№ 12-58/2026 (12-482/2025)

УИД 34MS0090-01-2025-003098-50

РЕШЕНИЕ

г. Волгоград 16 января 2026 г.

Судья Ворошиловского районного суда г. Волгограда Ломако Н.Н., рассмотрев жалобу ФИО1 ФИО6 на постановление мирового судьи судебного участка № Ворошиловского судебного района 

<

адрес> по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.27 КоАП РФ, в отношении ФИО1 ФИО6,

с участием ФИО1 ФИО6, и его защитника ФИО3,

установил:

постановлением мирового судьи судебного участка № 78 Ворошиловского судебного района города Волгограда Волгоградской области, ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.27 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 (один) год.

Не согласившись с данным постановлением, ФИО1 обратился с жалобой, в которой просит вышеуказанное постановление отменить, дело об административном правонарушении прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения, указав в обоснование жалобы, что по собственной инициативе явился в ОБДПС ГИБДД УМВД РФ по г.Волгограду, что исключает состав ч.2 ст.12.27 КоАП РФ, и свидетельствует об отсутствии умысла скрыться с места происшествия. Столкновение произошло в зоне действия знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» (40 км/ч), на нерегулируемом перекрестке. В материалах дела отсутствуют фотофиксация или описание каких-либо следов на автомобиле (вмятины, царапины, частицы одежды) или на одежде потерпевшего, которые бы однозначно подтверждали факт наезда. Видеозапись с камер наблюдения не позволяет достоверно установить факт наезда. На записи не видно четкого момента столкновения («сбивания»). Пешеход мог поскользнуться, споткнуться и потерять равновесие самостоятельно, уже находясь в непосредственной близости от движущегося автомобиля. В условиях недостаточной видимости на видео и отсутствия других бесспорных доказательств (например, заключения автотехнической экспертизы, однозначно устанавливающей контакт), все сомнения должны толковаться в пользу лица, привлекаемого к ответственности. Так как пешеход ФИО2, покинул место происшествия пешком, у него не было объективной возможности выполнить требования ПДЦ РФ о фиксации произошедшего на месте, так как второй участник происшествия отсутствовал. Его повреждения, как следует из материалов дела, были несерьезными (ссадины, ушибы), что не требовало экстренной госпитализации и не лишало его возможности действовать разумно. Протокол об административном правонарушении и иные документы ГИБДД были составлены не на месте события, а после его самостоятельного прибытия в отдел ГИБДД, а также со слов пешехода ФИО2 При таких обстоятельствах должностное лицо должно было возбудить дело по материалам (ст. 28.7 КоАП РФ) и провести административное расследование для всестороннего выяснения обстоятельств. Также просит назначить наказание в виде административного ареста, поскольку лишение его водительского удостоверения лишит его источника дохода.

ФИО1 и его защитник Челядинова И.А., действующая на основании доверенности №, в судебном заседании настаивали на доводах жалобы, просили мирового судьи судебного участка № 78 Волгоградской области от 2 декабря 2025 г. отменить.

Потерпевший ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, в этой связи судья считает возможным рассмотреть жалобу в его отсутствие.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела об административном правонарушении и доводы жалобы, прихожу к следующим выводам.

В соответствии с ч.1 ст.30.1 КоАП РФ постановление по делу об административном правонарушении может быть обжаловано лицами, указанными в статьях 25.1-25.5 КоАП РФ, а именно: лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, потерпевшим, законным представителем физического лица, законным представителем юридического лица, защитником и представителем.

Частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (все нормы, цитируемые в настоящем постановлении, приведены в редакции, действующей на момент возникновения обстоятельств, послуживших основанием для привлечения ФИО1 к административной ответственности) установлена административная ответственность за оставление водителем в нарушение Правил дорожного движения места дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся, при отсутствии признаков уголовно наказуемого деяния.

Правилами дорожного движения, утвержденными постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090 (далее - Правила, Правила дорожного движения), определено, что дорожно-транспортное происшествие это событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб.

В соответствии с п. 2.5 Правил дорожного движения при дорожно-транспортном происшествии водитель, причастный к нему, обязан немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки в соответствии с требованиями п. 7.2 Правил, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию.

Исходя из системного толкования пунктов 2.5 - 2.6.1 Правил дорожного движения и положений статей 11, 11.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", оставить место дорожно-транспортного происшествия без вызова сотрудников полиции участники дорожно-транспортного происшествия могут лишь в случае причинения в результате происшествия вреда только имуществу и отсутствия между ними разногласий на предмет характера, перечня и оценки полученных повреждений. Однако при указанных обстоятельствах водитель, причастный к дорожно-транспортному происшествию, обязан оформить документы о дорожно-транспортном происшествии на ближайшем посту дорожно-патрульной службы или в подразделении полиции, либо в соответствии с Правилами обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года N 20 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", оставление водителем в нарушение требований Правил дорожного движения места дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся, в том числе до оформления уполномоченными должностными лицами документов в связи с таким происшествием либо до заполнения бланка извещения о дорожно-транспортном происшествии в соответствии с правилами обязательного страхования в установленных законом случаях, образует объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Положения пункта 1.2 Правил дорожного движения и статьи 2 Федерального закона от 10 декабря 1995 года N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" определяют дорожно-транспортное происшествие как событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб.

Лица, нарушившие требования Правил дорожного движения, несут ответственность в соответствии с действующим законодательством (пункт 1.6 Правил).

Из представленных материалов следует, что в отношении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ составлен протокол 

<

адрес> об административном правонарушении, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> ФИО1, управляя транспортным средством – «ГАЗ», государственный регистрационный знак №, двигался по 

<

адрес>, где совершил наезд на пешехода ФИО2, после чего в нарушение п.2.5 Правил дорожного движения РФ оставил место дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.

Факт оставления водителем ФИО1 в нарушение Правил дорожного движения места дорожно-транспортного происшествия, участником которого она являлась, установлен на основе совокупности исследованных доказательств, в том числе: протоколом об административном правонарушении № 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ; заявлением о привлечении к административной ответственности заместителя командира роты № ФИО4, письменными объяснениями ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ; схемой места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ, определением о возбуждении дела об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, исследованной в судебном заседании видеозаписью.

Перечисленные выше доказательства оформлены сотрудниками ГИБДД в рамках выполнения ими своих служебных обязанностей, в соответствии с требованиями закона, причиной их составления послужило непосредственное выявление административного правонарушения, нарушений требований закона при их составлении не допущено, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в них отражены, они согласуются между собой и с фактическими данными, являются достоверными и допустимыми, отнесены ст. 26.2 КоАП РФ к числу доказательств, имеющих значение для правильного разрешения дела.

Каких-либо данных, объективно свидетельствующих о заинтересованности сотрудников ГИБДД, оформивших процессуальные документы, в исходе рассматриваемого дела материалы не содержат, оснований для оговора ими ФИО1 так же не установлено, с ним они ранее знакомы не были, а исполнение сотрудниками полиции, являющимися должностными лицами, наделенными государственно-властными полномочиями, своих служебных обязанностей, в которые входит охрана общественного порядка и обеспечение безопасности дорожного движения, выявление административных правонарушений, само по себе не может ставить под сомнения их действия по сбору доказательств и составлению процессуальных документов.

Кроме того, мировым судьей был опрошен потерпевший ФИО2

Оснований не доверять объяснениям потерпевшего ФИО2, данным как уполномоченному должностному лицу, после разъяснения прав, обязанностей и ответственности в соответствии с Кодексом РФ об административных правонарушениях так и в судебном заседании мировому судье, не имеется, поскольку данные объяснения последовательны, не противоречивы и подтверждаются письменными материалами дела.

Причины для оговора ФИО1 со стороны потерпевшего, а также должностных лиц составивших протокол об административном правонарушении и другие документы, не установлены.

Оснований не доверять сведениям, изложенным в вышеуказанных письменных материалах дела, у суда не имеется.

Причастность ФИО1 к вышеописанному ДТП объективно подтверждена совокупностью представленных доказательств, в том числе видеозаписью, объяснениями.

Указанные доказательства получили оценку в совокупности с другими доказательствами по делу об административном правонарушении в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ.

В соответствии с требованиями статьи 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные статьей 26.1 данного Кодекса.

Протокол об административном правонарушении составлен должностным лицом с соблюдением требований ст. 28.2 КоАП РФ. Каких-либо существенных нарушений, которые могли бы свидетельствовать о недопустимости протокола об административном правонарушении как доказательства по делу, не усматривается.

Утверждение в жалобе об отсутствии у ФИО1 умысла на оставление места дорожно-транспортного происшествия своего подтверждения в ходе производства по делу не нашло.

То обстоятельство, что ФИО1 стал участником дорожно-транспортного происшествия, обязывало его выполнить требования пункта 2.5 ПДД РФ.

Оставив место дорожно-транспортного происшествия, ФИО1 совершил административное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.

Действия ФИО1 квалифицированы в соответствии с установленными обстоятельствами, нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и положениями законодательства в области безопасности дорожного движения.

Имеющий правовое значение для разрешения дела факт контакта транспортного средства с пешеходом, что отвечает признакам дорожно-транспортного происшествия, очевиден и сомнений не вызывает.

Отрицание стороной защиты вины в совершении вменяемого административного правонарушения ФИО1 обоснованно расценено как избранный способ защиты, направленный на избежание административной ответственности по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, санкция которой предусматривает наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на длительный срок.

Несогласие заявителя с оценкой имеющихся в деле доказательств не свидетельствует о том, что мировым судьей допущены нарушения норм материального права и (или) предусмотренные Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях процессуальные требования.

Установление тяжести причиненных потерпевшему телесных повреждений не входит в предмет доказывания по делам рассматриваемой категории.

Доводы жалобы о том, что заявитель добровольно явился в ГИБДД, согласно материалам дела спустя более суток после совершения ДТП и регистрации соответствующего заявления (л.д. 4), указанные выше выводы не опровергают.

Утверждение ФИО1 о том, что обязанности, предусмотренной пунктом 2.5 Правил дорожного движения оставаться на месте дорожно-транспортного происшествия у него не возникло, поскольку потерпевший сам ушел с места происшествия, заверив его в том, что чувствует себя хорошо, было предметом судебной оценки и обоснованно отвергнуто как необоснованное.

В данном случае дорожно-транспортное происшествие было очевидно для ФИО1 и он обязан был сообщить о случившемся и дождаться прибытия сотрудников полиции на место происшествия.

Другие материалы дела, вопреки доводам жалобы, составлены в соответствии с требованиями закона, надлежащим должностным лицом, не доверять сведениям, указанным в них, оснований не имеется, в связи с чем мировой судья обоснованно признал их допустимыми доказательствами и положил в основу обжалуемого постановления.

Вывод мирового судьи о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, соответствует фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, которые всесторонне, полно и объективно исследовались в ходе судебного разбирательства и получили надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ.

Таким образом, совокупность имеющихся в деле доказательств свидетельствует о виновности ФИО1 в оставлении места дорожно-транспортного происшествия и совершении тем самым административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.

Таким образом совокупность доводов автора жалобы не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства, основаны на субъективном толковании закона, направлены на переоценку исследованных судьей доказательств, расцениваются как стремление освободить ФИО1 от административной ответственности за совершенное им административное правонарушение, санкция которого предусматривает лишение права управления транспортными средствами на длительный срок.

При этом в силу ч.1 ст.3.1 КоАП РФ административное наказание является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Административное наказание назначено ФИО1 в пределах санкции части 2 статьи 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Возможность замены назначенного административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами на административный арест, как о том просит заявитель, отсутствует, поскольку в силу положений статьи 3.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административный арест, как особая мера административно-правового характера, предусматривает карательную санкцию, заключается в содержании нарушителя в условиях строгой и срочной изоляции от общества, а потому назначается судом в исключительных случаях при соблюдении особых условий, установленных процессуальным законом.

Таким образом, административный арест, в силу статьи 3.9 КоАП РФ является более строгим видом наказанием, чем лишение права управления транспортными средствами, в связи с чем изменение вида наказания приведет к ухудшению положения ФИО1, что не допустимо.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного частью 1 статьи 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях для данной категории дел.

При изложенных выше обстоятельствах судья приходит к выводу, что оснований для отмены обжалуемого постановления по делу не имеется, в связи с чем жалоба ФИО1 не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь п.1 ч.1 ст.30.7 КоАП РФ, судья

решил:

постановление мирового судьи судебного участка № 78 Ворошиловского судебного района города Волгограда Волгоградской области от 2 декабря 2025 г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 12.27 КоАП РФ, в отношении ФИО1 ФИО6, – оставить без изменения, а жалобу ФИО1 ФИО6, – без удовлетворения.

Решение по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении в последующем может быть обжаловано в порядке и сроки, установленные статьями 30.12.-30.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Судья