Дело № 2а-756/2021 (10RS0016-01-2021-002262-55)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Сегежа 20 июля 2021 года

Сегежский городской суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Скрипко Н.В.,

при секретаре Романовой К.В., 

с участием административного истца ФИО1, 

представителей административных ответчиков:

ФСИН России ФИО2, действующей на основании доверенности,

ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия ФИО3, действующего на основании доверенности, 

ФКУ ИК-9 УФСИН России по Республике Карелия ФИО4, действующего на основании доверенности, 

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием видеоконференц-связи административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-9 УФСИН России по Республике Карелия о нарушении условий содержания в исправительных учреждениях, -

У С Т А Н О В И Л:

Административный истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением по тем основаниям, что он на основании приговора Верховного Суда Республики Карелия от 6 мая 2010 года отбывал наказание в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Карелия, в настоящее время отбывает наказание в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия. На протяжении длительного времени он неоднократно был этапирован в различные следственные изоляторы на территории РФ с целью участия в следственных действиях и различных процессах, в том числе гражданских и уголовных. Вместе с тем, он, будучи осужденным с приговором вступившим в законную силу, и содержащимся в следственных изоляторах, был лишен возможности длительных прогулок с занятиями спортом на свежем воздухе, трудоустройства из-за чего не мог платить алименты и производить отчисления на страховую пенсию, права пользования длительными свиданиями, звонками, в камерах отсутствовали телевизоры и холодильники. На основании изложенного просил суд признать, что в периоды его содержания в указанных учреждениях нарушались условия его содержания в исправительных учреждениях. 

При подготовке дела к рассмотрению по существу к участию в деле в качестве соответчиков были привлечены ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-9 УФСИН России по Республике Карелия.

Истец в судебном заседании заявленные требования поддержал по изложенным в иске основаниям, дополнительно пояснил, что начиная с 2010 года он регулярно был этапирован в различные следственные изоляторы на территории РФ, всего в исправительной колонии он за это время содержался года два. В это время у него была возможность трудиться, то есть вовремя оплачивать алименты и делать отчисления в Пенсионный фонд на свою пенсию, он мог на протяжении почти 4 часов гулять ежедневно и заниматься спортом на свежем воздухе, так как в колониях были спортивные городки. В отряде учреждений всегда есть телевизор, то есть у него была возможность смотреть информационные программы, всегда стоял холодильник - была возможность приобретать для своего потребления продукты из числа разрешённых, в том числе скоропортящиеся, которые в изоляторе ему приобретать было нельзя, так как хранить их негде. Также он не мог пользоваться парикмахерскими услугами в полном объеме, так как в колонии можно стричься в любой момент времени при посещении бани, а в изоляторах эта платная услуга и модельную стрижку ему никто не сделает. Находясь в учреждении, у него была возможность пользоваться длительными свиданиями и регулярными телефонными переговорами, чего в следственных изоляторах он был лишен, что сказалось на его семейной жизни – они развелись. На основании изложенного просил указанные обстоятельства признать нарушением условий его содержания чтобы в дальнейшем обращаться с требованием о взыскании компенсации за указанные нарушения. Просил о восстановлении срока для подачи настоящего искового заявления в суд, так как он регулярно переезжал из одного учреждения в другое, не имеет юридического образования и не знал о том, что имеет право подавать исковое заявление о признании указанных действий ответчиков не законными. 

Представитель административного ответчика ФСИН России ФИО2 заявленные требования не признала, дополнительно пояснила, что содержание осужденных в следственных изоляторах для участия их в следственных действиях и иных процессах, предусмотрено ст. 77.1 УИК РФ. Содержание осужденного в СИЗО/ПФРСИ обусловлены рядом ограничений, установленных законом, которые связаны с тем, что в следственном изоляторе режим и условия содержания отличаются от режима и условий содержания в исправительных колониях. В соответствии со ст. 23 Федерального закона № 103-ФЗ все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками вентиляционным оборудованием. Во время отбывания наказания в исправительном учреждении осужденным демонстрируются кинофильмы и видеофильмы, разрешается просмотр телепередач в свободные от работы часы, согласно распорядку дня. При содержании в СИЗО/ПФРСИ осужденные имеют право просматривать телевизионные передачи в течение всего дня, начиная с подъема и до подготовки ко сну. Тем самым истец не был лишен возможности просмотра телевизионных передач, а наоборот осуществлял просмотр телевизора в большем количестве времени, нежели если бы находился в исправительном учреждении. 

Условия содержания осужденных в СИЗО/ПФРСИ должны соответствовать условиям отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда, под условиями отбывания наказания понимается количество посылок, передач, получаемых в течение года, длительных и краткосрочных свиданий, исключением из этого положения является право осужденных на длительные свидания, которые заменяются правом на получение краткосрочных свиданий или телефонных разговоров. 

В соответствии с положениями п. 134 Приказа Минюста РФ от 14 октября 2005 года № 189 «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» подозреваемые и обвиняемые, в том числе водворенные в карцер, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа, несовершеннолетние – не менее двух часов. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией СИЗО с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. 

Согласно ст. 26 Федерального закона № 103-ФЗ дополнительные платные услуги предоставляются при наличии соответствующих условий. Администрация мест содержания под стражей обеспечивает подозреваемым и обвиняемым дополнительные платные бытовые и медико-санитарные услуги, перечень и порядок предоставления которых устанавливаются Правилами внутреннего распорядка. 

Привлечение подозреваемых и обвиняемых к труду осуществляется на основании ст. 27 Федерального закона № 103-ФЗ, при наличии соответствующих условий подозреваемые и обвиняемые по их желанию привлекаются к труду на территории следственных изоляторов и тюрем. В учреждении УФСИН России по Республике Карелия ФИО1 не был трудоустроен, согласно ст. 77 УИК РФ трудоустройству в СИЗО подлежат осужденные к лишению свободы, ранее не отбывавшие лишение свободы, которым отбывание наказания назначено в исправительной колонии общего режима. В связи с тем, что ФИО1 ранее отбывал наказание в виде лишения свободы и ему было назначено отбывание наказания в исправительной колонии строгого режима, трудоустроить ФИО1 не представлялось возможным. 

В соответствии с положениями ст. 113 УИК РФ к осужденным отбывающим наказание за совершение преступлений за хорошее поведение, добросовестное отношение к труду, обучение, активное участие в воспитательных мероприятиях могут применяться меры поощрения. Ранее ФИО1 обращался в Петрозаводский городской суд Республики Карелия с аналогичными требованиями к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия в период с 9 ноября 2018 года по 6 марта 2019 года. Решением суда от 25 сентября 2019 года в удовлетворении требований административного истца отказано, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия решение суда оставлено без изменения. 

На основании изложенного, принимая во внимание положения ст. 56 ГПК РФ, оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется, в связи с чем в удовлетворении требований необходимо отказать в полном объеме. 

Представитель административного ответчика ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия ФИО3 заявленные требования не признал полностью поддержал представленные письменные возражения, дополнительно поясни, что в следственных изоляторах и исправительных учреждениях действует единый разрешенный список продуктов, однако так как холодильники в камеры предоставляются по возможности, предоставить право приобретать все продукты из указанного списка они не могут. В настоящее время у истца появилась возможность пользоваться длительными свиданиями, ранее такого не было, так как не было предусмотрено правилами внутреннего распорядка. В части прогулок не мог согласиться с доводами ФИО1, так как у истца имелась возможность написать заявление и продлить себе прогулки, так как он находится в статусе осужденного с приговором в законной силе, возможность заниматься спорном у истца есть, на улице имеются для этого необходимые приспособления. Услуги парикмахерской оказываются в учреждении в полном объеме, в том числе на бесплатной основе, однако прическу по выбору ФИО1 они предложить не могут. Телефонными переговорами административный истец вправе пользоваться без ограничения, сколько раз напишет заявление. Трудоустройство ему обеспечить не могут, так как в указанной части они руководствуются ст. 77 УИК РФ. 

Представитель административного ответчика ФКУ ИК-9 УФСИН России по Республике Карелия Рыжиков в судебном заседании заявленные требования не признал, поддержала ранее поданные возражения на исковое заявление. Ранее действующая на основании доверенности представитель ФИО5 дополнительно пояснила, что на сегодняшний момент камеры ПФРСИ оборудованы холодильниками, что подтверждается представленными в дело фотоматериалами, но ранее в 2012-2013 года такого не было. Просила применить к требованиям административного истца требования о сроках исковой давности, так как три месяца, предоставленные для обжалования давно истекли. Ранее ФИО1 был подан аналогичный иск в Петрозаводский городской суд, в удовлетворении его требований было отказано. Также истцом в дело не представлено доказательств нарушения его прав. 

Административный ответчик ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области своего представителя в судебное заседание не направил, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ранее направил в адрес суда возражения, в соответствии с которыми в удовлетворении требований ФИО1 просил отказать, так как административный истец находился в учреждении с 13 по 16 ноября 2016 года, с 17 по 22 декабря 2016 года, с 19 по 22 марта 2017 года, с 25 по 28 марта 2018 года, с 19 по 26 мая 2019 года, с 2 по 3 июня 2019 года, с 20 по 27 ноября 2019 года, с 25 по 27 ноября 2020 года, каждый раз следовал через учреждение транзитом с целью лечения (возврата), либо на основании процессуальных документов для участия в следственных действиях, либо иных действиях. Так как ФИО1 находился в учреждении на основании ст. 77.1 УИК РФ условия его содержания регулировались нормами федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а в части условий, предусмотренных ст. 87, 88, 90, 93 УИК РФ – нормами УИК РФ для строгого режима содержания, определенного судом. Таким образом основания для приобретения осужденными к лишению свободы продуктов питания и предметов первой необходимости, получения осужденными к лишению свободы посылок, передач и бандеролей, прогулок осужденных к лишению свободы, которым приговором суда определен строгий режим отбывания наказания, ограничены ст. 123 УИК РФ, а также соответствующими строгому режиму содержания условиями отбывания наказания, которые определяются администрацией исправительного учреждения. СИЗО-2 не располагает в настоящий момент информацией о ранее действующих условиях содержания на каждый момент периода этапирования истца, поскольку личное дело лица, следующего транзитом, не вскрывается и следует за ним. 

Обеспечение режима в СИЗО, поддержание в них внутреннего распорядка возлагается на администрацию учреждения, а также на их сотрудников, которые несут ответственность установленную законом и ведомственными нормативными актами за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей. В связи с тем, что в спорные периоды осужденный фактически находился в СИЗО-2, где имеется исключительно камерное размещение, в результате транзита из одного исправительного учреждения в другое, в отношении него также распространялись нормы Приказа Минюста России от 14 октября 2005 года № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» в части касающейся и неурегулированной уголовно-исполнительным кодексом РФ, иными специальными нормативными актами применительно в условиях СИЗО в соответствии с Правилами, которыми предусмотрено содержание на правах подозреваемого, обвиняемого, осужденного лица, подлежащего в установленном порядке направлению в учреждения, исполняющие уголовные наказания в виде лишения свободы. 

Вместе с тем, пребывая в условиях СИЗО-2 истец не был ограничен в вышеуказанных правах каким-либо образом, реализация прав не ставилась в зависимость от установленных законом ограничений. Согласно Правилам внутреннего распорядка, предоставление услуг магазина розничной торговли, свиданий и телефонных звонков имеет заявительный характер, а истец, согласно имеющейся информации, не обращался к администрации с заявлениями о предоставлении краткосрочных свиданий, телефонных звонков, полагал, что у истца отсутствовала потребность их реализации. 

СИЗО-2 также не располагает информацией (заявлением) о получении истцом к лишению свободы посылок, передач и бандеролей, о приобретении истцом к лишению свободы продуктов питания и предметов первой необходимости, которые также осуществляются в заявительном порядке. Согласно справке от 22 июня 2021 года при проверке материалов бухгалтерского учета установлено, что ФИО1 в период содержания в учреждении с письменным заявлением о приобретении продуктов питания в магазине (ларьке) учреждения не обращался. 

В отношении предоставления свиданий и телефонных переговоров, переписки УИК РФ установлены единые требования, которые по общему правилу не зависят от установленного судом режима отбывания наказания (за исключением строгих условий содержания всех видов режима). 

В силу положений ст. 77.1 УИК РФ право осужденного, привлекаемого в качестве подозреваемого (обвиняемого) на свидания, осуществляется в порядке, установленном ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», согласно ст. 18 ФЗ указанного закона письменного разрешения лица или органа в производстве которых находится уголовное дело, может быть предоставлено не более двух свиданий в месяц с родственниками и иными лицами продолжительностью до трех часов каждое. При этом предоставление длительных свиданий на момент содержания истца не было предусмотрено действующим законодательством, а согласно п. 3 Постановления Конституционного Суда РФ от 28 декабря 2020 года № 50 право требования длительных свиданий возникает по истечение двух месяцев со дня его вступления в силу. 

В соответствии с действующими Правилами внутреннего распорядка обеспечение камер телевизорами и холодильным оборудованием не является обязательным условием в камерах СИЗО и осуществляется только при наличии возможности. В соответствии со справкой отдела специального учета от 21 июня 2021 года по журналу № 177 и журналу № 36/ТО/51-8/6 «Учета жалоб и заявлений подозреваемых, обвиняемых, осужденных, содержащихся под стражей в корпусном отделении следственного изолятора к администрации» жалобы и обращения на условия содержания в СИЗО-2 от административного истца не поступали. 

Поскольку истец следовал транзитом через учреждение, на основании ст. 74 УИК РФ трудоустроен не был. Принимая во внимание, что по решению Правительства РФ в уголовно-исполнительную систему могут входить следственные изоляторы, вместе с тем на основании п. 1 ст. 5 Закона «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» к учреждениям, исполняющим наказание, следственные изоляторы не относятся, а также положения приказа № 94-дсп «Об утверждении Инструкции о работе отделов (групп) специального учета следственных изоляторов и тюрем ФСИН России» личные дела лиц, следующих транзитом, по общему правилу не вскрываются. При данных обстоятельствах, с учетом камерной системы содержания и соблюдения принципа его раздельности в виду отсутствия безусловное обязанности у администрации места содержания под стражей по трудоустройству лиц, к категории которой относился истец, разрешение вопросов его трудоустройства не представляется возможным. 

Как следует из справки отдела режима от 22 июня 2021 года прогулка лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-2, осуществляется в строгом соответствии с требованиями раздела 15 приказа Минюста РФ от 14 октября 2005 года № 189. Согласно журналу учета прогулок № 80 от 18 августа 2016 года, № 112 от 17 ноября 2016 года, № 59 от 24 января 2018 года, № 59 от 14 октября 2019 года, камера, в которой содержался ФИО1, выводилась на прогулку ежедневно, время предоставления прогулки составляло не менее 1 часа. В силу п. 136 Правил возможность для физических упражнений и спортивных игр предоставляется только несовершеннолетним, подозреваемым и обвиняемым, предоставление спортивного инвентаря иным лицам, содержащимся в учреждении, не предусмотрено.

На основании изложенного считали, что истцом в дело не представлено объективных и допустимых доказательств, подтверждающих нарушение условий содержания в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области. К тому же ФИО1 при подаче настоящего искового заявления был пропущен установленный действующим законодательством срок исковой давности для обращения за судебной защитой. 

Административный ответчик ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия своего представителя в судебное заседание не направил, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ранее представил в материалы дела возражения на исковое заявление, в соответствии с которыми возражал против заявленных требований, так как истцом был пропущен срок исковой давности для обращения с настоящими требованиями в суд. 

Помимо прочего в своей правовой деятельности учреждение руководствуется Федеральным законом № 103-ФЗ от 15 июля 1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», Приказом Минюста РФ от 14 октября 2005 года № 189 «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», УИК РФ, Приказом Минюста РФ от 16 декабря 2016 года № 295 «Об утверждении правил внутреннего распорядка исправительных учреждений». Осужденный ФИО1 обращался к администрации учреждения с заявлениями по вопросу трудоустройства, однако истец не был трудоустроен в учреждении, так как согласно ст. 77 УИК РФ трудоустройству в СИЗО подлежат осужденные к лишению свободы, ранее не отбывавшие лишение свободы, которым отбывание наказания назначено в исправительной колонии общего режима. В связи с тем, что ФИО1 ранее отбывал наказание в виде лишения свободы и ему было назначено отбывание наказания в исправительной колонии строго режима, трудоустроить его не представлялось возможным. На основании изложенного считали заявленные требования незаконными и необоснованными, просили о рассмотрении дела без участия их представителя. 

Административный ответчик ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области своего представителя в судебное заседание не направил, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ранее представил возражения на исковое заявление, в соответствии с которым в удовлетворении заявленных требований просил отказать, так как ФИО1 был пропущен срок исковой давности для обращения в суд, составляющий три месяца. Истец содержался в учреждении в период времени с 29 ноября 2019 года по 25 ноября 2020 года на основании постановления судьи Котласского городского суда Архангельской области от 18 октября 2019 года по ст. 77.1 УИК РФ. За указанный период ФИО1 с заявлениями о предоставлении краткосрочных свиданий не обращался, с заявлением о предоставлении парикмахерских услуг не обращался, всего осуществлено истцом 45 телефонных разговоров, получено 4 бандероли и 1 посылка. В период содержания истец пользовался услугами магазина 68 раз, приобретение подозреваемыми и обвиняемыми продуктов питания и предметов первой необходимости регламентируются пунктами 59-65 ПВР. 

Ежедневно согласно установленному графику ФИО1 предоставлялась прогулка в помещениях прогулочных дворов, продолжительностью не менее часа, спортивный городок и спортивная площадка в учреждении отсутствуют. ФИО1 заявление с просьбой о зачислении его в отряд для ведения работ по хозяйственному обслуживанию не писал, в отряде для ведения работ по хозяйственному обслуживанию не трудоустроен, заработную плату не получал, приказа по учреждению о зачислении его в отряд для таких работ не имеется. За период содержания ФИО1 удержаний по исполнительным документам не производилось. 

По заявлению ФИО1 Архангельским областным судом в период с 24 апреля 2020 года по 31 мая 2021 года был рассмотрен ряд исковых заявлений последнего, а именно 

- 24 апреля 2020 года отказано в удовлетворении требований о предоставлении телевизионного приемника, отказано в удовлетворении требований по обязанию обеспечить вещевым имуществом и продуктами питания, 

- 13 мая 2020 года, 20 мая 2020 года и 26 мая 2020 года – по обстоятельствам не принятия и не рассмотрения писем и жалоб административного истца производство по делам было прекращено в связи с отказом истца от заявленных требований, 

- 18 мая 2020 года – отказано в признании незаконным перевода на одиночное содержание, 

- 21 мая 2020 года отказано в удовлетворении требований о признании незаконным действий по необеспечению телевизионным приемником, 

- 27 мая 2020 года отказано в удовлетворении требований о признании действий учреждения по повреждению имущества незаконными, 

- 29 мая 2020 года отказано в удовлетворении требований о признании незаконным содержание в ненадлежащих условиях в камерах № 1, 4 и взыскании компенсации морального вреда, 

- 2 июня 2020 года отказано в удовлетворении требований о признании привлечения к дисциплинарной ответственности незаконным, 

- 8 июня 2020 года заявленные ФИО1 требования удовлетворены частично, признано незаконным не предоставление истребуемых справок, в последующем принят отказ истца от заявленных требований, 

- 24 ноября 2020 года отказано в удовлетворении требований о признании незаконным действий по отказу в предоставлении краткосрочного выезда за пределы исправительного учреждения; 

- 31 мая 2021 года отказано в удовлетворении требований о признании незаконными действий начальника учреждения по внесению изменений в журнал приема у осужденных, обвиняемых, и подозреваемых почтовой корреспонденции и представившего этот документ в суд, как одно из доказательств. 

Вины учреждения в нанесении предполагаемого вреда неправомерными действиями не усматривается, доказательств, подтверждающих нарушения в дело истцом не представлено, на основании изложенного в удовлетворении требований просил отказать. 

Административный ответчик ФКУ СИЗО № 5 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области своего представителя в судебное заседание не направил, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, до рассмотрения дела по существу направил в адрес суда возражения, в соответствии с которыми в удовлетворении требований просил отказать, так как ФИО1 находился в учреждении в периоды времени с 14 мая по 16 мая 2019 года, с 4 по 11 июня 2019 года и с 27 ноября по 7 декабря 2020 года при перемещении из одного учреждения в другое (следовал транзитом). При этом истец был обеспечен индивидуальным спальным местом и вещевым имуществом (матрац, подушка, простыни 2 штуки, наволочка, полотенце (1 шт.), одеяло, также столовыми приборами (тарелкой, кружкой, ложкой) в полном объеме. Посуда и постельные принадлежности выдавались в пригодном для использования состоянии. 

В период содержания ФИО1 в учреждении в соответствии с п. 11 ст. 17 ФЗ № 103 от 15 июля 1995 года истцу ежедневно предоставлялась прогулка в прогулочных дворах, по установленному графику, продолжительностью не менее 1 час. 30 мин. с возможностью заниматься физическими упражнениями. В соответствии с 136 пунктом Приказа № 189 от 14 октября 2005 года каждый прогулочный двор оборудован скамьей, урной для мусора. Крыши прогулочных дворов оборудованы навесом от дождя и снега, спортивный инвентарь предусмотрен только для несовершеннолетних. Оборудование учреждений уголовно-исполнительной системы спортивными городками и спортивными площадками законодательством РФ не предусмотрено. Жалоб на недостаточное количество прогулок от истца не поступало. Заявлений о предоставлении краткосрочных свиданий, телефонных переговоров, услуг парикмахерской в адрес администрации от ФИО1 не поступало, также как и заявлений о приобретении продуктов питания и товаров первой необходимости в адрес ФГУП «Промсервис» ФСИН России. 

Работа непосредственно в учреждении предоставляется по личному заявлению лица, находящегося под стражей, при наличии свободных вакансий в отряде по хозяйственному обслуживанию. Заявлений о трудоустройстве от истца не поступало, следовательно трудоустроен не был в связи с чем за время содержания в учреждении отчислений в Пенсионный фонд и Налоговую инспекцию, уплата алиментов не производились. 

Принимая во внимание, что истцом не сформулированы его исковые требования, не изложено какие именно нормативно-правовые акты были нарушены действиями ответчиков, а также не сформулировано каким образом суд должен устранить нарушение его прав, производство по настоящему делу подлежит прекращению. 

Также истцом пропущен срок исковой давности для обращения с настоящим требованием в суд, при этом доказательств уважительности причин пропуска срока в материалы дела не представлено. 

Административный ответчик ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области своего представителя в судебное заседание не направил, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ранее представил в суд возражения, в соответствии с которыми в удовлетворении требований просил отказать так как исковое заявление не соответствует нормам КАС РФ, так как не содержит в себе требований именно к ответчику. 

ФИО1 содержался в учреждении в периоды времени с 16 июня по 10 октября 2008 года, с 1 по 8 августа 2018 года, с 5 по 13 сентября 2018 года, с 7 по 21 марта 2019 года, с 18 апреля по 3 мая 2019 года, с 21 по 27 сентября 2019 года, с 7 по 19 ноября 2019 года. Камеры, в которых он содержался в указанные периоды времени телевизором и холодильником не оборудованы. 

Истцом также был пропущен срок для подачи настоящего искового заявления в суд, при этом причин уважительности пропуска срока не изложено. 

В силу ст. 77.1 УИК РФ в случаях, предусмотренных ч. 1 и 2 указанной статьи, осужденные содержатся в следственных изоляторах в порядке, установленном Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 109-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда. Право осужденного, привлекаемого в качестве подозреваемого (обвиняемого) на свидания осуществляется в порядке установленном Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Право осужденного, привлекаемого в качестве свидетеля либо потерпевшего, на длительное свидание на территории исправительного учреждения или за его пределами и право несовершеннолетнего осужденного на краткосрочное свидание с выходом за пределы воспитательной колонии заменяются правом на краткосрочное свидание или телефонный разговор. 

Внутренний распорядок в местах содержания под стражей регламентируется ст. 16 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103. Информация о передачах, посылках, свиданиях, основания содержания истца в СИЗО, трудоустройстве и иные сведения не могут быть представлены поскольку данные сведения содержатся в материалах личного дела, личное дело находится по месту содержания административного истца. 

Помимо прочего истец уже обращался в Колпинский районный суд Санкт-Петербурга с требованием о возмещении ущерба и компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями его содержания в следственных изоляторах и исправительных учреждениях, не связанных с незаконными действиями (бездействиями) органов дознания, следствия, решением от 29 октября 2019 года в удовлетворении требований было отказано. 

Предположительно незаконные, по утверждению ФИО1, действия (решения) административного ответчика в момент содержания в учреждении могли умалить права истца, предусмотренные Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ, вместе с тем в настоящее время административный истец убыл из учреждения, правоотношения между сторонами фактически прекращены, при таких обстоятельствах оснований для восстановления прав ФИО1 не имеется. Административным истцом не было представлено доказательств тому, что ему, как заключенному под стражу, было отказано в реализации прав, предусмотренных действующим законодательством, в связи с чем требования удовлетворению не подлежат. 

Административный ответчик ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области своего представителя в судебное заседание не направил, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ранее представил в адрес суда возражения, в соответствии с которыми в удовлетворении требований просил отказать, так как ФИО1 содержался в учреждении в период времени с 29 марта по 1 апреля 2018 года в камере № 200, которая была оборудована телевизором и холодильником. 

Условия содержания в учреждении созданы в соответствии с требованиями действующего законодательства, камеры оборудованы в соответствии с требованиями Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов, утверждёнными Приказом МЮ РФ от 14 октября 2005 года № 189. Прогулка лиц, содержащихся в камерах осуществляется ежедневно, все прогулочные дворики оборудованы скамейками, навесами из кровельного железа, что обеспечивает возможность прогулки во время атмосферных осадков, их площадь составляет 16 кв.м. и 35 кв.м. 

Также в соответствии с нормами действующего законодательства не реже одного раза в неделю административному истцу предоставлялась возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут, смена постельного белья производилась еженедельно, вещевое довольствие предоставлено в полном объеме. 

Так как исковое заявление истца не содержит конкретных требований к административному ответчику, считали данное заявление не соответствующим нормам Кодекса административного судопроизводства РФ. К тому же истцом был пропущен срок исковой давности для обращения с настоящим требованием в суд, составляющий три месяца, доказательств уважительности причин его пропуска суду не представлено. Информация о передачах, посылках, свиданиях, основания содержания в СИЗО, трудоустройстве и иные сведения не могут быть предоставлены, так как содержатся в материалах личного дела, которое находится по месту содержания ФИО1 

Административный ответчик ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми своего представителя в судебное заседание не направил, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ранее направил в адрес суда возражения, в соответствии с которыми в удовлетворении требований просили отказать, так как ФИО1 содержался в учреждении в период времени с 17 ноября 2016 года по 24 ноября 2016 года, следовал транзитом. Административный истец не пользовался услугами магазина в связи с отсутствием на лицевом счету денежных средств, услугами парикмахерской также не пользовался, так как в соответствии с Приложением № 3 к Приказу МЮ от 14 октября 2005 года № 189 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» парикмахерские услуги относятся к дополнительным платным услугам, в данный момент парикмахерская учреждения не функционирует, отсутствует работник, обученный данной профессии. В случае необходимости, обвиняемые и осужденные обращаются с письменными заявлениями в адрес администрации СИЗО-2 о выдаче принадлежностей для стрижки (ножницы, машинка для стрижки волос). За период содержания в учреждении, истец не получал посылки, передачи, бандероли, свиданий не было. Согласно справке бухгалтерии ФИО1 трудоустроен не был, дохода не имел, алименты не оплачивал, начисления в ПФР и ФНС не производил. Административный ответчик считал, что права административного истца в период его нахождения в СИЗО-2 нарушены не были, в связи с чем заявленные требования удовлетворению не подлежат. 

Административные ответчики ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области своих представителей в судебное заседание не направили, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, об отложении дела не ходатайствовали, об уважительности причин не явки не сообщали, возражений относительно предмета спора в адрес суда не направили. 

Заслушав мнение явившихся лиц, исследовав письменные материалы дела, допросив свидетеля, суд приходит к следующим выводам.

Статья 10 УИК РФ устанавливает, что при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Статьей 20 Уголовно-исполнительного кодекса РФ предусмотрено, что в соответствии с законодательством Российской Федерации суд рассматривает жалобы осужденных и иных лиц на действия администрации учреждений и органов, исполняющих наказания.

Согласно ч. 1 ст. 74 УИКРФ исправительными учреждениями являются исправительные колонии, воспитательные колонии, тюрьмы, лечебные исправительные учреждения. Следственные изоляторы выполняют функции исправительных учреждений в отношении осужденных, оставленных для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию, осужденных в отношении которых приговор суда вступил в законную силу и которые подлежат направлению в исправительные учреждения для отбывания наказания, осужденных, перемещаемых из одного места отбывания наказания в другое, осужденных, оставленных в следственном изоляторе или переведенных в следственный изолятор в порядке, установленном ст. 77.1 УИК РФ, а также в отношении осужденных на срок не свыше шести месяцев, оставленных в следственных изоляторах с их согласия. 

В соответствии с ч. 2 ст. 77.1 УИК РФ при необходимости участия в судебном разбирательстве в качестве свидетеля, потерпевшего, обвиняемого осужденные могут быть по определению суда или постановлению судьи оставлены в следственном изоляторе либо переведены в следственный изолятор из исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьмы. 

В случаях, предусмотренных частями первой или второй настоящей статьи, осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее – Федеральный закон № 103-ФЗ) и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда (ч. 3 ст. 77.1 УИК РФ). 

Статьей 15 Федерального закона № 103-ФЗ регламентировано, что в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей. 

Изложенное позволяет прийти к выводу, что на осужденных, переведенных в следственный изолятор в порядке ст. 77.1 УИК РФ, действие Федерального закона № 103-ФЗ распространяется в части порядка их содержания, а условия содержания должны соответствовать условиям, которые они имели при отбывании наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда. 

Согласно статье 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также толкованиям Конвенции, содержащимся в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Процесс отбывания осужденного к лишению свободы наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативных правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" разъяснено, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, статьи 93, 99, 100 УИК РФ).

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 8 февраля 2011 года прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия для отбывания наказания по вступлению приговора Верховного Суда Республики Карелия от 6 мая 2010 года в законную силу. 

Из справки, представленной УФСИН России по Республике Карелия следует, что за указанный период времени административный истец также:

- 10 августа 2011 года - прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия;

- 17 августа 2011 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия для дальнейшего отбывания наказания;

- 10 сентября 2011 года - прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия;

- 16 октября 2011 года - прибыл в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Карелия на основании указания УФСИН России по Республике Карелия от 12 октября 2011 года № исх. 11/ТО-7-9537;

- 28 февраля 2012 года - прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия (по постановлению Сегежского городского суда РК от 2 февраля 2012 года);

- 6 марта 2012 года - прибыл в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Карелия

- 2 июня 2012 года - прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия (по постановлению Верховного Суда Республики Карелия от 11 мая 2012 года для участия в ВКС на 4 июня 2012 года);

- 13 июня 2012 года - прибыл в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Карелия;

- 3 июля 2012 года - прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия (по постановлению Сегежского городского суда РК от 13 июня 2012 года);

- 7 августа 2012 года - прибыл в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Карелия;

- 9 октября 2012 года - прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия;

- 27 октября 2012 года - прибыл в ПФРСИ ФКУ ИК-9 УФСИН России по Республике Карелия;

- 24 ноября 2012 года - прибыл в ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Карелия;

- 15 декабря 2012 года - прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия;

- 25 декабря 2012 года - прибыл ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия;

- 11 апреля 2013 года - прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия;

- 3 мая 2013 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия для дальнейшего отбывания наказания;

- 2 июля 2013 года - прибыл ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия;

- 17 августа 2013 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия для дальнейшего отбывания наказания;

- 2 сентября 2013 года – прибыл в ПФРСИ ФКУ ИК-9 УФСИН России по Республике Карелия;

- 5 октября 2013 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия для дальнейшего отбывания наказания;

- 8 ноября 2013 года - прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия;

- 7 декабря 2013 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия для дальнейшего отбывания наказания;

- 18 декабря 2013 года - прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия (по постановлению Петрозаводского городского суда РК от 17 декабря 2013 года);

- 9 января 2014 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия

- 3 февраля 2014 года прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия, убыл 17 февраля 2014 года в распоряжение ФКЛПУ Б-18 УФСИН России по Республике Коми (наряд №18/22-113 от 13 января 2014 года о готовности принятия на лечение);

- 22 февраля 2014 года - прибыл в ФКЛПУ Б-18 УФСИН России по Республике Коми, убыл 27 марта 2014 года;

- 5 апреля 2014 года - прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия;

- 9 апреля 2014 года - прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике;

- 30 апреля 2014 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия (возврат для дальнейшего отбывания наказания);

- 29 мая 2014 года - прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия на основании постановления Медвежьегорского районного суда Республики Карелия от 16 мая 2014 года для участия в ВКС 4 июня 2014 года по гражданскому делу по иску к ФК ЛПУ РБ-2 о взыскании морального вреда;

- 10 июля 2014 года - прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия;

- 26 июля 2014 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия;

- 30 июля 2014 года - прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия по постановлению Верховного Суда Республики Карелия от 29 июля 2014 года для участия в ВКС 30 июля 2014 года на рассмотрение ходатайства об отсрочки исполнения приговора;

- 8 ноября 2014 года - прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия;

- 28 ноября 2014 года - прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия;

- 20 декабря 2014 года - прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия;

- 25 декабря 2014 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия;

- 14 января 2015 года - прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия на основании постановления Сегежского городского суда Республики Карелия от 24 декабря 2014 года для участия в ВКС 15 января 2015 года по гражданскому делу по исковому заявлению к ФИО6;

- 30 января 2015 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия;

- 4 марта 2016 года - прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия;

- 24 марта 2016 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия;

- 3 июня 2016 года - прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия;

- 29 июня 2016 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия;

- 28 октября 2016 года - прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия на основании Приказа МЮ РФ № 235 от 1 декабря 2005 года;

- 24 ноября 2016 года - прибыл в ФКЛПУ Б-18 УФСИН России по Республике Коми;

- 24 декабря 2016 года - прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия

- 27 декабря 2016 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия (17 марта 2017 года убыл в распоряжение ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Архангельской области на основании постановления старшего следователя СО по ЗАТО г. ФИО7 СК России по Архангельской области и Ненецкому автономному округу от 28 февраля 2017 года в порядке ст. 77.1 УИК РФ для производства следственных и иных процессуальных действий сроком на 2 месяца);

- 24 марта 2017 года - прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Архангельской области;

- 20 июля 2017 года - прибыл в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области;

- 19 августа 2017 года - прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Архангельской области;

- 25 января 2018 года - прибыл в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области;

- 22 февраля 2018 года - прибыл в Областную больницу г. Архангельск (на основании постановления дознавателя ОД ОМВД России «Котласский» от 3 ноября 2017 года для проведения стационарной психиатрической экспертизы);

- 2 апреля 2018 года - прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия;

- 5 апреля 2018 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия;

- 11 мая 2018 года - прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия (постановление СО по г. Петрозаводску СУ СК России по Республике Карелия от 27 апреля 2018 года в порядке ст. 77.1 УИК РФ);

- 23 июля 2018 года - прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области;

- 14 сентября 2018 года - прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия;

- 1 ноября 2018 года - прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия;

- 9 ноября 2018 года - прибыл ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия, убыл в распоряжение УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области 6 марта 2019 года;

- 7 марта 2019 года - прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области;

- 4 мая 2019 года - прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия;

- 7 мая 2019 года - прибыл в ФКЛПУ РБ-2 УФСИН России по Республике Карелия;

- 12 июня 2019 года - прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия;

- 21 сентября 2019 года - прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области (на основании постановления Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 12 июля 2019 года о применении принудительной меры медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа с интенсивным наблюдением до выхода из болезненного состояния с последующим направлением в распоряжение судебно-следственных органов);

- 27 сентября 2019 года - прибыл в ПБСТИН г. Санкт-Петербург (на основании постановления Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 12 июля 2019 года о применении принудительной меры медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа с интенсивным наблюдением до выхода из болезненного состояния с последующим направлением в распоряжение судебно-следственных органов);

- 29 ноября 2019 года - прибыл в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области (на основании постановления Котласского городского суда Архангельской области от 2 августа 2019 года в порядке ст. 77.1 УИК РФ для участия в судебном заседании);

- 1 марта 2020 года - прибыл в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области;

- 9 марта 2020 года - прибыл в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области;

- 25 мая 2020 года - прибыл в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области;

- 9 августа 2020 года - прибыл в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области, убыл 25 ноября 2020 года;

- 8 декабря 2020 года - прибыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия;

- 23 апреля 2021 года - прибыл в ФКУ ЛИУ-4 УФСИН России по Республике Карелия на основании Приказа МЮ РФ № 17 от 26 января 2018 года на обследование;

- 15 мая 2021 года - прибыл в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия (на основании постановления старшего следователя СО по г. Петрозаводск СУ СК РФ по Республике Карелия от 23 апреля 2021 года в порядке ст. 77.1 УИК РФ для производства следственных и иных процессуальных действий сроком на 2 месяца);

- 2 июня 2021 года - прибыл в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия (на основании постановления старшего следователя СО по г. Петрозаводск СУ СК РФ по Республике Карелия от 23 апреля 2021 года в порядке ст. 77.1 УИК РФ для производства следственных и иных процессуальных действий сроком на 2 месяца).

В соответствии со справкой ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия ФИО1 находился в учреждении в следующие периоды времени: с 10 по 16 июня 2010 года, с 27 октября по 10 ноября 2012 года, с 25 декабря 2012 года по 11 апреля 2013 года, с 2 июля по 17 августа 2013 года, с 21 по 27августа 2014 года, с 3 по 5 сентября 2014 года. с 8 по 28 ноября 2014 года, с 2 по 5 апреля 2018 года, с 14 мая по 22 июля 2018 года, с 14 сентября по 1 ноября 2018 года, с 9 ноября 2018 года по 6 марта 2019 года, с 4 по 7 мая 2019 года, с 12 июня по 20 сентября 2019 года и с 15 мая по 2 июня 2021 года. 

Из справки ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми ФИО1 содержался в указанном учреждении в период времени с 17 по 24 ноября 2016 года.

По сведениям УФСИН России по Архангельской области административный истец содержался в следственных изоляторах указанного региона в следующие периоды времени:

ФКУ СИЗО-1 – с 22 по 23 марта 2017 года следовал транзитом, с 26 мая по 2 июня 2019 года;

ФКУ СИЗО-2 – с 24 марта 2017 года по 24 января 2018 года на основании ст. 77 УИК РФ, с 22 апреля по 6 мая 2017 года, с 14 по 19 мая 2017 года, с 4 по 9 июня 2017 года, с 14 июля по 19 августа 2017 года, с 29 сентября по 14 октября 2017 года, с 4 по 9 ноября 2017 года;

ФКУ СИЗО-3 – с 29 ноября по 7 декабря 2019 года, с 13 декабря 2019 года по 29 февраля 2020 года, с 9 марта по 15 мая 2020 года, 23 по 29 июля 2020 года, с 9 августа по 11 сентября 2020 года, с 19 сентября по 15 октября 2020 года, с 21 октября по 25 ноября 2020 года (25 ноября 2020 года убыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия);

ФКУ СИЗО-4 – с 20 июля по 18 августа 2017 года (амбулаторная экспертиза), с 25 января по 22 февраля 2018 года (стационарная экспертиза с 5 февраля по 19 февраля 2018 года вывезен в ГБУЗ «Архангельской области АКПБ»), с 27 по 28 ноября 2019 года следовал транзитом, с 1 по 8 марта 2020 года (амбулаторная экспертиза), с 25 мая по 11 июня 2020 года (карантинные мероприятия), с 26 июня по 22 июля 2020 года, с 1 по 8 августа 2020 года.

Согласно информации УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО1 содержался в следственных изоляторах указанного региона в следующие периоды времени:

ФКУ СИЗО- 4 – с 29 марта по 1 апреля 2018 года;

ФКУ СИЗО-1 – с 23 июля по 13 сентября 2018 года (на основании постановления СО по г. Петрозаводску СУ СК РФ по Республике Карелия от 9 июля 2018 года), с 7 по 20 марта 2019 года (стационарная судебно-психиатрическая экспертиза), с 18 апреля 3 мая 2019 года, с 21 по 27 сентября 2019 года (на основании постановления Петрозаводского городского суда Республики Карелия от 12 июля 2019 года), с 7 по 19 ноября 2019 года, с 28 ноября по 7 декабря 2020 года: 

ФКУ СИЗО-5 – с 14 по 16 мая 2019 года, с 4 по 11 июня 2019 года и с 27 ноября по 7 декабря 2020 года.

По сведениям ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Вологодской области ФИО1 содержался в указанном учреждении в следующие периоды времени с 13 по 16 ноября 2016 года, с 17 по 22 декабря 2016 года, с 19 по 22 марта 2017 года, с 25 по 28 марта 2018 года, с 17 по 26 мая 2019 года, с 2 по 3 июня 2019 года, с 20 по 27 ноября 2019 года, с 25 по 27 ноября 2020 года.

Из ответа на запрос Врио начальника ФКУ ИК-9 ФСИН России по Республике Карелия ФИО8 следует, что административный истец в учреждении содержался в периоды времени с 27 октября по 24 ноября 2012 года и с 2 сентября по 5 октября 2015 года

Приказом Минюста России от 16 декабря 2016 года № 295 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений (далее – Правила № 295), из п. 1 которых следует, что они устанавливают правила внутреннего распорядка, в том числе в следственных изоляторах, выполняющих функции исправительных учреждений, в отношении осужденных, оставленных в следственном изоляторе либо переведенных в СИЗО для участия в следственных действиях или судебном разбирательстве в качестве свидетеля, потерпевшего, подозреваемого или обвиняемого. 

Правила обязательны для администрации ИУ, содержащихся в них осужденных, а также иных лиц, посещающих ИУ. Нарушение Правил влечет ответственность, установленную законодательством Российской Федерации (п. 3 Правил № 295).

Пунктом 69 Правил № 295 предусмотрено, что осужденным предоставляются краткосрочные свидания продолжительностью четыре часа и длительные свидания продолжительностью трое суток на территории ИУ.

Краткосрочные свидания предоставляются с родственниками или иными лицами в присутствии администрации исправительного учреждения. Длительные свидания предоставляются с правом совместного проживания с супругом (супругой), родителями, детьми, усыновителями, усыновленными, родными братьями и сестрами, дедушками, бабушками, внуками, а с разрешения начальника исправительного учреждения - с иными лицами.

Количество лиц, допускаемых на длительное свидание, определяется с учетом вместимости комнат длительных свиданий и графика предоставления свиданий (пункт 70).

Разрешение на свидание дается начальником исправительного учреждения, лицом, его замещающим либо назначенным приказом начальника исправительного учреждения ответственным по исправительному учреждению, в выходные и праздничные дни по заявлению (в том числе посредством электронной записи) осужденного либо лица, прибывшего к нему на свидание.

Длительные свидания с супругом (супругой), родителями, детьми, усыновителями, усыновленными, родными братьями и сестрами, дедушками, бабушками предоставляются по документам, подтверждающим их родство (свойство) с осужденными (пункт 71).

Воспользоваться правом на предоставление свидания осужденный может сразу же после распределения из карантинного отделения в отряд (для тюрем - общую камеру), независимо от того, имел ли он предыдущее свидание в местах содержания под стражей. При наличии права на краткосрочное и длительное свидания вид первого определяет осужденный, при этом длительное свидание предоставляется в порядке общей очереди. Последующие свидания предоставляются по истечении периода, равного частному от деления двенадцати месяцев на количество свиданий данного вида, полагающихся осужденному в год.

При переводе осужденного из одних условий содержания в другие периодичность предоставления свиданий исчисляется от даты предоставления последнего в предыдущих условиях отбывания наказания (пункт 73).

В соответствии с ч. 3 ст. 77.1 УИК РФ в случаях, предусмотренных частями первой и второй настоящей статьи, осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Федеральный закон "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений"), и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда. Право осужденного, привлекаемого в качестве подозреваемого (обвиняемого), на свидания осуществляется в порядке, установленном Федеральным законом "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений". Право осужденного, привлекаемого в качестве свидетеля либо потерпевшего, на длительное свидание на территории исправительного учреждения или за его пределами и право несовершеннолетнего осужденного на краткосрочное свидание с выходом за пределы воспитательной колонии заменяются правом на краткосрочное свидание или телефонный разговор в порядке, предусмотренном частью третьей статьи 89 настоящего Кодекса.

Постановлением от 28 декабря 2020 года N 50-П Конституционный Суд дал оценку конституционности положениям статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и статьи 18 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

Оспоренные положения являлись предметом рассмотрения постольку, поскольку на их основании не предоставляются длительные свидания осужденным к лишению свободы, оставленным в следственном изоляторе либо переведенным в следственный изолятор из исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьмы при необходимости участия в следственных действиях в качестве подозреваемого, обвиняемого либо участия в судебном разбирательстве в качестве обвиняемого.

Оспоренные положения в их взаимосвязи были признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой указанные лица лишаются права на длительные свидания без установленных законом оснований, подлежащих судебному контролю, и при этом без учета продолжительности нахождения в следственном изоляторе в порядке статьи 77.1 данного Кодекса.

В соответствии с нормами действующего законодательства право на неприкосновенность частной и семейной жизни, в том числе на неформальное общение, защищается законом в отношении каждого, т.е. оно распространяется и на лиц, которые лишены свободы в установленном законом порядке и которые в целом, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, обладают теми же правами и свободами, что и остальные граждане, за изъятиями, обусловленными особенностями их личности, совершенных ими преступлений и специальным режимом мест лишения свободы (Постановление от 15 ноября 2016 года N 24-П; определения от 13 июня 2002 года N 173-О, от 9 июня 2005 года N 248-О, от 16 февраля 2006 года N 63-О, от 15 июля 2008 года N 454-О-О, от 25 февраля 2010 года N 258-О-О и др.). Лишение свободы изменяет привычный ритм жизни человека, его отношения с окружающими и имеет существенные морально-психологические последствия, ограничивая его права и свободы не только как гражданина, но и как личности, что связано с противоправным поведением виновного и обусловлено необходимостью ограничения его естественного права на свободу в целях защиты нравственности, прав и законных интересов других лиц. Вместе с тем соблюдение законных интересов задержанных, заключенных под стражу или осужденных к лишению свободы по приговору суда предполагает, в частности, что они не могут быть полностью исключены из сферы общения с людьми, находящимися с ними в тесных личных, прежде всего родственных, семейных и супружеских отношениях (определения от 1 октября 2009 года N 1053-О-О и от 7 февраля 2013 года N 133-О).

С учетом конституционных положений и норм международного права, являющихся в силу статьи 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации частью российской правовой системы, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 15 ноября 2016 года N 24-П констатировал наличие права на длительные свидания у всех категорий осужденных, включая тех, кому назначено пожизненное лишение свободы.

Сам факт оставления осужденных к лишению свободы в следственном изоляторе либо их перевода в следственный изолятор из исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьмы для участия в следственных действиях или в судебном разбирательстве не меняет и не может менять основания и условия исполнения наказания, определенные вступившим в законную силу приговором суда, и обусловленное приговором правовое положения лица как осужденного. Следовательно, такие лица сохраняют свой статус осужденных к лишению свободы с присущими этому статусу и предусмотренными уголовно-исполнительным законодательством правами и обязанностями, включая право на свидания с родственниками или иными лицами. В этой связи в случаях привлечения осужденных к лишению свободы к участию в следственных действиях или в судебном разбирательстве они содержатся в следственном изоляторе на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда (части первая - третья статьи 77.1 данного Кодекса).

Правовое положение лиц, подозреваемых или обвиняемых в преступлении и заключенных под стражу, значительно отличается от правового положения осужденных к лишению свободы, оставленных в следственном изоляторе или переведенных туда для участия в следственных действиях или в судебном разбирательстве по решению следователя, дознавателя или суда, вынесение которого не требует наличия предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации условий и оснований, необходимых для избрания и продления меры пресечения в виде заключения под стражу. Поскольку оставление в следственном изоляторе или перевод туда в порядке статьи 77.1 УИК Российской Федерации не предполагают в качестве обязательного условия избрания осужденным этой меры пресечения, они и не должны влечь дополнительных ограничений прав осужденных, в отношении которых при обычных условиях отсутствовали бы основания или условия для избрания либо продления заключения под стражу или же имелись основания для избрания иной, более мягкой, меры пресечения, - что, однако, не исключает и применения ограничений, предопределенных объективными обстоятельствами, связанными с участием в следственных действиях или в судебном разбирательстве.

Между тем статья 77.1 УИК Российской Федерации во взаимосвязи со статьей 18 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" допускают произвольное, без установленных законом оснований ограничение осужденных к лишению свободы в праве на длительные свидания, причиной которого служат, по существу, само оставление в следственном изоляторе или перевод туда, отчасти продиктованные потребностями рациональной организации производства по уголовному делу, деятельности органов предварительного расследования и суда. Это ведет к отступлению от требования соразмерности ограничений прав преследуемым целям.

Конституционный Суд определил следующий порядок исполнения данного решения:

впредь до внесения в УИК Российской Федерации и иные законодательные акты надлежащих изменений вопрос об ограничении права на длительные свидания, принадлежащего указанным лицам, подлежит разрешению судом с учетом обстоятельств, свидетельствующих о том, может ли предоставление длительного свидания воспрепятствовать производству по уголовному делу или разрешению его судом;

при необходимости ограничения такого осужденного в праве на длительные свидания следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора возбуждает перед судом мотивированное ходатайство с приложением материалов, подтверждающих его обоснованность. Если срок пребывания осужденного в следственном изоляторе в порядке статьи 77.1 УИК Российской Федерации превышает шесть месяцев (в том числе с учетом временного возвращения в исправительную колонию, воспитательную колонию или тюрьму, за время которого длительное свидание не предоставлялось), длительное свидание предоставляется, за исключением случая, когда решение об ограничении данного лица в праве на длительное свидание принято таким судом, который уполномочен на продление срока содержания под стражей свыше шести месяцев согласно положениям Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации;

право требовать длительного свидания в соответствии с данным Постановлением возникает по истечении двух месяцев со дня его вступления в силу.

Положением п. «б» ч. 1 ст. 123 УИК РФ предусмотрено, что осужденные к лишению свободы, отбывающие наказание в обычных условиях в исправительных колониях строгого режима, проживают в общежитиях. Им разрешается в том числе иметь три краткосрочных и три длительных свидания в течение года.

В силу п. «б» ч. 3 ст. 123 УИК РФ осужденные, отбывающие наказание в строгих условиях, проживают в запираемых помещениях. Им разрешается иметь два краткосрочных свидания и два длительных свидания в течение года.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что вплоть до 28 февраля 2021 года с учетом порядка исполнения Постановления от 28 декабря 2020 года N 50-П нормами действующего законодательства право предоставления длительных свиданий для лиц, содержащихся в следственных изоляторах на основании положений ст. 77.1 УИК РФ предусмотрено не было, в связи с чем оснований для признания действий ответчиков в части не предоставления указанных свиданий незаконными не имеется, при этом суд принимает во внимание заявительный характер предоставления права на длительные свидания, а также тот факт, что в материалы дела не было представлено принятых в отношении ФИО1 правоприменительных решений, основанных на положениях статьи 77.1 УИК Российской Федерации и статьи 18 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

Также суд при принятии решения в указанной части принимает во внимание, что в следственных изоляторах ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области, ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми, ФКУ ИК-9 УФСИН России за исключением ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Архангельской области, ФИО1 содержался каждый раз менее шести месяцев.

В отношении действий ответчика ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Архангельской области в период времени с 24 марта 2017 года по 24 января 2018 года в части непредоставления длительных свиданий суд принимает во внимание указание на тот факт, что право требования длительного свидания в соответствии с Постановлением от 28 декабря 2020 года N 50-П возникает по истечении двух месяцев со дня его вступления в законную силу, а также пояснения ФИО1, указавшего, что с заявлениями о предоставлении ему длительных свиданий последний не обращался, в связи с чем отсутствуют решения об отказе в их предоставлении на основании ст. 77.1 УИК РФ и статьи 18 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», суд не находит оснований для признания действий указанного ответчика незаконными. 

В части непредоставления длительных прогулок суд приходит к следующим выводам. 

Распорядок дня на основе примерного распорядка дня осужденных (приложение N 6), а также распорядок дня осужденных, содержащихся в ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, одиночных камерах, на основе примерного распорядка дня осужденных, содержащихся в ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ, одиночных камерах (приложение N 7), утверждается приказом начальника ИУ, доводится до сведения администрации ИУ и осужденных и размещается в общедоступных местах в виде наглядной информации (пункт 22 главы 3 Правил № 295).

Приложением № 6 к Правилам предусмотрен примерный распорядок дня осужденных, в соответствии с которым Подъем - не позднее 05:00 - 06:00, физическая зарядка (продолжительность) - до 15 мин., туалет, заправка коек - до 20 мин., утренний осмотр, утренняя и вечерняя проверки - до 40 мин., завтрак - до 30 мин., развод на работу - до 40 мин., рабочее время - в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации, обед - до 40 мин., вывод с работы, вечерний туалет - до 25 мин., ужин - до 30 мин., личное время - 2 часа., воспитательные мероприятия - до 1 часа., культурно-массовая работа, учеба в школе, профессиональном училище - по отдельному графику, подготовка ко сну - до 10 мин и сон (непрерывный) - 8 часов.

Частью 4 ст. 69 УИК РФ предусмотрено, что осужденные пользуются правом ежедневной прогулки продолжительностью не менее одного часа.

В силу положений ст. 93 УИК РФ осужденные, отбывающие лишение свободы в запираемых помещениях, штрафных изоляторах, дисциплинарных изоляторах, помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа, общих и одиночных камерах, если они не работают на открытом воздухе, имеют право на прогулку, продолжительность которой устанавливается статьями 118, 121, 123, 125, 127, 131 и 137 настоящего Кодекса.

Прогулка осужденных проводится в дневное время на специально оборудованной части территории исправительного учреждения. Прогулка может быть досрочно прекращена в случае нарушения осужденным Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений.

В связи с чем суд приходит к выводу, что длительность прогулки нормами действующего законодательства для осужденных, отбывающих назначенное наказание в виде лишения свободы в исправительных учреждениях четко не регламентирована и должна составлять не менее часа. 

Приказом Минюста России от 14 октября 2005 года № 189 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее – Правила № 189), из положений п. 134 которых подозреваемые и обвиняемые, в том числе водворенные в карцер, пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа, несовершеннолетние - не менее двух часов. Продолжительность прогулки устанавливается администрацией СИЗО с учетом распорядка дня, погоды, наполнения учреждения и других обстоятельств. Продолжительность прогулок беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей в возрасте до трех лет, не ограничивается.

Положений, позволяющих осужденным, содержащимся в следственных изоляторах, обращаться с заявлением о предоставлении прогулки, больше продолжительности, нежели закреплено распорядком дня, Правила № 189 не содержат. 

Представленные в материалы дела распорядки дня для подозреваемых, обвиняемых и осужденных, содержащихся в камерах режимного корпуса предусматривают прогулки в следующих учреждениях: 

- ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия с 7.00 до 8.00 завтрак, прогулка спецконтингента, убывающего в ИВС, с 9.00 до 12.00 час. режимные мероприятия, в том числе прогулка (ежедневно); с 14.00 до 18.00 час. режимные мероприятия, в том числе прогулка (ежедневно);

- ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия прогулка, режимные мероприятия с 9.00 до 13.00 час., с 14.00 час. до 18.00 час.;

- ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области с 10.00 до 13.00 час. вывод на прогулку, санобработку, с 14.00 до 18.45 час. вывод на прогулку и санобработку, при этом представлены графики проведения прогулки в учреждении за май, июнь 2019 года и ноябрь – декабрь 2020 года, в соответствии с примечанием к которому время проведения прогулки составляет не менее 1,5 час. (для несовершеннолетних – 2 часа, для беременных женщин с детьми – неограниченно);

- ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области утвержденные 5 февраля 2016 года, 15 сентября 2017 года – с 9.00 до 13.00 час. вывод на прием в медицинскую часть, на прогулку, в баню, на телефонные переговоры, с 14.00 до 17.30 час. вывод на прием в медицинскую часть, на прогулку, в баню, от 27 декабря 2018 года с 9.00 до 13.00 час. прогулка в прогулочных дворах ежедневно, с 14.00 до 16.00 час. прогулка в прогулочных дворах ежедневно, от 24 декабря 2020 года установлена прогулка с 9.00 до 13.00 час. ежедневно;

- ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области с 7.10 до 8.00 час., с 19.40 до 20.40 час. прогулка;

- ПФРСИ ФКУ ИК-9 УФСИН России по Республике Карелия с 9.15 до 12.00 час., с 13.30 до 18.00 час. прогулка, участие в следственных действиях и судебных заседаниях. 

ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия, где в настоящее время отбывает наказание ФИО1, также был представлен распорядок дня осужденных отряда, в соответствии с которым прогулка в указанном учреждении предусмотрена с 7.10 до 7.30 час., с 12.20 до 12.30, для осужденных, содержащихся в ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ прогулка предусмотрена с 11.40 до 12.40, ПКТ/ЕПКТ с 12.50 до 15.20 час.

Принимая во внимание пояснения ФИО1, данные в судебном заседании суд приходит к выводу, что административный истец воспринимает, как прогулки в исправительных учреждениях различные режимные мероприятия, проводимые в отряде, такие как физическая зарядка, проверка, построение и т.д., проводимые на улице, вместе с тем нормы действующего законодательства, как для исправительных учреждений, так и для следственных изоляторов предусматривают временную норму количества прогулок не менее часа как для осужденных, так и для подозреваемых и обвиняемых, которая предоставлялась ФИО1 в установленном порядке. На основании изложенного суд приходит к выводу, что всеми административными ответчиками прав истца на прогулку в установленном законом порядке нарушено не было, в связи с чем в указанной части в удовлетворении заявленных требований необходимо отказать. 

Факт предоставления прогулки не менее одного часа административным истцом не оспаривался. 

В соответствии с п. 13 Правил № 295 осужденные имеют право участвовать в культурно-массовых и спортивных мероприятиях, пользоваться библиотекой, настольными играми в определенное распорядком дня время. 

Из положений п. 136 Правил № 189 прогулка проводится на территории прогулочных дворов. Прогулочные дворы оборудуются скамейками для сидения и навесами от дождя. Во время прогулки несовершеннолетним предоставляется возможность для физических упражнений и спортивных игр. Прогулочные дворы для женщин с детьми засаживаются зеленью и оборудуются песочницами.

В связи с чем суд приходит к выводу, что ни на исправительные учреждения, ни на следственные изоляторы не возложена обязанности действующим законодательством по обеспечению учреждений спортивным инвентарем, то есть возможность пользоваться им у ФИО1 может быть только при его наличии, в том числе и в исправительной колонии. Так как действующее законодательство не содержит различий в обязанности следственных изоляторов и исправительных учреждений по предоставлению спортивного инвентаря, суд не находит оснований для признания указанных действий всех ответчиков по непредоставлению спортивного инвентаря незаконными, в связи с чем в удовлетворении указанной части искового заявления также считает необходимым отказать. 

В силу ч. 1 ст. 92 УИК РФ осужденным к лишению свободы предоставляется право на телефонные разговоры. При отсутствии технических возможностей администрацией исправительного учреждения количество телефонных разговоров может быть ограничено до шести в год. Продолжительность каждого разговора не должна превышать 15 минут. Телефонные разговоры оплачиваются осужденными за счет собственных средств или за счет средств их родственников или иных лиц. Порядок организации телефонных разговоров определяется федеральным органом исполнительной власти, в ведении которого находится исправительное учреждение.

Телефонный разговор, в том числе с использованием систем видеосвязи при наличии технических возможностей, предоставляется начальником ИУ, лицом, его замещающим, либо ответственным по ИУ в выходные и праздничные дни, по письменному заявлению осужденного, в котором указываются фамилия, имя, отчество, адрес места жительства, номер телефона абонента и продолжительность разговора, не превышающая 15 минут, а также язык, на котором будет вестись телефонный разговор (п. 85 Правил № 295).

Положениями п. 87 Правил № 295 предусмотрено, что реализация права на телефонные разговоры осуществляется, как правило, в нерабочее время в специально оборудованных переговорных пунктах или выделенных для этих целей помещениях ИУ, оснащенных абонентскими устройствами с технической возможностью обеспечения контроля проводимых переговоров.

В силу п. 150 Правил № 189 подозреваемому или обвиняемому телефонные переговоры с родственниками или иными лицами предоставляются администрацией СИЗО при наличии технических возможностей на основании письменного разрешения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, либо суда. Разрешение действительно только на один телефонный разговор.

В письменном разрешении на предоставление телефонного разговора, заверенном гербовой печатью, должно быть указано, кому и с какими лицами он предоставляется, их адреса места жительства и номер телефона абонента.

На основании письменного разрешения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, либо суда и заявления подозреваемого или обвиняемого начальник СИЗО либо лицо, его замещающее, дает письменное указание о разрешении телефонного разговора с учетом наличия денежных средств на лицевом счете подозреваемого или обвиняемого (п. 151 Правил № 189).

В соответствии с п. 152 Правил № 189 телефонные переговоры подозреваемых и обвиняемых проводятся под контролем сотрудников СИЗО в специально оборудованном для этих целей помещении. Телефонный разговор прослушивается сотрудниками СИЗО, о чем перед его началом информируется подозреваемый и обвиняемый и его абонент. При необходимости перевода разговора на государственный язык Российской Федерации приглашается переводчик.

По справке ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия административному истцу предоставлялись телефонные переговоры 10 июня, 16 июня, 22 июня, 1 июля и 11 июля 2021 года.

В учреждении ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия ФИО1 предоставлялись телефонные переговоры дважды 9 апреля, 7 июня, 26 июня, 15 и 21 июля, 15 и 18 сентября, 23 и 11 октября, трижды 29 ноября, дважды 6 декабря, 13 и 23 декабря 2018 года, 3, 9, 18 и 29 января, 4, 11, 19 и 25 февраля, 4 марта, 29 июня дважды, также дважды 6 июля, 21 и 25 июля, 1 и 8 августа, 3, 11 и дважды 17 сентября 2019 года. При этом предоставить сведения о телефонных переговорах ранее указанных дат не предоставляется возможным, так как журналы учета вышеуказанных позиций уничтожены в связи с истекшим сроком хранения. 

Из сведений начальника отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области капитана внутренней службы ФИО9 административным истцом были произведены телефонные переговоры в следующие дни: 14 23 и 13 февраля 2020 года, 10, 20 и 24 апреля 2020 года, 6, 8, 13 и 14 мая 2020 года, 10, 14, 24, 26, 28 и 31 августа 2020 года, 10, 21, 20, 23 и 30 сентября 2020 года, 4, 5, 9, 22, 23, 26 и 28 октября 2020 года, 6, 13, 16 и 23 ноября 2020 года, 13 апреля 2020 года, 11 мая 2020 года, 16 августа 2020 года, 2 и 25 сентября 2020 года, 12 и 31 октября 2020 года, 17 апреля 2020 года, 13 мая 2020 года, 21 августа 2020 года, 9 и 28 сентября 2020 года, 14 октября 2020 года, 4 ноября 2020 года, а всего 45 раз. 

По справке ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО10 за период содержания в указанном учреждении с заявлениями о предоставлении телефонных переговоров не обращался. 

В соответствии с отзывом на исковое заявление ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области предоставить сведения о предоставлении административному истцу телефонных переговоров не представляется возможным в связи тем, что данные сведения содержатся в материалах личного дела, которое находится по месту содержания административного истца. 

Согласно справке старшего инспектора ОРН ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области ст. лейтенанта внутренней службы ФИО11 с заявлением о предоставлении телефонных переговоров ФИО1 за период содержания в учреждении не обращался. 

Аналогичные сведения также указаны в ответе на запрос УФСИН России по Вологодской области за период содержания административного истца в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, доказательств обратному в материалы дела не представлено. 

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, тот факт, что ни Правилами № 195, ни Правилами № 189 не ограничивается количество проведенных в определенный период телефонных переговоров, их заявительный характер, суд не находит оснований для признания в указанной части действий всех административных ответчиков незаконными, поскольку меньшее количество разговоров зависело от объективных внешних обстоятельств (технической возможности).

Положениями п. 16 Правил № 295 предусмотрено, что осужденные обязаны в том числе соблюдать правила личной гигиены. Длина волос на голове (для мужчин) определяется с учетом стрижки машинкой с использованием насадок, обеспечивающих длину волос до 20 мм. Длина бороды или усов (для мужчин) определяется с учетом стрижки машинкой с использованием насадок, обеспечивающих длину волос на бороде до 9 мм. В случае наличия медицинских показаний (травмы лица или иных медицинских показаний, осложняющих бритье) осужденным может быть разрешено ношение более длинной бороды и усов.

К дополнительным услугам, оказываемым по инициативе осужденных и оплачиваемым за счет их собственных средств, относятся в том числе парикмахерские услуги (п. 110 Правил № 295). 

Приложением № 3 к Правилам № 189 предусмотрено, что в соответствии со статьей 26 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (Собрание законодательства Российской Федерации, 1995, N 29, ст. 2759; 1998, N 30, ст. 3613; 2001, N 11, ст. 1002; 2003, N 27, ст. 2700; N 50, ст. 4847; 2004, N 27, ст. 2711) администрация СИЗО обеспечивает подозреваемым и обвиняемым, при наличии соответствующих условий, следующие платные услуги - модельная стрижка, укладка волос на голове, бритье.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что Правилами, как для исправительных учреждений, так и для следственных изоляторов предусмотрено оказание парикмахерских услуг на платной основе. 

Правилами № 295 определена длина допустимой стрижки, при этом условий предоставления парикмахерских услуг бесплатно, либо путем предоставления приборов для осуществления самостоятельной стрижки не изложено.

Административным истцом не оспаривался факт предоставления ему необходимого оборудования для самостоятельной стрижки, либо же выдача ему личной машинки для стрижки волос. 

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу, что оснований для признания действий ответчиков в части непредоставления парикмахерских услуг на бесплатной основе не имеется, в связи с чем в удовлетворении требований в указанной части в отношении всех административных ответчиков суд считает необходимым отказать. 

Положениями п. 24 Правил № 295 предусмотрено, что осужденные обязаны трудиться в местах и на работах, определенных администрацией ИУ, с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и прохождения ими обучения по специальности, требующей соответствующей квалификации, а также исходя из наличия рабочих мест, кроме работ и должностей, на которых запрещается использование осужденных в соответствии с перечнем (приложение N 8).

Осужденные, водворенные в ШИЗО, переведенные в ПКТ или ЕПКТ, работают отдельно от других осужденных в специально оборудованных рабочих камерах.

Осужденные, находящиеся в строгих условиях отбывания наказания, работают отдельно от других осужденных в отдельных помещениях.

Труд осужденных, отбывающих лишение свободы в тюрьмах, организуется только на территории тюрьмы (п. 26 Правил № 295).

Положениями п. 1 ст. 77 УИК РФ предусмотрено, что в исключительных случаях лица, осужденные к лишению свободы, ранее не отбывавшие лишение свободы, которым отбывание наказания назначено в исправительной колонии общего режима, могут быть с их согласия оставлены в следственном изоляторе или тюрьме для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию.

В силу п. 106 Правил № 189 подозреваемые и обвиняемые, изъявившие желание трудиться, пишут заявление на имя начальника СИЗО либо лица, его замещающего, который обязан не позднее чем в трехдневный срок рассмотреть его и принять соответствующее решение. При отсутствии в учреждении возможности трудоустроить подозреваемых и обвиняемых им даются соответствующие разъяснения. Заработная плата подозреваемых и обвиняемых после производства удержаний, предусмотренных законом, перечисляется на их лицевые счета.

Частью 1 ст. 37 Конституции РФ закреплено, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В соответствии с ответом на запрос ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия ФИО1 в период времени с 7 мая 2013 года по 17 июля 2013 года был трудоустроен подсобным рабочим на обработке камней, с 27 августа по 30 августа 2013 года - сборщиком папок на участке картонажный, с 7 октября по 11 октября 2013 года - сборщиком папок на участке картонажный, с 16 февраля 2017 года по 16 марта 2017 года - швеей мотористом на участке швейный. 

Из справки начальника ОО ОТАО УФСИН России по Республике Коми ФИО12, следует, что административный истец в период нахождения в учреждения к оплачиваемому труду не привлекался, обращений, заявлений о трудоустройстве от последнего в администрацию учреждения не поступало. 

В соответствии с отзывом на исковое заявление ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО1, находясь в учреждении с заявлениями о трудоустройстве не обращался, в связи с чем трудоустроен не был. 

По сведениям УФСИН России по Архангельской области административный истец в период содержания в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области трудоустроен не был, доходов в виде заработной платы не получал, с заявлением о трудоустройстве не обращался, в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области дважды находился транзитом, в связи с чем трудоустроен не был, что также подтверждается справкой ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области.

Согласно справке ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия ФИО1 обращался к администрации учреждения с заявлением по вопросу трудоустройства, однако трудоустроен не был, отчислений в Пенсионный фонд и налоговую инспекцию не производилось, удержаний по исполнительным документам также не производилось, так как согласно ст. 77 УИК РФ трудоустройству в СИЗО подлежат осужденные к лишению свободы, ранее не отбывавшие лишение свободы, которым отбывание наказания назначено в исправительной колонии общего режима. 

По сведениям УФСИН России по Вологодской области административный истец трудоустроен в учреждениях области не был, поскольку действующим законодательством и ранее действующим законодательством не предусмотрено трудоустройство лиц, в период следования из одного места отбывания наказания в другое, что также подтверждается сведениями ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области.

Из справки главного бухгалтера ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области следует, что ФИО1 в штате осужденных, оставленных для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию в указанном учреждении не состоял, доходов в виде заработной платы не имел, исполнительный лист в бухгалтерию не поступал, удержаний по нему не производилось, денежные средства и ценные вещи не поступали. 

На основании изложенного суд приходит к выводу, что ограничения в части предоставления возможности трудоустройства для лиц, содержащихся в следственных изоляторах, либо оставленных в указанных учреждениях для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию учреждений, а также осужденных, отбывающих назначенное наказание в исправительных учреждениях, предусмотрены нормами действующего законодательства, а именно Уголовно-исполнительным кодексом РФ, которые до настоящего времени незаконными не признавались, также как и не соответствующими Конституции РФ, в связи с чем оснований для признания действий административных ответчиков в части непредоставления возможности трудоустройства не имеется.

Также суд принимает во внимание, что предоставление трудоустройства в исправительных учреждениях носит заявительный характер, а в части учреждений ФИО1 с подобными ходатайствами не обращался. 

Приложением № 1 к Правилам № 295 установлен перечень вещей и предметов, продуктов питания, которые осужденным запрещается изготавливать, иметь при себе, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать, в пункте 8 указанного перечня значатся продукты питания, требующие тепловой обработки (кроме чая и кофе, сухого молока, пищевых концентратов быстрого приготовления, не требующих кипячения или варки), продукты домашнего консервирования, дрожжи.

В примечании № 6 к Перечню установлено, что перечень продуктов питания, которые осужденные могут иметь при себе, хранить, получать в посылках, передачах, бандеролях либо приобретать, может быть ограничен по предписанию санитарно-эпидемиологической службы.

Пунктом 42 Правил № 189 предусмотрено, что камеры СИЗО оборудуются телевизором, холодильником (при наличии возможности (камеры для содержания женщин и несовершеннолетних - в обязательном порядке).

Статьей 29 Конституции Российской Федерации установлено право каждого свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.

В соответствии с пунктом 24.10 Европейских пенитенциарных правил заключенные должны иметь возможность регулярно получать информацию об общественных событиях, получая по подписке или читая газеты, периодические издания и другие публикации, а также по радио или телевидению, за исключением случаев, когда судебный орган в отдельных случаях устанавливает конкретный запрет на определенный период.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с частью 1 статьи 94 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденным к лишению свободы, кроме отбывающих наказание в тюрьме, а также осужденным, переведенным в штрафные изоляторы, помещения камерного типа, единые помещения камерного типа и одиночные камеры, демонстрируются кинофильмы и видеофильмы не реже одного раза в неделю.

Также осужденным, кроме переведенных в штрафные изоляторы, помещения камерного типа, единые помещения камерного типа и одиночные камеры, разрешается просмотр телепередач в свободные от работы часы, кроме времени, отведенного распорядком дня для ночного отдыха (часть 2 статьи 94 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 4 примечания к Приложению N 1 к Правилам внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от 16 декабря 2016 года N 295, закреплено, что телевизионные приемники используются только для коллективного пользования и устанавливаются в местах, определенных администрацией исправительного учреждения.

По представленным данным ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия в периоды времени с 10 по 16 августа 2011 года, с 28 февраля по 7 марта 2012 года, с 2 по 12 июня 2012 года, с 3 июля по 6 августа 2012 года, с 18 декабря 2013 года по 8 января 2014 года, с 9 по 29 апреля 2014 года, с 29 мая по 9 июля 2014 года, с 30 июля по 7 ноября 2014 года, с 28 ноября по 19 декабря 2014 года, с 14 по 29 января 2015 года, с 2 июня до момента вынесения настоящего решения. 

По справке ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия ФИО1 на счет поступали денежные средства 3 июня 2021 года в сумме 3 051 руб. 25 коп., за спорный период последний приобретал продукты питания и товары первой необходимости в магазине учреждения дважды 4 июня на сумму 1 715 руб. 18 коп., 252 руб., 8 июня на сумму 697 руб., 10 июня на сумму 274 руб., 18 июня на сумму 112 руб., 24 июня на сумму 2 388 руб. 44 коп., 25 июня на суму 409 руб., 29 июня на сумму 734 руб. 60 коп. и 8 июля 2021 года на сумму 3 912 руб. 50 коп. 

В соответствии с отзывом на исковое заявления все камеры учреждения обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. 

В соответствии со справкой ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия ФИО1 находился в учреждении в следующие периоды с 10 по 16 июня 2010 года, с 27 октября по 10 ноября 2012 года, с 25 декабря 2012 года по 11 апреля 2013 года, с 2 июля по 17 августа 2013 года, с 21 по 27августа 2014 года, с 3 по 5 сентября 2014 года. с 8 по 28 ноября 2014 года, с 2 по 5 апреля 2018 года, с 14 мая по 22 июля 2018 года, с 14 сентября по 1 ноября 2018 года, с 9 ноября 2018 года по 6 марта 2019 года, с 4 по 7 мая 2019 года, с 12 июня по 20 сентября 2019 года и с 15 мая по 2 июня 2021 года. 

Из справки ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми ФИО1 содержался в указанном учреждении в период времени с 17 по 24 ноября 2016 года, при этом в соответствии с представленными сведениями административный истец услугами магазина не пользовался в связи с отсутствием на лицевом счете денежных средств. По справке начальника отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми ФИО13 камеры учреждения оборудуются в соответствии с гл. 5 п. 42 Приказа МЮ РФ № 189 «Об утверждении правил внутреннего распорядка СИЗО УИС», более подробных сведений не представлено. 

По сведениям УФСИН России по Архангельской области административный истец содержался в следственных изоляторах указанного региона в следующие периоды времени:

ФКУ СИЗО-1 – с 22 по 23 марта 2017 года следовал транзитом, с 26 мая по 2 июня 2019 года;

ФКУ СИЗО-2 – с 24 марта 2017 года по 24 января 2018 года на основании ст. 77 УИК РФ, с 22 апреля по 6 мая 2017 года, с 14 по 19 мая 2017 года, с 4 по 9 июня 2017 года, с 14 июля по 19 августа 2017 года, с 29 сентября по 14 октября 2017 года, с 4 по 9 ноября 2017 года;

ФКУ СИЗО-3 – с 29 ноября по 7 декабря 2019 года, с 13 декабря 2019 года по 29 февраля 2020 года, с 9 марта по 15 мая 2020 года, 23 по 29 июля 2020 года, с 9 августа по 11 сентября 2020 года, с 19 сентября по 15 октября 2020 года, с 21 октября по 25 ноября 2020 года (25 ноября 2020 года убыл в ФКУ ИК-7 УФСИН России по Республике Карелия);

ФКУ СИЗО-4 – с 20 июля по 18 августа 2017 года (амбулаторная экспертиза), с 25 января по 22 февраля 2018 года (стационарная экспертиза с 5 февраля по 19 февраля 2018 года вывезен в ГБУЗ «Архангельской области АКПБ»), с 27 по 28 ноября 2019 года следовал транзитом, с 1 по 8 марта 2020 года (амбулаторная экспертиза), с 25 мая по 11 июня 2020 года (карантинные мероприятия), с 26 июня по 22 июля 2020 года, с 1 по 8 августа 2020 года.

По справке врио заместителя начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области ФИО14 камеры № 25, 34, где в спорные периоды времени ФИО1 содержался, не были оборудованы холодильником и телевизором. 

В указанном учреждении административный истец отоваривался в магазине 1 июня 2019 года на сумму 2 090 руб. 20 коп. с учетом возврата денежных средств по чеку на сумму 169 руб. 

В соответствии со справкой бухгалтера ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области ФИО15 ФИО1 пользовался услугами магазина в указанном учреждении 68 раз на общую сумму 43 670 руб. 16 коп. 

Согласно справки УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО1 содержался в следственных изоляторах указанного региона в следующие периоды времени:

ФКУ СИЗО- 4 – с 29 марта по 1 апреля 2018 года;

ФКУ СИЗО-1 – с 23 июля по 13 сентября 2018 года, с 7 по 20 марта 2019 года, с 18 апреля 3 мая 2019 года, с 21 по 27 сентября 2019 года, с 7 по 19 ноября 2019 года, с 28 ноября по 7 декабря 2020 года.

Согласно сведениям учреждения в 2018 году ФИО1 содержался в учреждении с 1 по 8 августа, с 5 по 13 сентября, что административным истцом не оспаривалось. При этом во все периоды содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области камеры № 15, 16/40, 09/28, 08, 15/09, 04/41, 3, 12 и 10/12 холодильником и телевизором оборудованы не были, иных сведений ответчиком в дело не представлено.

Из отзыва на исковое заявление ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области следует, что в соответствии с Правилами № 189 камеры СИЗО оборудуются телевизорами, холодильниками, вентиляционным оборудованием (при наличии возможности). Сведения о передачах, посылках, свиданиях, основания содержания в СИЗО, трудоустройстве и иная запрашиваемая информация предоставлена быть не может, так как содержится в личном деле административного истца, которое находится по месту его содержания. 

В ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области административный истец содержался в периоды времени с 14 по 16 мая 2019 года, с 4 по 11 июня 2019 года и с 27 ноября по 7 декабря 2020 года, при этом с заявлениями о приобретении продуктов питания и товаров первой необходимости в адрес ФГУП Промсервис ФСИН России от ФИО1 не поступало, сведений о предоставлении телевизоров и холодильников в материалы дела не представлено, только ссылки на положения Правил № 189 о предоставлении указанных предметов при наличии возможности. 

По сведениям ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области ФИО1 содержался в указанном учреждении в следующие периоды времени с 13 по 16 ноября 2016 года, с 17 по 22 декабря 2016 года, с 19 по 22 марта 2017 года, с 25 по 28 марта 2018 года, с 17 по 26 мая 2019 года, с 2 по 3 июня 2019 года, с 20 по 27 ноября 2019 года, с 25 по 27 ноября 2020 года, при этом информации о приобретении административным истцом товаров первой необходимости в магазине учреждения ответчик не располагает, поскольку они носят заявительный характер. Согласно справке от 22 июня 2021 года врио начальника ФКУ СИЗО-2 УФСИН по Вологодской области ФИО16 при проверке материалов бухгалтерского учета с подобными заявлениями последний не обращался. Из положений действующего законодательства следует, что камеры учреждения оборудуются телевизорами и холодильниками только при наличии возможности, то есть указанное оборудование не является обязательным. Из справки Врио начальника ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской обалсти ФИО16 следует, что телевизором и холодильником оборудованы в учреждении только камеры, где содержатся женщины и несовершеннолетние, оборудовать остальные камерные помещения вышеуказанными бытовыми приборами в настоящее время не представляется возможным, в связи с отсутствием финансирования по данному направлению. 

Из ответа на запрос Врио начальника ФКУ ИК-9 ФСИН России по Республике Карелия ФИО8 административный ответчик в учреждении содержался в периоды времени с 27 октября по 24 ноября 2012 года и с 2 сентября по 5 октября 2015 года, по сведениям заместителя главного бухгалтера учреждения ФИО17 предоставить сведения о том пользовался ли административный истец услугами магазина не представляется возможным, в связи с отсутствием программного обеспечения за данный период, а документы на бумажных носителях уничтожены по истечению срока давности. 

В соответствии со справкой начальника ПФРСИ ФКУ ИК-9 УФСИН России по Республике Карелия ФИО18 в учреждении выдача телевизионных приемников осуществляется по графику (телевизионный приемник выдается в камеру неделя через неделю), исходя из наличия телевизионных приемников, холодильник выдается по графику (месяц через месяц) исходя из наличия оных. 

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, тот факт, что Правила № 295 не содержат в себе требований по обязательному предоставлению осужденным, отбывающим наказание в исправительных учреждениях, холодильников, тот факт, что перечень продуктов питания, разрешенных к приему в передачах для подозреваемых, обвиняемых и осужденных, является единым и не предусматривает различий, суд приходит к выводу, что оснований для признания действий ответчиков в части не предоставления ФИО1 холодильников в период его содержания в учреждениях незаконными не имеется. 

В указанной части суд приходит к выводу, что истцом избран неверный способ защиты права, поскольку сведений об отказе ФИО1 в приобретении продуктов в связи с отсутствием холодильника в камере, которые последний имеет право обжаловать, в дело представлено не было. 

В части непредосталения телевизионных приемников суд приходит к выводу, что в периоды содержания в следственных изоляторах, превышающие неделю, учреждения обязаны были предоставлять административному истцу возможность просмотра кинофильмов и видеофильмов не реже одного раза в неделю при условии коллективного использования приемников. 

На основании изложенного суд приходит к выводу, что действия ответчиков 

ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия в периоды времени с 28 февраля по 7 марта 2012 года, с 2 по 12 июня 2012 года, с 3 июля по 6 августа 2012 года, с 18 декабря 2013 года по 8 января 2014 года, с 9 по 29 апреля 2014 года, с 29 мая по 9 июля 2014 года, с 30 июля по 7 ноября 2014 года, с 28 ноября по 19 декабря 2014 года, с 14 по 29 января 2015 года, с 2 июня до момента вынесения настоящего решения, 

ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия в периоды с 27 октября по 10 ноября 2012 года, с 25 декабря 2012 года по 11 апреля 2013 года, с 2 июля по 17 августа 2013 года, с 8 по 28 ноября 2014 года, с 9 ноября 2018 года по 6 марта 2019 года и с 15 мая по 2 июня 2021 года,

ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми в период времени с 17 по 24 ноября 2016 года,

ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области в период времени с 26 мая по 2 июня 2019 года,

ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Архангельской области в период времени с 24 марта 2017 года по 24 января 2018 года, с 22 апреля по 6 мая 2017 года, с 29 сентября по 14 октября 2017 года,

ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области в период времени с 29 ноября по 7 декабря 2019 года, с 13 декабря 2019 года по 29 февраля 2020 года, 

ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области в период времени с 20 июля по 18 августа 2017 года, с 25 января по 5 февраля 2018 года, с 1 по 8 марта 2020 года, с 25 мая по 11 июня 2020 года, с 26 июня по 22 июля 2020 года,

ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области в период времени с 7 по 20 марта 2019 года, с 18 апреля по 3 мая 2019 года, с 7 по 19 ноября 2019 года, с 28 ноября по 7 декабря 2020 года,

ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области в периоды времени с 4 по 11 июня 2019 года и с 27 ноября по 7 декабря 2020 года, 

ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Вологодской области в периоды времени с 17 по 26 мая 2019 года, с 20 по 27 ноября 2019 года, 

ФКУ ИК-9 ФСИН России по Республике Карелия в период времени с 27 октября по 24 ноября 2012 года и с 2 сентября по 5 октября 2015 года в части необеспечения ФИО1 телевизионным приемником, то есть по ограничению права на обеспечение жилищно-бытовых условий для реализации прав последнего на получение информации и досуг подлежат признанию незаконными. 

Оснований для признания незаконными указанных действий ответчиков в остальные периоды содержания ФИО1 в учреждениях суд не находит, принимая во внимание продолжительность пребывания в следственных изоляторах административного ответчика менее недели. 

Также суд не находит оснований для признания незаконными действия ответчиков в части не предоставления телевизионных приемников в период с 14 мая по 22 июля 2018 года, с 14 сентября по 1 ноября 2018 года, с 12 июня по 1 сентября 2019 года в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия, а также в 2020 году в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области, поскольку в указанные периоды времени ФИО1 содержался в одиночной камере, где обеспечить условие коллективного использования приемников не представляется возможным. 

Определением суда от 20 июля 2021 года в указанной части производство по настоящему административному делу к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия в период времени с 2 по 20 сентября 2019 года и к ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области в период времени с 9 марта по 22 апреля 2020 года прекращено в связи с тем, что заявленные требования были ранее рассмотрены, имеются вступившие в законную силу решения судов. 

Действия ответчика ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области в спорный период времени не подлежат признанию незаконными в связи с тем, что административный истец содержался в учреждении менее 7 дней (с 29 марта по 1 апреля 2018 года), в связи с чем суд приходит к выводу о необходимости отказа в удовлетворении требований ФИО1 к указанному ответчику в полном объеме. 

Показания свидетеля ФИО19 судом не оцениваются, поскольку четких пояснений по обстоятельствам дела указанный свидетель не дал. 

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства РФ если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании (ч. 5 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства РФ). 

На основании ч. 6 ст. 216 Кодекса административного судопроизводства РФ пропущенный по указанной в части 6 настоящей статьи или иной уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом.

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (ч. 8 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства РФ).

Принимая во внимание регулярные переводы административного истца из одного учреждения в другое, состояние здоровья истца, неоднократно направляемого в лечебные учреждения, в том числе для проведения судебно-психиатрических экспертиз, а также его юридическую неграмотность, суд признает указанные причины пропуска срока уважительными и оснований для отказа в удовлетворении административного иска в связи с пропуском срока его подачи не находит. 

Доводы ответчиков о том, что ранее заявленные требования ФИО1 уже были рассмотрены и по ним были вынесены решения Петрозаводским городским судом от 6 марта 2020 года, 19 марта 2020 года, 14 мая 2020 года, 3 июня 2020 года, 18 марта 2020 года, 10 марта 2020 года, 4 марта 2020 года, 5 февраля 2020 года, 5 февраля 2020 года, по делу № 2а-974/2020, 3 октября 2019 года, 29 августа 2019 года, 30 мая 2019 года, 24 июня 2019 года, 31 января 2019 года, 21 ноября 2018 года, 19 апреля 2019 года, 12 февраля 2020 года, 4 марта 2020 года и 3 октября 2019 года, решения Вельского районного суда Архангельской области от 29 мая 2020 года, 26 мая 2020 года, Медвежьегорского районного суда Республики Карелия от 14 августа 2019 года, Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 18 ноября 2019 года, судом не принимаются поскольку указанными решениями были разрешены требования административного истца, предметом которых являлись иные обстоятельства, нежели изложенные в настоящем исковом заявлении. 

Руководствуясь ст. 177-180 Кодекса административного судопроизводства РФ, -

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Признать незаконным бездействие административных ответчиков по необеспечению надлежащих условий содержания ФИО1:

ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Карелия и ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Карелия, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Архангельской области; ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Архангельской области, ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Архангельской области и ФКУ ИК-9 УФСИН России по Республике Карелия, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Архангельской области ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Вологодской области, ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми в части нарушения прав последнего на получение информации, досуг, и права на обеспечение жилищно-бытовых условий. 

В удовлетворении остальной части требований отказать. 

В удовлетворении требований ФИО1 к ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, отказать. 

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Карелия через Сегежский городской суд Республики Карелия в течения месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Н.В. Скрипко

Решение в окончательной форме изготовлено 2 августа 2021 года.