Судья Вахрамеева И.А.

№22-1654/2025

Верховный Суд Республики Бурятия

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Улан-Удэ 02 декабря 2025 года

Верховный суд Республики Бурятия в составе:

председательствующего судьи Перовой С.М.,

судей Дамбиевой Т.В., Будаевой Л.И.,

при секретаре Ерахаевой В.В.,

с участием прокурора отдела Управления прокуратуры Республики Бурятия Красноярова С.С.,

осужденной ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденной ФИО1 на приговор Кабанского районного суда Республики Бурятия от 24 сентября 2025 года, которым

ФИО1, ... года рождения, уроженка 

<

...>, судимая

19 октября 2017 года Кабанским районным судом Республики Бурятия по п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ 1 году лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; 15 октября 2018 года освобождена по отбытию наказания;

16 апреля 2019 года Кабанским районным судом Республики Бурятия по п.«в» ч.2 ст.158, п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ в соответствии с ч.2 ст.69 УК РФ путем частичного сложения к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года; 31 октября 2019 года постановлением Кабанского районного суда Республики Бурятия условное осуждение отменено с направлением для отбытия наказания в исправительную колонию общего режима;

27 мая 2021 года Кабанским районным судом Республики Бурятия по ч.1 ст.161, п. «г» ч.3 ст.158, п. «г» ч.3 ст.158, ч.1 ст.158 УК РФ, с учетом апелляционного определения Верховного суда Республики Бурятия от 20 июля 2021 года, к 3 годам 8 месяцам лишения свободы; на основании ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения наказания по приговору суда от 16 апреля 2019 года назначено 3 года 10 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; 17 апреля 2024 года постановлением Эхирит-Булагатского районного суда Иркутской области наказание в виде лишения свободы заменено на исправительные работы сроком на 2 года с удержанием 10% в доход государства из заработка; 18 сентября 2024 года постановлением Кабанского районного суда Республики Бурятия от 18 сентября 2024 года неотбытая часть наказания в виде исправительных работ по постановлению суда от 17 апреля 2024 года заменена на лишение свободы сроком 8 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; 28 апреля 2025 года освобождена по отбытию наказания;

осуждена по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по хищению имущества С.)к 1 году 8 месяцам лишения свободы;

по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по хищению имущества С.) к 1 году 8 месяцам лишения свободы;

по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по хищению имущества К.) к 1 году 8 месяцам лишения свободы;

по п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ (по хищению имущества К.) к 2 годам лишения свободы;

на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 3 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в виде содержания под стражей оставлена прежней до вступления приговора в законную силу. Срок отбывания наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Зачтено в срок отбывания наказания время содержания ее под стражей с 27 июля 2025 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Производство по гражданскому иску потерпевшего К. прекращено.

Процессуальные издержки в сумме 25 224 рублей, связанные с вознаграждением труда защитника Михайлова Г.В., взысканы с ФИО1 в доход федерального бюджета.

Заслушав доклад судьи Дамбиевой Т.В., пояснения осужденной ФИО1, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Красноярова С.С., возражавшего по доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признана виновной и осуждена за тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину (3 преступления); за тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, с банковского счета.

Преступления совершены при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора в 

<

...> Республики Бурятия.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступлений, предусмотренных п.«в» ч.2 ст.158, п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ в отношении потерпевших К., К. признала в полном объеме, вину в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч.2 ст.158, п.«в» ч. 2 ст.158 УК РФ в отношении потерпевшей С. не признала.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 считает, что по факту кражи имущества у С. приговор не соответствует фактическим обстоятельствам дела, предъявленное ей обвинение голословно, поскольку следователь не проводил мероприятий по установлению ее причастности к краже телефона, розыскные мероприятия. Показания по данным обстоятельствам она не давала, узнала об обвинении ее в краже при задержании 27 июля 2025 года, возможные свидетели не установлены. Оставлено без внимания, что потерпевшая С. просила привлечь по факту кражи неустановленное лицо.

Утверждает, что потерпевшая С. оговаривает ее ввиду оказания давления со стороны Б., которая имеет над матерью контроль, проживает в ее квартире, получает за нее пенсию и заработную плату. С. злоупотребляет спиртным, поэтому следователю выгодно обвинение именно осужденной. О наличии договоренности со С. на продажу телевизора указывает тот факт, что заявление в отдел полиции подано только на следующие сутки. Отмечает, что в судебном заседании не были устранены противоречия в показаниях С., поскольку в первоначальных показаниях она указала, что распивала спиртное около 2 часов, затем легла спать, а в дополнительных показаниях указала, что Федоша около 17 часов ушла на речку. На вопросы адвоката Михайлова С. давала неточные ответы. В связи с чем, считает показания С. надуманными, поскольку показания она не подтвердила, пояснив, что не может точно указать на причастность осужденной.

Отмечает, что в суде не уточнялись сведения о заработной плате потерпевшей. С. скрыла свои доходы, поскольку в июне 2025 года она вернулась с вахты. С. поясняла в суде, что не может сказать размер пенсии, поскольку она поступает на карточку, которая находится у дочери.

В связи с чем, считает, что обвинение по краже сотового телефона и телевизора не нашло подтверждения, при этом суд не дал надлежащей оценки доводам стороны защиты.

Просит приговор суда отменить, оправдать ее по факту кражи сотового телефона и телевизора у потерпевшей С., возвратить уголовное дело прокурору для нового предварительного расследования, а также привлечь С. к уголовной ответственности за дачу ложных показаний.

В возражениях государственный обвинитель Волков М.Н. просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденной ФИО1 без удовлетворения.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений при обстоятельствах, изложенных в приговоре, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, получивших оценку суда.

По преступлениям в отношении потерпевшей С. в качестве доказательств виновности ФИО1 суд обоснованно привел, признанные достоверными, показания потерпевшей С. о том, что 02 июля 2025 года ее дочь Федоша пришла к ней домой и распивала спиртные напитки, а вечером она обнаружила пропажу телевизора, сдавать его в скупку дочери не разрешала; кроме того, 16 июля 2025 года к ней домой приходила Федоша, после ее ухода она обнаружила пропажу сотового телефона, кроме дочери, посторонних в квартире не было; показания свидетелей К., Б. о том, что Федоша вышла из квартиры своей матери с телевизором, попросила мужчину сдать телевизор в ломбард, между С. и Федоша договоренности о продаже телевизора не было; показания свидетеля К. о том, что Федоша попросила его сдать телевизор в скупку; показания свидетеля Б. о том, что К. сдал телевизор в комиссионный магазин;

Кроме этого, вина ФИО1 подтверждается другими материалами дела, в том числе: заявлением потерпевшей С. о пропаже имущества; протоколом осмотра места происшествия, протоколом обыска и осмотра, в ходе которых в магазине изъят телевизор и осмотрен.

По преступлению в отношении потерпевшей К. правильно приведены доказательства виновности ФИО1 - показания потерпевшей о том, что Федоша помогла ей донести сумку до дома, после чего, она обнаружила отсутствие сотового телефона и двух банковских карт; показания свидетеля К. о том, что 26 июля 2025 года Федоша обменяла сотовый телефон на продукты и выпивку, а также протоколом выемки, согласно которому у К. изъят похищенный у К. телефон.

По преступлению в отношении К. доказательствами виновности ФИО1 являются показания потерпевшего К. о том, что 27 июля 2025 года в приложении «Сбербанк онлайн» обнаружил списание денежных средств с его банковской карты, заявлением потерпевшего К.; протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого у Федоша изъято портмоне К.; протоколом осмотра видеозаписей, на которых видно, как Федоша приобретает товары, протоколом осмотра движения денежных средств на счете потерпевшего.

Суд первой инстанции, исследовав в ходе судебного разбирательства доказательства, в том числе показания потерпевших и свидетелей, оценив их с точки зрения относимости и допустимости, обоснованно признал их достоверными, а в совокупности достаточными для вывода суда о виновности осужденной в совершении указанных выше преступлений, исходя из последовательности их показаний, непротиворечивости и согласованности с материалами уголовного дела.

Расследование дела осуществлено в соответствии с требованиями закона, с учетом предоставленных следователю полномочий самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий. Оснований для возвращения уголовного дела прокурору, о чем указано в жалобе, не имеется, поскольку не установлено существенных нарушений уголовно - процессуального закона, неустранимых в судебном заседании, исключающих возможность постановления судом приговора.

Вопреки доводам жалобы, суд, оценив показания потерпевшей С., верно не усмотрел в них существенных противоречий, способных поставить их под сомнение. В судебном заседании потерпевшая С. подтвердила свои показания в ходе предварительного расследования, как достоверные, указав, что кроме ФИО1 никто не мог похитить телевизор и сотовый телефон. Данных, указывающих на то, что при допросе потерпевшей имелись какие-либо препятствия для дачи ею объективных показаний, в том числе по причине злоупотребления алкоголем, в материалах дела не имеется.

Доводы осужденной о наличии оснований для ее оговора со стороны матери С. в связи с давлением младшей дочерью – Б., являются надуманными и не имеют каких-либо объективных оснований.

Сведения о том, что потерпевшая С. обратилась в правоохранительные органы с заявлением, в котором просила привлечь к уголовной ответственности неустановленных лиц, а не конкретное лицо, не влияет на выводы суда, поскольку виновность Федоша в совершении преступлений установлена на основании исследованных доказательств.

Доводам осужденной о том, что она не похищала телевизор у С., что между ними имелась договоренность о сдаче телевизора в скупку, чтобы на вырученные деньги купить спиртное, суд обоснованно признал несостоятельными, поскольку, эти доводы опровергаются исследованными доказательствами, в том числе показаниями потерпевшей С., свидетелей К., Б. об отсутствии согласия потерпевшей на передачу телевизора в скупку.

Содержание перечисленных доказательств и их анализ подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора. Данная судом оценка исследованным доказательствам соответствует требованиям ст.88 УПК РФ, является правильной и суд апелляционной инстанции с ней соглашается.

Оценив исследованные доказательства в совокупности, суд правильно квалифицировал действия Федоша по трем преступлениям (в отношении потерпевших С., К.) по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину; по преступлению в отношении потерпевшего К. по п. «г» ч. 3 ст.158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину, с банковского счета.

Выводы суда относительно квалифицирующих признаков преступлений являются мотивированными и обоснованными.

Выводы суда о значительности причиненного ущерба в результате кражи имущества приведены с учетом сведений об имущественном положении потерпевших, стоимости похищенного имущества. Вопреки доводам жалобы, суд правильно принял во внимание показания потерпевшей С. о размере доходов в виде пенсии в сумме 17 000 рублей, ее мнение о значительности причиненного ущерба по каждому преступлению. Каких-либо обстоятельств, опровергающих выводы суда о том, что С. причинен значительный ущерб, не установлено.

Судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон.

Согласно аудиозаписи, приведенные в приговоре материалы уголовного дела - протокол обыска от 07 июля 2025 года, протоколы осмотра предметов от 11 июля 2025 года, 29 июля 2025 года в судебном заседании оглашены, в связи с чем, отсутствие в протоколе судебного заседания указания на оглашение данных доказательств не свидетельствует о необходимости внесения изменений в приговор.

При назначении наказания Федоша суд учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности осужденной, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств ФИО1 суд признал и учел признание вины по преступлениям, совершенных в отношении К., К., материальное и семейное положение.

Каких-либо иных смягчающих обстоятельств, прямо предусмотренных ст. 61 УК РФ и способных повлиять на вид или размер наказания, известных суду, но не учтенных при его назначении, суд апелляционной инстанции не усматривает. Суд правильно принял во внимание показания потерпевшей С. в суде о том, что осужденная ущерб фактически не возместила, телефон не возвращала.

Обстоятельством, отягчающим наказание, суд правильно признал рецидив преступлений, который в соответствии с п.«а» ч.3 ст.18 УК РФ, который является особо опасным.

Суд сделал правильный вывод о назначении наказания в виде лишения свободы с учетом требований ч.2 ст.68 УК РФ, обоснованно не усматривая оснований для применения положений ст.73 УК РФ. Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, предусмотренных ст. 64 УК РФ, а также оснований для применения ч.3 ст.68 УК РФ, судом обоснованно и мотивированно не установлено.

Наказание осужденной назначено с учетом всех имеющих значение обстоятельств, вид и размер наказания является справедливым и соразмерным содеянному, является достаточным в целях ее исправления и предупреждения совершения новых преступлений. Оснований для его усиления или смягчения не имеется.

Отбывание наказания в виде лишения свободы назначено в соответствии с п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ - в исправительной колонии общего режима.

Оснований для рассмотрения доводов жалобы о привлечения потерпевшей С. к уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний не имеется, поскольку судебное разбирательство производится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Суд, правильно разрешил вопрос о взыскании с осужденной суммы процессуальных издержек, связанный с оказанием юридической помощи защитником Михайловым Г.В., с приведением мотивов в описательно –мотивировочной части приговора и указав об этом в его резолютивной части. Так, Федоша от услуг защитника в ходе предварительного расследования и в судебном заседании не отказывалась, положения ст.ст.131, 132 УПК РФ ей разъяснены, сведений об имущественной несостоятельности осужденной правильно не установлено, с учетом ее возраста и состояния здоровья, при отсутствии препятствий к трудовой деятельности.

Вместе с тем, в описательно-мотивировочной части приговора содержится противоречивое суждение о возмещении процессуальных издержек за счет средств федерального бюджета. Во избежание неясностей и сомнений при исполнении приговора, данное указание суда первой инстанции следует исключить.

Кроме того, согласно разъяснениям, содержащимся в п.22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», при отказе гражданского истца от иска, который может быть им заявлен в любой момент производства по уголовному делу, но до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора, суд в соответствии с пунктом 11 части 4 статьи 44 УПК РФ разъясняет ему, что такой отказ влечет за собой прекращение производства по иску. В случае подтверждения гражданским истцом отказа от иска до начала прений сторон решение о прекращении производства по гражданскому иску суд вправе вынести в зале судебного заседания и занести его в протокол (ч.2 ст.256 УПК РФ). Если отказ от гражданского иска заявлен в прениях сторон, то такое решение указывается в резолютивной части итогового судебного решения по делу.

Указанные требования закона судом первой инстанции не учтены.

Из протокола судебного заседания следует, что потерпевший К. в судебные заседания не явился, его исковое заявление в т.2 на л.д.29 о взыскании с ФИО1 5 926 рублей в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, в суде не оглашалось, в порядке ст. 268 УПК РФ процессуальные права ответчику ФИО1, а также истцу К. не разъяснялись. Кроме того, К. не разъяснялись последствия отказа от гражданского иска в соответствии с требованиями п.11 ч.4 ст.44 УПК РФ. При этом в материалах дела отсутствует письменное заявление потерпевшего К. об отказе от гражданского иска. При таких обстоятельствах сведения, полученные посредством телефонограммы о том, что от исковых требований потерпевший отказывается (т.2 л.д.243) не могут быть приняты, как надлежащий отказ от исковых требований.

На основании изложенного, решение суда в части прекращения производства по гражданскому иску потерпевшего К. в связи с тем, что потерпевший отказался от исковых требований и иск не был поддержан государственным обвинителем, нельзя признать законным и обоснованным, подлежит отмене.

В связи с тем, что в рамках рассмотрения уголовного дела гражданский иск в суде первой инстанции фактически не рассматривался, за потерпевшим сохраняется право на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства.

Указанные недостатки в приговоре суд апелляционной инстанции устраняет путем изменения приговора, что не влечет за собой нарушения прав участников уголовного судопроизводства, не изменяет обвинение, не ухудшает положение осужденной и не нарушает ее право на защиту.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.9, 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

Приговор Кабанского районного суда Республики Бурятия от 24 сентября 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

В описательно-мотивировочной части приговора исключить указание о том, что процессуальные издержки, связанные с вознаграждением адвоката Михайлова Г.В., подлежат возмещению за счет федерального бюджета.

Отменить приговор в части прекращения производства по гражданскому иску потерпевшего К.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой Кассационный суд общей юрисдикции в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденной, содержащейся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ей копии приговора, вступившего в законную силу.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи