РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 марта 2021 года город Усть-Илимск Иркутской области

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Шейко Т.М., 

при помощнике судьи Петренко Е.А., 

в присутствии истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчиков ФИО3, ФИО4 – ФИО5, представителя ответчика ФИО6-Фот Д.Г., 

в отсутствие ответчиков ФИО3, ФИО4, ФИО6

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-289/2021 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО6, ФИО4 о признании недействительными договоров купли-продажи, применении последствий недействительности сделок, 

УСТАНОВИЛ:

В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что согласно заочному решению Усть-Илимского городского суда от 17.08.2017, жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, признано общим имуществом супругов, с определением долей по 

<

данные изъяты> доли каждому. 08.12.2020 истец получил выписку из ЕГРП из которой узнал, что собственником спорной квартиры является ФИО4 Согласно выписке, 09.09.2020 право собственности на квартиру ФИО7 продала ФИО6 на основании договора купли-продажи, а ФИО6 продала ФИО4. Вместе с тем, истец не заключал с ФИО6 договор купли-продажи, соответствующую доверенность никому не выдавал, денежных средств по сделке не получал. Намерений продавать свою долю не имел. В связи с чем, сделка является ничтожной, и последующая сделка, а именно договор купли-продажи от 02.12.2020 заключенный между ФИО6 и ФИО4 также является ничтожным. С учетом уточнений от 25.02.2021, просит признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи квартиры по адресу: 

<

адрес> от 31.08.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО6, применить последствия недействительности сделки, возвратить в собственность ФИО3 квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> обязать взыскать с ФИО3 в пользу ФИО6 уплаченные по договору денежные средства в размере 800 000 рублей, признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи квартиры по адресу: 

<

адрес> от 02.12.2020, заключенный между ФИО6 и ФИО4, применить последствия недействительности сделки, возвратить в собственность ФИО6 квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> обязать взыскать с ФИО6 в пользу ФИО4 уплаченные по договору денежные средства в размере 1 000 0000 рублей.

В судебном заседании 03.02.2021 изменено наименование ответчика ФИО7 на ФИО3 

В судебном заседании истец, представитель истца, поддержали заявленные требования в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении и в уточнении к нему.

В судебном заседании представитель ответчиков ФИО3 и ФИО4 -ФИО8 по требованиям возражала, представила письменные возражения, согласно которым указала, что считает, что ФИО4 является добросовестным приобретателем спорной квартиры по адресу: 

<

адрес>, поскольку установлено, что ФИО4 решив приобрести недвижимость, сделала заявку в ПАО Сбербанк на ипотечный кредит, после рассмотрения заявки, получила одобрение. Обратившись к рекламе по продажам недвижимости, выбрала интересующий её объект недвижимости. После выполнения ряда процедур Банка, проверки квартиры на предмет отсутствия обременений и запретов, правопритязаний третьих лиц, осмотра квартиры, был подписан предварительный договор купли-продажи спорной квартиры. После окончательной проверки центральным офисом в г. Москве Банк окончательно одобрил выдачу ипотечных денежных средств на приобретение спорной квартиры. Далее Банком была назначена электронная сделка и при подписании в Банке основного договора купли-продажи жилой квартиры от 01.12.2020г., специалист Банка весь пакет документов по сделке в электронном виде отправил в Росреестр. Данный договор прошел государственную регистрацию в Управлении государственной регистрации, кадастра и картографии, переход права собственности был зарегистрирован в установленном законом порядке. Регистрационная служба, после окончательной проверки всего пакета документов произвела переход права собственности, после которой ФИО4 стала собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. ФИО4, как сторона по сделке, проявила разумную степень осмотрительности и заботливости, которая требовалась от нее при совершении подобного рода сделок, и имеет все признаки добросовестности приобретения, выражающегося в следующем: сделка по покупке спорной квартиры была возмездной, более того, была произведена на ипотечные денежные средства, после проверки полного пакета документов по сделке. Данное обстоятельство подтверждается договором купли-продажи жилой квартиры от 01.12.2020 и кредитным договором 

<

***> от 01.12.2020. Денежные средства продавцом были получены в полном объеме, что подтверждается: листом подтверждения данных, платёжкой и чеком-ордером ООО «ЦНС» (электронная сделка), платёжка и чек-ордер на сумму 1 000 000 рублей, что подтверждает ООО «ЦНС». Перед основной сделкой спорная квартира была полностью оплачена, предоставлены платежи: за капительный ремонт, за коммунальные платежи, за обслуживание жилья и вывоз ТБО в полном объёме. С момента регистрации договора купли-продажи спорной квартиры, квартира поступила в полное исключительное распоряжение и владение добросовестного приобретателя ФИО4, что не оспаривается истцом. С момента совершения сделки, вплоть до настоящего момента времени, ФИО4 продолжает пользоваться и распоряжаться принадлежащей ей спорной квартирой, соответственно, как настоящий и добросовестный собственник, оплачивая все коммунальные и остальные расходы за квартиру. ФИО4 не знала, не могла и не должна была знать, что отчуждатель - ФИО6 по сделке не управомочена на отчуждение имущества. Более того, все документы предоставленные для сделки и запрошенные в компетентных органах Банком, подтверждали право продавца на продажу. Квартира на момент сделки находилась в свободном, не вызывающем подозрения пользовании продавца, который, в том числе, осуществлял ее показ. Сделка по купле-продаже спорной квартиры прошла государственную регистрацию, с того момента времени юридическим и фактическим собственником квартиры стала ФИО4 Согласно представленным документам, истец добровольно оставил спорную квартиру в пользование, не проявлял достаточной заботы о сохранности своего имущества, платежи за капитальный ремонт, коммунальные расходы, за обслуживание жилья и обращение с ТБО, в спорный период не оплачивал, налоги, как собственник, не оплачивал, судьбой квартиры не интересовался. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО4, является добросовестным приобретателем спорного недвижимого имущества, в связи с чем просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. А также просила применить срок исковой давности.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО6-Фот Д.Г. исковые требования не признал в полном объеме, пояснил, что истец добровольно отказался от своей доли, в установленные сроки не оформил надлежащим образом право на спорную квартиру, в связи с чем, оснований для удовлетворения иска не имеется. ФИО6 является добросовестным приобретателем. Просил применить срок исковой давности. 

В судебное заседание ответчики не явились, извещены надлежащим образом, своевременно. 

Суд, в силу статьи 167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчиков.

Заслушав стороны, исследовав в совокупности письменные доказательства по делу, оценив их в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), суд находит исковые требования истца подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно заочному решению Усть-Илимского городского суда от 17.08.2017 по гражданскому делу № 2-1601/2017, исковые требования ФИО7 удовлетворены частично, доли ФИО7 и ФИО1 в совместно нажитом имуществе признаны равными. Жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, признано общим имуществом супругов, определены доли ФИО1 и ФИО7 равными, по 

<

данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности за каждым. Решение вступило в законную силу. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости- жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, с 10.05.2001 по 09.09.2020, правообладателем указана ФИО7, с 09.09.2020 по 02.12.2020 правообладателем указана ФИО6, с 02.12.2020 по настоящее время, правообладателем указана ФИО4 

Данный факт также подтверждается документами из реестрового дела в отношении спорного жилого помещения, содержащими в себе договор купли- продажи жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес> от 31.08.2020, согласно которому ФИО3 именуемая продавец, и ФИО6 именуемая покупатель заключили договор, согласно которому продавец продает, а покупатель покупает жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес> за 800 000 рублей. Согласно договору от 01.12.2020, ФИО6 именуемая продавец, продала, а покупатель ФИО4 приобрела вышеуказанное жилое помещение за 1 000 000 рублей. 

Как указал истец в судебном заседании, он полагал, что вместе с бывшей супругой является собственником жилого помещения, поскольку спорное жилое помещение приобретено в браке, несмотря на то, что квартира по документам была оформлена на супругу. О том, что спорное жилое помещение выбыло из их владения, он узнал в декабре 2020 года. Своего согласия на сделку купли-продажи он не давал, доверенности никому не выдавал. В связи с чем полагает, что у ФИО3 отсутствовали основания для продажи 

<

данные изъяты> доли спорного жилого помещения, принадлежащей ему. 

Суд соглашается с доводами истца, исходя из следующего. 

В соответствии с пунктами 1, 2 ст. 34 Семейного кодекса РФ имущество, нажитое супругами в период брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения. Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Отношения владения, пользования и распоряжения общим имуществом супругов урегулированы ст. 35 Семейного кодекса РФ.

Согласно ч. 1 ст. 35 Семейного кодекса РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

Решением Усть-Илимского городского суда от 17.08.2017, доли супругов в совместно нажитом имуществе - жилом помещении, расположенном по адресу: 

<

адрес> признаны равными и определены по 1/2 доли в праве общей долевой собственности за каждым.

В соответствии с п. 2 ст. 35 Семейного кодекса РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Исключение из данного правила содержится в п. 3 ст. 35 Семейного кодекса РФ, согласно которому необходимость получения нотариально удостоверенного согласия другого супруга требуется для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке.

В силу ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Заявляя требование о признании сделок недействительными, истец ссылается на факт того, что ФИО3 действовала умышленно с целью лишить его 1/2 доли, то есть действовала с целью, противной основам правопорядка и нравственности.

Возражая по требованиям истца, представители ответчиков ссылаются на то, что ответчики являются добросовестными приобретателями, поскольку им не было и не могло быть известно о том, что у ФИО3 нет права на отчуждение 1/2 доли спорного объекта недвижимости. Помимо этого они полагают, что истец, подписав 21.11.2017 соглашение, уже не являлся собственником 1/2 доли спорного жилого помещения, поскольку добровольно передал в единоличную собственность своей супруге право на 1/2 доли в спорном жилом помещении. 

Суд не может согласиться с доводами стороны ответчиков в данной части, исходя из следующего. 

Как следует из соглашения от 21.11.2017, заключенного между ФИО1 и ФИО7, в целях надлежащего исполнения решения Усть-Илимского городского суда от 17.08.2017, стороны пришли к следующему: ФИО7 в счет зачета долга ФИО1 получает в единоличную собственность квартиру по адресу: 

<

адрес> в свою очередь, ФИО1, в счет зачета долга перед ФИО7, передает право собственности на имущество- квартиру по адресу: 

<

адрес> в счет погашения задолженности перед Стороной 2 по решению суда. 

Однако, суд полагает, что данное соглашение не имеет никаких правовых последствий, поскольку соглашение бывших супругов от 21.11.2017 является соглашением о разделе имущества, нажитого супругами в период брака, а следовательно, должно было быть нотариально удостоверено (п. 2 ст. 38 СК РФ). Несоблюдение нотариальной формы сделки влечет ее ничтожность в силу требований пункта 3 статьи 163 ГК РФ.

Помимо этого, судом учитывается, что ФИО3 уже в феврале 2018 года обратилась в службу судебных приставов Иркутской области за взысканием долга с ФИО1 присужденного по заочному решению суда и зачтенного в счет передачи доли истца в ее пользу по соглашению от 21.11.2017, что говорит о явном не достижении сторонами согласования по исполнению вышеуказанного соглашения. 

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 той же статьи, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно статье 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Пунктом 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - постановление Пленума N 10/22), собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении.

В пункте 39 вышеуказанного постановления указано, что по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 302 того же Кодекса, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. Если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.

При этом лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика (пункт 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой прав собственности и других вещных прав»).

Таким образом, право собственника в случае, если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, подлежит защите путем предъявления виндикационного иска. Лицо, считающее себя собственником имущества, вправе предъявить иск о признании недействительными сделок с этим имуществом, совершенных сторонними лицами. Однако возврат выбывшего имущества из чужого незаконного владения возможен путем удовлетворения виндикационного иска, а не требований о применении реституции по сделкам, стороной которых указанное лицо не является.

Как разъяснено в пункте 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в соответствии со статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель).

В соответствии с пунктом 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя.

Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Таким образом, при рассмотрении иска собственника об истребовании имущества из незаконного владения лица, к которому это имущество перешло на основании сделки, юридически значимыми и подлежащими судебной оценке обстоятельствами являются наличие либо отсутствие воли собственника на выбытие имущества из его владения, возмездность или безвозмездность сделок по отчуждению спорного имущества, а также соответствие либо несоответствие поведения приобретателя имущества требованиям добросовестности.

Суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований истца, поскольку он нотариально удостоверенного согласия на совершение сделки по продаже 1/2 доли спорной квартиры, в соответствии с ч. 3 ст. 35 Семейного кодекса РФ, не давал, воля истца на отчуждение принадлежащего ему спорного имущества отсутствовала.

Ответчик ФИО3 заведомо зная о том, что истец по решению суда является собственником 1/2 доли спорного жилого помещения, совершила сделку со своей матерью ФИО6 по продаже жилого помещения, не поставив в известность истца об этом, что явно указывает на недобросовестность ее действий. 

В отношении ответчика ФИО6, суд приходит к выводу, что ей было известно о существе сделки купли-продажи спорной квартиры, поскольку продавец по отношению к покупателю является заинтересованным лицом (дочерью), в связи с чем презюмируется ее осведомленность о совершении сделки в целях ущемления интересов истца.

Судом также установлено, что ответчик ФИО4 не знала и не могла знать о том, что 1/2 доля в праве общей долевой собственности на спорный объект недвижимости не принадлежит ФИО3, поскольку сам продавец ее об этом в известность не поставил, о наличии спора в отношении объекта недвижимости не сообщил. Кроме того, по данным ЕГРН ФИО3 являлась единоличным собственником имущества, каких либо ограничений и обременений в отношении спорного объекта недвижимости установлено не было.

Вместе с тем, суд полагает, что ФИО4 нельзя признать добросовестными приобретателями, поскольку в ходе судебного разбирательства было установлено, что ответчику ФИО6 было известно об обстоятельствах, опровергающих действительность всей сделки по отчуждению ее дочерью в ее пользу всей спорной квартиры, поскольку являясь матерью ФИО3, она знала о нахождении ее дочери в браке с ФИО1 и правовом статусе квартиры, следовательно, сделка на основании которой ответчик ФИО6 приобрела спорное недвижимое имущество, в части не отвечает признакам действительной сделки, а ответчик ФИО4 как покупатель, не проявила должной степени осмотрительности и не предприняла всех разумных мер для выяснения правомочий продавца на отчуждение спорного объекта недвижимости.

Помимо этого, судом учитывается, что спорное жилое помещение было продано продавцом ФИО6 покупателю ФИО4 менее чем через полгода владения, что также должно было вызвать сомнения у последней. Ответчик ФИО4 не усомнилась в необходимости заключения договора купли-продажи через непродолжительный промежуток время с даты государственной регистрации права собственности ФИО6 и последующей продажей этого имущества ей.

Также судом учитывается следующее.

Поскольку добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается, лицо, опровергающее данный факт, должно привести убедительные доводы и соответствующие доказательства (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). В данном случае о недобросовестности приобретателя может свидетельствовать приобретение имущества по многократно заниженной цене, отсутствие встречного предоставления, заинтересованность и т.п.

При истребовании в пользу должника спорного имущества, не представляется возможным ограничиваться констатацией владения конечным приобретателем этим имуществом, не проверив обстоятельства заключения и исполнения предшествующих договоров, а также поведение конечного приобретателя при совершении данной сделки.

Согласно имеющимся в материалах дела документам, спорное жилое помещение было продано по первоначальной сделке между ФИО3 и ФИО6 в августе 2020 года за 800 000 рублей, затем в декабре 2020 года ФИО4 за 1 000 000 рублей. 

Указывая на недобросовестность приобретателей, стороной истца представлен отчет о рыночной стоимости спорного имущества на сегодняшний день, которая составляет 2 080 000 рублей, что по мнению истца свидетельствует о приобретении спорного имущества по многократно заниженной цене и является явным признаком недобросовестности ответчиков.

Суд соглашается с доводами стороны истца, поскольку доказательств иной рыночной стоимости спорного имущества в опровержение документов, представленных стороной истца, ответчиками не представлено. 

Учитывая небольшой промежуток времени между произведенными сделками и установлением рыночной стоимости спорного имущества по представленному отчету об оценке, суд соглашается с доводами истца о приобретении спорного имущества по многократно заниженной цене, что является явным признаком недобросовестности ответчиков.

На основании изложенного ни одного из ответчиков нельзя признать добросовестном приобретателем. 

Таким образом, договор купли-продажи недвижимости от 31.08.2020, заключенный между ФИО3 и ФИО6, а также договор купли-продажи недвижимости от 01.12.2020 заключенный между ФИО6 и ФИО4, в части продажи 1/2 доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру, подлежит признанию недействительным.

Недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части (статья 180 ГК РФ).

В пункте 100 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что признавая сделку недействительной в части, суд в решении приводит мотивы, исходя из которых им был сделан вывод о том, что сделка была бы совершена сторонами и без включения ее недействительной части (статья 180 ГК РФ). При этом в силу пунктов 1 и 4 статьи 421 ГК РФ признание судом недействительной части сделки не должно привести к тому, что сторонам будет навязан договор, который они не намеревались заключать. В связи с этим при решении вопроса о признании недействительной части сделки или сделки в целом суду следует вынести указанный вопрос на обсуждение сторон (статья 56 ГПК РФ, статья 65 АПК РФ)

В ходе судебного разбирательства из пояснений стороны ответчика было установлено, что спорное жилое помещение представляет собой единый объект недвижимости и на сегодняшний день ФИО4 пользуется приобретенной квартирой именно как единым объектом недвижимости для непосредственного проживания в ней. Аналогичным образом использовалась квартира и ответчиком ФИО6 

Учитывая положения статьи 180 ГК РФ, разъяснения, данные в пункте 100 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд приходит к выводу о признании договоров купли-продажи спорной недвижимости недействительными в целом, и применении последствий недействительности сделок, в виде передачи в собственность ФИО6 спорной квартиры от ФИО4 и дальнейшей ее передаче в собственность ФИО3

Одновременно с этим на ответчиков ФИО3 и ФИО6 необходимо возложить обязанность возвратить уплаченные за спорную квартиру денежные средства по договорам купли продажи. 

Решение является основанием для погашения записи в ЕГРН о праве собственности ФИО4, ФИО6 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. и является основанием для восстановления записи о праве собственности ФИО3 на указанный выше объект недвижимости.

Рассматривая заявление стороны ответчика о пропуске срока исковой давности, суд не находит оснований, для его применения, исходя из следующего.

Статьей 196 ГК РФ установлен общий срок исковой давности три года.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 198 ГК РФ сроки исковой давности и порядок их исчисления не могут быть изменены соглашением сторон.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Возможность применения срока исковой давности, определение момента начала его течения, суд должен определить исходя из существа спора, очевидности преследуемого истцом материально-правового интереса.

Требования истца направлены на признание совершенных ответчиками сделок недействительными и прекращении права собственности на спорную квартиру, восстановлении права собственности истца на спорную квартиру.

Как следует из пояснений истца, он полагал, что спорная квартира, находится в его собственности и его бывшей супруги, хотя и оформлена только на супругу. О нарушении своего права и новых собственниках квартиры, он узнал только в декабре 2020 года из выписки ЕГРП, в суд с данным иском обратился 31.12.2020. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что срок исковой давности для обращения в суд с настоящим иском истцом пропущен не был.

Доводы стороны ответчиков о том, что срок исковой давности следует исчислять с момента, когда истец узнал о вынесенном заочном решении от 17.08.2017 либо с момента заключения соглашения с супругой 21.11.2017, суд находит ошибочными, основанными на неверном толковании норм права, поскольку истец оспаривает свое право владения, распоряжения принадлежащим ему имуществом, которое было нарушено, в связи с заключением договоров купли продажи от 31.08.2020 и 02.12.2020, соответственно. 

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи недвижимости от 02.12.2020, заключенный между ФИО6 с одной стороны и ФИО4, с другой стороны.

Применить последствия недействительности сделки:

Передать в собственность ФИО6 квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО4 денежные средства в размере 1 000 000 рублей, уплаченные за жилое помещение- квартиру, расположенную по адресу 

<

адрес> по договору купли-продажи от 02.12.2020.

Признать недействительным договор купли-продажи недвижимости от 31.08.2020, заключенный между ФИО3 с одной стороны и ФИО6 с другой стороны.

Применить последствия недействительности сделки:

Передать в собственность ФИО3 квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО6 денежные средства в размере 800 000 рублей, уплаченные за квартиру, расположенную по адресу 

<

адрес> по договору купли-продажи от 31.08.2020.

Решение является основанием для погашения записи в ЕГРН о праве собственности ФИО4, ФИО6 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. и является основанием для восстановления записи о праве собственности ФИО3 на указанный выше объект недвижимости.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Усть-Илимский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Председательствующий судья Т.М. Шейко 

Мотивированное решение изготовлено 22.03.2021