Судья Пустовой А.В. Дело № 22-1042/2021 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Салехард 25 октября 2021 года

Суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе председательствующего Калинкина С.В., 

при секретаре судебного заседание ФИО3, 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению и.о. прокурора Пуровского района Захарова С.С. и апелляционным жалобам обвиняемых ФИО4 и ФИО5 на постановление Пуровского районного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 09 августа 2021 года, по которому уголовное дело в отношении

ФИО4, родившейся ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>,

ФИО5, родившейся ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>,

возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Заслушав выступления защитника Васильевой А.И., поддержавшей доводы жалоб, и прокурора Ильина И.А., просившего оставить постановление без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

Органом предварительного расследования ФИО4 и ФИО5 обвиняются в присвоении, то есть хищении чужого имущества, вверенного виновному, совершенном группой лиц по предварительному сговору, лицом с использованием своего служебного положения, в том числе, в крупном и особо крупном размере. 

Обжалуемым постановлением уголовное дело возвращено прокурору в связи с тем, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемых как более тяжкого преступления (п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ). Кроме того, суд полагает о наличии существенных нарушений уголовно-процессуального законодательства при предъявлении обвинения и составлении обвинительного заключения, которые исключают возможность постановления судом приговора или иного судебного решения (п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ).

В апелляционном представлении и.о. прокурора Пуровского района Захаров С.С. считает постановление суда незаконным и подлежащим отмене в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства. Доводы представления мотивирует тем, что способом хищения денежных средств в данном случае явилось именно их присвоение с помощью флеш-накопителя с электронной подписью директора общества, который ФИО4 и ФИО5 передал (вверил) сам директор ФИО1 с правом распоряжаться денежными средствами организации, а значит, имущество находилось в их правомерном владении. В суде не было установлено каких-либо данных, свидетельствующих о злоупотреблении доверием ФИО1 при совершении хищений. Также обращает внимание, что позиция суда о месте окончания хищения безналичных денежных средств основана на законе в редакции, действующей после совершения преступления, утверждения обвинительного заключения и направления дела в суд. Полагает, что, описывая существо обвинения по эпизоду с ФИО2, орган предварительного расследования допустил явную описку, что подтверждается исследованными в суде доказательствами. С учетом изложенного, считает, что у суда имелись основания для вынесения по делу законного и справедливого решения, просит постановление отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрение в тот же суд. 

В апелляционной жалобе обвиняемая ФИО5 также выражает несогласие с постановлением суда в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства. Указывает, что в силу занимаемых должностей ФИО1 при передаче флеш-носителя с ключом доступа вверил ей и ФИО4 все денежные средства на расчетном счете предприятия, которыми они распоряжались по своему усмотрению, совершая хищения, злоупотребления доверием директора не имелось. Полагает, что по эпизоду с ФИО2 следствием допущена опечатка, потому что все действия по оформлению, начислению ФИО2 заработной платы производила только она, она же и распоряжалась деньгами. На основании изложенного, просит постановление отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрение. 

В апелляционной жалобе обвиняемая ФИО4 также просит отменить постановление суда в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства. Доводы жалобы мотивирует тем, что каких-либо действий, направленных на получение доступа к флеш-носителю с ключом доступа, выражающихся в злоупотреблении доверием директора ни она, ни ФИО5 не совершали, флеш-носитель передал ей как главному бухгалтеру лично ФИО1 для пользования и распоряжения денежными средствами общества. Пользуясь своим служебным положением она могла присваивать вверенные ей денежные средства по любым основаниям, в связи с чем создавались фиктивные документы для сокрытия данных фактов. Полагает, что оснований для квалификации ее действий как более тяжкого преступления не имеется. По эпизоду с ФИО2 обвинение предъявлено только ФИО5, данная опечатка могла быть устранена судом. Обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, позволяет вынести по делу законное решение. С учетом изложенного просит постановление отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и жалоб, выслушав позицию сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Указывая на необходимость возвращения уголовного дела прокурору, суд первой инстанции указал, что «способом хищения … явилось злоупотребление доверием, а также отражение ложных сведений в направляемых в банк платежных документах. Данные обстоятельства являются основанием для квалификации действий обвиняемых по части инкриминируемых эпизодов, как более тяжкого преступления».

При этом суд первой инстанции не указал о какие деяниях идет речь, в какой части предполагается возможность ухудшения положения подсудимых.

По смыслу закона, более тяжким считается обвинение, когда применяется другая норма уголовного закона, санкция которой предусматривает более строгое наказание или же когда в обвинение включаются дополнительные, не вмененные обвиняемому факты (эпизоды), влекущие изменение квалификации преступления на закон, предусматривающий более строгое наказание, либо увеличивающие фактический объем обвинения, хотя и не изменяющие юридической оценки содеянного.

Существенно отличающимся обвинением от первоначального по фактическим обстоятельствам следует считать всякое иное изменение формулировки обвинения (вменение других деяний вместо ранее предъявленных или преступления, отличающегося от предъявленного по объекту посягательства, форме вины и т.д.), если при этом нарушается право подсудимого на защиту (п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года №55).

Возможное изменение лишь способа хищения с растраты на обман и (или) злоупотребление доверием не свидетельствует о необходимости предъявления более тяжкого обвинения. 

Санкции ч. 4 ст. 160 УК РФ и ч. 4 ст. 159 УК РФ являются идентичными, возможная переквалификация действий с ч. 4 ст. 160 на ч. 4 ст. 159 УК РФ не приведет к назначению более строгого наказания.

Санкции ч. 3 ст. 160 УК РФ и ч. 3 ст. 159 УК РФ в части размеров основных наказаний также являются тождественными. 

Отсутствие в ч. 3 ст. 159 УК РФ такого вида основного наказания, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ, как лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, не свидетельствует о том, что санкция ч. 3 ст. 159 УК РФ предусматривает более строгое наказание, чем санкция ч. 3 ст. 160 УК РФ. Санкции обеих норм содержат в себе возможность назначения и самого мягкого вида основного наказания - штрафа, размер которого именно как основного наказания в обеих санкциях одинаков.

Действительно, размеры дополнительных наказаний, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ являются более строгими, чем в ст. 160 УК РФ, а именно, размеры ограничения свободы, назначаемого к принудительным работам и лишению свободы, а также размер штрафа, назначаемый в качестве дополнительного к лишению свободы. 

Однако, учитывая, что размеры основных наказаний совпадают, суду первой инстанции, в случае переквалификации действий подсудимых на ч. 3 ст. 159 УК РФ, просто следовало учесть указанное обстоятельство при определении размеров дополнительных наказаний. 

На основании изложенного, суд второй инстанции приходит к выводу о том, что возможное изменение лишь способа хищения по делу само по себе не свидетельствует об ухудшении положения подсудимых, а, следовательно, не свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий как более тяжкого преступления.

В качестве следующего основания к возвращению дела прокурору, суд первой инстанции указал, что «местом окончания хищения безналичных денежных средств является местонахождение подразделения банка или иной кредитной организации». Между тем, как указал суд первой инстанции, в предъявленном обвинении место нахождения подразделения банка, в котором был открыт расчетный счет потерпевшей организации, не указан, то есть не указано место совершения преступления. 

Однако, орган предварительного расследования указал место совершения преступления - место нахождения потерпевшей организации, то есть требования п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ не нарушены. Если же суд первой инстанции прейдет к выводу о том, что место окончания преступления иное, он может уточнить его самостоятельно. Если же изменение места преступления связано с изменением подсудности, суд первой инстанции может обсудить со сторонами положения ч. 2 ст. 34 УПК РФ до удаления в совещательную комнату. 

Еще одним основанием к возвращению уголовного дела прокурору, суд указал, что «описывая существо обвинения, орган предварительного расследования указал, что действия, образующие объективную сторону инкриминируемого деяния ФИО4 и ФИО5 совершали совместно. При этом обвинение по указанному эпизоду предъявлено только ФИО5».

В данном случае судом первой инстанции нарушены требования ч. 1 ст. 252 УПК РФ, согласно которым судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. 

Таким образом, суд первой инстанции не мог инициировать, путем направления дела прокурору, привлечение ФИО4 в качестве обвиняемой по факту хищения денежных средств на сумму 1 246 244 рублей 41 копейка, ст. 237 УПК РФ не предусматривает соответствующего основания. 

В данной ситуации свое несогласие с объемом предъявленного ФИО4 обвинения, суд первой инстанции мог выразить лишь в рамках ч. 4 ст. 29 УПК РФ.

Таким образом, приведенные судом первой инстанции обстоятельства не препятствуют постановлению приговора либо принятию иного итогового решения по делу на основе имеющегося обвинительного заключения и не могут служить основанием для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ. 

На основании изложенного, постановление суда первой инстанции подлежит отмене, а уголовное дело направлению для рассмотрения по существу.

Учитывая, что в обоснование решения о возвращении дела прокурору суд привел доводы, связанные с оценкой предъявленного подсудимым обвинения, квалификацией содеянного, суд апелляционной инстанции считает необходимым передать дело на рассмотрение в тот же суд, но в ином составе суда.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционные представление и жалобы удовлетворить.

Постановление Пуровского районного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 09 августа 2021 года в отношении ФИО4 и ФИО5 отменить, уголовное дело направить для рассмотрения по существу в тот же суд в ином составе суда.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке главы 471 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, путем подачи жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. 

В случае кассационного обжалования судебного решения, обвиняемые вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, о чем ему следует указать в своей кассационной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий