РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 ноября 2017 года Московский районный суд г.Калининграда в составе

председательствующего судьи Мирзоевой И.А.

при секретаре Дашевской О.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО "ГСК "Югория" о взыскании страхового возмещения по договору КАСКО,

установил:

ФИО1, дополняя требования, обратилась в суд с иском к АО "ГСК "Югория" о взыскании страхового возмещения по договору КАСКО, указав в обоснование требований о том, что 18 декабря 2015 года сторонами был заключен договор добровольного страхования КАСКО № № в отношении транспортного средства "

<

данные изъяты>", рег.знак №, с оплатой страховой суммы в размере 

<

данные изъяты> руб.

10 июня 2016 года, в период действия вышеуказанного договора, на 

<

адрес>, на принадлежащем ей (ФИО1) автомобиле "

<

данные изъяты>", рег.знак №, были обнаружены повреждения в виде царапины и вмятины. Лицо, причастное к повреждению автомобиля, правоохранительными органами не установлено, о чем 14 июня 2016 года было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

18 июля 2016 года ФИО1 обратилась в ОАО "ГСК "Югория" с заявлением о страховой выплате в форме оплаты ремонта автомобиля на СТОА дилера, которая страховой компанией не была оказана. Ей было отказано в ремонте застрахованного и поврежденного в результате наступления страхового случая автомобиля, что привело к возникновению убытков в размере 

<

данные изъяты> руб., связанных с самостоятельным ремонтом принадлежащего ей автомобиля. Отказ оплаты ремонта автомобиля, страховой компанией мотивирован тем, что в особых условиях договора указано о наличии безусловной франшизы в размере 3% от страховой суммы.

23 марта 2017 года ФИО1 направила в Калининградский филиал ОАО "ГСК "Югория" претензию, с требованием произвести выплату страхового возмещения, согласно калькуляции страховщика в сумме 

<

данные изъяты> руб., с указанием на необоснованность применения страховщиком франшизы.

Письмом страховщика от 12 апреля 2017 года в выплате страхового возмещения ей было отказано. Данный отказ она считает незаконным и необоснованным, поскольку при заключении договора она не была поставлена страховщиком в известность о наличии особых условий в нем, в том числе об условии применения франшизы в случае, если лицо, ответственное за убытки не установлено. Более того в тексте страхового полиса серии № от ДД.ММ.ГГГГ года указаны следующие условия страхования автомобиля "

<

данные изъяты>", рег.знак № в графе "франшиза" указано без франшизы, "особые условия"- …страхователь заявляет об отсутствии убытков по предыдущему договору страхования №, при этом в случае, если по указанному договору будут заявлены или урегулированы страховые случаи, по которым не установлено лицо, ответственное за убытки, к которому страховщиком могут быть предъявлены требования о возмещении причиненного ущерба (суброгация), то по соглашению сторон в рамках настоящего договора устанавливается безусловная франшиза за каждый страховой случай в размере 3% от страховой суммы… При этом, до заключения указанного договора страхования, его текст ей не направлялся, и она с ним предварительно не была ознакомлена. До заключения договора страхования, ею представителю страховой компании было подано соответствующее заявление, в котором не предусматривалось наличие франшизы ни при каких условиях. К тому же к дате подписания указанного договора страхования- 14 декабря 2015 года, ею было заявлено о наличии убытков по предыдущему договору страхования серии № от 19 декабря 2014 года, и лицо к которому страховая компания могла бы предъявить требования о возмещении причиненного ущерба, не установлено. 

При подписании договора страхования № от 18 декабря 2015 года, между ее (ФИО1) мужем и представителем страховой компании, никаких обсуждений условий договора страхования не происходило. Ей не была предоставлена страховщиком достоверная информация по оказанию услуг страхования, осуществляемых на иных условиях по сравнению с ранее заключенными договорам. Указанное свидетельствует о том, что договор страхования содержит противоречивые условия, нарушающие ее права как потребителя, и свидетельствует о том, что между сторонами по договору страхования не было достигнуто соглашение по такому обстоятельству как франшиза. По этим основаниям договор страхования № от 18 декабря 2015 года транспортного средства "

<

данные изъяты>", рег.знак № в части условия о франшизе считается незаключенным.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО1 просит взыскать с ОАО "ГСК "Югория" страховое возмещение в сумме 15 000 руб., неустойку по основаниям п.5 ст.28 ФЗ "О защите прав потребителей" за период с 13 апреля 2017 года по 29 мая 2017 года в размере 44 979 руб., компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя в размере 50% от присужденной судом суммы и признать договор страхования № от 18 декабря 2015 года в части условия о франшизе незаключенным (т.1 л.д.2-4, т.2 л.д.27-28). 

В судебном заседании истец ФИО1, с участием представителя адвоката Лисуна В.А., на удовлетворении исковых требований настаивали по доводам, изложенным в иске, с учетом дополнений. В дополнение ФИО1 пояснила, что на протяжении нескольких лет она заключала договоры КАСКО в данной страховой компании и предыдущие страховые полисы не содержали никаких условий, связанных с применением франшизы. До заключения оспариваемого договора, основные условия договора ею были согласованы со страховым агентом по телефону, и она не была им поставлена в известность об условии применения франшизы в случае неустановленного лица ответственного за убытки. В виду ее занятости, договор добровольного страхования принадлежащего ей транспортного средства "

<

данные изъяты>", рег.знак №, 18 декабря 2015 года заключал ее муж. Доверенность на совершение указанных действий она ему не выдала, но страховой агент возражений по данному вопросу не имел. Указала, что поскольку установление в договоре франшизы в размере 3% от страховой суммы противоречит закону, поэтому в этой части договор страхования считается незаключенным. Принимая во внимание, что договор страхования содержит противоречивые условия, действиями ответчика нарушены ее права как потребителя. Просит иск удовлетворить.

Ответчик- представитель АО "ГСК "Югория" на основании доверенности ФИО2 в судебном заседании иск не признала, указав на отсутствие оснований для удовлетворения заявленных требований, поскольку право истца на получение страхового возмещения в виде ремонта транспортного средства на СТОА дилера по направлению страховщика, действиями ответчика не нарушено. Истец не была лишена возможности реализовать свое право на получение страхового возмещения в натуральной форме в соответствии с согласованными условиями договора страхования, с учетом применения оговоренной сторонами франшизы. Заявляя требование о выплате страхового возмещения в денежной форме, истец фактически изменяет в одностороннем порядке условия заключенного договора страхования, что возможно только по соглашению сторон. Более того, только в ходе рассмотрения дела ей стало известно, что на основании личного заявления ФИО1, 06 декабря 2016 года между сторонами договора страхования было заключено соглашение о досрочном прекращении действия договора страхования N № от 18 декабря 2015 года и возврате страхователю ФИО1 части уплаченной ею страховой премии в размере 

<

данные изъяты> руб., которая ею в указанном размере получена 22 февраля 2017 года. Однако истец, обращаясь в суд с данными требования, умолчала о том, что оспариваемый ею в части договор страхования, еще до подачи иска в суд, по ее же обращению, уже прекратил свое действие. Просит в удовлетворении иска отказать. Подробная позиция по иску изложена в письменных возражениях (т.1 л.д.101-105).

Выслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 927 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее-ГК РФ) страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

В силу положений пункта 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Статьей 942 ГК РФ предусмотрено, что при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование.

В соответствии с пунктом 3 статьи 3 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года N4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" добровольное страхование осуществляется на основании договора страхования и правил страхования, определяющих общие условия и порядок его осуществления. 

Исходя из пункта 2 статьи 9 Закона Российской Федерации "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Как установлено судом, ФИО1 является собственником автомобиля "

<

данные изъяты>", рег.знак №.

18 декабря 2015 года между ФИО1 и ОАО "ГСК "Югория" был заключен договор добровольного страхования КАСКО № транспортного средства марки "

<

данные изъяты>", рег.знак № по рискам "Ущерб", "Хищение", страховая сумма по которому определена в размере 

<

данные изъяты> руб.; страховая премия по договору оплачена в размере 

<

данные изъяты> руб., период действия договора – с 19 декабря 2015 года по 18 декабря 2016 года. 

Данный договор страхования заключен на условиях Правил добровольного комплексного страхования автотранспортных средств ОАО "ГСК "Югория" от 18 ноября 2011 года, являющихся неотъемлемой частью договора страхования, о чем указано в страховом полисе. С правилами страхования и его условиями ФИО1 была ознакомлена и обязалась их выполнять, что подтверждается имеющейся в договоре страхования отметкой.

В период действия договора страхования, 10 июня 2016 года в результате действий неизвестных лиц, принадлежащего ФИО1 автомобилю "

<

данные изъяты>", рег.знак № причинены механические повреждения.

По данному факту, постановлением участкового уполномоченного полиции УМВД России по городу Калининграду от 14 июня 2016 года отказано в возбуждении уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктом 1 части 1 статьи 24 УПК РФ.

18 июля 2016 года ФИО1 обратилась в ОАО "ГСК "Югория" с заявлением о страховом событии.

В последующем, 20 марта 2017 года ФИО1 обратилась в ОАО "ГСК "Югория" с претензией о неисполнении обязанности по выплате страхового возмещения в размере 

<

данные изъяты> руб. по договору добровольного страхования транспортного средства.

12 апреля 2017 года АО "ГСК Югория" направило в адрес ФИО1 ответ на указанную претензию, в котором разъяснены условия заключенного договора добровольного страхования автотранспортных средств, не предусматривающие выплату страхового возмещения в денежной форме и особых условий договора страхования № от 18 декабря 2015 года о применении безусловной франшизы в размере 3% от страховой суммы. А также обратив внимание, что в целях исполнения обязательств договора страхования ими 19 июля 2016 года было подготовлено направление ТС на ремонт на СТОА в ООО "

<

данные изъяты>", которое на основании заявления ФИО1 от 20 июля 2016 года было отозвано. В случае поступления в АО "ГСК Югория" заявления на необходимость возобновления ремонта ТС на СТОА, которое ранее было отозвано по заявлению страхователя, АО "ГСК Югория" указало о подготовке повторного направления на ремонт ТС на СТОА в полном соответствии и с учетом особых условий, изложенных в договоре страхования N04 (7-2) 088565-33/15 (т.1 л.д. 9).

На основании статьи 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему (п.2 ст.943 ГК РФ).

Аналогичная позиция изложена в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N20 от 27.06.2013 г., согласно которому при установлении условий договора страхования необходимо учитывать положения Правил страхования. Договор добровольного страхования имущества должен быть заключен в письменной форме (пункт 1 статьи 940 ГК РФ). При этом для установления содержания договора страхования следует принимать во внимание содержание заявления страхователя, страхового полиса, а также правила страхования, на основании которых заключен договор.

Кроме того, согласно положениям пункта 23 указанного Постановления, стороны вправе включать в договор добровольного страхования имущества условия о действиях страхователя, с которыми связывается вступление в силу договора, об основаниях для отказа в страховой выплате, о способе расчета убытков, подлежащих возмещению при наступлении страхового случая, и другие условия, если они не противоречат действующему законодательству, в частности статье 16 Закона о защите прав потребителей.

Согласно пункту 14.2.5 Правил добровольного комплексного страхования автотранспортных средств ОАО "ГСК Югория" от 18.04.2011 года, страховое возмещение производится по форме, выбранной страхователем при заключении договора страхования, и указанной в договоре страхования (страховом полисе).

В данном случае договором страхования № от 18 декабря 2015 года, заключенным с ФИО1, форма выплаты страхового возмещения определена сторонами- ремонт на СТОА дилера по направлению страховщика, за исключением случаев тотального повреждения ТС.

В соответствии с пунктом 14.2.5.1 Правил страхования, при выборе формы страхового возмещения на основании счета (сметы) СТОА, на которую страхователь направляется страховщиком, страховщик в течение 10 рабочих дней после принятия решения о признании произошедшего события страховым случаем подготавливает направление на ремонт на СТОА, о чем не позднее 3 суток уведомляет страхователя любым доступным способом. Риск неблагоприятных последствий длительного получения направления на ремонт на СТОА, при условии надлежащего уведомления страхователя, лежит на страхователе.

Исходя из содержания статьи 929 ГК РФ, статей 9, 10 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 г. N4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации", обязательство по выплате страхового возмещения является денежным.

Вместе с тем, выплата может осуществляться в денежной или натуральной форме (направление на СТОА).

В силу п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон (п. 4 ст. 421 ГК РФ).

Как усматривается из материалов дела, вышеуказанные сроки для принятия решения и подготовки направления на ремонт на СТОА АО "ГСК Югория" соблюдены, 19 июля 2016 года было подготовлено направление N033/16-04-00386/01/05 на ремонт на СТОА в ООО "

<

данные изъяты>" (т.1 л.д.225).

Вместе с тем, 20 июля 2016 года ФИО1 было подано заявление в ОАО "ГСК Югория", которым она уведомила страховщика о том, что не собирается обращаться в сервисную станцию, убытки урегулирует за свой счет (т.1 л.д.227).

Согласно заказ-наряду N20.1 от 16 августа 2016 года ФИО1 произвела самостоятельно ремонт автомобиля в 

<

данные изъяты> на сумму 

<

данные изъяты>.

Направление на ремонт было подготовлено истцу в пределах срока, предусмотренного п. 14.2.5.1 Правил добровольного комплексного страхования автотранспортных средств. Однако это направление не было использовано истцом по причине самостоятельного ремонта автомашины у иного лица.

Таким образом, исходя из положений указанных выше норм права и условий договора страхования, обязанность страховщика по возмещению убытков страхователя, возникшая вследствие наступления предусмотренного договором страхового случая, будет считаться исполненной в случае оплаты стоимости восстановительного ремонта непосредственно СТОА. Оплата страховщиком ремонта застрахованного по договору добровольного страхования транспортного средства действующему законодательству не противоречит, поскольку это осуществляется на основании положений договора страхования и в соответствии с желанием страхователя.

В силу заключенного договора добровольного страхования, страховщик и страхователь в договоре страхования транспортного средства определили форму и способ осуществления страхового возмещения в виде ремонта на станции технического обслуживания автомобилей, что в силу пункта 1 статьи 432 ГК РФ относится к существенным условиям договора. При этом договором страхования не предусмотрена обязанность страховщика по произведению выплаты страхового возмещения денежными средствами непосредственно страхователю. Указанное условие договора в установленном законом порядке истцом оспорено не было, не признано недействительным, с требованиями об изменении условий договора страхования, ни к ответчику, ни в суд она не обращалась.

Суд приходит к выводу установленным, что предусмотренное условиями договора добровольного страхования право истца на восстановление автомобиля путем ремонта на СТОА дилера по направлению страховщика не было нарушено страховой компанией, альтернативной выплаты договором страхования не предусмотрено, как не предусмотрено и одностороннего изменения условий договора.

Отказываясь от направления страховщика на ремонт автомобиля на СТОА, страхователь, по сути, отказывается от страхового возмещения, форма которого согласована при заключении договора страхования в соответствии со ст. 421 ГК РФ. Таким образом, ремонт поврежденного транспортного средства истца был не произведен не по вине АО "ГСК Югория", а нежеланием ФИО1, в связи с чем, оснований для возложения на страховщика обязанности по выплате страхового возмещения в денежной форме у суда не имеется.

Вопреки доводам представителя истца, заявляя требования о выплате страхового возмещения в денежной форме, ФИО1 фактически изменила в одностороннем порядке условия заключенного договора страхования, что возможно только по соглашению сторон. 

Учитывая природу страховой выплаты по договору страхования имущества, страховая выплата обязательно производится в пользу страхователя, направлена на возмещение убытков страхователя, явившихся последствием страхового случая и покрываемых договором страхования, осуществление страховой выплаты носит характер денежной операции, производимой страховщиком.Оплата страховщиком ремонта на СТОА полностью соответствует данным критериям, поскольку ремонт производится в пользу страхователя и направлен на возмещение его убытков.

На основании изложенного требования истца о выплате страхового возмещения являются необоснованными и противоречат договору добровольного страхования транспортного средства № от 18 декабря 2015 года.

В соответствии с абзацем 1 статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно особым условиям Договора страхования № от 18 декабря 2015 года при заключении договора на последующий период, Страхователь заявляет об отсутствии убытков по предшествующему договору страхования транспортного средства №, при этом, в случае, если по указанному договору будут заявлены или урегулированы страховые случаи, по которым не установлено лицо, ответственное за убытки, к которому Страховщиком могут быть предъявлены требования о возмещении ущерба (суброгация), то по соглашению Сторон в рамках настоящего договора устанавливается безусловная франшиза на каждый страховой случай в размере 3% от страховой суммы.

Данное условие согласовано сторонами, что подтверждается наличием подписей обеих сторон.

Как следует из материалов дела, по предшествующему договору страхования, заключенному между ФИО1 и АО "ГСК Югория" №, были урегулированы убытки N033/15-04-00824 и N033/15-04-00823, при этом лицо, ответственное за убыток, к которому страховщиком могут быть предъявлены требования о возмещении причиненного ущерба (суброгации), установлено не было. В связи с данным обстоятельством, по выплатному делу N033/16-04-00386 была применена безусловная франшиза в размере 3% от страховой суммы, что составило – 

<

данные изъяты> руб.

Согласно пункту 7.1 Правил страхования, при заключении договора страхования стороны могут договориться о применении одного или нескольких вариантов франшизы.

Нельзя согласиться с доводами истца о ничтожности условий договора страхования в части, устанавливающих дополнительные условия страхования в виде применения безусловной франшизы, поскольку согласно пункту 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 N20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан" условия договора добровольного страхования имущества могут предусматривать положения, исключающие выплату страхового возмещения, если размер убытков, возникших в результате наступления страхового случая у страхователя (выгодоприобретателя), не превышает или менее определенного договором страхования размера убытков (франшиза). Франшиза может устанавливаться в виде определенного процента от страховой суммы или в фиксированном размере. При определении условий договора добровольного страхования имущества о франшизе стороны должны действовать добросовестно и не допускать злоупотребления правом.

Пункт 9 статьи 10 Закона Российской Федерации "Об организации страхового дела в Российской Федерации" допускает возможность установления условиями договора страхования франшизы, и устанавливает, что франшизой является часть убытков, которая определена федеральным законом и (или) договором страхования, не подлежит возмещению страховщиком страхователю или иному лицу, интерес которого застрахован в соответствии с условиями договора страхования, и устанавливается в виде определенного процента от страховой суммы или в фиксированном размере. В соответствии с условиями страхования франшиза может быть условной (страховщик освобождается от возмещения убытка, если его размер не превышает размер франшизы, однако возмещает его полностью в случае, если размер убытка превышает размер франшизы) и безусловной (размер страховой выплаты определяется как разница между размером убытка и размером франшизы).

Принимая во внимание, что истец при заключении договора страхования мог выбрать дополнительные условия страхования, а также отказаться от заключения договора на дополнительных условиях, то его довод о том, что договор страхования в части установления франшизы считается незаключенным, является необоснованным, поскольку установление франшизы не противоречит требованиям закона и не свидетельствует о злоупотреблении ответчиком принципом свободы договора, поскольку установлено, что применение безусловной франшизы в размере 3% обусловлено количеством обращений страхователя за страховой выплатой в период действия договора страхования.

Таким образом в особых условиях, внесенных непосредственно в полис страхования, стороны согласовали применение франшизы в размере 3% при наличии указанных условий. Условие "без франшизы" применяется ко всем остальным событиям, имеющим признак страхового, не обладающих условиями для применения франшизы предусмотренной особыми условиями. 

В силу указанных выше положений действующего законодательства данное условие является обязательным для сторон договора. Доказательств того, что в момент заключения договора страхователь заблуждался относительно условий договора, в материалах дела не имеется. Подписав договор страхования с ответчиком, ФИО1 признала, что она согласна с условиями страхования. При этом в нарушение требований статьи 56 ГПК РФ ею не представлено доказательств в подтверждение указанных доводов.

Обратившись за выплатой страхового возмещения в рамках данного договора, ФИО1 подтвердила факт его заключения на условиях, изложенных в страховом полисе, то есть, в том числе с условием выплаты 3% франшизы. 

Как следует из материалов дела, на основании заявления ФИО1, договор страхования № от 18 декабря 2015 года прекращен 06 декабря 2016 года; на основании платежного поручения N21462 от 22 февраля 2017 года АО "ГСК Югория" возвращена ФИО1 часть уплаченной ею страховой премии в размере 

<

данные изъяты> руб. 

Согласно пункту 1 статьи 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 452 ГК РФ соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

По смыслу указанных выше норм права, положений ст.958 ГК РФ, страхователь имеет безусловное право отказаться от дальнейшего исполнения договора страхования, обратившись к страховщику с письменным заявлением. С момента получения страховщиком письменного отказа страхователя действие договора страхования прекращается.

Таким образом, в связи с обращением страхователя ФИО1 в АО "ГСК Югория" с заявлением о досрочном прекращении действия договора страхования № от 18 декабря 2015 года, договор прекратил свое действие с 06 декабря 2016 года. 

Учитывая, что заключенный сторонами договор добровольного страхования в части выплаты страхового возмещения путем ремонта на СТОА по направлению страховщика не противоречит требованиям закона, при этом, сторонами были согласованы все его существенные условия, в том числе в части выплаты суммы страхового возмещения с учетом безусловной франшизы в размере 3%, и тех оснований, что договор страхования прекратил свое действие 06 декабря 2016 года, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований о взыскании с ответчика страхового возмещения по договору КАСКО в размере 

<

данные изъяты> руб. и признания договора страхования № от 18 декабря 2015 года в части условия о франшизе незаключенным.

Не подлежат и удовлетворению требования истца о взыскании с ответчика неустойки, штрафа, компенсация морального вреда, поскольку указанные требования являются производными от основных требований о взыскании страхового возмещения и признания договора страхования в части условия о франшизе незаключенным, в удовлетворении которых судом отказано.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении иска ФИО1 к АО "ГСК Югория" о взыскании страхового возмещения по договору КАСКО, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, признании договора страхования № от 18 декабря 2015 года в части условия о франшизе незаключенным- отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Московский районный суд г.Калининграда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 17 ноября 2017 года.

Судья И.А. Мирзоева