Дело № 2-1376/2017

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации 

20 июля 2017 года г. Владимир 

Ленинский районный суд г. Владимира в составе:

председательствующего судьи Рыжовой А.М.

при секретаре Яблоковой О.О. 

с участием истца ФИО1

представителей ответчиков, третьего лица

ФИО2 

ФИО3 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Управлению Федерального казначейства по Владимирской области, Министерству финансов Российской Федерации, ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области, ФСИН России, ФКУЗ МСЧ -33 ФСИН России о взыскании ущерба, компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Управлению Федерального казначейства по Владимирской области, Министерству финансов Российской Федерации, ФСИН России, ФКУЗ МСЧ -33 ФСИН России, ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области о взыскании ущерба, компенсации морального вреда. Иск мотивировал тем, что по приговору суда отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области. В период с октября 2010г. по май 2012г. был трудоустроен сборщиком обуви. Данный вид деятельности предусматривает наличие вредных условий труда, поскольку ее выполнение связано с использованием клея «Момент» и ацетона. За весь период работы молоко и лечебно-профилактическое питание не предоставлялись, компенсация не производилась. Кроме того, ежемесячно производились удержания до пятидесяти процентов из заработной платы. До настоящего времени заработная плата с учетом процентов не выплачена. Указанными действиями истцу причинен моральный вред. 

На основании изложенного истец просит взыскать с ответчиков неполученную заработную плату за работу с вредными условиями труда, проценты, упущенную выгоду, неосновательное обогащение в общей сумме 7 842 827 рублей и компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей

По тем же основаниям истец ФИО1, принимавший участие в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи, поддержал исковые требования. Просил взыскать с ответчиков невыплаченную заработную плату, с компенсацией за вредные условия труда за период с октября 2010 года по май 2012 года и с июня 2012 года по 2015 год с процентами в общей сумме 6 238 827 рублей, упущенную выгоду в размере 1604000 рублей, компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей. Кроме того, в связи с указанными нарушениями просил о вынесении в адрес ответчика ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области частного определения.

Представитель ответчиков Управления Федерального казначейства по Владимирской области, Министерства финансов Российской Федерации ФИО2 в судебном заседании с иском не согласилась, полагая его заявленным к ненадлежащим ответчикам, указывая также на пропуск истцом срока обращения в суд. 

Представитель ответчиков ФСИН России, ФКУЗ МСЧ -33 ФСИН России, третьего лица УФСИН России по Владимирской области ФИО3 также полагала иск не подлежащим удовлетворению. Пояснила, что ФИО1 был трудоустроен сборщиком обуви на обувном участке цеха №2. Данный вид деятельности не предусматривает наличие вредных опасных условий труда, в связи с чем, обязанность выдачи бесплатного молока и лечебно-профилактического питания истцу у работодателя отсутствовала. Все суммы заработной платы были выплачены своевременно, задолженности перед истцом не имеется. Заявила также о пропуске истцом срока обращения в суд с настоящими требованиями.

Представитель ответчика ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области в судебное заседание не явился. В представленном отзыве просил о рассмотрении дела в свое отсутствие, возражая против удовлетворения иска. В обоснование сослался на отсутствие нарушение трудовых прав со стороны работодателя и пропуск истцом срока обращения в суд. 

Представитель третьего лица Владимирской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях в судебное заседание не явился, извещен о дате и времени его проведении надлежащим образом.

С учетом мнения участников процесса дело рассмотрено в отсутствие представителей ответчика и третьего лица. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина обязанность государства.

Согласно части первой статьи 43 УК РФ наказание есть мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключающаяся в предусмотренных названным Кодексом лишении или ограничении прав и свобод этого лица.

Возможность установления сопряженных с наказанием и соразмерных тяжести совершенного преступления и личности виновного ограничений прав и свобод вытекает из положений статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, допускающей ограничение прав и свобод федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В силу части второй статьи 9 УИК РФ элементами наказания в виде лишения свободы и средствами исправления осужденных являются, в частности, установленный порядок исполнения и отбывания наказания, воспитательная работа и общественно полезный труд.

В соответствии с подпунктом "с" пункта 2 статьи 2 Конвенции МОТ N 29 относительно принудительного или обязательного труда привлечение осужденных к общественно полезному труду не может расцениваться как принудительный или обязательный труд, поскольку он осуществляется вследствие приговора, вынесенного судом, который, назначая наказание в виде лишения свободы, предопределяет привлечение трудоспособных осужденных к общественно полезному труду как одному из средств воспитания и исправления.

Таким образом, правоотношения, возникающие в связи с осуществлением трудовой деятельности осужденными в местах отбытия наказания в виде лишения свободы, - это специфические отношения, которые регулируются нормами как уголовно-исполнительного, так и трудового законодательства.

Согласно ч. 3. ст. 129 УИК РФ труд осужденных регулируется законодательством Российской Федерации о труде, за исключением правил приема на работу, увольнения с работы и перевода на другую работу.

По смыслу действующего законодательства, на осужденных распространяются системы оплаты труда, коэффициенты и другие виды надбавок и доплат к заработной плате, действующие в государственном секторе производства, за исключением вознаграждения за выслугу лет, надбавок и льгот за стаж работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

При привлечении осужденных к труду осужденные не могут рассматриваться в качестве работников, поскольку отношения по привлечению осужденных к труду трудовыми отношениями применительно к Трудовому кодексу Российской Федерации (статья 15) в полной мере не являются.

Между лицом, осужденным к лишению свободы и привлекаемым к труду, с одной стороны, и учреждением уголовно-исполнительной системы, исполняющим наказание в виде лишения свободы, где труд основан не свободным волеизъявлением осужденного, а его обязанностью трудиться в определенных местах и на работах, не возникают трудовые отношения, регулируемые исключительно и, безусловно, Трудовым кодексом Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 102, ч. 1 ст. 104, ч. 1 ст. 105 УИК РФ на осужденных к лишению свободы законодательство РФ о труде распространяется лишь в части материальной ответственности, продолжительности рабочего времени (дифференцируется в зависимости от возраста осужденных, их трудоспособности, условий труда и т.д.), правил охраны труда, техники безопасности, производственной санитарии, оплаты труда.

В силу ч. 1 ст. 103 УИК РФ каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.

Согласно ст. 107 УИК РФ из заработной платы, пенсий и иных доходов осужденных к лишению свободы производятся удержания для возмещения расходов по их содержанию в соответствии с частью четвертой статьи 99 настоящего Кодекса. В исправительных учреждениях на лицевой счет осужденных зачисляется независимо от всех удержаний не менее 25 процентов начисленных им заработной платы, пенсии или иных доходов, а на лицевой счет осужденных мужчин старше 60 лет, осужденных женщин старше 55 лет, осужденных, являющихся инвалидами первой или второй группы, несовершеннолетних осужденных, осужденных беременных женщин, осужденных женщин, имеющих детей в домах ребенка исправительного учреждения, - не менее 50 процентов начисленных им заработной платы, пенсии или иных доходов.

В соответствии с ч. 4 ст. 99 УИК РФ осужденные, получающие заработную плату, и осужденные, получающие пенсию, возмещают стоимость питания, одежды, коммунально-бытовых услуг и индивидуальных средств гигиены, кроме стоимости специального питания и специальной одежды. С осужденных, уклоняющихся от работы, указанные расходы удерживаются из средств, имеющихся на их лицевых счетах. Возмещение стоимости питания, одежды, коммунально-бытовых услуг и индивидуальных средств гигиены производится ежемесячно в пределах фактических затрат, произведенных в данном месяце.

В силу ч. 7 ст. 18 Закона Российской Федерации N 5473-1 от 21.07.1993 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы" учреждения, исполняющие наказания, самостоятельно планируют собственную производственную деятельность и определяют перспективы ее развития с учетом необходимости создания достаточного количества рабочих мест для осужденных, наличия материальных и финансовых возможностей для их дополнительного создания, а также спроса потребителей на производимую продукцию, выполняемые работы и предоставляемые услуги.

Принимая во внимание вышеизложенное трудоустройство (привлечение к труду), перевод на другую работу, а также увольнение лица, отбывающего наказание, производится по усмотрению администрации исправительного учреждения, исходя из его возможностей и потребностей.

Судом установлено, что ФИО1, отбывающий наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области, с 1 декабря 2010 года был трудоустроен сборщиком обуви и был уволен 23 мая 2012 года в связи с переводом в нерабочую бригаду. 

За указанный период истцу произведены выплаты заработной платы.

Так, из справки ос умах заработка следует, что с декабря 2010 года по май 2012 года истцу начислено 9166 рублей, 44 коп. Из указанной суммы произведены отчисления подоходного налога и расходов за предоставленное питание в общем размере 6092 рублей 85 коп, зачислено на лицевой счет ФИО1 3070 рублей 59 коп.

Как утверждает истец, выполняемая им работа была связана с использованием химических препаратов, что свидетельствует о вредных условиях труда. При этом предусмотренные законом молоко и питание не выдавались, соответствующие компенсации не производились.

Суд не может согласиться с указанными доводами, исходя из следующего.

Согласно статье 222 ТК РФ на работах с вредными условиями труда работникам выдаются бесплатно по установленным нормам молоко или другие равноценные пищевые продукты. Выдача работникам по установленным нормам молока или других равноценных пищевых продуктов по письменным заявлениям работников может быть заменена компенсационной выплатой в размере, эквивалентном стоимости молока или других равноценных пищевых продуктов, если это предусмотрено коллективным договором и (или) трудовым договором.

В соответствии со ст.ст. 209, 212 ТК РФ аттестацией рабочих мест по условиям труда является оценка условий труда на рабочих местах в целях выявления вредных и (или) опасных производственных факторов и осуществления мероприятий по приведению условий труда в соответствие с государственными нормативными требованиями охраны труда. Аттестация рабочих мест по условиям труда проводится в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда.

Таким образом, оценка условий труда, выявление вредных производственных факторов, производится в результате аттестации рабочих мест. Именно результаты аттестации рабочих мест используются для установления работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, о мерах по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов и полагающихся работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, компенсациях.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: проведение аттестации рабочих мест по условиям труда с последующей сертификацией организации работ по охране труда.

Порядок проведения аттестации в период спорных правоотношений регламентировался приказами Министерства здравоохранения и социального развития РФ "Об утверждении Порядка проведения аттестации рабочих мест по условиям труда"от 31 августа 2007 г. N 569 и от 26 апреля 2011 г. N 342н.

Критерии и классификация условий труда утверждены 29.07.2005 г. (Р 2.2.2006-05. 2.2. Гигиена труда. Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда) и исходя из степени отклонения фактических уровней факторов рабочей среды и трудового процесса от гигиенических нормативов условия труда по степени вредности и опасности условно подразделяются на 4 класса: 1-оптимальные, 2-допустимые, 3- вредные и 4- опасные.

По итогам аттестации рабочих мест, на рабочем месте ФИО1 вредных условий не выявлено.

Как следует из протокола оценки условий труда сборщика обуви от 2 сентября 2010 года, рабочее место соответствует допустимому классу рабочих условий (2.0)

Таким образом, данный вид деятельности не предусматривал наличия вредных опасных условий труда.

Данное обстоятельство подтверждается протоколами оценки травмобезопасности рабочего места, оценки условий труда по уровню производственного шума, оценки условий труда по вибрации. По показателям микроклимата, световой среды, тяжести, напряженности трудового процесса. 

В приказе Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 46н от 16 февраля 2009 года «Об утверждении перечня производств, профессий и должностей, работа в которых дает право на бесплатное получение лечебно-профилактического питания, норм бесплатной выдачи витаминных препаратов и Правил бесплатной выдачи лечебно-профилактического питания» такой вид деятельности также не указан. 

Таким образом, оснований для предоставления ФИО1 молока и иного лечебно-профилактического питания у работодателя не имелось. 

Обращаясь в суд, ФИО1 просит также о взыскании невыплаченной в полном размере заработной платы, упущенной выгоды, неосновательного обогащения, процентов.

В соответствии с ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение одного года со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

В связи с тем, что предметом иска является заработная плата, начисление которого производилось до 25 мая 2012 года, указанный спор не носит длящегося характера и является индивидуальным трудовым спором работника и работодателя, поэтому по такому спору статьей 392 ТК РФ установлен срок обращения в суд в течение года со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

При этом действует презумпция, что работник мог или должен был узнать о нарушенном праве в момент такого нарушения, а потому обязанность доказывания обратного возлагается на работника. Таких доказательств истцом не представлено.

О нарушенном, по его мнению, праве истцу стало известно в период работы и при увольнении, что не оспаривалось им в судебном заседании.

С исковым заявлением истец обратился только в 2016 году, то есть, более чем через четыре года со дня, когда имели место нарушения его права. 

Обстоятельств, объективно препятствующих обращению в суд за разрешением индивидуального трудового спора, истцом не приведено, а судом не установлено.

Таким образом, предусмотренный ч. 1 ст. 392 ТК РФ срок обращения в суд с исковым заявлением ФИО1 пропущен. 

Вступившим в законную силу решением Ковровского городского суда Владимирской области от 20 января 2016 года в иске ФИО1 к ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области о взыскании недополученной заработной платы, упущенной выгоды, неосновательного обогащения, процентов в общей сумме 8 653 633 руб., компенсации морального вреда отказано, в том числе по мотивам пропуска истцом срока обращения в суд. 

Как следует из решения суда, предметом ранее рассмотренного спора так же являлось взыскание денежных сумм в период трудоустройства истца ФИО1 в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области с октября 2010г. по 25 мая 2012г. 

При указанных обстоятельствах, выплата заработной платы и соответствующих компенсаций не может быть произведена, в том числе и в связи с пропуском срока для обращения за ним без уважительных причин, о чем заявлено представителями ответчиков, в связи с чем, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в этой части.

Заявляя требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами на основании положений ст. 395 ГК РФ, истец указывает на несвоевременную выплату заработной платы в полном размере.

При этом положения ст. 395 ГК РФ, на которые ссылался истец в обоснование заявленных требований в указанной части, в данном случае не могут быть применимы, поскольку являются мерой ответственности в случае нарушений, допущенных в рамках гражданско-правовых отношений.

Принимая во внимание вышеприведенные положения закона, а также учитывая конкретные обстоятельства по делу, суд считает, что в данном случае отсутствуют правовые основания для взыскания с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами.

Поскольку судом не установлено нарушений трудовых прав истца, основания для взыскания компенсации морального вреда отсутствуют.

При таких обстоятельствах иск ФИО1 не подлежит удовлетворению в полном объеме.

В соответствии с п. 1 ст. 226 ГПК РФ при выявлении случаев нарушения законности суд вправе вынести частное определение и направить его в соответствующие организации или соответствующим должностным лицам, которые обязаны в течение месяца сообщить о принятых ими мерах. 

Нарушений законности, при выявлении которых может быть вынесено частное определение, судом не установлено, в связи с чем, оснований для его вынесения в отношении ответчиков не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В иске ФИО1 к Управлению Федерального казначейства по Владимирской области, Министерству финансов Российской Федерации, ФКУ ИК-6 УФСИН России по Владимирской области, ФСИН России, ФКУЗ МСЧ -33 ФСИН России о взыскании ущерба, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано во Владимирский областной суд через Ленинский районный суд г.Владимира в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий судья А.М.Рыжова