Дело № 2-1433/2024

Решение

 

Именем Российской Федерации 

10 декабря 2024 года город Тверь 

Московский районный суд г. Твери в составе:

председательствующего судьи Рапицкой Н.Б., 

при секретаре Кузьминой Д.Д., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1433/2024 по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, признании права собственности,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения квартиры 

<

адрес> заключенного между ФИО1 и ФИО2 от 17 марта 2015 года, погасив запись о регистрации права собственности, признании за ФИО1 права собственности на квартиру 

<

адрес>.

В обоснование требований указано, что истец с 2014 года постоянно проживает и имеет регистрацию по месту жительства по адресу: 

<

адрес>. На протяжении 38 лет страдает диабетом 2 типа из них 20 лет на инсулине. Периодически и лежит в больнице на обследовании и лечении, так как данное заболевание влечет осложнение для всего организма и в любой момент при понижении сахара может потерять сознание, то есть наступает «кома», которая требует лечение врача. Все это привело к инвалидности 2 группы. Данные обстоятельства подтверждаются справкой МСЭ и справкой из больницы. 

Ответчик является сыном истца и проживает в городе Санкт-Петербурге. Ответчик не осуществляет ухода за истцом. У сына имеется своя квартира и в дополнительном жилье он не нуждается. Истец является вдовой и спорная квартира - это квартира умершего мужа, в которую переехала после его смерти из-за климата.

По глупости истец подарила квартиру сыну, полагая, что сын будет заботиться об истце. Однако, с 2020 года сын резко перестал платить за квартиру. Объяснил это тем, что в интернете появилась публикация секты, которая пропагандировала понятие не оплаты тем, что «рожденные в СССР и за все ресурсы заплачено». За три года долг составил 350000 рублей. Истец обращалась к сыну с требованием вернуть квартиру обратно, но он отказал. 

В связи с тем, что в момент совершения договора дарения находилась в таком состоянии, что не могла понимать значение своих действий и руководить ими, сделка является недействительной.

Истец в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена. Ранее в судебном заседании требования поддерживала в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что в момент подписания договора находилась в состоянии полусознания, могла в любой момент оказаться без сознания в связи с наличием заболевания «сахарный диабет».

Ответчик ФИО2, третьи лица Управление Росреестра по Тверской области, филиал ППК «Роскадастр» по Тверской области в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещены.

Судом определенно о рассмотрении дела в отсутствии не явившихся лиц. 

Выслушав мнение лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу. 

Согласно ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Таким образом, совершая дарение, даритель должен осознавать прекращение своего права на объект дарения и отсутствие каких-либо притязаний на подаренное имущество. В свою очередь, на одаряемом лежит обязанность по фактическому принятию дара, то есть совершению действий, свидетельствующих о вступлении в права владения, пользования и распоряжения подаренным имуществом.

В соответствии с пп. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Судом установлено, что 17 марта 2015 года между ФИО3 и ФИО2 заключен договор дарения, по которому ФИО3 подарила ФИО2 принадлежащую на праве собственности квартиру, находящуюся по адресу 

<

адрес>.

Согласно свидетельству о заключении брака ФИО3 сменила фамилию на ФИО4. В связи с заключением брака (л.д. 91).

Согласно договору ФИО5 гарантировала, что она заключает настоящий договора не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и настоящий договор не является для нее кабальной сделкой.

Из п. 13. Договора следует, что настоящий договор прочитан сторонами и содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета настоящего договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства или представления, которые могли быть приняты или сделаны сторонами, будь то в устной или письменной форме до заключения настоящего договора. 

Договор дарения лично подписан сторонами, переход права собственности зарегистрирован в Управлении Росреестра.

Таким образом, текст спорного договора позволяет однозначно определить его предмет и условия.

Заявляя требования о недействительности договора, истец указывает на то, что в момент совершения договора дарения находилась в состоянии, когда была неспособна понимать значение своих действий.

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Следовательно, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

При этом не имеет правового значения дееспособность лица, поскольку тот факт, что лицо обладает полной дееспособностью, не исключает наличия порока его воли при совершении сделки.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у лица в момент совершения сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

С целью проверки доводов стороны истца в части того, что ФИО1 на момент заключения спорного договора не отдавала отчет своим действиям ввиду своего болезненного состояния, для решения вопроса о состоянии истца в момент заключения сделки по делу назначена судебная психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ГББУЗ «Областной клинический психоневрологический диспансер».

Из представленного заключения № 1984 следует, что эксперты пришли к выводу, что ФИО1 в течение жизни, в том числе и в момент интересующий суд, а именно при заключении договора дарения квартиры от 17 марта 2015 года выявляет признаки органического расстройства личности в связи со смешанными забиваниями (шифр по МКБ-10 F 07.08). ФИО1 наблюдалась у врачей различных специальностей по поводу соматических расстройств, прежде всего сахарного диабета, по поводу данного заболевания в течение последних 20 лет, получала стационарное лечение. Ухудшение состояния в виде аффективных и неврозоподобных расстройств, медленное нарастание специфических личностных изменений носило динамический (изменялось во времени) характер, во многом зависело от психотравмирующих внешних обстоятельств и экзогенных вредностей. 

В тоже время в медицинской документации, других материалах гражданского дела нет данных за выраженные психические отклонения, как в настоящее врем, так и в период, интересующий суд, в том числе связанных с ухудшением течения сахарного диабета, проводимым лечением и приемом лекарственных препаратов. Сам факт наличия у нее заболевания виде сахарного диабета 2 типа не позволяет говорить о том, что в момент заключения сделки она не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Ссылки ФИО1 на наличие «полусознательного состояния» голословны и не подтверждаются материалами дела. Не выявлены они и при настоящем исследовании. Имевшиеся у ФИО1 психические отклонения в период, интересующий суд, не достигали степени слабоумия. ФИО1 сохраняла и сохраняет в настоящее время практическую ориентировку, придерживалась определенных социальных установок, ее поведение оставалось целенаправленным, подчиненным определенному мотиву, В юридически значимой ситуации она вела себя целенаправленно, участвовала в оформлении документов. Аналогичные признаки практической ориентировки и социальных установок у ФИО1 имеют место и в настоящее время. 

Вышеуказанное позволяет прийти к заключению, что в момент интересующий суд, а именно при заключении договора дарения квартиры от 17 марта 2015 года, ФИО1 по своему психическому состоянию могла понимать значение своих действий и руководить ими. 

Суд признает заключение судебной экспертизы надлежащим и допустимым доказательством по делу, оснований не доверять представленному заключению не имеется, поскольку оно было составлено с применением необходимой нормативно-документальной базы, на основе полного и всестороннего исследования и тщательного анализа всех собранных по делу материалов, данных медицинской документации; исследования были проведены соответствующим методом, с учетом требований действующего законодательства. В экспертном заключении подробно описаны проведенные исследования, даны ответы на поставленные судом вопросы.

При этом суд учитывает, что экспертиза была проведена экспертами, имеющими соответствующее образование, стаж работы; оснований сомневаться в достоверности выводов экспертов у суда не имеется; выводы и их обоснование являются понятными, непротиворечивыми, подробными. 

Каких-либо доказательств, опровергающих выводы экспертов суду не представлено, доказательств некомпетентности, заинтересованности экспертов в исходе дела в материалах дела нет; эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. 

Проанализировав и оценив представленные доказательства в их совокупности, установив юридически значимые для дела обстоятельства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о признании недействительным договора дарения квартиры, поскольку в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ истцом не представлено доказательств наличия оснований, предусмотренных ст. 177 ГК РФ.

То обстоятельство, что после совершения дарения истец продолжает проживать в спорном жилом доме, не свидетельствует о порочности сделки, поскольку стороны являются одной семьей.

Судом не может быть принят во внимание довод истца о том, что, ответчик не несет бремя содержания жилого помещения, поскольку данные обстоятельства при наличии доказательств исполнения сторонами сделки в полном объеме и наступлении правовых последствий, предусмотренных договором дарения, сами по себе не свидетельствуют об отсутствии воли истца при совершении дарения со стороны истца. 

Таким образом, оснований для удовлетворения требований истца не имеется. 

руководствуясь ст. 193-199 ГПК РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения квартиры 

<

адрес>, заключенного между ФИО5 и ФИО2 от 17 марта 2015 года, погасив запись о регистрации перехода права собственности, признании права собственности на квартиру 

<

адрес>, оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тверской областной суд с подачей жалобы через Московский районный суд г. Твери в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Н.Б. Рапицкая 

Решение в окончательной форме изготовлено 11 декабря 2024 года. 

Судья Н.Б. Рапицкая