Дело № 2-298/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 июня 2018 года г. Новосибирск

Калининский районный суд г. Новосибирска

в с о с т а в е :

Председательствующего судьи Авериной О.А.

При секретаре Гнездиловой О.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору займа и по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 первоначально обратился с иском к ФИО2 о взыскании задолженности по договору займа, в котором просит взыскать с ответчика денежные средства в размере 850 000 руб. – сумму основного долга по расписке; 89 440 руб. 40 коп. – остаток задолженности по кредитному договору № от 17 сентября 2014 года по состоянию на август 2017 года; 347 141 руб. 54 коп. – проценты на сумму долга за период просрочки; а также взыскать судебные расходы на плату юридических услуг - 10 000 руб. и расходы по уплате госпошлины в размере 14 633 руб. 

В обоснование иска ФИО1 указал, что 12 октября 2016 года ФИО2 взял в долг у ФИО1 денежные средства в сумме 850 000 руб. Ответчик обязался вернуть предоставленную денежную сумму в срок не позднее 01 марта 2017 года, также «закрыть» кредитный договор № от 17 сентября 2014 года, что подтверждается распиской. Срок возврата долга наступил, однако до настоящего времени занятые денежные средства ответчиком не возвращены и не закрыт кредитный договор. Должник всячески уклоняется от исполнения принятых на себя обязательств по расписке, тем самым существенно нарушая его условия, законные права и интересы истца. По расчету истца проценты на сумму долга в соответствии со ст. 395 ГК РФ за период с 01 марта 2017 года по 20 октября 2017 года составляют 347 141 руб. 54 коп. (л.д. 6-7 т.1).

08 февраля 2018 года от истца ФИО1 в суд поступило уточненное исковое заявление, в котором истец уточнил период взыскания и размер процентов и просит взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами за период просрочки с 12 октября 2016 года по 07 февраля 2018 года в размере 114 175 руб. 12 коп., в остальной части исковые требования остались прежними (л.д. 48-50 т.1).

В свою очередь ФИО2 обратился в суд со встречным исковым заявлением к ФИО1, по которому просит взыскать с ФИО1 в свою пользу сумму неосновательного обогащения в размере 1 170 836 руб. 62 коп. (л.д. 88 т.1).

В обоснование встречных исковых требований ФИО2 указал, что как следует из искового заявления ФИО1, между нами отсутствовали какие-либо финансовые отношения кроме указанных в расписке от 12 октября 2016 года. Однако, как подтверждается сведениями о движении денежных средств, ФИО2 в адрес ФИО1 были перечислены денежные средства в совокупном размере 1 170 836 руб. 62 коп. Учитывая то, что, по мнению ФИО1 между ними отсутствовали какие-либо обязательства, помимо следующих из расписки от 12 октября 2016 года, полученные ФИО1 от ФИО2 денежные средства в указанном размере является неосновательным обогащением на его стороне. 

Истец по первоначальному иску и ответчик по встречному иску ФИО1 в судебном заседании свои исковые требования с учетом уточнений поддержал в полном объёме, встречные исковые требования не признал в полном объёме, ранее представил возражения на встречное исковое заявление (л.д. 105-106 т.1), дополнительно пояснил (л.д. 125-126 т.1), что с ответчиком ФИО2 они познакомились по работе в 2013 году, затем, в период с 27 февраля 2014 года они работали в одной организации ООО «СибПромТорг», позже истец был переведен в другую фирму под руководством ФИО2, а в августе 2017 года уволился. В феврале 2015 году он предоставил ФИО2 в долг наличные денежные средства в размере 760 000 руб. сроком на 1 год под 100 % годовых, в подтверждение чего была оформлена расписка. По истечении года ответчик отдал ему сумму процентов в размере 120 000 руб., на оставшуюся сумму в размере 1 150 000 руб. была оформлена новая расписка, однако в оговоренный срок деньги вновь не были возвращены и 12 октября 2016 года ФИО2 написал расписку на 850 000 руб., а также обязался ежемесячно гасить задолженность по кредитному договору от 17 сентября 2014 года, который был оформлен между будущей супругой истца и ПАО «Сбербанк России». До августа 2017 года ФИО2 погашал задолженность по кредитному договору в размере ежемесячного платежа либо внося деньги на счет, либо передавая ему наличными. В августе 2017 года он уволился и ФИО2 перестал платить.

По встречным исковым требованиям ФИО1 пояснил, что действительно ФИО2 в период с 2013 по конец 2016 года периодически переводил на его счет денежные суммы, однако это были выплаты по зарплате, что и было указано в назначении платежа. Так, от организации он получал на счет официальную заработную плату в виде оклада, а ФИО2 от имени работодателя переводил процент от продаж. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате судебного заседания был извещен надлежащим образом телефонограммой, а также через представителя (л.д. 27 т.2).

Представитель ответчика по первоначальному иску и истца по встречному иску ФИО2 – ФИО3, действующий на основании доверенности от 16 февраля 2018 года сроком на два года (л.д. 84 т.1), в судебное заседание также не явился, о дате судебного заседания извещен лично (л.д. 27 т. 2), представил заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 47 т.2). Будучи опрошенным в предыдущих судебных заседаниях, первоначальные исковые требования ФИО1 не признавал, встречные исковые требования ФИО2 поддерживал в полном объёме, представил отзыв на первоначальное исковое заявление (л.д. 73-74 т.1), дополнительно пояснял, что ФИО2 оспаривает факт заключения договора займа с ФИО1 и утверждает, что деньги от истца он не получал. При этом, ФИО2 не оспаривает, что расписку писал он, а также что из содержания расписки следует его обязанность вернуть денежную сумму, однако в связи с чем возникли эти обязательства, представителю не известно. Документов, подтверждающих передачу денежных средств истцом ответчику нет, денег в долг не предоставлялось. Кроме того, представителю не известно перечислял ли ФИО2 истцу до августа 2017 года денежные средства в размере ежемесячного платежа в счет погашения задолженности по кредитному договору. 

По встречному иску представитель ФИО3 дал пояснения, аналогичные изложенному во встречном исковом заявлении, пояснив, что в период с 24 января 2013 года по 08 августа 2016 года ФИО2 предоставлял ФИО1 в долг различные денежные суммы, которые перечислялись на счет ФИО1, однако письменно договоры не оформлялись, в связи с чем ФИО2 расценивает эти суммы как неосновательное обогащение ответчика ФИО1 

Суд, выслушав пояснения сторон, допросив свидетеля, исследовав письменные доказательства по делу, полагает, что в удовлетворении первоначальных исковых требований ФИО1, а также в удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 должно быть отказано в полном объеме по следующим основаниям. 

В силу ст.161 ГК РФ должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения: сделки юридических лиц между собой и с гражданами; сделки граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

Как следует из положений ст.162 ГК РФ несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

Согласно ст.420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

На основании ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. 

Из ст.425 ГК РФ следует, что договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

В соответствии со ст.433 ГК РФ если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224).

Согласно ст.431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

В соответствии со ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В силу ст. 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Как следует из ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором. Если иное не предусмотрено договором займа, сумма займа считается возвращенной в момент передачи ее займодавцу или зачисления соответствующих денежных средств на его банковский счет.

На основании ст.812 ГК РФ заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от займодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. Если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), его оспаривание по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя заемщика с займодавцем или стечения тяжелых обстоятельств. Если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от займодавца, договор займа считается незаключенным. Когда деньги или вещи в действительности получены заемщиком от займодавца в меньшем количестве, чем указано в договоре, договор считается заключенным на это количество денег или вещей.

Так, истцом ФИО1 в материалы дела представлена расписка в подлиннике (л.д. 36 т.1), согласно которой 12 октября 2016 года ФИО2 обязался вернуть ФИО4 сумму 850 000 руб. в срок до 01 марта 2017 года, а также обязался «закрыть» кредитный договор № от 17 сентября 2014 года в полном объеме без просрочки.

Из буквального толкования текста представленной расписки от 12 октября 2016 года (л.д. 36 т.1) однозначно не следует, что ФИО1, как займодавец, передал ФИО2, как заемщику по договору займа, денежные средства в размере 850 000 руб. в долг.

Также, из текста расписки не следует, что стороны достигли соглашения по всем существенным условиям договора займа.

Договор займа, как следует из положений ГК РФ, является возмездным, реальным договором, следовательно для его заключения необходима передача денежных средств от займодавца заемщику и из договора займа должно явно усматриваться, что денежные средства были переданы от истца ответчику, следовательно юридически значимым обстоятельством по данному гражданскому делу является факт передачи суммы займа заемщику.

Однако из расписки, представленной истцом усматривается лишь обязательство ответчика ФИО2 выплатить в установленный срок денежные средства в размере 850 000 руб., однако не указано, что правовая природа данного обязательства вытекает из договора займа и не следует, что к моменту подписания расписки от 12 октября 2016 года, либо в иной момент сумма займа в размере 850 000 руб. была передана заемщику.

Таким образом, по мнению суда, истцом не представлено допустимых и относимых доказательств в силу ст.56 ГПК РФ, подтверждающих то обстоятельство, что между истцом и ответчиком был заключен договор займа 12 октября 2016 года, и что ФИО2 была передана сумма займа в размере 850 000 руб.

Вместе с тем, суд учитывает, что сам истец ФИО1 поясняет, что фактически договор займа между ним и ФИО2 был заключен в феврале 2015 года на другую сумму – 760 000 руб. и не оспаривает, что 12 октября 2016 года денежные средства ответчику фактически не передавались.

При этом, каких-либо доказательств, подтверждающих факт заключения договора займа между сторонами в феврале 2015 года истцом ФИО1 на рассмотрение суда также не представлено.

Факт написания расписки от 12 октября 2016 года ответчиком ФИО2 не оспаривался.

Несмотря на то, что срок возврата денежных средств истек 01 марта 2017 года, ответчик ФИО2 денежные средства по расписке от 12 октября 2016 года в размере 850 000 руб. истцу ФИО1 не возвратил. 

Однако, обязанность по возврату денежной суммы по договору займа оспаривается ответчиком ФИО2, поскольку из текста данной расписки не следует, что ответчик получал от истца какие-либо денежные средства, как в размере 850 000 руб., так и в ином размере. Отсутствие в расписке сведений о моменте принятия ответчиком заёмных средств, свидетельствует об отсутствие каких-либо отношений по предоставлению денег в заём, а следовательно, и об отсутствие у ответчика обязательств по возврату 850 000 руб. 

В данном случае расписка ФИО2 не подтверждает наличие заемных обязательств между сторонами.

При этом суд отмечает и то обстоятельство, что согласно ст. 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности; обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе, что свидетельствует о том, что обязательство по выплате ФИО2 денежных средств в размере 850 000 руб. могло возникнуть из иных правоотношений между сторонами. 

С учетом анализа ст.ст. 431, 807 ГК РФ суд приходит к выводу о том, что распиской должен подтверждаться факт передачи денежных средств, являющихся предметом займа и без подтверждения данного факта договор займа не может считаться заключенным и содержание расписки должно позволять установить характер обязательства, возникшего в связи с передачей денежной суммы в размере 850 000 руб., которое не может в любом случае считаться заемным, воля сторон на заключение договора займа должна быть выражена, однако расписка от 12 октября 2016 года не содержит оснований получения денежных средств, условий об их передаче.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что договор займа от 12 октября 2016 года между ФИО1 и ФИО2 является незаключенным, сам факт подписания расписки не свидетельствует о совершении сделки.

Учитывая изложенное, суд полагает, что оснований для удовлетворения требования истца ФИО1 о взыскании с ответчика ФИО2 задолженности по договору займа от 12 октября 2016 года в виде суммы основного долга в размере 850 000 руб. должно быть отказано.

Не подлежит удовлетворению также требование истца ФИО1 о взыскании с ответчика ФИО2 остатка задолженности по кредитному договору 

<

***> от 17 сентября 2014 года по состоянию на август 2017 года в размере 89 440 руб. 40 коп.

Как следует из содержания расписки от 12 октября 2016 года (л.д. 36 т.1) ФИО2 обязался «закрыть» кредитный договор № от 17 сентября 2014 года в полном объеме без просрочек, из чего можно сделать вывод, что ФИО2 обязался погасить задолженность по указанному кредитному договору, однако это условие является не самостоятельным обязательством, а дополнением к обязательству о возврате суммы 850 000 руб.

Вместе с тем, суд полагает, что это условие также не было согласовано между сторонами, поскольку кроме ссылки на кредитный договор 

<

***> от 17 сентября 2014 года, в расписке от 12 октября 2016 года не указана ни сумма, которую ФИО2 обязался выплатить в счет уплаты задолженности по кредитному договору, ни условия выплаты этой суммы (единовременно или ежемесячно), ни срок исполнения указанной обязанности. 

Как следует из кредитного договора 

<

***> от 17 сентября 2014 года и приложения к нему (л.д. 9-14 т.1), кредитный договор был заключен 17 сентября 2014 года между ПАО «Сбербанк России» и ФИО5 (ныне супругой ФИО1), по которому заемщику был предоставлен кредит в размере 212 000 руб. на срок 48 месяцев под 19,5 % годовых, а заемщик ФИО5 обязалась погашать задолженность по кредитному договору путем оплаты ежемесячных аннуитетных платежей в размере 6 394 руб. 90 коп. 17 числа каждого месяца. 

Из выписки по счету по данному кредитному договору следует, что заемщиком ежемесячно вносились платежи в счет погашения задолженности (л.д. 56-65, 66-72 т.1) и по состоянию на 31 января 2018 года остаток долга составил 47 559 руб. 58 коп. (л.д. 55 т.1).

По расчету истца ФИО1 в соответствии с графиком платежей (л.д. 12-13 т.1) остаток задолженности на август 2017 года составлял 89 440 руб. 40 коп. 

По утверждению ФИО1 до августа 2017 года ФИО2 исполнял обязанность по погашению задолженности по кредитному договору от 17 сентября 2014 года путем внесения ежемесячных платежей, однако доказательств этому на рассмотрение суда не представлено.

Учитывая тот факт, что судом сделан вывод о безденежности договора займа от 12 октября 2016 года и отсутствии оснований для исполнения ФИО2 обязанности по возврату задолженности по договору займа, отсутствуют основания и для возложения на ответчика ФИО2 обязанности по погашению задолженности по кредитному договору № от 17 сентября 2014 года в размере 89 440 руб. 40 коп., а потому в этой части в иске ФИО1 также должно быть отказано.

По тем же основаниям не подлежит удовлетворению требование ФИО1 о взыскании с ФИО2 процентов за просрочку возврата денежной суммы за период с 12 октября 2016 года по 07 февраля 2018 года в размере 114 175 руб. 12 коп. 

Как следует из искового заявления (л.д. 6-7, 48-49 т.1), ФИО1 просит взыскать с ФИО2 проценты за просрочку возврата суммы задолженности в соответствии со ст. 395 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 811 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 настоящего Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Следовательно, поскольку судом не установлено наличие между сторонами правоотношений по договору займа от 12 октября 2016 года, а на наличие обязательства по другим основаниям истец ФИО1 не ссылается, не имеется оснований и для взыскания процентов за просрочку выплаты денежной суммы за период с 02 марта 2017 года, а потому в удовлетворении требования о взыскании процентов в размере 114 175 руб. 12 коп. ФИО1 должно быть отказано. 

Таким образом, суд, проанализировав собранные по делу доказательства в их совокупности, приходит к выводу о том, что в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору займа от 12 октября 2016 года необходимо отказать в полном объеме. 

Что касается встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения, то суд также не находит оснований для удовлетворения данного требования по следующим основаниям. 

В соответствии с ч.1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса. Частью второй настоящей статьи предусмотрено, что правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В соответствии со ст. 1103 ГК РФ поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям:

1) о возврате исполненного по недействительной сделке;

2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения;

3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством;

4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Таким образом, обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение произведено за счет другого лица; третьим необходимым условием является отсутствие правовых оснований, то есть приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, прежде всего договоре, то есть происходит неосновательно.

Судом установлено, что действительно истцом по встречному иску ФИО2 на счета ФИО1 в период с 24 января 2013 года по 28 января 2016 года периодически перечислялись денежные средства в размере от 1 500 руб. (минимальная сумма) до 100 000 руб. (максимальная сумма), что следует из выписки по счету ФИО2 (л.д. 13-14 т.2), а также сведений об операциях ФИО2 в Сбербанк Онлайн (л.д. 75-80, 89-94 т.1), отчета об операциях на счету ФИО2 за период с 01 января 2013 года по 10 августа 2016 года (л.д. 33-45 т.2), выписок по счетам ФИО1 (л.д. 135-168, 210-239 т.1), справок о состоянии вклада ФИО1 (л.д. 169-180, 240-249 т.1), сведений об истории движения денежных средств на счетах ФИО1 (л.д. 181-209 т.1, л.д. 1-12 т.2). 

Согласно представленных справок ПАО «Сбербанк России» о состоянии вкладов на имя ФИО1 за период с 01 января 2013 года по 10 августа 2016 года (л.д. 169-180, 240-249 т.1) не усматривается назначение платежей, произведенных ФИО2 ФИО1

По утверждению истца по встречному иску ФИО2 во встречном исковом заявлении (л.д. 88 т.1) перечисленная сумма составляет 1 170 836 руб. 62 коп., при этом расчет иска ФИО2 на рассмотрение суда не предоставлен, однако согласно выписки по счету ФИО2, предоставленного самим истцом по встречному иску (л.д. 13-14 т.2), сумма перечислений составила 964 850 руб. 63 коп., всего за период с 24 января 2013 года по 28 января 2016 года было осуществлено 83 операции по перечислению денежных средств.

В соответствии со ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:

1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное;

2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;

3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки;

4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Ответчик по встречному иску ФИО1 указывает, что перечисленные ему ФИО6 денежные средства за период с января 2013 года по август 2016 года являлись его заработной платой и перечислялись представителем работодателя ФИО6

Указанные обстоятельства нашли свое подтверждение в представленных доказательствах.

Так, согласно копии трудовой книжки ФИО1 (л.д. 107-115 т.1), в период с 01 июля 2012 года по 26 февраля 2013 года ФИО1 работал в ООО «Абсолют-Металл» в должности менеджера по продажам. С 27 февраля 2013 года ФИО1 был принят в ООО «СибПромТорг» на должность менеджера по продажам металлопроката, 01 апреля 2014 года переведен на должность старшего менеджера по продажам металлопроката, с 01 февраля 2015 года переведен на должность начальника отдела продаж металлопроката, что также подтверждается копиями трудовых договоров от 01 апреля 2014 года (л.д. 116-119 т.1) и от 01 февраля 2015 года (л.д. 120-123 т.1).

При этом, трудовой договор от 01 февраля 2015 года с ФИО1 от имени работодателя ООО «СибПромТорг» заключал ФИО2 – исполнительный директор, действующий на основании приказа № 2 от 15 января 2015 года. 

Истцом по встречному иску ФИО2 не опровергается, что он работал с ФИО1 в спорный период и ФИО1 находился в его подчинении. 

Как следует из пояснений ФИО1, в августе 2017 года он уволился из ООО «СибПромТорг».

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО7 (л.д. 126 т.1) пояснила суду, что с 22 декабря 2014 года по 29 мая 2017 года работала в ООО «СибПромТорг» в должности бухгалтера. ФИО2 являлся ее работодателем, а ФИО1 работал менеджером. Она производила начисление только официальной заработной платы. Банк она не вела, банк вел директор ФИО2 Была еще неофициальная часть зарплаты – это процент с продаж, который начислялся по устному указанию директора, письменно нигде зафиксировано не было. Когда она устроилась на работу, эта система уже была, неоднократно она предлагала директору ее узаконить. Официальная часть заработной платы перечислялась через банк со счета организации и на счет работника, а неофициальная часть перечислялась лично ФИО2 на счета работников. Проценты определялись в размере 17-20 % с продаж, это выходили хорошие суммы. Суммы платили частями. Также ей известно, что ФИО2 оплачивал сотрудникам транспортные расходы.

При этом, в опровержение доводов ответчика ФИО1 о том, что ему перечислялись денежные средства в качестве заработной платы, истцом по встречному иску ФИО2 каких-либо доказательств на рассмотрение суда не представлено.

Вместе с тем, истец по встречному иску ФИО2 не представил на рассмотрение суда доказательств, что в период с 24 января 2013 года по 28 января 2016 года ФИО2 заключал с ФИО1 договоры займа, выступая в качестве займодавца.

Исходя из периодичности перечисления денежных средств и количества осуществленных переводов, нельзя говорить и об ошибочности перечисления указанных денежных средств.

Таким образом, суд приходит к выводу, что перечисленные денежные средства от ФИО2 ФИО1 в размере 964 850 руб. 63 коп. являлись приравненными к заработной плате платежами и предоставлялись ответчику по встречному иску в качестве средств к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны, в связи с чем оснований для взыскания с ФИО1 в пользу ФИО2 суммы неосновательного обогащения в заявленном размере 1 170 836 руб. 62 коп. не имеется и в иске ФИО2 должно быть отказано.

В соответствии с п.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

Поскольку в удовлетворении исковых требований истцу по первоначальному иску ФИО1 отказано в полном объеме, заявленные им требования о взыскании судебных расходов по оплате госпошлины в размере 14 633 руб. (л.д. 4 т.1 – квитанция) и расходы по оплате услуг представителя по договору об оказании юридических услуг от 11 октября 2017 года (л.д. 17-18 т.1, л.д. 21 т.2) в размере 55 000 руб. (л.д. 22-24 т.2) также удовлетворению не подлежат. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору займа от 12 октября 2016 года в размере 939 440 рублей 40 копеек и процентов за уклонение возврата суммы долга за период с 01 марта 2017 года по 20 октября 2017 года в размере 347 141 рубль 54 копейки – отказать в полном объеме.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 170 836 рублей 62 копейки - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда.

Судья: Аверина О.А.

Решение суда изготовлено в окончательной форме 25 июня 2018 года.