дело №-2-173/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 января 2019 года город Орел

Заводской районный суд г. Орла в составе:

председательствующего судьи Щербакова А.В.,

при секретаре Жирковой Т.Ю.,

с участием: истца ФИО2, ее представителя ФИО3 /по заявлению в порядке статьи 53 ГПК РФ/, представителя ответчика ФИО4 /доверенность (номер обезличен) от (дата обезличена)/,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО2 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Орле и Орловском районе Орловской области (межрайонному) об установлении факта нахождения на иждивении и назначении пенсии по потере кормильца, 

установил:

истец ФИО2 обратилась в суд с иском к ответчику, Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Орле и Орловском районе Орловской области (межрайонному) (далее – ГУ УПФ) об установлении факта нахождения на иждивении и назначении пенсии по потере кормильца. В обоснование исковых требований указала, что она является студенткой первого курса очной формы обучения Орловского государственного университета имени И.С. Тургенева. (дата обезличена) умер ее отец - ФИО1, в связи с чем ФИО2 обратилась к ответчику с заявлением о назначении пенсии по потере кормильца. Вместе с тем, в назначении пенсии истцу было отказано ввиду того, что из представленных документов не усматривается факт ее нахождения на иждивении умершего ФИО1 Полагая указанный отказ неправомерным, и ссылаясь на то, что она в силу обучения на очной форме обучения является нетрудоспособной, а также на то, что помощь ее отца являлась постоянным и основным источником средств к существованию, ФИО2 просила суд установить факт нахождения ее на иждивении умершего отца ФИО1 и обязать ГУ УПФ назначить ей пенсию по потере кормильца со дня смерти отца.

В судебном заседании истец ФИО2, ее представитель по заявлению в порядке статьи 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) ФИО3 заявленные требования поддержали по основаниям, изложенным в иске. ФИО2 пояснила, что до достижения возраста 18 лет ее отец ежемесячно выплачивал на ее содержание алименты путем денежных переводов ее матери ФИО8, также покупал вещи, технику, сделал ремонт в ее комнате и купил мебель, после совершеннолетия отец также передавал ей наличные денежные средства, потом отец заболел, получал пенсию по инвалидности, на момент смерти он не работал, около двух месяцев лежал, у него была первая группа инвалидности. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 возражала против удовлетворения иска, полагая, что факт нахождения истца на иждивении ее отца ФИО1 документально не подтвержден.

Суд, выслушав стороны, исследовав доказательства, представленные по делу, допросив свидетелей, приходит к выводу о том, что заявленные истцом требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Конституция Российской Федерации гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статья 39). 

В соответствии с частью 1 статьи 10 Федерального закона от 28.12.2013 №400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. 

Согласно пункту 1 части 2 указанной статьи нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются, в том числе, дети умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет.

Частями 3 и 4 названной статьи определено, что члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. Иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 30.09.2010 №-1260-О-О, факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего может быть установлен как во внесудебном, так и в судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой погибшим, и собственными доходами иждивенца, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником его средств к существованию.

Таким образом, установление факта нахождения на иждивении возможно не только при полном содержании лица умершим кормильцем, но и при получении от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключается наличие у лица (члена семьи умершего кормильца) какого-либо собственного дохода.

Соответственно юридически значимыми обстоятельствами для разрешения указанной категории споров являются: наличие дохода у кормильца, позволяющего ему содержать себя и иждивенцев, оказание иждивенцу помощи, которая является для него постоянным и основным источником средств к существованию.

Согласно части 1 и пункту 2 части 2 статьи 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций, в том числе, факт нахождения на иждивении.

Суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов (статья 265 ГПК РФ).

При разрешении спора по настоящему делу судом было установлено, что истец ФИО2, (дата обезличена) года рождения, является дочерью ФИО1, умершего (дата обезличена), что подтверждается свидетельствами о рождении, о смерти (л.д. 14-15).

На момент смерти ФИО1 его дочь, истец ФИО2, являлась совершеннолетней. Вместе с тем, истец является студенткой первого курса очной формы обучения Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Орловского государственного университета имени И.С. Тургенева», что подтверждается представленной в материалы дела справкой (л.д. 18).

Таким образом, ФИО2 в силу вышеприведенных положений закона является нетрудоспособной, ввиду чего вправе претендовать на получение пенсии по потере кормильца при доказанности факта нахождения на иждивении ФИО1 перед его смертью.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При рассмотрении дела было установлено и не оспаривалось сторонами, что на момент смерти ФИО1 с матерью истца ФИО8 в браке он не состоял и проживал отдельно по адресу: (адрес обезличен), (адрес обезличен), (адрес обезличен), что подтверждается свидетельством о расторжении брака, справкой с места жительства управляющей организации (л.д. 16,20).

В свою очередь, истец ФИО2 зарегистрирована и проживала вместе со своей матерью ФИО8 по адресу: (адрес обезличен) (л.д. 59).

Между тем, в обоснование иска истцом ФИО2 указывалось, что, несмотря на то, что ее отец ФИО1 не проживал вместе с ней, он постоянно оказывал ей помощь, которая являлась для нее фактически основным источником средств к существованию. 

Оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что истцом не доказан факт ее нахождения на иждивении у ее отца ФИО1

Согласно пояснениям истца и свидетеля ФИО8 ФИО1 при жизни постоянной работы не имел, алименты перечислял почтовыми переводами платежами по 2000 рублей в месяц, подрабатывал неофициальными заработками. 

Утверждение свидетеля о среднемесячном доходе ФИО1 в размере около 50000 рублей - иными доказательствами не подтвержден. Факт оказания дочери помощи, в свою очередь, подтверждается представленными квитанциями о получении ФИО8 почтовых переводов за период с 2012-2015 г.г., справкой Федерального государственного унитарного предприятия «Почта России» за период с (дата обезличена) по (дата обезличена) (л.д. 19, 39-52). 

При оценке представленных доказательств суд учитывает, что указанные переводы относятся к периоду несовершеннолетия истца ФИО2 и, согласно пояснениям ее матери - свидетеля ФИО8, являлись алиментами, которые уплачивались ФИО1 таким образом, чтобы зафиксировать факт содержания дочери.

Мать истца, ФИО8, после расторжения брака с ФИО1 (дата обезличена), в последующем состояла в браке с ФИО9 до (дата обезличена), что подтверждается свидетельствами о расторжении брака (л.д. 16,17). Также судом установлено, что ФИО8 работает специалистом первой категории в обществе с ограниченной ответственностью «Вторчермет НМЛК Черноземье» и ее заработная плата составляет около 22000 рублей в месяц. 

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО10 и ФИО11 – друзья семьи Крымовых суду пояснили, что умерший ФИО1 постоянно помогал дочери добровольно, делал ремонт в ее комнате, покупал туда мебель, компьютер, планшет. Однако, такая помощь относилась к периоду 3-5-летней давности, то есть когда истец была несовершеннолетней. Когда ФИО1 начал болеть, то есть с середины 2017 г., в полной мере помогать дочери он не имел возможности.

Из полученной по судебному запросу справки Управления Пенсионного фонда (номер обезличен)к от (дата обезличена) следует, что ФИО1 являлся получателем страховой пенсии по инвалидности первой группы, ежемесячной денежной выплаты (ЕДВ) по категории «Инвалиды первой группы», выплаты ему были прекращены с (дата обезличена) в связи со смертью, размер пенсии на (дата обезличена) составлял 13611 рублей 83 копеек, единовременная денежная выплата - 2551 рубль 79 копеек (л.д. 65).

Таким образом, оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу, что не доказан как факт получения ФИО1 стабильного дохода, позволяющего ему оказывать постоянную помощь, являвшуюся для истца основным источником средств к существованию, как и факт оказания такой помощи. 

Пояснениями истца и свидетелей установлено, что на момент совершеннолетия ФИО2, то есть на (дата обезличена) ФИО1 был тяжело болен, не работал, размер его пенсии составлял 16163 рубля 62 копейки и с учетом наличия заболевания, он не имел возможности осуществлять меры по содержанию своей дочери, а напротив, сам нуждался в посторонней помощи. В связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии законных оснований для удовлетворения иска.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО2 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Орле и Орловском районе Орловской области (межрайонному) об установлении факта нахождения на иждивении и назначении пенсии по потере кормильца - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Заводской районный суд г. Орла в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме, путем подачи жалобы через Заводской районный суд г. Орла.

Судья: