Дело №2-258/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 мая 2017 года с. Павловск

Павловский районный суд Алтайского края в составе: 

председательствующего судьи Кречетовой О.А., 

при секретаре Бекметовой Ю.Ю., 

с участием истцов ФИО1, ФИО2, представителя истцов ФИО3, переводчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО1, ФИО2 к ФИО5, ФИО6 о признании сделки ничтожной, применении последствий недействительности ничтожной сделки- договора дарения доли в праве собственности на недвижимое имущество,

установил:

ФИО2, ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО5 и ФИО6 о признании сделки – договора дарения 1/5 доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу 

<

адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО7, ничтожной, применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде приведения сторон в первоначальное состояние.

В обоснование требований истцы указали, что истцам и ответчику ФИО5 на праве общей долевой собственности принадлежал жилой и земельный участок по указанному адресу, родителям ФИО2 и ФИО1 по 3/10 доли каждому, сыновьям ФИО5 и ФИО2 по 1/5 доли. Истцы проживают в жилом доме, общей площадью 

<

...> кв.м., и жилой 

<

...> кв.м. совместно, а ответчик ФИО5 выехал более 15 лет назад и проживает со своей семьей в 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 по договору дарения подарил ФИО7 принадлежащие ему доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок, ДД.ММ.ГГГГ право собственности ФИО7 было зарегистрировано в установленном порядке. Ссылаясь на ст.ст.166, 169, 170, 253 ГК РФ, истцы указали, что ФИО7 является для них посторонним человеком, заявляя о своих правах как собственник она требует выделить для нее место в жилом доме, либо выплатить денежную компенсацию за долю, чем нарушает права и законные интересы истцов, принося им неблагоприятные последствия. О желании совершить сделку ФИО5 никого из сособственников не оповестил, распорядился совместным имуществом с превышением полномочий, о смене собственника истцы узнали в Росреестре. Истцы считают, что договор дарения является ничтожным, так как совершен с целью, заведомо противоречащей основам правопорядка и нравственности, так как ФИО7 не является членом семьи истцов, соответственно, совместно проживание с нею на одной жилой площади и ведение хозяйства на земельном участке безнравственно и невозможно. Также истцы ссылались на то, что договор дарения является мнимой сделкой, поскольку ФИО7 никоим образом не выразила своего желания вселиться в спорный жилой дом, напротив, предлагает истцам выкупить ее долю, а ФИО5 перестал отвечать на телефонные звонки.

В ходе рассмотрения дела от истцов ФИО2, ФИО1 поступило уточненное исковое заявление к ФИО5 и ФИО6, в котором истцы уточнили основания иска, указав, что жилой дом и земельный участок по указанному адресу принадлежит на праве общей долевой собственности ФИО1- ? доля, ФИО2- 3/10 доли, они проживают в доме с сыном ФИО2 На основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 (ФИО7) Т.Е- 1/5 доля, при этом она членом семьи собственников не является, в жилой дом не вселилась, на протяжении 2 лет не несет бремени содержания жилого помещения. С 2014 по 2017 год от ФИО7 на телефоны истцов приходят смс-сообщения, в которых она предлагает истцам выкупить ее долю за 

<

...>, либо освободить для нее место в жилом доме, хотя препятствий в ее вселении от истцов нет. Ссылаясь на ст.170 ГК РФ, истцы указали, что ФИО7 не имела намерения проживать в спорном доме и пользоваться земельным участком, ей нужна конкретная сумма денег. Поскольку истцы не принимали предложение ФИО5 по компенсации ему его доли, то он подарил эту долю своей падчерице. Поскольку ФИО7 не имела намерения создать правовые последствия как собственник, то сделка является мнимой. О желании совершить сделку ФИО5 истцов не оповестил.

В судебном заседании истцы ФИО2, ФИО1, для реализации прав которых на участие в судебном заседании судом была приглашена сурдопереводчик ФИО4, исковые требования поддержали в полном объеме, пояснили, что являются собственниками жилого дома, сын ФИО2 подарил свою долю ФИО1 Второй сын порядка 15 лет живет отдельно, с женой и детьми у своей тещи. Они не знали о том, что ФИО5 подарил свою долю падчерице ФИО7 Им об этом сообщили по телефону, от нее пришло смс о том, что она теперь собственница. Долгое время ФИО7 и супруга сына пишут им смс, требуют деньги за 1/5 долю в доме и земельном участке, угрожают, что поселят к истцам посторонних людей или возьмут кредит под залог доли. Сноха пишет, что приедет к ним жить, если они не выплатят стоимость доли. Считают, что сделка мнимая, так как документы сын на дом не брал, разрешения на заключения договора они не давали. Истцы с ФИО2 возводят новый дом, собираются продать старый дом и разделить деньги соответственно долям. На протяжении 2 лет они не общаются с сыном, переживают, что после того как они отдадут деньги ФИО7, жена выгонит сына из квартиры, считают, что действует сын под влиянием жены.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен, о наличии уважительных причин неявки не сообщил. Ранее в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ исковые требования поддержал, отказа от иска от него не поступило.

Представитель истцов ФИО3 исковые требования поддержал в полном объеме, пояснил, что, по его мнению, исходя из поведения ответчиков и присылаемых ими смс, следует, что договор дарения является мнимой и притворной сделкой. Притворность сделки состоит в том, что ФИО7 не нужен дом, ей нужны деньги. Сделка дарения прикрывает возможные сделки купли-продажи между ФИО7 и третьими лицами, о которых идет речь в смс. Есть практика по признанию подобных сделок недействительными.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела лично ДД.ММ.ГГГГ, о наличии уважительных причин неявки не сообщил. Ранее в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ исковые требования нее признал, пояснил, что распорядился принадлежащей ему долей по собственному усмотрению, подарил ее своей падчерице, с матерью которой проживает 12 лет, воспитывал падчерицу с 

<

...>. Он проживает с женой и детьми у родителей жены в 

<

адрес>, не общается с родителями на протяжении 2 лет. Иной цели, кроме как подарить свою долю падчерице, он не преследовал.

Ответчица ФИО6 в судебное заседание не явилась, извещена о времени и месте рассмотрения дела лично ДД.ММ.ГГГГ, о наличии уважительных причин неявки не сообщила. Ранее в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ исковые требования не признала, пояснила, что ФИО5 является супругом ее матери, они с детьми проживают у родителей жены. ФИО5 подарил ей свою долю, а она ее приняла в дар, зарегистрировала право собственности. Ей необходимы денежные средства, проживать в доме она не хочет. Они неоднократно предлагали истцам выкупить долю, но те не желают. В доме Б-вых она последний раз была 5 лет назад, впоследствии отношения испортились, они не общаются.

Представитель 3 лица Управления Росреестра в Алтайском крае в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела.

Заслушав истцов и их представителя, исследовав материалы дела, суд считает возможным в силу ст.167 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц и не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований.

Согласно п.1 и п.2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п.2 ст. 246 ГК РФ участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 данного Кодекса.

В силу п.2 ст.1, п.1 ст.421 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В силу п.3 ст. 574, п.1 ст. 131 ГК РФ, а также п.8 ст.2 Федерального закона от 30.12.2012 № 302-ФЗ договор дарения недвижимого имущества, заключенный после 01.03.2013, не подлежит государственной регистрации, однако такой регистрации подлежит переход права собственности на основании данного договора.

Как следует из материалов дела, с 2005 года жилой дом, общей площадью 

<

...> кв.м., жилой площадью 

<

...> кв.м., и земельный участок, площадью 

<

...> кв.м., по адресу 

<

адрес> принадлежал на праве общей долевой собственности родителям ФИО1, ФИО2 (по 3/10 доли), а также сыновьям ФИО2 и ФИО5 (по 1/5 доли ).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 по договору дарения подарил ФИО1 принадлежащую ему 1/5 долю в праве собственности на жилой дом и земельный участок, однако продолжает проживать в жилом доме как член семьи собственника.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО7 заключен договор дарения, на основании которого ФИО5 подарил, а ФИО7 приняла в дар 1/5 долю в праве собственности на жилой дом и земельный участок по указанному адресу.

В п.8 договора указано, что даритель передает одаряемому, а одаряемый принимает вышеуказанное имущество и относящиеся к нему документы и ключи в момент подписания договора, который имеет силу акта приема-передачи, в п.9 договора стороны согласовали, что договор вступает в силу с момента его подписания.

ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано право собственности ФИО7 на доли в праве собственности на дом и земельный участок.

Таким образом, договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ носит характер реального договора, вопреки доводам истцов, он исполнен сторонами, право собственности ФИО7 зарегистрировано в установленном порядке.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 вступила в брак с ФИО9, в связи с чем изменила фамилию на ФИО8.

Оспаривая договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ по мотиву его ничтожности, истцы ссылались на то, что сделка совершена с целью заведомо противной основам правопорядка и нравственности, является мнимой и притворной, поскольку ФИО7 членом семьи истцов не является, в дом не вселялась, расходов по его содержанию не несет, предъявляет требования по выплате денежной компенсации за долю, угрожает распорядиться своей долей наперекор интересам истцов.

В силу п.1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. 

В п.78 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ 

<

номер> «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. 

Согласно ст.169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 данного Кодекса. 

Пунктом 1 ст.170 ГК РФ установлено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (п.2 ст. 170 ГК РФ).

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как разъяснено в п. 85 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно статье 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна. В качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

В п.86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). 

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно (п.87 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 ).

Принимая во внимание вышеприведенные разъяснения законодательства, заслушав доводы истцов и их представителя ФИО3, оценив представленные ими доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что истцами не представлено доказательств наличия оснований для констатации факта ничтожности сделки – договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и применения последствий ее недействительности.

Исходя из буквального толкования договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 и ФИО6 при заключении данного договора преследовали цель по передаче ФИО10 права собственности на долю в праве собственности на жилой дом и земельный участок, что не противоречит требованиям действующего законодательства.

Вопреки доводам истцов, собственник не обязан получать согласие сособственников для того, чтобы распорядиться своей долей в праве общей долевой собственности в силу п.2 ст. 246 ГК РФ. Правило о преимущественном праве покупки доли (ст.250 ГК РФ) в этом случае не применимо, поскольку договор дарения является безвозмездной сделкой. На то обстоятельство, что договор дарения прикрывал собой возмездную сделку между ответчиками, истцы не ссылались, доказательств этому не представили. Более того, даже нарушение правил ст.250 ГК РФ не может служить основанием для признания сделки недействительной, поскольку законодателем в этом случае установлен самостоятельный способ защиты права сособственника в виде подачи иска о переводе на них прав и обязанностей покупателя по такой сделке.

Ссылку истцов на невозможность совместного проживания в доме с ответчиком суд отклоняет.

В силу п.1 ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом. Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации (п.2 данной статьи).

Из представленных материалов следует, что жилая площадь спорного дома составляет 

<

...> кв.м., соответственно на принадлежащую ФИО10 1/5 долю приходится порядка 

<

...> кв.м. жилой площади, при этом в доме имеется 4 жилые комнаты, площади 2 комнат сопоставимы по площади с долей ответчика (

<

...> кв.м.), что не исключает возможности предоставления такой комнаты в пользование ФИО10 Тем более, сами истцы пояснили, что ФИО7 с ними не проживает, истцами возводится новый дом, куда они планируют переехать, продав спорные дом и земельный участок и поделив вырученную сумму соответственно долям в праве собственности.

Указанные истцам обстоятельства - то, что ФИО7 не является членом семьи истцов, нежелание истцов договариваться с ответчицей по поводу владения, пользования и распоряжения общим имуществом, правового значения для разрешения спора о применении последствий недействительности ничтожной сделки не имеют.

Таким образом, ФИО5 передав по договору дарения право собственности на 1/5 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок своей падчерице ФИО6 реализовал свое право распорядиться принадлежащей ему долей в соответствии с положениями закона и собственным усмотрением. Доказательств того факта, что при заключении договора дарения ответчики преследовали цель, которая заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, истцами суду не представлено.

Договор дарения, на основании которого зарегистрировано право собственности ФИО10, сторонами исполнен. Судом установлено, что ФИО10 как собственник доли в праве собственности на дом и земельный участок, предъявляла истцам требование об освобождении ей части дома и участка, предлагала разрешить вопрос о выплате ей денежной компенсации за ее долю, тогда как ФИО5 по этим вопросам к истцам после заключения договора купли-продажи не обращался. Эти обстоятельства подтверждаются текстами исковых заявлений, смс-перепиской, пояснениями истцов в судебном заседании.

При установленных обстоятельствах тот факт, что ответчица не вселилась в дом, не влечет признания договора дарения мнимой сделкой. Недостижение сособственниками соглашения о порядке пользования жилым домом, о выплате ФИО10 компенсации за ее долю, неисполнение ФИО10 обязательств по содержанию принадлежащего ей доли имущества также не может служить основанием для признания сделки ничтожной, так как у истцов имеется возможность защитить свои права в ином установленном законом порядке, путем предъявления иска об определении порядка пользования общим имуществом, о взыскании с ФИО10 понесенных ими расходов в соответствующей части. 

Доводы истцов о том, что договор дарения является притворной сделкой, так как прикрывает возможность заключения ФИО7 договоров купли-продажи с 3 лицами, основаны на неверном толковании закона и фактических обстоятельств дела. Доказательств того факта, что при заключении договора дарения ФИО5 и ФИО6 имели в виду другую сделку, истцы не представили.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что истцами не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ответчики преследовали цель, заведомо противоречащую основам правопорядка или нравственности, либо что оспариваемая сделка носила характер мнимой или притворной, оснований для удовлетворения иска не имеется. 

Помимо этого, требования истца ФИО2 не подлежат удовлетворению, поскольку на момент заключения договора дарения он собственником жилого дома и земельного участка не являлся, доказательств нарушения его прав заключением договора дарения суду не представлено.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2, ФИО1, ФИО2 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Павловский районный суд Алтайского края в течение месяца со дня его принятия его в окончательной форме.

Судья О.А.Кречетова