Дело № 2-4256/20 21 июля 2020 года 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Приморский районный суд Санкт-Петербурга 

В составе: председательствующего судьи Масленниковой Л.О.

С участием прокурора Кормаковой Я.Г.

При секретаре Соломко К.А.

Рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «ЗДТ «Ареопаг» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 работал у ответчика в должности кладовщика с 25 сентября 2017 года.

Приказом № от 10 декабря 2019 года трудовой договор с ним был расторгнут по основаниям пп. «б» п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ, за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей – появление на работе в состоянии алкогольного опьянения, 22 августа 2019 года

С данным приказом истец не согласился, им подано в суд исковое заявление, в котором он просит восстановить его на работе в прежней должности, обязать ответчика выплатить ем заработную плату за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб. 

В обосновании своих требований он указывает на то, что 22 августа, выйдя на работу, он почувствовал себя плохо, него кружилась голова, немели конечности, от вызова скоро помощи отказался.

23 августа 2019 года он был вынужден обратиться к врачу, у него был обнаружен 

<

данные изъяты>, а по выходе на работу 10 декабря 2019 года после больничного листа, он узнал, что уволен с работы по указанному основанию.

Истец и его представитель адвокат Давыдкин Д.П. в суд явились, исковые требования поддержали.

Истец поддержал свою позицию и пояснил суду, что во второй половине дня, ближе к концу рабочего дня, его пригласили в офис компании для дачи объяснений по поводу нахождения его на работе в состоянии алкогольного опьянения. Он дал письменные объяснения, указав на то, что он трезв, на освидетельствование он не поехал, поскольку уже рабочий день окончился. На следующий день, он вышел на работу, но ушел, поскольку его состояние здоровья было плохим, в поликлинике он отказался от госпитализации, решив, что за выходные дни ему станет лучше, но состояние здоровья не улучшилось, и он был госпитализирован.

Как пояснил истец, он страдает рядом заболеваний, употребление алкоголя при наличие, которых запрещено, алкоголь он не употребляет.

Представитель ответчика по доверенности ФИО2 в суд явилась, поддержал представленный ранее отзыв на исковое заявление (л.д. 27-29), пояснения к отзыву, подписанные генеральным директором ответчика ( л.д. 120-121) и пояснила суду, что 22 августа 2019 года начальник отдела кадров, 22 августа 2019 года находилась на складе предприятия. В разговоре с истцом она уловила запах алкоголя, который исходил от ФИО1, его речь была замедлена, он не контролировал свое поведение. Она предложила ему подойти в офис организации, где дать письменные объяснения по факту нахождении на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Расстояние от склада до офиса около 3-х минут ходьбы.

Все документы, касающиеся нахождения истца в состоянии алкогольного опьянения были оформлены в офисе. Истец написал объяснение, указав, что он трезв и находится за рулем. Вся процедура была закончена до окончания рабочего времени.

Выслушав явившихся участников процесса, заключение прокурора Нормаковй Я.Г., полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению, изучив материалы дела, суд установил следующее.

Из материалов дела следует, что 25 сентября 2017 года между ФИО1 и ООО « Завод дозировочной техники « Ареопаг» ( ООО «ЗДТ « Ареопаг» был заключен трудовой договор №, по которому истец принимался на работу на должность кладовщика в сборочный участок ( 

<

адрес>) ( л.д.89, 90-93).

Приказом № от 10 декабря 2019 года трудовой договор был с ним расторгнут по основаниям пп. «б» п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ, за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей – появление на работе в состоянии алкогольного опьянения 22 августа 2019 года.

В соответствии с подпунктом "б" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 23, 38, 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в пункте 6 части 1 статьи 81 ТК РФ, а также представить доказательства, свидетельствующие о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Как разъяснено в п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2, при разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора по подпункту "б" пункта 6 части первой статьи 81 Кодекса (появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения), суды должны иметь в виду, что по этому основанию могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием. Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.

В материалы дела ответчик представил копии докладных записок:

- начальника склада, где работал истец, ФИО9, из которой следует, что 22 августа 2019 года кладовщик ФИО1 был засечен на свом рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения: чрезмерно резкий запах, неуверенность в движении, отсутствие контроля своего поведения и высказываний, Также в докладной записке имеется указание на то, что своей обеденный перерыв сотрудник провел вне производственного помещения, то он имел возможность употребления алкоголя. С учетом его состояния, начальник склада отстранила ФИО1 от работы ( л.д. 38).

-начальника отдела кадров ФИО10 (л.д. 29), из которой следует, что, находясь на складе 22 августа 20219 года, она обратила внимание на резкий запах алкоголя, замедленную речь и неадекватное поведение истца. ФИО1 не контролировал свои высказывания, оскорблял других сотрудников и явно находился в состоянии алкогольного опьянения.

Также в суд представлен приказ № от 22 августа 2019 года « О создании комиссии для проведения служебного расследования ( л.д. 40), акт об установлении факта появления на работе в состоянии алкогольного опьянения (л.д. 41), объяснительная ФИО1, в которой он отказывался от освидетельствования, т.к. « обсолютно и за рулем» ( л.д. 42), акт об отказе от прохождения медицинского освидетельствования ( л.л. 43), акт об отстранении работника от работы ( л.д. 44), приказ об отстранения от работы истца ( л.д. 45) от подписи в котором истец отказался.

Также ФИО1 23 августа 2019 года были даны объяснения по событиям 22 августа 2019 года ( л.д. 49). Из объяснений ФИО1 следует, что 22 августа 2019 года он был « обсолютно трезвый на работе». В объяснениях он пишет о том, что в помещении склада ведутся работы по строительству и присутствует очень большой запах краски и шпаклевки, очень ядовитый и распространяется по всему складу (л.д. 49).

В ходе рассмотрения дела, судом были допрошены свидетели ФИО10, ФИО11 Свидетель №2

Так, свидетель ФИО10, поддержала сведения, изложенные ею в докладной записке от 22 августа 2019 года и пояснила, что она разговаривала с ФИО9 – начальником склада. Во время их разговора, ФИО1 несколько раз подходил к ней и говорил о том, что у него к не ( ФИО13) есть серьезный разговор. На её вопрос о том, что за разговор у него к ней, ФИО3 сказал, что разговор короткий « за шею и об стол». У ФИО1, со слов свидетеля, заплетался язык, был запах спирт, который она не могла спутать. Все события происходили во второй половине дня, в начале 4-го.

Как пояснила свидетель, она позвонила в офис, сообщила о ЧП и попросила подготовить документы, создать комиссию. Разговор с ФИО1 комиссией происходил в переговорной, он отрицал свое состояние алкогольного опьянения, говоря, что он за рулем. ФИО1 еще в коридоре сказал, что он ничего не будет подписывать, размахивал руками. ( л.д. 101-102).

Свидетель ФИО11, -серкетарь ответчика, пояснила суду, что она была в составе комиссии и подписывала акты. 

Как пояснила свидетель, ФИО1 пришел в офис ближе к конце рабочего дня. В переговорной были исполнительны директор ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2. Свидетель пояснил, что она почуствовала запах алкоголя от ФИО1, поскольку все время ходила за ФИО1, когда он вышел из переговорной, т.к. он кричал, что он т резвый, ничего подписывать не будет и начал метаться.

Свидетель Свидетель №2 – кладовщик со склада, где работал ФИО1, пояснил суду, что пересекается с ФИО1 в плане работы, но каждый делает свое дело. На работе ФИО1 пьяным не находимся, он был в нормальном состоянии, не шатался. Свидетель утверждал, что видел ФИО1 в течение всего дня. Запаха от него не чувствовал, но к нему не принюхивался. На складе велись какие-то работы, делали пристройку из пеноблоков и её штукатурили, но запах, как показал свидетель, был допустимый, на его состоянии он никак не влиял. Свидетель подтвердил, что разговор между начальником отдела кадров и ФИО1 состоялся, он проходил мимо, когда услышал, что речь шла о заработной плате. Со склада, по мнению свидетеля, ФИО1 ушел около 17 часов.

Ответчиком представлена так же справка генерального директора ЗАО « Концерн « Петербуржская мебельная фабрика» от 21 января 2020 года – арендодателя ответчика, согласно которой в августе 2019 года в арендуемых помещениях ООО «Завод дозировочной техники «Ареопаг» строительные и ремонтные работы не производились ( л.д. 50).

Также ответчиком представлена распечатка отчета прохода через турникет 22 августа 2019 года сотрудников офиса, в том числе лиц, входивших в состав комиссии (л.д. 148). Согласно данной распечатке ФИО11 покинула офис в 17:03 часов, ФИО13 –в 17:01, ФИО14 в 17:08, ФИО15 в 16:59.

Оценивая все представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 находился 22 августа 2019 года на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Указанное обстоятельство следует из представленных документов и показаний свидетелей ФИО11 и ФИО13 К показаниям свидетеля Свидетель №2 суд относится критически. В материалы дела ответчик представил фотографию склада, где работал ФИО1 и свидетель. Склад представляет собой большое помещение, в котором находятся высокие стеллажи, заставленные различными предметами. Каким образом в плане работы пересекался свидетель и ФИО1 22 августа 2019 года, свидетель не пояснил, поскольку они не находятся в какой-либо зависимости по работе. С учетом размера склада и выполнения каждым своей работы, суд считает, что свидетель мог и не пересекаться с ФИО1 22 августа 2019 года.

Довод истца о том, что у него был запах не алкоголя, а краски от проводимых на складе работ, как и показания свидетеля Свидетель №2 о проводимых работах опровергается вышеуказанной справкой об отсутствии 22 августа 2019 года каких-либо строительных и ремонтных работах на склад. Кроме того, запах краски отличается от запах алкоголя.

Утверждение истца о том, что вся процедура по оформлению документов том, что он находился в состоянии алкогольного опьянения, провялилась после окончания рабочего дня, опровергается распечаткой отчета о проходе сотрудников офиса через турникет. Все они вышли с работы почти сразу же после окончания рабочего дня, следовательно, вся процедура оформления проводилась до окончания рабочего дня.

То обстоятельство, что на актах стоит время, ранее, чем истец явился в офис, по мнению суда, не влияет на установление факта нахождения истца в состоянии алкогольного опьянения. Кроме того, как пояснил представитель ответчика, ФИО13 позвонила в офис сразу же после разговора с ФИО1, для того чтобы начали процедуру оформления документов. 

Вместе с тем, суд считает, что ответчиком при определение меры дисциплинарной ответственности ФИО1 не были учтены положения ч. 5 ст. 192 ТК РФ, в соответствии с которой при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Из материалов дела следует, что ранее к дисциплинарной ответственности не привлекался, на его иждивении находится трое несовершеннолетних детей, на которых он обязан уплачивать алименты, состояние здоровья самого ФИО1 С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что избранное наказание истцу в виде увольнения, не соответствует степени совершенного им дисциплинарного проступка. 

В связи с чем, суд считает, что увольнение истца проведено с нарушением требований ТК РФ.

В соответствии со ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе.

Требования о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула подлежат удовлетворению.

Период вынужденного прогула определяется судом с 11 декабря 2019 года по 21 июля 2020 года, или 147 рабочих дней. Среднедневная заработная плата истца составила 907 руб. 60 коп. ( л.д. 88), следовательно, заработная плат аз время вынужденного прогула составит 133 417 руб. 20 коп. 

Судом установлен факт нарушения ответчиков увольнения истца, т.е. нарушение его трудовых прав, что является основанием для взыскания компенсации морального вреда. Однако, заявленную сумму такой компенсации истцом в размере 500000 руб. суд считает необоснованно завышенной и с учетом обстоятельств данного дела определяет размер компенсации морального вреда в сумме 30000 руб.

Так же с ответчика следует взыскать государственную пошлину в доход бюджета в сумме 4 168 руб. 35 коп. (133 417 руб. 20 коп. – 100 000 руб.) х0,02% + 3 200 руб.) + 300 руб.).

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Восстановить ФИО1 на работе в ООО «ЗДТ « Ареопаг» в прежней должности кладовщика с 11 декабря 2019 года.

Взыскать с ООО « ЗДТ « Ареопаг» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула за период с 11 декабря 2019 года по 21 июля 2020 года в сумме 133 417 руб. 20 коп., компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб. 

Взыскать с ответчика государственную пошлину в доход бюджета Санкт-Петербурга в сумме 4 168 руб. 35 коп.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через суд принявший, в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Судья: подпись.