РЕШЕНИЕ

 дело №2-2-171/2019

Именем Российской Федерации

р.п. Сурское Ульяновской области 13 августа 2019 года

Карсунский районный суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Мельниковой О.В.,

при секретаре Сазановой Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения недействительным, о передаче квартиры ФИО2 и признании за ним права собственности на квартиру, об аннулировании регистрационной записи о праве собственности на квартиру ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения недействительным, о передаче квартиры ФИО2 и признании за ним права собственности на квартиру, об аннулировании регистрационной записи о праве собственности на квартиру ФИО3 указав, что она (истец) ранее являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес> на основании договора на передачу жилой площади в собственность граждан в порядке приватизации от ДД.ММ.ГГГГ № от МО Сурское городское поселение 

<

адрес>. 

ДД.ММ.ГГГГ истец заключила договор купли-продажи указанной квартиры со своим сыном – ФИО2, с участием его жены - ФИО3 В п.6 договора купли-продажи было указано, что истец как продавец сохраняет право пользования указанной квартирой.

26.02.2015г. ее сын ФИО2 заключил с ФИО3 договор, по которому подарил вышеуказанную квартиру ФИО3 

Ее сын ФИО2 и его жена ФИО3 проживают в доме расположенном по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>, После совершения сделки (купли-продажи) ее сын ФИО2 и его жена ФИО3 стали в буквальном смысле выживать ее из квартиры. Вначале они обманным путем в октябре 2013 года перевезли ее в свой дом, где стали систематически избивать, требуя, чтоб она выписалась из квартиры. В конце 2014 года истец обратилась с побоями в 

<

адрес>ную больницу, а затем в мировой суд 

<

адрес> с заявлением частного обвинения, в котором просила привлечь к уголовной ответственности по ч.1 ст.116 УК РФ своего сына ФИО2 и его жену ФИО3 Впоследствие суд прекратил уголовное дело в связи с примирением сторон. Поняв, что таким способом ее из квартиры выжить не удается, Талановы втайне от нее оформили вышеуказанный договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ (т.е. буквально через 2 месяца после прекращения уголовного дела за примирением сторон). В декабре 2018 года ФИО2 и ФИО3 расторгли брак, чтобы попробовать после этого через суд выселить ее из квартиры. В действительности же ФИО2 и ФИО3 как до развода, так и после него проживают и ведут общее хозяйство вместе по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>. Истец же за весь этот период времени проживает и ведет хозяйство в спорной квартире, где прописана, осуществляет оплату коммунальных платежей.

О проведенной сделке (дарения) она узнала только в апреле 2019 года, когда получила судебное решение о ее выселении и снятии с регистрационного учета по данному адресу. Считает, что договор дарения нарушает ее права как участника правоотношений связанных с данной сделкой. Так в п.5 договора дарения указано, что отчуждаемая квартира никому не продана, не заложена, не подарена, не обещана быть подаренной, в споре и под арестом (запрещением) не состоит, свободная от любых прав третьих лиц. Однако данный пункт договора не соответствует действительности, так как согласно п.6 договора купли-продажи от 14.08.2012г., истец имеет право пользования данной квартирой, что и было известно участникам сделки - ФИО4 и ФИО4. Она (истец) свое согласие на проведение данной сделки не давала. 

Ссылаясь на ч.1, ч.2 ст.173.1, 10, 12, 166-181, 572 ГК РФ, 131,132 ГПК РФ, просит признать договор дарения объекта недвижимости расположенного по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ заключенный между ФИО2 и ФИО3 недействительным. Обязать ФИО3 передать в собственность ФИО2 принадлежащую ей квартиру, признать за ФИО2 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>. Погасить регистрационную запись о праве собственности ФИО3 № от ДД.ММ.ГГГГ на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>, имеющей общую площадь 46,2 кв. м, кадастровый (или условный) № в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель адвокат Седов П.М. исковые требования уточнили, просили признать договор дарения объекта недвижимости расположенного по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ заключенный между ФИО2 и ФИО3 недействительным, применить последствия недействительности ничтожной сделки, привести стороны в первоначальное положение, восстановив регистрационную запись о праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>, имеющую общую площадь 46,2 кв. м, кадастровый (или условный) № за ФИО2 Погасить регистрационную запись о праве собственности ФИО3 № от ДД.ММ.ГГГГ на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>, имеющую общую площадь 46,2 кв. м, кадастровый (или условный) № в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество. Требования обосновали доводами, аналогичными, изложенным в иске, дополнив о том, что пунктом 6 договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ заключенного между ФИО1 и ФИО2, предусмотрено право ФИО1 на пользование спорной квартирой. При заключении указанного договора купли-продажи, участником выступала также ФИО3 поэтому, при заключении оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ответчики не могли не знать об имеющихся правах третьего лица на спорную квартиру. Вместе с тем, в нарушение указанного пункта, договор дарения был заключен без согласия ФИО1 При этом в пункте № договора дарения указано о свободе спорной квартиры от прав третьих лиц, что противоречит предыдущему договору. Договор дарения был заключен втайне от ФИО1, о нарушении своего права она узнала лишь в апреле 2019 года, когда получила копию решения суда о ее выселении из спорной квартиры, поскольку с момента заключения договора дарения ФИО3 попыток вселиться в спорную квартиру не принимала, в спорной квартире никогда не проживала, бремени ее содержания не несет, постоянно проживает с ее сыном по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>, фактически состоит с ним в брачных отношениях. Истец все это время проживает в спорной квартире, несет бремя ее содержания, оплачивает коммунальные услуги. Таким образом договор дарения является мнимым и был совершен лишь с целью выселения истца из спорной квартиры.

Ответчики ФИО3, ФИО2 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Ответчик ФИО3 суду представила письменное возражение на исковые требования, в котором указала на отсутствие у истца права для обращения в суд, поскольку та не являлась стороной сделки дарения. С момента заключения договора дарения прошло более четырех с половиной лет. Следовательно, истцом пропущен срок для обращения в суд. Договор купли-продажи оформлен истцом добровольно, в момент оформления договора истец понимала значение своих действий, болезнями психического характера она не страдала, в связи с этим ответчик полагает, что имеются основания для прекращения производства по данному делу.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав истца, ее представителя, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с требованиями ст.ст. 12, 56 и 57 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона в судебном разбирательстве должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Доказательства представляются сторонами.

В соответствии со ст. 195, 196 ГПК РФ, суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании. Суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. 

В соответствии со ст. 9 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу положений статей 166, 167 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п.1 ст.170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу ст. 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

Из представленных Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес>, копий дела правоустанавливающих документов на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес> следует, что с ДД.ММ.ГГГГ ее собственником являлась ФИО1, на основании договора передачи жилой площади в собственность граждан в порядке приватизации № от ДД.ММ.ГГГГ.

С ДД.ММ.ГГГГ собственником спорной квартиры являлся ФИО2 на основании договора купли-продажи квартиры от 14.08.2012г. (запись о регистрации № от ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно договору купли-продажи квартиры от 14.08.2012г., заключенного между ФИО1 и ФИО2, с участием ФИО3, продавец - ФИО1 продала покупателю - ФИО2 квартиру по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>, кв.ДД.ММ.ГГГГ00 рублей. Пунктом 6 данного договора предусмотрено, что на день подписания настоящего договора в квартире прописаны и проживают ФИО1 и ФИО2 Продавец сохраняет право пользования указанной квартирой. Договор подписан ФИО1, ФИО2, ФИО3

Как следует из выписки из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельства о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ, правообладателем квартиры, общей площадью 46,2 кв.м. по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ является ФИО3, запись о регистрации права: 73-73-/010-73/010/032/2015-60/2, документы-основания – договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ.

Из договора дарения квартиры, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3 следует, что ФИО2 подарил ФИО3 квартиру, общей площадью 46,2 кв.м., находящуюся по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>. В п.5 договора дарения указано, что до заключения настоящего договора отчуждаемая квартира никому не продана, не заложена, не подарена, не обещана быть подаренной, в споре и под арестом (запрещением) не состоит, свободная от любых прав третьих лиц.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля – государственный регистратор Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> - Свидетель №1 суду показала о том, что оспариваемый договор дарения между ФИО5 был зарегистрирован ввиду отсутствия возражений со стороны третьего лица. Перед регистрацией договор был проверен, прошел правовую экспертизу, оснований для отказа в его регистрации не было установлено. Наличие в документах-основаниях указания на права на недвижимость третьих лиц, при отсутствии чьих либо возражений, само по себе не является основанием для отказа в регистрации, но является поводом к последующему оспорению сделки.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО6 подтвердила факт проживания ФИО1 в спорной квартире с 1970-х годов по настоящее время, факт несения ею бремени по содержанию квартиры, оплаты коммунальных платежей. В апреле текущего года, со слов истца, ей (свидетелю) стало известно о том, что квартира, в которой проживает истец была подарена ее сыном ФИО3 еще в 2015 году. Сама ФИО1 узнала об этом также в апреле 2019 года, когда состоялось решение суда о ее выселении. ФИО3 в спорной квартире никогда не проживала, попыток вселиться, в том числе и с 2015 года не принимала.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что у истца ФИО1 имеется прямая заинтересованность в оспаривании вышеуказанной сделки, поскольку ею нарушаются ее права и законные интересы, связанные с правом проживания в спорном жилом помещении. Возможность восстановления нарушенных прав и законных интересов путем признание договора дарения недействительным не утрачена и вполне обоснованна.

Довод ответчика ФИО3 об отсутствии у истца права на обращение в суд с настоящим иском ввиду того, что истец не являлась стороной договора дарения, несостоятелен и основан на неверном толковании норм права.

Судом установлено, что ответчик ФИО2 совершил сделку по отчуждению принадлежащего ему имущества - дарение квартиры, в нарушение требований закона, без согласия ФИО1 имеющей право пользования спорной квартирой на основании п.6 договора купли-продажи квартиры от 14.08.2012г. При этом, ответчики ФИО5, при заключении договора дарения не могли не знать о необходимости получения согласия от ФИО1 на заключение сделки, поскольку оба являлись участниками договора купли - продажи от ДД.ММ.ГГГГ, вместе с тем, договор дарения ими был заключен в отсутствие необходимого согласия истца.

Довод стороны истца, о том, что сделка по дарению квартиры не повлекла реальных правовых последствий, поскольку является безвозмездной, совершена между супругами, при отсутствии объективных причин для ее совершения, не опровергнут стороной ответчика какими-либо доказательствами. Данные обстоятельства, а также факт обращения ФИО3 в суд ДД.ММ.ГГГГ с иском о выселении ФИО2, ФИО1 из жилого помещения и снятии с регистрационного учета свидетельствуют о том, что оспоримая сделка совершена с целью лишения права ФИО1 на проживание в спорной квартире, что привело к нарушению прав истца, поэтому является ничтожной, как совершенная со злоупотреблением правом, а также мнимой, и не влекущей правовых последствий.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Довод ответчика ФИО3 о пропуске истцом срока исковой давности суд находит несостоятельным.

В ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Истец указала о том, что о нарушении права ей стало известно в связи с вынесением Карсунским районным судом 

<

адрес> решения о ее выселении из спорной квартиры. 

Как следует из материалов гражданского дела №, копия определения о подготовке дела к судебному разбирательству по иску ФИО3 к ФИО2, ФИО1 о выселении из жилого помещения и снятии с регистрационного учета получена ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, следовательно с этого момента ей должно было стать известно о нарушении ее права. Доказательств иного, того, что истцу стало известно о нарушении права ранее указанной даты, в материалы дела не представлено. Доводы стороны истца в данной части ничем не опровергнуты.

ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, срок давности обращения в суд ею не пропущен.

Учитывая вышеизложенное, суд полагает уточненные исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению.

Поскольку при заключении оспоримой сделки допущено нарушение требований статьи 10 ГК РФ, суд приходит к выводу об ее ничтожности. 

Руководствуясь ст.ст.12, 56, 194-198 ГК РФ, суд

РЕШИЛ:

Уточненные исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, удовлетворить. 

Признать договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ФИО3, ничтожным. 

Применить последствия недействительности сделки.

Возвратить в первоначальное состояние стороны по сделке, восстановив регистрационную запись о праве собственности ФИО2, № от ДД.ММ.ГГГГ, на квартиру, общей площадью 46,2 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>. 

Признать недействительной запись государственной регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ в Едином государственном реестре недвижимости о собственности ФИО3 на квартиру, общей площадью 46,2 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>, р.

<

адрес>.

Решение является основанием для внесения изменений в Единый государственный реестр недвижимости.

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Карсунский районный суд 

<

адрес> в течение одного месяца со дня изготовления его в окончательной форме.

Судья О.В. Мельникова

Решение в окончательной форме принято 17.08.2019