№2-1/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

поселок Ровеньки 11 мая 2018 года

Ровеньский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Головчанова О. Н.

при секретаре Поповой О. С.,

с участием помощника прокурора Ровеньского района Судакова В. В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к публичному акционерному обществу «Мостотрест» в лице МТФ завод «Мокон» и государственному учреждению «Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации» об установлении факта несчастного случая на производстве и возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья 

при участии:

истицы ФИО2 и её представителя ФИО3 В.

у с т а н о в и л :

ФИО2 с 15.02.2014 г. по 07.08.2017 г. работала в качестве машиниста мостовых и козловых кранов 6 разряда в филиале ПАО «Мостотрест» - МТФ завод «Мокон». 

Дело инициировано иском ФИО2 к ПАО «Мостотрест» в лице МТФ завод «Мокон», которая просит признать несчастный случай, произошедший с ней при исполнении трудовых обязанностей 27.03.2016 г. на территории МТФ завод «Мокон» связанным с производством, а также взыскать с ПАО «Мостотрест» в её пользу утраченный в связи с повреждением здоровья заработок в сумме 9400 руб., ежемесячно, начиная с 27.03.2016 г. В ходе рассмотрения дела, по ходатайству ответчика, к участию в деле в качестве соответчика было привлечено государственное учреждение «Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации», которое должно производить выплаты в счет возмещения вреда здоровью в связи с несчастным случаем на производстве. В обоснование требований истица сослалась на то, что при исполнении ею 27.03.2016 г. трудовых обязанностей, по причине необеспечения работодателем безопасных условий труда, она, спускаясь в кабину крана по лестнице, получила травму 

<

данные изъяты>. О произошедшем несчастном случае она работодателю не сообщила, а продолжила работу. За медицинской помощью она впервые обратилась 18.04.2016 г., сообщив врачу о полученной травме в быту. В ходе дальнейшего обследования и лечения у неё были установлены заболевания шейного 

<

данные изъяты>, которые, по её мнению, вызваны полученной 27.03.2016 г. травмой на производстве. Она обращалась к работодателю с заявлением о проведении расследования несчастного случая, но в результате проведенного расследования было установлено, что произошедший с ней несчастный случай не связан с производством.

В судебном заседании истица и её представитель исковые требования поддержали по вышеизложенным основаниям. 

Представитель ответчика ПАО «Мостотрест» о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом, в судебное заседание не явился. Из представленных суду возражений следует, что ответчик не согласен с заявленными требованиями, поскольку истица не представила доказательств, подтверждающих факт произошедшего с ней 27.03.2016 г. несчастного случая на производстве. До 18.04.2016 г. она не сообщала работодателю о каких-либо несчастных случаях на производстве с её участием, в медицинские учреждения не обращалась и ей с 27.03.2016 г. не была установлена временная нетрудоспособность. 18.04.2016 г. ФИО2 сообщила представителю работодателя о том, что она получила травму левого плеча на производстве и сразу была направлена в травмпункт. После посещения которого она вернулась на работу и продолжала работать до 30.05.2018 года. Ответчик считал, что отсутствует причинно-следственная связь между событием, на которое ссылается ФИО2 и наступившими для её здоровья последствиями, поскольку последующее лечение истицы и установление ей 

<

данные изъяты> группы инвалидности было связано с общими заболеваниями, а не с травмой. 

Представитель ответчика ГУ «Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации» о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом, в судебное заседание не явился. Из представленных суду возражений следует, что ответчик просил отказать в удовлетворении иска, поскольку представленная истицей медицинская документация свидетельствует о том, что временная нетрудоспособность была установлена ей впервые в мае 2016 г., а инвалидность ей установлена по общему заболеванию. Считал, что не представляется возможным установить причинно-следственную связь между полученной травмой и несчастным случаем. В результате проведенного работодателем расследования, факт несчастного случая с ФИО2 не нашел своего подтверждения. 

Третье лицо Государственная инспекции труда в г. Москве о времени и месте судебного заседания извещалась надлежащим образом. Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, возражений на иск не представил. 

Прокурор просил в удовлетворении иска отказать, поскольку из представленных доказательств следует, что описанные истицей события, имевшие место 27.03.2016 г., не создали для неё травмирующую ситуацию, а имеющиеся у нее заболевания носят нетравматических характер. 

Выслушав объяснения истицы и её представителя, исследовав представленные доказательства, суд признает исковые требования не подлежащими удовлетворению. 

То обстоятельство, что ФИО2 с 15.02.2014 г. по 07.08.2017 г. состояла в трудовых отношениях с ПАО «Мостотрест», работая в качестве машиниста мостовых и козловых кранов 6 разряда в филиале ПАО «Мостотрест» - МТФ завод «Мокон» подтверждается копиями приказов о приема на работу от 15.02.2014 г. и о прекращении трудового договора от 07.08.2017 г. (т.1 л.д.3,7), а также копией её трудовой книжки (т.1 л.д. 33-43).

Как следует из пояснений истицы, 27.03.2016 г. исполняя свои трудовые обязанности машиниста крана, при спуске в кабину крана по лестнице, она поскользнулась и повисла на левой руке на лестнице, в результате чего произошел сильный рывок в области шейного отдела позвоночника и сильный удар правой ногой о контролер, после чего ей удалось схватиться рукой за люк и спуститься в кабину крана. Посидев в кабине около 30 минут, она продолжила работу. Испытывая боли в области шеи и в левой руке она доработала вахту до конца марта 2016 г. и уехала домой. Приехав на следующую вахту в середине апреля 2016 г., она 18.04.2016 г. пожаловалась главному механику МТФ завод «Мокон» на боли в левой руке, рассказав о произошедшем с ней случае 27.03.2016 г. Главный механик отправил её в травмпункт в г. Москва, где у неё не установили никаких повреждений и не выдали листок нетрудоспособности. Доработав следующую вахту до конца апреля 2016 г., она уехала домой в 

<

адрес>, где 04.05.2016 г. обратилась в ОГБУЗ «Ровеньская ЦРБ» к травматологу с жалобами на боли в левом плече, после чего ей впервые после произошедшего 27.03.2016 г. случая был выдан листок нетрудоспособности. В последующем она лечилась в ОГБУЗ «Ровеньская ЦРБ» и ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница им. святителя Иосафа» от 

<

данные изъяты>, а 01.11.2016 г. ей впервые была установлена 

<

данные изъяты> группа инвалидности. 

Произошедший с ФИО2 27.03.2016 г. на рабочем месте случай при спуске в кабину крана, в результате которого она ударилась левой рукой и правой ногой о выступающие части крана подтвердила допрошенная в предварительном судебном заседании 14.11.2017 г. свидетель ФИО1 (т.2 л.д. 179-183), которой о произошедшем известно со слов ФИО2 При этом свидетель пояснила, что видела у ФИО2 27.03.2016 г. отек на левом плече и правой ноге. 

Изложенные истицей обстоятельства произошедшего с ней случая на рабочем месте 27.03.2016 г. не оспаривали и представители ответчиков, ссылаясь на отсутствие доказательств, что данная травмирующая ситуация причинила вред здоровью истицы. 

При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований не доверять показаниям истицы о том, что произошедшее с ней на рабочем месте 27.03.2016 г. событие, при котором она ударилась левой рукой и правой ногой, спускаясь в кабину крана, имело место.

Однако, для квалификации данного события как несчастного случая на производстве законом предусмотрен ряд условий. 

В соответствии со ст.3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

На основании ст.5 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем.

Из возражений ответчика ГУ «Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации» следует, что МТФ завод «Мокон» - филиал ПАО «Мостотрест» зарегистрирован в качестве страхователя в территориальном органе страховщика. 

Согласно разъяснений, изложенных в п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. При этом суду следует учитывать, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора. Днем наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (хронического или острого) является день, с которого установлен факт временной или стойкой утраты застрахованным профессиональной трудоспособности. Основным документом, подтверждающим факт повреждения здоровья и временную утрату профессиональной трудоспособности, является листок нетрудоспособности, выдаваемый медицинской организацией по форме и в порядке, предусмотренном Министерством здравоохранения и социального развития Российской Федерации. Наступление стойкой утраты профессиональной трудоспособности устанавливается учреждениями медико-социальной экспертизы при представлении акта о несчастном случае на производстве по форме Н-1 или акта о профессиональном заболевании и оформляется в виде заключения.

Таким образом, чтобы установить являлось ли произошедшее с ФИО2 27.03.2016 г. на рабочем месте событие несчастным случаем на производстве, необходимо установить получила ли она в результате данного события увечье или иное повреждение здоровья, которое повлекло временную или стойкую утрату её профессиональной трудоспособности. При этом, основанием для квалификации несчастного случая страховым является не только повреждение здоровья, но и наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора, а также связь между датой наступления страхового случая и датой оформления временной нетрудоспособности.

По письменному заявлению ФИО2, поступившему 16.06.2017 г. в филиал ПАО «Мостотрест» - МТФ завод «Мокон» работодателем было проведено расследование несчастного случая, произошедшего с ФИО2, и по результатам расследования был составлен акт (т.2 л.д. 2-10), согласно которого комиссия пришла к выводу о том, что произошедший 27.03.2016 г. с ФИО2 случай является несчастным случаем не связанным с производством, поскольку 27.03.2016 г. она за медицинской помощью не обращалась. Впервые она обратилась за медицинской помощью 18.04.2016 г. в травматологический пункт ГБУЗ ГП №218 ДЗМ, а затем 04.05.2016 г. в ОГБУЗ «Ровеньская ЦРБ» и оба обращения были вызваны травмой, не связанной с производством.

Из пояснений ФИО2 и представленных суду её медицинских амбулаторных карт ГБУЗ «ГП №218 ДЗМ» № и ОГБУЗ «Ровеньская ЦРБ» № (т.3 л.д. 98-99, 124-131) следует, что после произошедшего 27.03.2016 г. с ней случая она впервые обратилась за медицинской помощью 18.04.2016 г. в городскую поликлинику №218 г. Москвы с жалобами на боль в левом плечевом суставе, указав, что упала дома и ударилась левым плечом 10.04.2016 г. При этом ей был установлен диагноз «ушиб левого плечевого сустава». Листок нетрудоспособности ей впервые был выдан 04.05.2016 г. врачом травматологом ОГБУЗ «Ровеньская ЦРБ», который установил ей диагноз «

<

данные изъяты>», указав при этом, что травма получена в быту 13.03.2016 г. 

Однако, данные диагнозы не нашли своего подтверждения в ходе проведенной по делу комплексной судебно-медицинской экспертизы. 

Согласно заключения комиссии экспертов № от 14.03.2018 г., после 27.03.2016 г. у ФИО2 были выявлены заболевания в виде остеохондроза 

<

данные изъяты>, которые относятся к категории хронических заболеваний и носят нетравматический характер. В основе развития данных заболеваний лежат паталогические изменения сосудов головного мозга и дистрофические процессы в костных и соединительных структурах позвоночника. Данные заболевания не могли образоваться в условиях описанной ФИО2 травмирующей ситуации, имевшей место 27.03.2016 г. и не являются её следствием. 

У суда не имеется оснований сомневаться в правильности выводов экспертов, поскольку экспертиза проведена в соответствии с требованиями статей 81, 82 ГПК РФ, экспертами имеющими необходимую квалификацию и опыт работы, выводы экспертов научно обоснованы, сделаны на основе представленной медицинской документации и данных непосредственного осмотра ФИО2 При этом неверное указание в экспертном заключении года проведения экспертизы (2019 г. вместо 2018 г.) и даты принятия Постановление Минтруда РФ от 18.07.2001 N 56 (указана дата 18.06.2001 г.) суд расценивает как опечатки, которые не влияют на правильность и объективность выводов экспертов.

Допрошенные в судебном заседании эксперты, проводившие судебно-медицинскую экспертизу, подтвердили свои выводы изложенные в заключении, указав, что обнаруженные у истицы грыжи межпозвоночных дисков не могли образоваться в результате травмы, поскольку из представленных им результатов её обследования очевидно следует, что никаких следов полученной травмы у ФИО2 не наблюдается, в том числе нет никаких признаков того, что у истицы имел место разрыв двуглавой мышцы левого плеча. Грыжи межпозвоночных дисков вызваны не травматическими, а паталогитческими изменениями к которым привели длительные, в течении жизни, превышающую норму нагрузки на позвоночник. Эксперты также пояснили, что выявленная у истицы гипертония не могла развиться в результате описанного ею травматического воздействия. 

Истица не представила суду доказательств, которые бы опровергали выводы экспертов о нетравматическом характере заболеваний, диагностированных у неё после 27.03.2016 г. 

Инвалидность истице была установлена по общему заболеванию, что подтверждается представленной ею справкой об инвалидности от 01.11.2016 г. (т.1 л.д. 5) и актом МСЭ от 09.10.2017 г. (т.3 л.д. 133-135).

Представленные суду доказательства суд признает относимыми, допустимыми и достоверными, оценив их в совокупности, суд приходит к выводу, что произошедший 27.03.2016 г. с ФИО2 случай не является несчастным случаем на производстве, поскольку суду не представлено достаточно доказательств, что в результате данного случая ФИО2 получила увечье или иное повреждение здоровья, которое повлекло временную или стойкую утрату ею профессиональной трудоспособности, а также доказательств, что имеется причинно-следственная связь между заболеваниями, диагностированными у неё после 27.03.2016 г. и произошедшим с ней случаем на рабочем месте 27.03.2016 г. 

При таких обстоятельствах, в удовлетворении иска следует отказать. Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

В удовлетворении иска ФИО2 к публичному акционерному обществу «Мостотрест» в лице МТФ завод «Мокон» и государственному учреждению «Московское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации» об установлении факта несчастного случая на производстве и возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья, отказать. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течении месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Ровеньский районный суд Белгородской области.

Председательствующий Головчанов О. Н.