РЕШЕНИЕ

ИФИО1

06 декабря 2019 г. 

<

адрес> 

Автозаводский районный суд 

<

адрес> в составе: 

председательствующего судьи Разумова А.В., 

при секретаре ФИО7, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2 к ГСК № «Мизар» о признании недействительным решения общего собрания членов ГСК,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО12 обратились в Автозаводский районный суд 

<

адрес> с иском к ГСК № «Мизар» о признании недействительным решения общего собрания членов ГСК, в обоснование указав, что истцы являются собственниками недвижимости в здании по адресу: 

<

адрес>. Эксплуатационный контроль за зданием находиться у ответчика. Истцы ФИО4, ФИО5 и ФИО12 не являются членами ГСК, истцы ФИО3 и ФИО6 состоят в членах ГСК.

Истцы указывают, что ДД.ММ.ГГГГ оформлено решение собрания членов ГСК с утверждением сметы на 2019 год, которая выступает основанием начисления взносов членам ГСК и одновременно выступает основанием предъявления финансовых претензий к не членам ГСК, имеющим в собственности помещения в здании ГСК.

По мнению истцов, смета носит абстрактный характер, не обоснована и явно завышена, чем нарушает права и законные интересы истцов.

С учетом прямо высказанного председателем ГСК нежелания выдавать заверенные копии документов именно во имя возможности их (документы) изменить задним числом, как это уже исполнено в ходе не законченной проверки ОБЭП по первичным хозяйственным документам. Так же, о реализуемом механизме замены документов говорит и ситуация с несколькими вариантами сметы по прежним годам.

Принудить ГСК к выдачи документов не представляется возможным в связи с одобряемым судом саботажем ГСК в рамках дела №.

На основании изложенного истец просит признать недействительным решение общего собрания членов ГСК № «Мизар» ОГРН 

<

***>, оформленного протоколом от ДД.ММ.ГГГГ, включая приложение к протоколу в виде сметы расходов ГСК № «Мизар» на 2019 г. 

В судебном заседании представитель истцов ФИО8, действующий на основании выданных доверенностей, требования, заявленные в иске, поддержал, суду пояснил, что форма собрания смешанная и очно-заочная, это две разные формы. Протокол собрания по очной форме отсутствует. Расхождение между протоколом и бюллетенем не возможно. Итогом заочного голосования оформляется протокол путем подсчетов. Доверенность от всех членов ГСК не является внутренним вопросам членов ГСК. Доверенность физического лица, оформляется строго конкретным образом. Подтверждение о том, что не члены ГСК не имеют право оспаривать протокол, недействительность в форме ничтожности, это правомочия любого лица. Смета обжалуемого протокола касается всего здания, расходы рассчитаны из этой сметы. Уведомление путем устного уведомления (о проводимом собрании) не предусмотрено. Идентификация лица осуществляется по паспортным данным. Подписание принятия бюллетеней является недопустимым. 

По мнению представителя истца, фактически бюллетеней членов ГСК имевших право голосовать только 31 штука из 201 от общего количества. Просил исковые требования удовлетворить в полном объеме. 

Представитель ответчика ФИО9, действующая по доверенности, требования, заявленные в иске, не признала, суду пояснила, что ФИО4, ФИО12 и ФИО13 не являются членами кооператива, они не имеют права оспаривать решение сообщества, которому они не принадлежат. ФИО6 лично была извещена о собрании. Надлежащим истцом является только ФИО3. 

Представитель ответчика указала, что ст.181 ч. 2 ГК РФ содержит исчерпывающий перечень требований, который предъявляется к протоколам общих собраний. Оспариваемый протокол соответствует требованиям закона. Собрание проводилось в очно-заочной форме. Протокол составлен верно, и при его составлении не допущено никаких нарушений. 

Согласно ст. 3.8.5 Устава кооператива, каждый член кооператива имеет право получать информацию о собрании. Информация находилась в открытом доступе. 

В соответствии с п. 7.6. Устава общее собрание кооператива является высшим органом управления. В его компетенцию входит решение любых вопросов. В данном случае речь идет о членах кооператива, а не о физических лицах. 

Приводя свои доводы о выписанных членами кооператива доверенностях, представитель ответчика пояснила, что член кооператива наделил другого члена кооператива представлять его интересы, закон по этому поводу не содержит ограничений. Любой член кооператива имеет право внести в протокол пометку, о том, что он против, чтобы его интересы представлял тот или иной человек. На сегодняшний день такие изменения не внесены. Все решения по повестке дня приняты в рамках законодательства. 

Смета на 2019 год никем из членов кооператива не оспаривалась. 

Пунктом 7.3 Устава кооператива предусмотрено, что члены кооператива должны быть уведомлены любым способам, в том чисел и путем вывешивания объявлений на доске. Письма, который рассылались на email (электронную почку), говорят о том, что ГСК принял все возможные меры для извещения членов ооператива. На доске объявлений информация размещалась. В бюллетени стоит подпись как получившего, так и передавшего документ.

Согласно действующему законодательству, если лицо можно идентифицировать по документу, который он заполнил, то бюллетень признается действительным. Ответчиком никоим образом не нарушались права участников сообщества, каждый голосовал так, как считает нужным. Каждый бюллетень можно идентифицировать. Говорить, о том, что доверенность должна быть оформлена в нотариальной форме не верно. Просила в удовлетворении требований отказать. 

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, считает заявленные исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу положений пункта 1 статьи 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, решение собрания считается принятым, если за него проголосовало большинство участников собрания и при этом в собрании участвовало не менее пятидесяти процентов от общего числа участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

В соответствии со статьей 181.3 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания недействительно по основаниям, установленным настоящим Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение). Недействительное решение собрания оспоримо, если из закона не следует, что решение ничтожно.

Основания для недействительности решения предусмотрены статьями 181.4 и 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Основаниями для признания судом недействительным решения собрания являются нарушения требований закона, в том числе существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания.

В соответствии со статьей 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно принято при отсутствии необходимого кворума.

Кворум - это число членов собрания, достаточное для признания собрания правомочным.

Кворум зависит от общего числа членов кооператива и может считаться от процента (количества) лиц, присутствовавших на собрании (при очной форме), или процента (количества) лиц, участвовавших в голосовании (при заочной форме).

В соответствии с пунктом 105 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" решения собраний могут приниматься посредством очного или заочного голосования (пункт 1 статьи 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если специальным законодательством не предусмотрены особые требования к форме проведения голосования, участниками гражданско-правового сообщества такие требования также не устанавливались (в частности, порядок проведения собрания не определен в уставе), то голосование может проводиться как в очной, так и в заочной или смешанной (очно-заочной) форме.

В судебном заседании установлено, что ФИО4, ФИО3, ФИО6, ФИО5, ФИО12 являются собственниками нежилых помещений, расположенных по адресу: 

<

адрес> А., что подтверждается свидетельствами о праве собственности, копии которых представлены в материалы дела (л.д. 6-8).

Истец ФИО3 является членом ГСК, что подтверждается членским билетом №, представленным в материалы дела в копии (л.д.8).

ДД.ММ.ГГГГ состоялось общее собрание членов ГСК № «МИЗАР», оформленное протоколом №. 

Из предствленого протокола усматривается, что в общем собрании членов ГСК приняли участие члены кооператива и их представители в количестве 135 человек, что составляет 67,84% голосов. Перечень вопросов, поставленных на повестку собрания отражен в протоколе, копия которого представлена в материалы дела (л.д. 9-10).

В соответствии с пунктом 6.4 Устава ГСК № «Мизар» общее собрание правомочно принимать решения, если на данном собрании присутствует более 50% общего числа членов кооператива.

Истцы, с принятыми на собрании решениями не согласились, указав, что решение собрания является недействительным, в обоснование ссылаясь на тот факт, что при составлении протокола собрания был допущен ряд нарушений. 

С указанными доводами суд не может согласиться, по следующим основаниям. 

Действующим законодательством РФ предусмотрено право проведения собрания членами кооперативов в том числе в очно-заочной форме, указанное также согласуется с п. 7.8 Устава ГСК.

Порядок принятия решения собрания регламентирован положением ст. 181 ГК РФ, так п.2 указанной нормы предусматривает исчерпывающий перечень требований, предъявляемых к оформлению решения и оформлению протокола общего собрания. 

Судом, в ходе рассмотрения гражданского дела был исследован протокол № от ДД.ММ.ГГГГ При этом, нарушений, либо не соответствия требованиям законодательства при его оформлении, установлено не было. 

Документ содержит дату и время проведения собрания, сведения о лицах, принявших участие, в протоколе отражены результаты голосования по каждому вопросу, сведения о лицах, проводивших подсчет голосов, сведения о лицах, голосовавших против принятия решения собрания и потребовавших внести запись об этом в протокол. 

В данном случае судом учтен и тот факт, что оспоримое собрание проводилось в очно-заочной форме голосования.

На основании изложенного, суд считает, что протокол собрания членов ГСК № «Мизар» № соответствует требованиям действующего законодательства, нарушений правил составления протокола судом не установлено. 

В обоснование требований истцы также ссылаются на тот факт, что бюллетени, оформленные по итогам проведенного собрания, не содержат всей необходимой информации, в том числе, не содержат сметы 2018, 2019 гг. 

Согласно п.3.8.5. Устава ГСК, член кооператива вправе получать любую информацию о деятельности кооператива. Непосредственно Уставом предусмотрено право членов кооператива принимать участие в его деятельности, в том числе путем ознакомления с документацией. Тот факт, что к бюллетеням голосования не приложена смета, обстоятельством, нарушающим права членов кооператива не является, поскольку Уставом ответчика предусмотрено право членов кооператива, в случае возникновения вопросов, на ознакомление с интересующей их информацией.

Истцы в обоснование позиции также ссылаются на тот факт, что смета 2019 г. составлена ненадлежащим образом, решение, принятое по данному вопросу, к компетенции собрания не относится. 

Согласно п.7.6. Устава ГСК общее собрание членов ГСК является высшим органом управления ГСК, и имеет право принимать решения по любым вопросам деятельности ГСК. 

Таким образом, уставом кооператива прямо предусмотрено право на принятие решений по любым вопросам, действующим законодательством данное право не ограничено. Более того, как установлено судом, принятая на собрании смета на 2019 г., членами кооператива, не оспаривалась, ее обсуждение проходило на общем собрании членов кооператива.

Не обоснованным суд также считает довод истцов в части наличия нарушений в извещении членов кооператива о предстоящем собрании. 

Согласно п.7.3 Устава ГСК члены кооператива должны быть уведомлены о дате, времени, месте, повестке проведения собрания любым способом, в том числе путем размещения на досках информации, расположенных на территории ГСК. 

Из представленных в материалы дела документов усматривается, что от имени председателя ГСК ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ на электронную почту членов ГСК, посредством телекоммуникационной сети «Интернет» были направлены сообщения о проведении оспоримого собрания. Указанное выше, по мнению суда, является доказательством надлежащего извещения всех членов ГСК о проведении оспоримого собрания. 

Факт извещения членов кооператива о предстоящем собрании, также подтверждается непосредственной подписью каждого члена кооператива, отраженной в реестре членов ГСК № «МИЗАР» (л.д. 47-54). Достоверность указанных подписей и принадлежность последних членам ГСК не вызывает у суда сомнения. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что все члены ГСК о проведении оспоримого собрания были извещены заблаговременно, надлежащим образом. Истцами в материалы дела каких-либо доказательств, свидетельствующих об обратном, представлено не было.

Необоснованными по мнению суда также являются доводы истцов о некорректном заполнении бюллетеней. 

Судом, в ходе рассмотрения гражданского дела, были исследованы бюллетени голосования (л.д. 55-110). Указанные документы содержат все необходимые сведения, подписаны каждым членом кооператива собственноручно, подлинность подписей у суда сомнения не вызывает. Указанная в бюллетенях информация позволяет достоверно идентифицировать личность лица, подписавшего документ.

Вместе с тем, истцами, в обоснование заявленного каких-либо доказательств представлено не было, в процессе рассмотрения гражданского дела свидетелей-членов ГСК, оспаривающих подписи в бюллетенях, допрошено не было, подобных ходатайств суду не заявлялось. 

На основании изложенного судом установлено, что бюллетени, оформленные по итогам проведенного собрания, составлены надлежащим образом, содержат всю информацию, необходимую для принятия решений по всем заявленным на повестку дня собрания вопросам, подписаны каждым голосующим членом кооператива собственноручно. Действия ответчика при созыве, проведении и оформлении итогов общего собрания членов ГСК полностью соответствуют действующему законодательству и Уставу ГСК. 

В обоснование заявленных доводов истцы также указывают на тот факт, что представленные в материалы дела доверенности от имени членов ГСК не соответствуют требованиям закона в виду того, что не имеют нотариального удостоверения. 

Указанный довод суд считает несостоятельным, по следующим основаниям. 

Согласно ст. 185 ГК РФ доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

Согласно п.1 ст.185.1 ГК РФ по общему правилу нотариальному удостоверению подлежат доверенности: по сделкам, требующим нотариальной формы (ст. 163 ГК РФ); на подачу заявлений о государственной регистрации прав или сделок; на распоряжение зарегистрированными в государственных реестрах правами. К ним относятся доверенности, уполномочивающие представителя на отчуждение имущества, права на которое зарегистрированы в реестре (например, заключение договоров купли-продажи, мены, дарения в отношении такого имущества), а также на установление ограниченных вещных прав на него (в частности, установление сервитута или ипотеки).

В ряде специальных законов установлены правила о применении нотариальной формы доверенности, например, согласно ч.4 ст. 15 закона «О государственной регистрации недвижимости» от ДД.ММ.ГГГГ №218-ФЗ, нотариальная доверенность нужна не только для регистрации прав, но и для осуществления государственного кадастрового учета; в соответствии с п. 3 ст. 29 НК РФ, представление интересов граждан в отношениях с налоговыми органами возможно только по доверенностям, удостоверенным нотариально; как следует из ч. 2 ст. 53 ГПК РФ, ч. 8 ст. 57 КАС РФ и ч. 7 ст. 61 АПК РФ, доверенность гражданина на представление интересов в судах также должна быть нотариальной и т.д.

Таким образом, законодателем установлен четкий перечень случаев, предусматривающих наличие доверенности нотариальной формы. Представление интересов члена ГСК, в том числе с правом голосовать от имени членов ГСК, в указанный перечень не входят. 

Судом в ходе рассмотрения гражданского дела были исследованы представленные в материалы доверенности (л.д. 111-146), указанные документы, по мнению суда, оформлены надлежащим образом, содержат все необходимые сведения о доверителе и доверенном лице, из документов ясно усматривается на совершение каких действий доверитель дает права доверенному лицу. Достоверность подписей в указанных документах в ходе судебного разбирательства ни кем не оспаривалась.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что доверенности, представленные в материалы дела, полностью соответствуют требованиям действующего законодательства, что свидетельствует о законности действий, осуществляемых сторонами на основании данного документа. 

В обоснование доводов истцов о том, что оспоримое собрание является ничтожным по причине противоречия основам нравственности и правопорядка последними в материалы дела каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что руководители кооператива, председатель и секретарь собрания членов кооператива, своими действиями подорвали установленные государством основополагающие нормы об общественном, экономическом и социальном устройстве общества, нарушили систему внутренних правил, действовали в разрез с моральными нормами, суду представлено не было. 

Напротив, судом в ходе рассмотрения гражданского дела было установлено, что действия кооператива по подготовки, проведению оспоримого собрания соответствуют основам правопорядка и нравственности, направлены на улучшение жизни и деятельности членов кооператива, иных доказательств суду представлено не было.

Согласно п. 109 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", решение собрания не может быть признано недействительным в силу его оспоримости при наличии совокупности следующих обстоятельств: голосование лица, права которого затрагиваются этим решением, не могло повлиять на его принятие, и решение не может повлечь существенные неблагоприятные последствия для этого лица (пункт 4 статьи 181.4 ГК РФ).

К существенным неблагоприятным последствиям относятся нарушения законных интересов как самого участника, так и гражданско-правового сообщества, которые могут привести, в том числе к возникновению убытков, лишению права на получение выгоды от использования имущества гражданско-правового сообщества, ограничению или лишению участника возможности в будущем принимать управленческие решения или осуществлять контроль за деятельностью гражданско-правового сообщества.

Если лицо, которое могло повлиять на принятие решения, влекущего для такого лица неблагоприятные последствия, обратилось с иском о признании решения недействительным по основаниям, связанным с порядком его принятия, то в случае подтверждения оспариваемого решения по правилам пункта 2 статьи 181.4 ГК РФ, заявленный иск удовлетворению не подлежит.

Судом установлено, что истцы, обращаясь с настоящим иском фактически не согласны со сметой расходов кооператива на 2019 г., вместе с тем, в ходе судебного разбирательства каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что голоса истцов, могли повлиять на принятые на собрании решения, повлиять на его принятие, суду представлено не было, равно как и не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии неблагоприятных последствий для сторон, вызванных принятыми на собрании решениями.

Более того, следует отметить тот факт, что истцы ФИО4, ФИО5, ФИО12 членами ГСК не являются, что свидетельствует об отсутствии у указанных лиц прав на участие в оспоримом голосовании, предусмотренных п.3.8 Устава кооператива. Таким образом, права лиц, не участвующих в голосовании по причине отсутствия полномочий на указанное, оспоримым решением не затронуты. 

В соответствии с частью 2 статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно принято при отсутствии необходимого кворума.

Из протокола собрания членов ГСК № «МИЗАР» № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что на дату проведения собрания в ГСК № «МИЗАР» расположенному по адресу: 

<

адрес>, всего 199 членов, что составляет 100 % голосов. В общем собрании приняли участие члены кооператива и их представители в составе 135 человек, что составило 67,84 % голосов, что свидетельствует о наличии кворума. 

Истцами в материалы дела каких-либо доказательств, свидетельствующих о неверном подсчете голосов, отсутствии кворума суду представлено не было. 

На указанных основаниях, суд находит требования истцов о признании недействительным решений, принятых на общем собрании членов ГСК необоснованными и не подлежащими удовлетворению. 

Принимая во внимание изложенное, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2 к ГСК № «Мизар» о признании недействительным решения общего собрания членов ГСК, оформленного протоколом общего собрания от ДД.ММ.ГГГГ – отказать. 

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Самарский областной суд через Автозаводский районный суд 

<

адрес>.

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья А.В. Разумов