенсационную выплату в размере 400 000 рублей; неустойку за несоблюдение срока осуществления компенсационной выплаты в размере 400 000 рублей из расчета 4 000 рублей за один день просрочки за период с 17 сентября 2019 года по день вынесения судом решения, то есть по 02 июля 2020 года; штраф за неисполнение в добровольном порядке требований в размере 200 000 рублей; убытки в размере 7 000 рублей, связанные с оплатой услуг эксперта-оценщика до обращения в суд; судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей, судебной экспертизы в размере 23 000 рублей, пояснив при этом, что истец ФИО1 с заявлением о компенсационной выплате в Российский союз автостраховщиков обратился 18 июня 2019 года, к указному заявлению были приложены все необходимые документы, в том числе, и паспорт транспортного средства (номер обезличен), в последующем по запросу ответчика заверенный вышеуказанный паспорт транспортного средства и договор купли-продажи транспортного средств, заключенный 24 декабря 2018 года между ФИО4 и ФИО1, были направлены ответчику 13 августа 2019 года, ответчиком также был запрошен договор купли-продажи по факту последующего отчуждения ФИО1 транспортного средства, получившего технические повреждения в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии, но представление данного документа для получения компенсационной выплаты Правилами не предусмотрено. Истец полагает, что все необходимые документы, в том числе и дополнительно запрошенные ответчиком, Российскому союзу автостраховщиков были представлены и последним получены 23 августа 2019 года, но выплата до настоящего времени не произведена, мотивированный отказ в выплате не представлен. 

В соответствии с нормами статьи 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте судебного заседания истца ФИО1, не представившего сведения о причинах своей неявки, и представителя ответчика Российского союза автостраховщиков, просившего в письменном отзыве на иск (л.д.88) рассмотреть дело в его отсутствие. 

Вместе с тем, правовая позиция по делу ответчиком Российским союзом автостраховщиков изложена в представленном суду письменном отзыве на иск и заключается в следующем: РСА в течение 20-ти дней с момента получения всех необходимых для определения решения о компенсационной выплате документов и заключений, принимает решение о компенсационной выплате либо отказе в компенсационной выплате, однако по состоянию на 23 декабря 2019 года выявленные РСА недостатки истцом не устранены, необходимые документы не представлены, а именно: РСА 19 сентября 2019 года направил истцу ФИО1 письмо об устранении выявленных недостатков и необходимости представления копии договора купли-продажи транспортного средства (о продажи транспортного средства ФИО1 другому лицу согласно письма от 28 августа 2019 года); РСА не нарушил право истца на получение компенсационной выплаты и его обращение в суд ранее истечения 20-ти дневного срока рассмотрения РСА требования о компенсационной выплате со дня представления всех необходимых для осуществления компенсационной выплаты документов, является злоупотреблением правом; учитывая вышеизложенное, поскольку выявленные РСА недостатки истцом ФИО1 не устранены, то есть спор не урегулирован в досудебном порядке, постольку исковые требования подлежат оставлению без рассмотрения; взыскание неустойки с РСА по день фактического исполнения решения суда неправомерно, в связи с чем требования истца о взыскании неустойки по день фактического исполнения решения суда удовлетворению не подлежит; в случае вынесения решения об удовлетворении заявленных исковых требований применить в отношении неустойки и штрафа ст.333 ГК РФ; требование истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 7 000 рублей является необоснованно завышенным. 

Выслушав представителя истца ФИО1 – ФИО2, изучив доводы Российского союза автостраховщиков, изложенные в отзыве на иск, исследовав и оценив письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему. 

Судом установлено, что 27 декабря 2018 года, примерно в 18 часов 30 минут, на (адрес обезличен ), Карачаево-Черкесской Республики, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств: автомашины автомобиля (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен) под управлением водителя – истца ФИО1 и автомобиля (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен) под управлением водителя ФИО3, в результате указанного дорожно-транспортного происшествия имуществу истца ФИО1, а именно автомобилю марки (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен), причинен материальный ущерб. 

Факт причинения в результате дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 27 декабря 2018 года, материального ущерба именно имуществу истца ФИО1 подтвержден в судебном заседании представленным паспортом транспортного средства (номер обезличен), выданным 23 октября 2014 года Центральной акцизной таможней в городе Москве (л.д.21 том 1), и договором купли-продажи автотранспортного средства от 24 декабря 2018 года (л.д.22 том 1), из совокупности которых усматривается, что продавец – собственник транспортного средства (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен) ФИО4 продал, а покупатель – истец ФИО1 приобрел в собственность вышеуказанное автотранспортное средство. 

Судом установлено, что, приобретя в собственность транспортное средство (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен) 24 декабря 2018 года, то есть за три дня до рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 27 декабря 2018 года, истец ФИО1 не успел заключить договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, а соответствующий договор, заключенный предыдущим собственником и страхователем ФИО4 (л.д.42-43 том 1), утратил силу, что свидетельствует об отсутствии оснований для прямого возмещения убытков. 

Судом установлено, что в момент дорожно-транспортного происшествия вторым транспортным средством (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен), принадлежащим ФИО5, управлял ФИО3. 

Согласно вступившему в законную силу постановлению по делу об административном правонарушении (номер обезличен) от 27 декабря 2018 года (л.д.46 том 1), вынесенному должностным лицом ОГИБДД Отдела МВД России по городу Черкесску, иным материалам дела об административном правонарушении (л.д.47-55 том 1), виновным в дорожно-транспортном происшествии, имевшем место 27 декабря 2018 года в 18 часов 30 минут на (адрес обезличен ), Карачаево-Черкесской Республики, признан водитель автомашины (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен), коим является ответчик ФИО3, привлеченный к административной ответственности по части 3 статьи 12.14 КоАП РФ и подвергнутый административному наказанию в виде штрафа в размере 500 (пятьсот) рублей. 

Согласно сведениям, изложенным должностным лицом ОГИБДД Отдела МВД России по городу Черкесску на оборотной стороне постановления по делу об административном правонарушении (номер обезличен) от 27 декабря 2018 года, в результате указанного дорожно-транспортного происшествия принадлежащему истцу ФИО1 автомобилю марки (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен) причинены технические повреждения переднего бампера, передней правой фары, переднего правого диска колеса, переднего левого диска, заднего правого диска, а также скрытые повреждения. 

Из представленного страхового полиса серии ХХХ (номер обезличен) от 19 декабря 2018 года (л.д.56 том 1), выданного на основании договора страхования, заключенного в отношении ограниченного круга лиц, допущенных к управлению транспортным средством, судом установлено, что на момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность владельца транспортного средства (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен), коим являлся ФИО5, была застрахована в АО «НАСКО», при этом управлявший указанным транспортным средством в момент дорожно-транспортного происшествия и признанный виновным в дорожно-транспортном происшествии ФИО3 является лицом, допущенным к управлению указанным транспортным средством на срок действия договора страхования, истекающего в 24 часа 22 декабря 2019 года. 

Из приказа Центрального Банка Российской Федерации № ОД-1090 от 14 мая 2019 года (л.д.172 том 1) судом установлено, у страховщика Акционерного общества «Национальная страховая компания ТАТАРСТАН» (АО «НАСКО») лицензия на осуществление обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств была отозвана.

В соответствии с нормами статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, под которыми понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества.

В соответствии с нормами статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно нормам статьи 931 ГК РФ по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

В целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причинённого жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств иными лицами, Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» определяются правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности. 

Пунктом 1 статьи 6 вышеуказанного Федерального закона установлено, что объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Согласно нормам статьи 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховым случаем является наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховую выплату.

В соответствии с нормами пункта 2 статьи 18 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ компенсационная выплата в счет возмещения вреда, причиненного имуществу потерпевшего, осуществляется в случаях, если страховая выплата по обязательному страхованию не может быть осуществлена вследствие отзыва у страховщика лицензии на осуществление страховой деятельности.

Пунктом 1 статьи 19 вышеуказанного Федерального закона установлено, что по требованию потерпевших компенсационные выплаты осуществляются профессиональным объединением страховщиков, действующим на основании устава и в соответствии с вышеуказанным федеральным законом, по требованиям лиц, имеющих право на их получение.

Таким образом, в силу вышеприведенных норм, в случае отзыва лицензии у страховой компании, потерпевший имеет право обратиться в профессиональное объединение страховщиков – Российский союз автостраховщиков. 

Согласно подпункту 3 пункта 2.2 Устава Российского союза автостраховщиков, утвержденного 08 августа 2002 года Учредительным собранием (Протокол (номер обезличен)), основным предметом деятельности союза является, в том числе, осуществление компенсационных выплат потерпевшим в соответствии с требованиями закона. 

В ходе судебного заседания из содержания искового заявления, объяснений представителя истца ФИО2 и письменного отзыва ответчика Российского союза автостраховщиков судом установлено, что истец ФИО1 в порядке реализации права на получение компенсационной выплаты 18 июня 2019 года направил ответчику Российскому союзу автостраховщиков заявление о производстве компенсационной выплаты вместе с пакетом необходимых документов (л.д.107 том 1), полученное Российским союзом автостраховщиков 21 июня 2019 года, о чем свидетельствует отчет об отслеживании почтового отправления (л.д. 8 том 1).

Данное обращение, при установленных судом обстоятельствах, суд признает обоснованным и соответствующим вышеприведенным требованиям федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Из содержания рассматриваемого заявления ФИО1 о компенсационной выплате (л.д.107 том 1), представленной ответчиком в материалах дела (номер обезличен) (л.д.94-172 том 1), усматривается, что к заявлению, в числе иных документов, приложен также паспорт транспортного средства (номер обезличен), выданным 23 октября 2014 года Центральной акцизной таможней в городе Москве (л.д.111 том 1). 

Факт обращения истца ФИО1 с заявлением о производстве компенсационной выплаты и факт получения указанного заявления с приложенными документами ответчиком Российским союзом автостраховщиков не оспаривается. 

Вместе с тем, в письменном отзыве на рассматриваемое исковое заявление представитель ответчика Российского союза автостраховщиков высказывает позицию, согласно которой по состоянию на 23 декабря 2019 года истцом ФИО1 не устранены недоставки, выявленные Российским союзом автостраховщиков, то есть не представлены все необходимые документы для разрешения по существу заявления о компенсационной выплате, а именно: 19 сентября 2019 года Российский союз автостраховщиков направил истцу ФИО1 письмо об устранении выявленных недостатков и необходимости представления копии договора купли-продажи транспортного средства (о продажи транспортного средства ФИО1 другому лицу согласно письма от 28 августа 2019 года), истцом ФИО1 данный документ не представлен и обращение ФИО1 в суд ранее истечения 20-ти дневного срока рассмотрения Российским союзом автостраховщиков требования о компенсационной выплате со дня представления всех необходимых для осуществления компенсационной выплаты документов является злоупотреблением правом, а поскольку выявленные Российским союзом автостраховщиков недостатки истцом ФИО1 не устранены, постольку спор в досудебном порядке не урегулирован, что, в свою очередь, влечет необходимость оставления искового заявления ФИО1 без рассмотрения. 

Данную позицию суд признает несостоятельной в виду следующего.

Судом установлено, что, не получив в установленный нормами части 4 статьи 19 Закона об ОСАГО срок компенсационную выплату, а также ввиду возникших с Российским союзом автостраховщиков разногласий относительно исполнения последним своих обязательств по осуществлению компенсационной выплаты с истребованием дополнительных документов, истец ФИО1 11 июля 2019 обратился к ответчику с досудебной претензией (л.д.10 том 1), которая Российским союзом автостраховщиков была получена 15 июля 2019 года (л.д.11 том 1). 

Из представленных Российским союзом автостраховщиков материалов дела (номер обезличен)-СКО (л.д.94-172 том 1) усматривается, что после обращения истца ФИО1 21 июня 2019 года с заявлением о компенсационной выплате и 15 июля 2019 года с досудебной претензией, ответчик Российской союз автостраховщиков 27 июня 2019 года (л.д.94,97 том 1), 28 августа 2019 года (л.д.98 том 1), 30 августа 2019 года (л.д.99 том 1) и 17 сентября 2019 года (л.д.100 том 1) направил в адрес истца ФИО1 письменные требования об устранении выявленных недостатков и необходимости направления в адрес Российского союза автостраховщиков следующих недостающих документов, а именно: дословно «копия паспорта технического средства (копии обеих сторон), с указанием нового собственника ТС, заверенная в установленном порядке, и оригинал договора купли продажи»; «оригинал договора купли-продажи или копия, заверенная в установленном порядке»; «оригинал договора купли-продажи или копия, заверенная в установленном порядке (о продаже ТС)» и «копия договора купли-продажи транспортного средства (о продаже ТС ФИО1 другому лицу, согласно письма от 28 августа 2019 года)». 

Исходя из анализа содержания и последовательности по времени вышеуказанных письменных требований ответчика Российского союза автостраховщиков, направленных истцу ФИО1, о предоставлении недостающих документов, суд приходит к выводу о том, что на момент направления Российским союзом автостраховщиков ФИО1 последнего письменного требования от 17 сентября 2019 года (л.д.100 том 1) ФИО1 направил Российскому союзу автостраховщиков все ранее затребование документы в надлежащем виде, в том числе заверенную копию паспорта транспортного средства и заверенную копию договору купли-продажи автотранспортного средства от 24 декабря 2018 года, и в указном письменном требовании от 17 сентября 2019 года (л.д.100 том 1) ответчик Российский союз автостраховщиков дополнительно истребовал у истца ФИО1 еще и копию договора купли-продажи транспортного средства, подтверждающую факт отчуждения ФИО1 транспортного средства (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен) другому лицу. 

Вышеизложенный вывод суда подтверждается представленными исковой стороной квитанцией о направлении в адрес Российского союза автостраховщиков заказного письма с объявленной ценностью 10 рублей, описью вложения в указанное почтовое отправление, из совокупности которых следует, что в адрес Российского союза автостраховщиков истцом ФИО1 13 августа 2019 года были направлены паспорт транспортного средства и договор купли-продажи, полученные адресатом 23 августа 2019 года. 

С учетом установленных обстоятельств, изложенных выше, суд приходит к выводу о том, что по состоянию на 23 августа 2019 года истец ФИО1 представил ответчику Российскому союзу автостраховщиков весь пакет необходимых документов, подлежащих приложению к заявлению о компенсационной выплате в соответствии с требованиями пунктов 3.10, 4.13 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, являющихся Приложением № 1 к Положению Банка России от 19 сентября 2014 года № 431-П «О правилах обязательного страхования гражданской ответственности транспортных средств», в том числе: паспорт транспортного средства и документ, подтверждающие право собственности истца ФИО1 на поврежденное имущество, каковым является автомашина марки (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен).

Требование же ответчика Российского союза автостраховщиков, направленное истцу ФИО1 17 сентября 2019 года, о необходимости предоставить копию договора купли-продажи транспортного средства, подтверждающую факт отчуждения ФИО1 транспортного средства (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен) другому лицу, суд признает необоснованным, поскольку такого рода документ не входит в перечень документов, необходимость представления которых предусмотрена требованиями вышеуказанных Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств. 

Таким образом, на основании вышеизложенного, суд приходит выводу о том, что ответчик Российский союз автостраховщиков по факту обращения истца ФИО1 с заявлением о компенсационной выплате, по факту обращения с досудебной претензий с приложением всех необходимых документов, фактически безосновательно отказал истцу в удовлетворении заявленных им требования, затребовав документ, необходимость представления которого Правилами обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств не предусмотрена, в связи с чем истец ФИО1 обратился в суд с рассматриваемым иском, соблюдя досудебный порядок урегулирования возникшего спора. 

Судом установлено, что при отсутствии страховщика, обязанного произвести осмотр поврежденного имущества и его независимую оценку, истец ФИО1 самостоятельно обратился к независимому эксперту-оценщику для установления размера причиненного ему материального ущерба. 

Согласно представленному экспертному заключению (номер обезличен) от 25 января 2019 года (л.д.116-159 том 1) размер расходов на проведение восстановительного ремонта транспортного средства (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен) с учетом износа составляет 605 300 рублей. 

В ходе производства по делу судом по ходатайству исковой стороны по делу была назначена судебная комплексная транспортно-трассологическая и автотехническая экспертиза.

Согласно выводам судебной транспортно-трассологической и автотехнической экспертизы (номер обезличен) от 17 января 2020 года (л.д.178-216 том 1) повреждения на автомобиле (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен) соответствуют заявленному механизму дорожно-транспортного происшествия от 27 декабря 2018 года; стоимость восстановительного ремонта автомобиля (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен), VIN (номер обезличен), на дату дорожно-транспортного происшествия (27 декабря 2018 года) в соответствии с Единой методикой и справочниками РСА с учетом износа комплектующих изделий составляет 566 100 рулей. 

Заключение судебной транспортно-трассологической и автотехнической экспертизы (номер обезличен) от 17 января 2020 года (л.д.178-216 том 1) сторонами, которым данное заключение было представлено для ознакомления, не оспорено, более того, представителем истца ФИО1 – ФИО2 в ходе судебного заседания заявлено о том, что заявленные его доверителем требования основаны на заключении судебной экспертизы. 

Анализируя и давая в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ оценку представленному истцом ФИО1 экспертному заключению (номер обезличен) от 25 января 2019 года (л.д.116-159 том 1), а также заключению экспертизы (номер обезличен) от 17 января 2020 года (л.д.178-216 том 1), являющемуся результатом назначенной судом по делу комплексной судебной транспортно-трассологической и автотехнической экспертизы, суд берет за основу заключение судебной транспортно-трассологической и автотехнической экспертизы (номер обезличен) от 17 января 2020 года, поскольку указанное экспертное заключение, в отличие от экспертного заключения, представленного исковой стороной, в полном объеме отвечают требованиям статьи 86 ГПК РФ, содержат необходимые расчеты, ссылки на нормативно-техническую документацию, используемую при производстве экспертизы, при этом, судебная комплексная транспортно-трассологическая и автотехническая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона № 73-ФЗ от 31 мая 2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании материалов гражданского дела, материалов дела об административном правонарушении, содержащих исчерпывающую информацию об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, в том числе и объяснения водителей – участников дорожно-транспортного происшествия, фотографические снимки поврежденного транспортного средства, а эксперт ФИО6, имеющий соответствующее образование, квалификацию, право на проведение заданной экспертизы, стаж экспертной работы более восьми лет, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, о чем дал соответствующую подписки. 

С учетом вышеизложенного и установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что страховое событие имело место быть именно при заявленных истцом ФИО1 обстоятельствах, что подтверждается, не только заключением транспортно-трассологической и автотехнической экспертизы (номер обезличен) от 17 января 2020 года, но и материалами дела об административном правонарушении, коими являются: постановление (номер обезличен) об административном правонарушении от 27 декабря 2018 года; схема места совершения административного правонарушения от 27 декабря 2018 года, оформленная с участием участников дорожно-транспортного происшествия; рапорт ст. инспектора ГИАЗ ОР ДПС ГИБДД ОМВД России по г.Черкесск У.О. ФИО7 от 27 декабря 2018 года; объяснения участников дорожно-транспортного происшествия – истца ФИО1, управлявшего автомашиной (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен), и ответчика ФИО3, управлявшего автомашиной (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен) и виновного в дорожно-транспортном происшествии, из которых судом установлены обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 27 декабря 2018 года, а также виновность в данном дорожно-транспортном происшествии водителя ФИО3, из совокупности которых усматривается соответствие комплекса повреждений автомобиля (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен) заявленным обстоятельствам и механизму дорожно-транспортного происшествия. 

Ответчиком Российским союзом автостраховщиков суду не представлено доказательств о дорожно-транспортном происшествии, имевшем место с участием транспортных средств (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен) и (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен), но при иных, чем заявленные истцом ФИО1, обстоятельствах.

Таким образом, суд признает установленным, что дорожно-транспортное происшествие с участием водителя ФИО3, имевшее место 27 декабря 2018 года, чья гражданская ответственность была застрахована АО «НАСКО», является страховым случаем. 

Учитывая изложенное, придя к выводу, что в результате указанного дорожно- транспортного происшествия автомашине истца ФИО1 были причинены технические повреждения, вследствие чего последний имеет право на возмещение ущерба, причиненного его имуществу, суд признает исковые требования истца обоснованными. 

Исходя из норм статьи 19 Федерального закона № 40-ФЗ от 25 апреля 2002 года (в редакции действующей на момент возникновения спорных правоотношений), согласно которым компенсационная выплата в части возмещения вреда, причиненного имуществу одного потерпевшего, установлена в размере не более 400 000 рублей, суд приходит к выводу об обоснованности и заявленной ко взысканию с ответчика Российского союза автостраховщиков суммы компенсационной выплаты в размере 400 000 рублей, поскольку у суда не вызывает сомнений законность и обоснованность заключения судебной транспортно-трассологической и автотехнической экспертизы (номер обезличен) от 17 января 2020 года, согласно выводам которой стоимость восстановительного ремонта автомашины истца ФИО1 с учетом износа составляет 566 100 рублей.

Истцом ФИО1 в отношении ответчика Российского союза автостраховщиков заявлены также требования о взыскании: неустойки за несоблюдение срока осуществления компенсационной выплаты; штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований и расходов по оплате услуг независимого эксперта (оценщика), понесенных до обращения в суд. 

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 87 Постановления №58 от 26 декабря 2017 года «О применении судами законодательства об обязательном страховании и гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснил, что предусмотренные Законом об ОСАГО неустойка, финансовая санкция и штраф применяются и к профессиональному объединению страховщиков (абзац третий пункта 1 статьи 19 Закона об ОСАГО).

В соответствии с нормами пункта 4 статьи 19 Закона об ОСАГО профессиональное объединение страховщиков рассматривает заявление потерпевшего об осуществлении компенсационной выплаты и приложенные к нему документы в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня их получения.

В соответствии с нормами пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО при несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страхового возмещения по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 78 Постановления №58 от 26 декабря 2017 года «О применении судами законодательства об обязательном страховании и гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснил, что неустойка исчисляется со дня следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, то есть с 21-го дня после получения страховщиком заявления потерпевшего о страховой выплате и документов, предусмотренных Правилами, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору включительно. 

Заявление истца ФИО1 о компенсационной выплате поступило в Российской союз автостраховщиков 21 июня 2019 года, после чего Российский союз автостраховщиков затребовал у ФИО1 заверенную в установленном порядке копию паспорта транспортного средства, а также оригинал или заверенную в установленном порядке копию договора купли-продажи автотранспортного средства от 24 декабря 2018 года, подтверждающего право истца ФИО1 на автомобиль (данные изъяты) с государственным регистрационным знаком (номер обезличен), указанные документы истцом ФИО1 были направлены в адрес Российского союза автостраховщиков и получены последним 23 августа 2019 года. 

Российский союз автостраховщиков, получив дополнительно истребованные документы 23 августа 2019 года, компенсационную выплату истцу ФИО1 обязан был произвести в срок не позднее 12 сентября 2019 года, вследствие чего 21-ым днем является 13 сентября 2019 года, а общий срок просрочки на день вынесения судебного решения за период с 13 сентября 2019 года по 02 июля 2020 года составляет 264 дня.

Таким образом, размер неустойки, исходя из срока просрочки 264 дня и суммы страхового возмещения (в данном случае компенсационной выплаты) в размере 400 000 рублей, составляет 1 056 000 рублей (400 000 х 1% х 264 дня просрочки).

При этом суд считает необходимым отметить, что из содержания искового заявления ФИО1, а также из содержания заявлений, поданных истцом в порядке статьи 39 ГПК РФ, усматривается и в ходе судебного заседания представителем истца ФИО8 – ФИО2 заявлено о взыскании неустойки по состоянию на день вынесения судом решения, а не по день фактического исполнения решения суда, как полагает Российский союз автостраховщиков, исходя из содержания письменного отзыва на исковое заявление. 

Учитывая установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства, а также вышеприведенные нормы Закона об ОСАГО и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации по данному вопросу, суд приходит к выводу о том, что требование истца ФИО1 о взыскании с ответчика неустойки за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты является обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Вместе с тем, руководствуясь нормами пункта 6 статьи 16.1 Закона об ОСАГО, согласно которым общий размер неустойки (пени), суммы финансовой санкции, которые подлежат выплате потерпевшему - физическому лицу, не может превышать размер страховой суммы по виду причиненного вреда, что в данном случае составляет 400 000 рублей, суд приходит к выводу о том, что размер неустойки, подлежащий взысканию с ответчика Российского союза автостраховщиков в пользу истца ФИО1 не может превышать 400 000 рублей. 

В соответствии с нормами пункта 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 81,82 Постановления №58 от 26 декабря 2017 года «О применении судами законодательства об обязательном страховании и гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснил, что при удовлетворении требований потерпевшего суд одновременно разрешает вопрос о взыскании и с ответчика штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО); размер штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего определяется в размере 50 процентов от разницы между суммой страхового возмещения, подлежащего выплате по конкретному страховому случаю потерпевшему, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке до возбуждения дела в суде, в том числе после предъявления претензии, при этом суммы неустойки, финансовой санкции, денежной компенсации морального вреда, а также иные суммы, не входящие в состав страховой выплаты, при исчислении размера штрафа не учитываются. 

Таким образом, учитывая вышеизложенные правовые нормы и позицию Верховного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что размер штрафа в данном случае, исходя из суммы компенсационной выплаты в размере 400 000 рублей, составляет 200 000 рублей (50 процентов от 400 000 рублей), а требование истца ФИО1 о взыскании штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего является обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Истец ФИО1 до обращения к Российскому союзу автостраховщиков с заявлением о компенсационной выплате был вынужден обратиться к независимому эксперту (оценщику) для определения стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, произведя оплату его услуг в размере 7 000 рублей, что подтверждается представленной квитанцией к приходному кассовому ордеру (номер обезличен) от 25 января 2019 года (л.д.25 том 1). 

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 99 Постановления №58 от 26 декабря 2017 года «О применении судами законодательства об обязательном страховании и гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснил, что стоимость независимой технической экспертизы и (или) независимой экспертизы (оценки), организованной потерпевшим в связи с неисполнением страховщиком обязанности по осмотру поврежденного транспортного средства и (или) организации соответствующий экспертизы страховщиком в установленный пунктом 11 статьи 12 Закона об ОСАГО срок, являются убытками. Такие убытки подлежат возмещению страховщиком по договору обязательного страхования сверх предусмотренного Законом об ОСАГО размера страхового возмещения в случае, когда страховщиком добровольно выплачено страховое возмещение или судом удовлетворены требования потерпевшего.

Истцом ФИО1 заявлено требование о возмещении ему понесенных убытков, посредством взыскания с ответчика Российского союза автостраховщиков стоимости независимой экспертизы (оценки) транспортного средства в размере 7 000 рублей.

Учитывая вышеизложенное, а также руководствуясь нормами статьи 15 ГК РФ и статьи 393 ГК РФ, суд находит требование истца ФИО1 к ответчику Российскому союзу автостраховщиков в рассматриваемой части обоснованным и подлежащем удовлетворению, но в размере, пропорционально удовлетворенной части исковых требований, заявленных в отношении данного ответчика, что составляет 5 635 рублей, оснований для уменьшения указанной суммы суд не усматривает.

Ответчиком Российским союзом автостраховщиков в письменном отзыве на иск заявлено о применении, при удовлетворении иска, статьи 333 ГК РФ и уменьшении размера неустойки и штрафа, поскольку заявленные истцом требования явно несоразмерны последствиям нарушенного обязательства. 

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 85 Постановления №58 от 26 декабря 2017 года «О применении судами законодательства об обязательном страховании и гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснил, что применение статьи 333 ГК РФ об уменьшении судом неустойки возможно лишь в исключительных случаях, когда подлежащие уплате неустойка, финансовая санкция и штраф явно несоразмерны последствиям нарушенного обязательства, при этом, уменьшение неустойки, финансовой санкции и штрафа допускается только по заявлению ответчика, сделанному в суде.

Учитывая вышеизложенное, с учетом всех существенных обстоятельств дела, в том числе длительности срока, в течение которого истец ФИО1 не обращался в суд с требованием о взыскании неустойки и штрафа, соразмерности сумм неустойки и штрафа последствиям нарушения ответчиком Российским союзом автостраховщиков обязательства, общеправовых принципов разумности, справедливости и соразмерности, а также невыполнения ответчиком в добровольном порядке требований истца об исполнении обязательства по производству компенсационной выплаты, суд приходит к выводу о необходимости снижения размера неустойки с 1 056 000 рублей до 300 000 рублей, снижении размера штрафа с 200 000 рублей до 150 000 рублей, признав неустойку в размере 300 000 рублей и штраф в размере 150 000 рублей соразмерными последствиям нарушенных Российским союзом автостраховщиков обязательств.

Истцом ФИО1 также заявлены требования о взыскании с ответчика Российского союза автостраховщиков расходов по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей, что подтверждается договором об оказании юридических услуг от 02 апреля 2019 года (л.д.27 том 1) и распиской о получении денег по договору оказания юридических услуг от 02 апреля 2019 года (л.д.28 том 1) и расходов по оплате судебной экспертизы в размере 23 000 рублей, что подтверждается чек-ордером от 05 февраля 2020 года (л.д.15 том 2). 

В соответствии с нормами части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

К судебным расходам в соответствии с нормами части 1 статьи 88 ГПК РФ относятся: государственная пошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела, к числу которых, исходя из содержания статьи 94 ГПК РФ, относятся суммы, подлежащие выплате экспертам, расходы на оплату услуг представителя.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», перечень судебных издержек, предусмотренный ГПК РФ, не является исчерпывающим. 

В соответствии со статьей 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Данная норма предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение расходов по оплате услуг представителя, но реализация данного права судом возможна лишь в случаях, если он признает эти расходы чрезмерными с учетом конкретных обстоятельств дела.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21 декабря 2004 года N 454-0 и применимой к гражданскому процессу, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Вместе с тем, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

В письменных возражениях на исковое заявление ответчик Российский союз автостраховщиков заявил, что требование истца о возмещении расходов по оплате услуг представителя в размере 7 000 рублей является явно завышенным, при том, что размер подтвержденных вышеуказанными доказательствами представительских расходов составляет не 7 000 рублей, а 20 000 рублей, о возмещении которых истцом ФИО9 и заявлено. 

Как следует из пунктом 12, 13, 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. 

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Расходы по оплате услуг представителя и судебной экспертизы подлежат возмещению истцу ФИО1 посредством взыскания не только с ответчика Российского союза автостраховщиков, но и с ответчика ФИО3, в отношении которого истец отказался от исковых требований, вследствие чего с ответчика Российского союза автостраховщиков подлежат взысканию суммы в размере, пропорционально удовлетворенной части исковых требований, заявленных в отношении данного ответчика, что составляет 16 160 рублей и 18 515 рублей соответственно.

Учитывая объем оказанных услуг, заключающийся в подготовке искового заявления и приложенного материала и передачи его в суд, сложность дела, длительность рассмотрения дела, при которой в общей сложности по делу проведено одно судебное заседание с участием представителя истца, суд полагает, что расходы по оплате услуг представителя, подлежащие взысканию в пользу истца ФИО1 с ответчика Российского союза автостраховщиков подлежат уменьшению с 16 160 рублей до 10 000 рублей, что, в данном случае, по мнению суда, соответствует принципу разумности. 

Принимая решение об удовлетворении иска, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика Российского союза автостраховщиков в пользу истца ФИО1 расходов по оплате стоимости судебной экспертизы в полном объеме, то есть в размере 18 515 рублей.

В соответствии с нормами статьи 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

При подаче искового заявления истец ФИО1 оплату государственной пошлины не произвел, изложив в исковом заявлении просьбу отсрочить её уплату до вынесения судебного решения. 

Принимая решение о частичном удовлетворении иска, суд полагает необходимым взыскать с ответчика Российского союза автостраховщиков пропорционально удовлетворенной части исковых требований государственную пошлину в бюджет Усть-Джегутинского муниципального района Карачаево-Черкесской Республики в размере 11 756 (одиннадцать тысяч семьсот пятьдесят шесть) рублей 35 (тридцать пять) копеек. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к Российскому союзу автостраховщиков о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием – удовлетворить частично.

Взыскать с Российского союза автостраховщиков в пользу ФИО1 компенсационную выплату в размере 400 000 (четыреста тысяч) рублей; неустойку за несоблюдение срока осуществления компенсационной выплаты в размере 300 000 (триста тысяч) рублей; штраф за неисполнение в добровольном порядке требований в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей; в возмещение расходов по оплате услуг независимого эксперта (оценщика) сумму в размере 5 635 (пять тысяч шестьсот тридцать пять) рублей; в возмещение расходов по оплате услуг представителя сумму в размере 10 000 (десять тысяч) рублей; в возмещение расходов по оплате судебной экспертизы сумму в размере 18 515 (восемнадцать тысяч пятьсот пятнадцать) рублей, а всего 884 150 (восемьсот восемьдесят четыре тысячи сто пятьдесят) рублей. 

Взыскать с Российского союза автостраховщиков государственную пошлину в бюджет Усть-Джегутинского муниципального района Карачаево-Черкесской Республики в размере 11 756 (одиннадцать тысяч семьсот пятьдесят шесть) рублей 35 (тридцать пять) копеек. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики через Усть-Джегутинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, на что потребуется срок не более 5 (пяти) рабочих дней, последним (пятым) днем составления мотивированного решения является 09 июля 2020 года, в указанный день лица, участвующие в деле, вправе ознакомиться с мотивированным решением суда в помещении Усть-Джегутинского районного суда Карачаево-Черкесской Республики и получить его копию, началом течения месячного срока апелляционного обжалования решения является 10 июля 2020 года.

Резолютивная часть решения объявлена 02 июля 2020 года. 

Мотивированное решение составлено на компьютере в единственном экземпляре 09 июля 2020 года. 

Председательствующий – подпись

1версия для печати