Дело № 2-1015/2019 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 мая 2019 года 

Свердловский районный суд г. Костромы в составе 

председательствующего Варсанофьевой С.Г.

при секретаре Ракисловой Ю.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к Министерству финансов Российской Федерации в лице управления Федерального казначейства по Костромской области и УФСИН России по Костромской области о компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО4 обратился в суд с иском, с учетом уточнений, к Министерству финансов Российской Федерации в лице УФК по 

<

адрес> и ФИО5 по 

<

адрес> о компенсации морального вреда в сумме .... Мотивировал тем, что со дня ареста в июне 1999 по июнь 2000 он содержался в ненадлежащих условиях в ФИО5-1 

<

адрес> и ФИО5-3 

<

адрес>, камеры были переполнены, спальных мест не хватало, туалет не соответствовал приватности, кормили плохо, вентиляция отсутствовала, освещение было недостаточным. Так в ФИО5-1 

<

адрес> он содержался в камере №, где было 8 спальных мест, а их содержалось 12-14 человек, ни о какой приватности не могло быть и речи, тряпка этого не обеспечивала. Вентиляция построена в середине 2000 годов. В ФИО5-3 камера была на 20 человек (сплошные нары), сейчас она на 8 человек, она отремонтирована и с прошлым состоянием не имеет ничего общего. При этапировании из ФИО5-1 

<

адрес> в ФИО5-3 

<

адрес> в 2000 году его провезли Кострома – ФИО10 – Нижний Новгород – Москва. Также неоднократно был этапирован автозаком 

<

адрес> – 

<

адрес>. Этапирование проводилось в ненадлежащих условиях. В купе вагона на 7 чел.-мест содержалось по 16 человек, вместе с вещами. Паек – хлеб черный, селедка, сахар 40 гр. В автозаке в отсеке 60х40 см вместе с вещами или общий отсек, где 20 человек с вещами на 10 посадочных мест. Постановлением Европейского Суда по правам человека подобное этапирование в ФИО6 признано нарушением абсолютных прав, приравнено к применению пыток, бесчеловечному обращению, унижающему человеческое достоинство. Его доводы ответчиками не могут быть опровергнуты, т.к. по их заявлениям документы того времени уничтожены. Просит принять во внимание решения ФИО1 судов о компенсации за ненадлежащие условия содержания.

В судебном заседании с использованием видеоконференцсвязи истец уточненные исковые требования поддержал по изложенным основаниям, кроме того пояснил, что в ФИО5-1 

<

адрес> он содержался в камере №, в которой было 8 спальных мест, а их содержалось от 12 до 16 человек. Из вентиляции была только форточка маленькая, спали по очереди, кормили плохо, туалет был за шторкой, приватность соблюдалась, но все звуки и запахи находились в камере. В ФИО5-3 

<

адрес> содержался в камере №, на 20 спальных мест содержалось 40 человек и вытяжки было недостаточно.

ФИО3 и ФИО5 по 

<

адрес> ФИО8 иск не признала, пояснила, что истцом не доказан факт причинения ему морального вреда и вина ответчиков.

ФИО3 Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, прислали ходатайство о рассмотрении дела в их отсутствие.

ФИО3 привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица УМВД ФИО6 по 

<

адрес> ФИО9 пояснил, что требования истца считает не подлежащими удовлетворению, т.к. не установлен факт причинения вреда и виновные действия в его причинении. В настоящее время они не могут предоставить доказательства о том, как и где содержался истец, каким автозаком перевозился, т.к. документы уничтожены за истечением срока хранения. Факты, на которые ссылается истец, ни сторона истца, ни сторона ответчика ни подтвердить, ни опровергнуть не может.

ФИО3 привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица МО МВД ФИО6 «Макарьевский» в судебное заседание не явился, прислали сообщение о том, что документально подтвердить факт этапирования ФИО2 по маршруту из ИВС 

<

адрес> в ФИО5 № 

<

адрес> и обратно конвойным нарядом ИВС ОВД 

<

адрес> не представляется возможным в виду того, что в соответствии с требованиями ведомственных нормативно-правовых актов, в частности приказа МВД РФ от 

<

дата> № «Об утверждении перечня документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел Российской Федерации, с указанием сроков хранения» путевые журналы конвоя периода с 1998-2000 гг. уничтожены в связи с истечением сроков хранения.

ФИО3 третьего лица ФКФИО5-1 ФИО5 по 

<

адрес> в судебное заседание не явился, прислали отзыв и дополнение к отзыву, в которых указали, что ФИО4 содержался в ФКФИО5-1 ФИО5 по 

<

адрес> в периоды: с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, всего находился 128 дней, 

<

дата> освобожден из зала суда, а также в 2000 году. Определить номера камерных помещений, в которых находился истец, а также площадь данных камерных помещений, количество лиц, содержащихся одновременно с ним, не представляется возможным, т.к. камерные карточки за период 1998, 1999 уничтожены в связи с истечением сроков их хранения. В период содержания истца в ФИО5-1 

<

адрес> условия приватности при посещении туалета были соблюдены – туалет отгорожен от жилой зоны перегородкой высотой 1,1 м в соответствии с приказом МВД СССР от 

<

дата> №, Временными нормами проектирования следственных изоляторов МВД ФИО6, утвержденными приказом МВД РФ от 

<

дата>. ФИО4 был обеспечен питанием по норме питания для подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах, контроль за качеством приготовления пищи осуществляется комиссией, в состав которой входят медицинский работник, дежурный помощник начальника ФИО5, повар. В камерах имеется система вытяжной вентиляции с механическим побуждением, в окне имеется форточка для естественной вентиляции, также проветривание камер осуществляется открытием камерных дверей во время помывки заключенных в душе или их нахождения на прогулке. В камерах имеется искусственное и естественное освещение. Со стороны ФИО2 никаких доказательств описанных им условий содержания в ФИО5 не представлено. В период нахождения в ФИО5 истец этапировался транспортом ГУИН МЮ 2 раза: 

<

дата> убыл в ФИО5-3 

<

адрес>; 

<

дата> убыл в ИК особого режима 

<

адрес>. Каким видом транспорта этапировался истец установить не представляется возможным в связи с отсутствием данной информации в учреждении. Жалоб на ненадлежащие условия содержания и этапирования от истца не поступало.

ФИО3 третьего лица ФКФИО5-3 ФИО5 по 

<

адрес> в судебное заседание не явился, прислали возражения на иск, в котором указали, что иск считают необоснованным, ФИО4 содержался в учреждении с 

<

дата> по 

<

дата>, обеспечивался, как и все подозреваемые и обвиняемые, постельными принадлежностями, столовой посудой, полотенцем. Санузлы отгорожены от жилой части камеры стенами и оборудованы дверью, что обеспечивало необходимую приватность, оборудованы водопроводным краном, сантехническим оборудованием, имеющим систему слива и гидрозапорную систему. В камере оборудован умывальник с центральным горячим и холодным водоснабжением. Питьевая вода соответствовала требованиям Сан Пин 2.

<

дата>.02-00. Естественное освещение камер обеспечивалось через 2-3 окна, имелось соответствующее искусственное освещение. Доступ свежего воздуха обеспечивался через оконные форточки, имелась автоматизированная приточно-вытяжная вентиляция. Срок хранения книги количественной проверки лиц, содержащихся под стражей в ФИО5 составляет 10 лет, в связи с чем предоставить сведения по количеству спецконтингента в этот период не представляется возможным. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Истец в своем заявлении не обосновывает причинно-следственной связи между испытываемыми им страданиями и содержанием под стражей.

Выслушав явившихся участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Судом установлено, что истец содержался в ФИО5-1 с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>, с 

<

дата> по 

<

дата>; в ФИО5-3 

<

адрес> с 

<

дата> по 

<

дата>. 

В соответствии со ст.4 Федерального закона от 

<

дата> № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в редакции от 

<

дата>, содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).

В соответствии со ст. 3 Конвенции от 4 ноября 1950 года «О защите прав человека и основных свобод» никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию, при этом под унижающим достоинство обращением и наказанием понимаются, в частности, ненадлежащие условия содержания под стражей.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Согласно ст.23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», в редакции от 21.07.1998, действовавшей в периоды содержания истца в СИЗО-1 г. Костромы и СИЗО-3 г. Москвы, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место.

Подозреваемым и обвиняемым выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы.

Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры.

Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Истцом не представлено доказательств, подтверждающих его доводы о его ненадлежащем содержании в указанные периоды в СИЗО-1 г. Костромы и СИЗО-3 г. Москвы, а именно, о переполненности камер, нехватке спальных мест, ненадлежащем освещении. Его доводы о том, что в камерах была недостаточной вентиляция, суд находит необоснованными, т.к. в силу ст.23 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в действующей в указанные периода, вентиляционным оборудованием камеры обеспечивались по возможности.

В исковом заявлении истец указал, что туалет в камерах не соответствовал приватности, однако в судебном заседании уточнил, что приватность была соблюдена.

Также не представлено истцом доказательств его ненадлежащего этапирования в указанные периоды и о ненадлежащем питании при этапировании в железнодорожном транспорте и при содержании в СИЗО.

В соответствии со ст.22 ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации. 

Доказательств нарушения требований указанной статьи закона суду не представлено.

Доводы истца о том, что он не должен представлять доказательства его ненадлежащего содержания в СИЗО и при этапировании, т.к. имеется много решений судов по другим делам, подтверждающих ненадлежащие условия содержания иных лиц, не основаны на законе.

Исчерпывающий перечень оснований компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда приведен в ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В этом перечне не названы случаи компенсации морального вреда, причиненного нарушением предусмотренных законом условий содержания под стражей или отбывания наказания в виде лишения свободы.

Следовательно, при разрешении требований о компенсации морального вреда, причиненного нарушением названных истцом условий, необходимо установить наличие вины причинителя вреда, в данном случае вина ответчиков не установлена.

В соответствии со ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4).

Как предусмотрено ч. 1 ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из приведенных правовых норм и их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

Исковое заявление ФИО7, датированное 25 ноября 2018, поступило в суд 7 декабря 2018, по истечении восемнадцати лет после событий, с которыми истец связывает причинение ему нравственных страданий, влекущих взыскание компенсации морального вреда, то есть по истечении, в том числе, значительного периода времени после того, как необходимые документы, свидетельствующие об условиях содержания и этапирования истца, были уничтожены в связи с истечением сроков их хранения.

При таких обстоятельствах суд находит недобросовестным поведение истца, связанное с предъявлением иска о компенсации морального вреда за сроками хранения документов, которые могли бы свидетельствовать о действительном положении вещей в периоды, указанные в исковом заявлении.

С учетом изложенного, а также с учетом того, что за весь указанный в иске период содержания истца в СИЗО-1 г. Костромы и СИЗО-3 г. Москвы жалоб и заявлений от истца на ненадлежащие условия содержания и этапирования не поступало, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

Руководствуясь ст.ст.194 - 198 ГПК РФ, суд 

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 отказать.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Свердловский районный суд 

<

адрес> в течение месяца.

Федеральный судья Варсанофьева С.Г.