РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Усть-Илимск Иркутской области 28 июня 2023 года

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе

председательствующий судья Третьяков М.С.,

при секретаре судебного заседания Шевкуновой В.Ю.,

с участием представителей административного истца ФИО16, ФИО17, действующих на основании доверенностей,

заинтересованного лица ФИО18, 

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 2а-1571/2023 по административному иску Общества с ограниченной ответственностью «Байкальская энергетическая компания» к Государственному инспектору труда Федерального государственного надзора и контроля за соблюдение трудового законодательства № 7, Государственной инспекции труда в Иркутской области ФИО19, Государственной инспекции труда в Иркутской области о признании незаконным предписания,

УСТАНОВИЛ:

В обоснование представитель истца указал, что на основании распоряжения Государственной инспекции труда в Иркутской области № 38/7-1755-23-ОБ/1 от 16.05.2023 года в отношении ООО «Байкальская энергетическая компания» проводилась дополнительное расследование несчастного случая со смертельным исходом в связи с обращением ФИО18 По результатам дополнительного расследования вынесено заключение государственного инспектора труда от 18.05.2023, на основании которого государственным инспектором труда ФИО19 выдано предписание № 38/7-1755-23-ОБ/10-904-И/2013.1 от 18.05.2023 об устранении нарушений трудового законодательства и иных нормативно-правовых актов, содержащих нормы трудового права, обязывающее работодателя ООО «БЭК» признать акт о несчастном случае на производстве от 07.04.2023 утратившим силу (срок 05.06.2023); на основании и в точном соответствии с заключением от 18.05.2023 государственного инспектора труда составить и утвердить акт о смертельном несчастном случае на производстве по форме Н-1 с машинистом центрального теплового щита управления котлами 7 разряда ФИО1 Считают заключение от 18.05.2023 незаконным, поскольку фактически не проводилось дополнительное расследование. Задачи распоряжения от 16.05.2023 не выполнялись, никакие новые обстоятельства не устанавливались, в рамках проверочных мероприятий проводился единственный опрос начальника КТЦ ФИО2, что свидетельствует о формальном проведении дополнительного расследования. Данные действия совершены с целью реализации особого мнения государственного инспектора в форме заключения и отмены акта Н-1 от 07.02.2023, поскольку фактически в заключении изложены те же самые факты, что и в акте Н-1 от 07.02.2023, за исключением выводов о наличии в действиях работника грубой неосторожности. Считает, что акт Н-1 от 07.02.2023 составлен в полном соответствии с требованиями ст. 230 ТК РФ, с участием государственного инспектора труда ФИО19 и специалиста ОСФР по Иркутской области ФИО3 В акте подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда, указан степень вины пострадавшего в процентах, установленных по результатам расследования несчастного случая на производстве. Причинами, содействовавшими возникновению вреда здоровью в результате несчастного случая, явилось выполнение машинистом центрального щита управления котлами 7 разряда котлотурбинного цеха ФИО1 действий, не входящих в служебные обязанности, а также нарушение должностных инструкций. Доказательств того, что ФИО1 действовал правомерно в интересах работодателя отсутствуют. Кроме того, действия работника, совершенные в интересах работодателя не позволяют работнику нарушать правила по охране труда и обеспечению безопасности труда. Указанным обстоятельствам нарушения ФИО1 должностных инструкций государственным инспектором труда ФИО19 не дана оценка, выводы заключения и предписания необъективны, нарушаются права ООО «БЭК», вина в несчастном случае незаконно возлагается в полном объеме на работодателя, при этом не учтены нарушения, допущенные работником. Просит признать незаконным Предписание № 38/7-1755-23-ОБ/10-904-И/2-13.1 от 18.05.2023 государственного инспектора труда ФИО19 

Согласно письменных возражений административного ответчика государственного инспектора труда ФИО19 требования не признает, указывает, что обжалуемое предписание датировано 18.05.2023, получено административным истцом 23.05.2023, в суд истец обратился 13.06.2023, что свидетельствует о нарушении срока обращения в суд. Из состава комиссии, созданной приказом № 92 от 07.02.2023 для расследования несчастного случая, повлекшего смерть ФИО1, следует, что большинство членов комиссии составляли представители ООО «БЭК», то есть лица заинтересованные, и которые большинством голосов приняли решение о причинах несчастного случая, лицах, допустивших нарушения требований охраны труда, отраженные в акте № 1/23 от 07.04.2023. Однако выводы, изложенные в акте № 1/23 от 07.04.2023 не соответствуют материалам расследования несчастного случая, что подтверждается особыми мнениями председателя комиссии ФИО19, членов комиссии ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 Также с результатом расследования не согласился законный представитель вдовы погибшего ФИО18, принимавший участие в расследовании, о чем 04.05.2023 в Государственную инспекцию труда в Иркутской области поступило заявление ФИО18 о несогласии с результатами расследовании и просьбой провести дополнительное расследование. Руководствуясь ст. 229.3, 231 ТК РФ на основании заявления ФИО18 16.05.2023 вынесено распоряжение № 38/7-1755-23-ОБ/1 о проведении дополнительного расследования. Поскольку при проведении расследования несчастного случая комиссией были установлены обстоятельства нечастного случая, то в ходе проведения дополнительного расследования не возникло необходимости для выяснения обстоятельств, сбора документов, а был проведен опрос должностного лица начальника КТЦ ФИО2 Кроме того, указывает, что в ходе комиссионного расследования был проведен визуальный и измерительный контроль элементов участка дренажного трубопровода. Согласно выводам, изложенным в заключение лаборатории металлов № 17799 от 13.02.2023 по внешним признакам вероятной причиной повреждения участка дренажного трубопровода в районе стыкового сварного соединения приварки гиба № 1 к выходному патрубку вентиля запорного Ду20 дисп. № 1Д-А являются значительные напряжения (превышение предела прочности и предела текучести материала) от воздействия на него крутящего момента, созданного реактивным усилием от выходящей из трубопровода струи пара. Для установления окончательных причин повреждения необходимо проведение металлографического исследования поврежденных элементов, однако такие исследования не проводились. Также из заключения следует, что на элементах трубопровода зафиксировано сплошное корозионно-язвенное повреждение металла глубиной до 0,2 мм. Согласно заключения ООО «Научно-Технический центр «ИркутскНИИхиммаш» по результатам экспертного обследования арматуры (вентилей запорных) DN 20PN 1401Д-А; DN 20 PN 255 1Д-Р, 1Д-Р1, при визуальном и измерительном контроле деталей вентилей обнаружены дефекты, которые согласно ТУ 34-38-20197-94 подлежат ремонту. Вентили не выдержали гидравлическое испытание на герметичность в затворе. Считает, что одной из причин несчастного случая стала «эксплуатация неисправных машин, механизмов, оборудования», однако члены комиссии большинством проголосовали против её включения в акт о несчастном случае на производстве. Опрос должностного лица проводился для установления обязанностей и ответственности в части состояния оборудования котлотурбинного цеха. Кроме того, указывает, что на основании заявления ФИО18 и особых мнений некоторых членов комиссии, в ходе дополнительного расследования рассмотрен вопрос о наличии либо отсутствии грубой неосторожности пострадавшего ФИО1 По результатам государственный инспектор труда пришел к выводу, что в данной ситуации технологический процесс, в проведении которого участвовал пострадавший, не соответствовал производственной инструкции, используемое работником оборудование не соответствовало требованиям охраны труда, так как нуждалось в ремонте, в связи с чем грубая неосторожность в действиях ФИО1 отсутствовала, соответственно и вина в размере 25% не может быть установлена. Считает, что имелись все основания для вынесения оспариваемого предписания и заключения, нарушений при вынесении предписания допущено не было. просит в удовлетворении требований отказать.

В судебном заседании представители административного истца требования поддержали в полном объеме.

Административный ответчик государственный инспектор труда ФИО19 в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в свое отсутствие. 

Представитель административного ответчика Государственной инспекции труда в Иркутской области в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть в отсутствие представителя. 

Заинтересованное лицо ФИО18 в судебном заседании требования не признал. Считает, что расследование велось, так как хотел работодатель, он как представитель потерпевшего права голоса не имел. Комиссия состояла из 13 человек, только 5 из которых представляли государственные органы, остальные 8 человек представляли работодателя. Неудобные для работодателя вопросы ставились на голосование, где заинтересованная сторона в обвинении потерпевшего брала простым большинством голосов. Таким же образом, комиссия проголосовала по вине пострадавшего 25%, где все представители государственных органов проголосовали против. Считает, что главной причиной несчастного случая, а не сопутствующей является эксплуатация неисправных машин, механизмов, оборудования. ФИО1 не мог знать о неисправности вентилей, на месте переключения отсутствуют контрольно-измерительные приборы, в связи с чем персонал ведет переключения вслепую, не зная температуру и давление в трубопроводе, таким образом, работодатель не обеспечил безопасные условия труда. Просит в удовлетворении требований отказать. 

Суд, исследовав в совокупности, пояснения сторон, письменные материалы дела, приходит к следующему.

Согласно со ст. 218 КАС РФ граждане, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействие) органа государственной власти, должностного лица, государственного и муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению прав и свобод, или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. 

В силу части 9 статьи 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании действий (решения) должностного лица, наделенного государственными или иными публичными полномочиями, суду надлежало установить следующие обстоятельства: нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца, которым подано соответствующее административное исковое заявление; соблюдены ли сроки обращения в суд; соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

При этом, как установлено частью 11 статьи 226 КАС РФ обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 1 и 2 части 9 настоящей статьи, возлагается на лицо, обратившееся в суд, а обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи, - на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

Статьей 356 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в соответствии с возложенными на нее задачами федеральная инспекция труда, в частности, осуществляет федеральный государственный надзор за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, посредством проверок, выдачи обязательных для исполнения предписаний об устранении нарушений.

При осуществлении федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, государственные инспекторы труда имеют право, в частности, расследовать в установленном порядке несчастные случаи на производстве; предъявлять работодателям и их представителям обязательные для исполнения предписания об устранении нарушений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов (статья 357 Трудового кодекса Российской Федерации).

Расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах (статья 227 Трудового кодекса Российской Федерации).

Под несчастным случаем на производстве в силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

На основании статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой.

В соответствии с частью первой статьи 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации государственный инспектор труда при выявлении сокрытого несчастного случая, поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), лица, состоявшего на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лица, состоявшего с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), о несогласии их с выводами комиссии по расследованию несчастного случая, а также при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, проводит дополнительное расследование несчастного случая в соответствии с требованиями настоящей главы независимо от срока давности несчастного случая. Дополнительное расследование проводится, как правило, с привлечением профсоюзного инспектора труда, а при необходимости - представителей соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, и исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя). По результатам дополнительного расследования государственный инспектор труда составляет заключение о несчастном случае на производстве и выдает предписание, обязательное для выполнения работодателем (его представителем). Государственный инспектор труда имеет право обязать работодателя (его представителя) составить новый акт о несчастном случае на производстве, если имеющийся акт оформлен с нарушениями или не соответствует материалам расследования несчастного случая. В этом случае прежний акт о несчастном случае на производстве признается утратившим силу на основании решения работодателя (его представителя) или государственного инспектора труда.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов административного дела, ФИО1 с 01.09.2020 состоял в трудовых отношениях с ООО «БЭК», работал в должности машиниста центрального теплового щита управления котлами 7 разряда. Согласно графику сменности 07.02.2023 ФИО1 заступил на смену. 

07.02.2023 в период времени с 17.19.55 до 17.20.14 во время выполнения работ по консервации котлоагрегата № 1 ФИО1 получил травму участком трубы по голове. Пострадавший ФИО1 был госпитализирован. 08.02.2023 ФИО1 скончался в отделении реанимации ОГБУЗ «Усть-Илимская городская больница» не приходя в сознание. 

По факту несчастного случая с ФИО1 проведено комиссионное расследование, состав комиссии: ФИО19 –государственный инспектор труда; ФИО7 – директор филиала ООО «БЭК Усть-Илимская ТЭЦ; ФИО8 – председатель профсоюзной организации Усть-Илимской ТЭЦ первичной профсоюзной организации ООО «БЭК»; ФИО13 –главный специалист - эксперт отдела страхования профессиональных ОСФР по 

<

адрес>; ФИО4 – консультант по охране труда отдела муниципальной службы и кадрового учета администрации 

<

адрес>; ФИО14 – главный специалист службы охраны труда ООО «БЭК»; ФИО15 – заместитель директора – технический директор филиала ООО «БЭК» Усть-Илимская ТЭЦ; ФИО9 – заместитель технического директора по эксплуатации филиала ООО «БЭК» Усть-Илимская ТЭЦ; ФИО5 – государственный инспектор Братского территориального отдела технологического и энергетического надзора; ФИО6 – старший государственный инспектор Братского территориального отдела технологического и энергетического надзора; ФИО10 – начальник службы производственного контроля промышленной безопасности ООО «БЭК»; ФИО11 – инженер по техническому надзору 1 категории службы охраны труда филиал ООО «БЭК» Усть-Илимская ТЭЦ; ФИО12 – ведущий специалист по культуре безопасности службы охраны труда филиал ООО «БЭК» Усть-Илимская ТЭЦ. 

По результатам расследования несчастного случая составлен акт № 1/23 от 07.04.2023, согласно которого причинами несчастного случая указаны: основная причина – нарушение технологического процесса, в том числе неправильная эксплуатация оборудования, инструмента (код 2.05.2), выразившееся в нарушении требований: производственной инструкции по обслуживанию котлоагрегата БКЗ 420-140 ПТ-2; производственной инструкции по консервации котлов Усть-Илимской ТЭЦ; должностной инструкции машиниста центрального теплового щита управления котлами 7 разряда; производственной инструкции по эксплуатации трубопроводов, арматуры; должностной инструкции старшего машиниста 8 разряда котлотурбинного цеха; должностной инструкции начальника смены цеха электростанции (котлотурбинный цех).

сопутствующие причины – неудовлетворительная организация производства работ (код 2.08.1, 2.08.3), в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, несогласованность действий исполнителей, отсутствие взаимодействия между службами и подразделениями, выразившиеся нарушении требований: должностной инструкции старшего машиниста 8 разряда котлотурбинного цеха; должностной инструкции начальника смены цеха электростанции (котлотурбинный цех); должностной инструкции машиниста центрального теплового щита управления котлами 7 разряда; производственной инструкции о порядке ведения переговоров оперативным персоналом Усть-Илимской ТЭЦ; должностной инструкции начальника котлотурбинного цеха. 

В числе лиц, ответственных за допущенные нарушения, являвшихся причинами несчастного случая, комиссия указала, в том числе ФИО1 

Также в акте № 1/23 от 07.04.2023 комиссия установила степень вины ФИО1 – 25 %. 

Акт подписан 13 членами комиссии, пятеро из которых привели особое мнение, согласно которому в качестве причин, вызвавших несчастный случай на производстве, следует указать эксплуатация неисправных машин, механизмов, оборудования (код 2.03). Также не согласны с установлением комиссией факта наличия в действиях ФИО1 грубой неосторожности, поскольку в действиях ФИО1 отсутствовал умысел, в связи с чем вина работника в размере 25% не может быть установлена. Кроме того, указывают, что действия ФИО1 не носили самостоятельный характер, поскольку он действовал в интересах работодателя по устранению сложившейся ситуации с одобрения непосредственных руководителей. 

Не согласившись с выводами комиссии о наличия грубой неосторожности, законный представитель потерпевшего ФИО18 04.05.2023 направил в Государственную инспекцию труда в Иркутской области обращение о несогласии с результатами расследования несчастного случая. 

Руководителем Государственной инспекции труда в Иркутской области решено провести дополнительное расследование несчастного случая, необходимость которого мотивирована наличием разногласий о причинах несчастного случая и лицах, виновных в допущенных нарушениях, и обращение представителя потерпевшего, в связи с чем 16.05.2023 вынесено распоряжение № 38/7-1755-23-ОБ/1 о проведении дополнительного расследования. Проведение дополнительного расследования несчастного случая поручено государственному инспектору труда ФИО19 

Согласно заключения государственного инспектора труда ФИО19 от 18.05.2023 по результатам дополнительного расследования причинами несчастного случая являются:

основная причина – нарушение технологического процесса, в том числе неправильная эксплуатация оборудования, инструмента (код 2.05.2), выразившееся в нарушении требований: производственной инструкции по обслуживанию котлоагрегата БКЗ 420-140 ПТ-2; производственной инструкции по консервации котлов Усть-Илимской ТЭЦ; должностной инструкции машиниста центрального теплового щита управления котлами 7 разряда; производственной инструкции по эксплуатации трубопроводов, арматуры; должностной инструкции старшего машиниста 8 разряда котлотурбинного цеха; должностной инструкции начальника смены цеха электростанции (котлотурбинный цех).

сопутствующие причины – неудовлетворительная организация производства работ (код 2.08.1, 2.08.3), в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, несогласованность действий исполнителей, отсутствие взаимодействия между службами и подразделениями, выразившиеся нарушении требований: должностной инструкции старшего машиниста 8 разряда котлотурбинного цеха; должностной инструкции начальника смены цеха электростанции (котлотурбинный цех); должностной инструкции машиниста центрального теплового щита управления котлами 7 разряда; производственной инструкции о порядке ведения переговоров оперативным персоналом Усть-Илимской ТЭЦ; должностной инструкции начальника котлотурбинного цеха. 

- эксплуатация неисправных машин, механизмов, оборудования, выразившиеся в нарушении требований: ст. 214 Трудового кодекса РФ, Правил по охране труда при размещении, монтаже, техническом обслуживании и ремонте технологического оборудования, должностной инструкции начальника котлотурбинного цеха. 

Из числа лиц, ответственных за допущенные нарушения, являвшихся причинами несчастного случая государственный инспектор исключил пострадавшего ФИО1 

Также в заключении отсутствуют выводы о наличии в действиях ФИО1 грубой неосторожности и вины. 

На основании заключения от 18.05.2023 в целях устранения нарушений трудового законодательства государственным инспектором труда ФИО19 вынесено предписание № 38/7-1755-23-ОБ/10-904-И/2-13.1 от 18.05.2023 в адрес ООО «Байкальская энергетическая компания», согласно которого установлены следующие требования:

- в соответствии с требованиями ст. 229.3 ТК РФ признать акт о несчастном случае на производстве от 07.04.2023 утратившим силу в срок до 05.06.2023. 

- в соответствии с п. 20.9 приказа Минтруда России от 20.04.2022 № 223н, на основании и в точном соответствии с заключением от 18.05.2023 государственного инспектора труда составить и утвердить акт о смертельном несчастном случае на производстве по форме Н-1 с машинистом центрального теплового щита управления котлами 7 разряда ФИО1, в срок до 08.06.2023.

- в соответствии с требованиями ст. 230 ТК РФ, выдать пострадавшему (его законному представителю) один экземпляр утвержденного акта о смертельном несчастном случае на производстве по форме Н-1 с машинистом центрального теплового щита управления котлами 7 разряда ФИО1 в соответствии с заключением с заключением государственного инспектора труда от 18.05.2023, в срок до 11.06.2023.

- в соответствии с требованиям ст. 230 ТК РФ оригинал акта о смертельном несчастном случае на производстве по форме Н-1 с машинистом центрального теплового щита управления котлами 7 разряда ФИО1 в соответствии с заключением с заключением государственного инспектора труда от 18.05.2023 направить в исполнительный орган страховщика, в срок до 11.06.2023. 

Согласно части 2 статьи 357 Трудового кодекса Российской Федерации в случае обращения профсоюзного органа, работника или иного лица в государственную инспекцию труда по вопросу, находящемуся на рассмотрении соответствующего органа по рассмотрению индивидуального или коллективного трудового спора (за исключением исков, принятых к рассмотрению судом, или вопросов, по которым имеется решение суда), государственный инспектор труда при выявлении очевидного нарушения трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, имеет право выдать работодателю предписание, подлежащее обязательному исполнению. Данное предписание может быть обжаловано работодателем в суд в течение десяти дней со дня его получения работодателем или его представителем.

Проверяя соблюдение срока обращения ООО «БЭК» с административным иском об обжаловании предписания, суд приходит к выводу, что срок не пропущен поскольку, копия предписания была получена ООО «БЭК» 23.05.2023, исковое заявление направлено почтовой корреспонденцией 02 июня 2023 года, то есть в пределах установленного десятидневного срока. 

Доводы представителей истца об отсутствии оснований для проведения дополнительного расследования, о том, что фактически дополнительное расследование не проводилось, никакие новые обстоятельства не устанавливались, что свидетельствует о формальном проведении дополнительного расследования, суд находит несостоятельными.

Положениями части 1 ст. 229.3 Трудового кодекса РФ прямо предусмотрена обязанность государственного инспектора труда при поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего о несогласии его с выводами комиссии по расследованию несчастного случая, а также при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, провести дополнительное расследование несчастного случая. 

Поскольку имело место обращение потерпевшего о несогласии с актом о несчастном случае, кроме того, пять членов комиссии высказали особое мнение, в котором указали на необоснованность выводов комиссии о грубой неосторожности пострадавшего ФИО1, а также об отсутствии выводов комиссии по одной из причин несчастного случая - эксплуатация неисправных машин, механизмов, оборудования, должностное лицо Государственной инспекции труда в Иркутской области правомерно приняло решение о проведении дополнительного расследования. 

Доводы представителей истца о формальном характере дополнительного расследования носят голословный характер, поскольку сам факт назначения дополнительного расследования не обязывает государственного инспектора труда заново проводить сбор всех документов, связанных с установлением обстоятельств несчастного случая. 

При этом, как следует из возражений государственного инспектора труда обстоятельства при которых произошел несчастный случай в полном объеме были установлены при первоначальном расследовании, однако комиссией не была дана надлежащая оценка установленным обстоятельствам неисправности механизмов и оборудования, в связи с чем были отобраны дополнительные объяснения от ответственного должностного лица. 

В соответствии с п. 228 Правил промышленной безопасности при использовании оборудования, работающего под избыточным давлением, утвержденными приказом Ростехнадзора от 15.12.2020 N 536 Организация, индивидуальный предприниматель, осуществляющие эксплуатацию оборудования под давлением (эксплуатирующая организация), должны обеспечить содержание оборудования под давлением в исправном (работоспособном) состоянии и безопасные условия его эксплуатации.

В этих целях необходимо:

л) не допускать эксплуатацию неисправного (неработоспособного) и не соответствующего требованиям промышленной безопасности оборудования под давлением, у которого выявлены дефекты (повреждения), влияющие на безопасность его работы, неисправны арматура, контрольно-измерительные приборы, предохранительные и блокировочные устройства, средства сигнализации и защиты, а также без проведения экспертизы промышленной безопасности если период эксплуатации оборудования превысил срок службы, указанный в паспорте оборудования организацией-изготовителем, или срок безопасной эксплуатации - в заключении экспертизы;

Между тем, в рамках проведенного расследования установлено, что согласно заключения лаборатории металлов № 17799 от 13.02.2023 по внешним признакам вероятной причиной повреждения участка дренажного трубопровода в районе стыкового сварного соединения приварки гиба № 1 к выходному патрубку вентиля запорного Ду20 дисп. № 1Д-А являются значительные напряжения (превышение предела прочности и предела текучести материала) от воздействия на него крутящего момента, созданного реактивным усилием от выходящей из трубопровода струи пара. Для установления окончательных причин повреждения необходимо проведение металлографического исследования поврежденных элементов, однако такие исследования не проводились. Также из заключения следует, что на элементах трубопровода зафиксировано сплошное корозионно-язвенное повреждение металла глубиной до 0,2 мм. Согласно заключения ООО «Научно-Технический центр «ИркутскНИИхиммаш» по результатам экспертного обследования арматуры (вентилей запорных) DN 20PN 1401Д-А; DN 20 PN 255 1Д-Р, 1Д-Р1, при визуальном и измерительном контроле деталей вентилей обнаружены дефекты, которые согласно ТУ 34-38-20197-94 подлежат ремонту. Вентили не выдержали гидравлическое испытание на герметичность в затворе.

Кроме того, как следует из акта о несчастном случае имелась неисправность задвижки 1П-1, которая не была закрыта полностью, и в результате давление пара увеличивалось, что в итоге и послужило причиной дальнейших действий работников по снижению давления в том числе, и пострадавшим ФИО1

Таким образом, не указание в акте в качестве причин, приведших к несчастному случаю, установленные неисправности оборудования, явно свидетельствует о необъективности некоторых членов комиссии при вынесении итогового документа, о чем в особом мнении указывают пять членов комиссии. 

В соответствии с абзацем 3 пункта 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

При грубой неосторожности нарушаются обычные, очевидные для всех требования, предъявляемые к лицу, осуществляющему определенную деятельность. При простой неосторожности, наоборот, не соблюдаются повышенные требования. 

В соответствии с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21 февраля 2008 г. N 120-О-О, исследование вопроса о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств.

По смыслу названных норм права понятие грубой неосторожности применимо в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия или бездействия, привлекшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим значительной вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и легкомысленного расчета, что они не наступят.

Как следует из материалов дела пострадавший ФИО1 в целях нормализации производственного процесса осуществлял действия по снижению давления в паропроводе. При этом, действия с вентилями 1Д-Р, 1Д-Р1 на дренажном узле ФИО1 были совершены ранее 07.02.2023 в период с 15.45.00 по 15.45.30 (о чем имеется указание в акте о несчастном случае) и каких либо негативных последствий после этого не наступило. 

Таким образом, предвидеть значительную вероятность наступления для себя вредоносных последствий пострадавший ФИО1 не мог, поскольку предполагать о том, что оборудование неисправно оснований у него не было. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что у должностного лица Государственной инспекции труда имелись законные основания для издания распоряжения о проведении дополнительного расследования несчастного случая, дополнительное расследование проведено объективно, причины несчастного случая установлены верно, заключение и предписание соответствуют требованиям закона, приняты в пределах компетенции Инспекции, в связи с чем, оснований для удовлетворения требования административного истца о признании незаконным и отмене предписания, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.175-180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административных исковых требований Общества с ограниченной ответственностью «Байкальская энергетическая компания» к Государственному инспектору труда Федерального государственного надзора и контроля за соблюдение трудового законодательства № 7, Государственной инспекции труда в Иркутской области ФИО19, Государственной инспекции труда в Иркутской области о признании незаконным предписания, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Усть-Илимский городской суд Иркутской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья: М.С. Третьяков

Мотивированное решение изготовлено 21.07.2023