Дело №2-1711/2021 

УИД 22RS0067-01-2021-002175-29

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 июля 2021 года г. Барнаул

Октябрьский районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего Бабаскиной Н.В.,

при секретаре Коротцовой А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ГУ МВД России по Алтайскому краю, УМВД России по г. Барнаулу о признании незаконными заключения служебной проверки и приказа о расторжении контракта и увольнении, восстановлении на службе, обязании зачета времени вынужденного прогула, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском (с учетом уточнения) к ГУ МВД России по Алтайскому краю (далее ГУ МВД России по АК), УМВД России по г. Барнаулу: 

-о признании незаконными результатов служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ, проведенной в отношении него, приказа от ДД.ММ.ГГГГ № № о расторжении контракта и увольнении его со службы в органах внутренних дел; 

-восстановлении его на службе в ранее занимаемой должности начальника смены дежурной части УМВД России по 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ;

-взыскании с УМВД России по 

<

адрес> в его пользу денежного довольствия за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день восстановления на службе, с ГУ МВД России по АК компенсации морального вреда в размере 30000 руб.;

-обязании засчитать ГУ МВД России по АК, УМВД России по 

<

адрес> время вынужденного прогула в стаж службы в органах внутренних дел, дающий право на дополнительный отпуск, ежемесячную надбавку за стаж службы (выслугу лет), пенсию за выслугу лет и иные социальные гарантии, установленные законодательством Российской федерации, а также срок выслуги лет в специальном звании для присвоения очередного специального звания.

В обоснование требований указывает на то, что он проходил службу в органах внутренних дел в должности начальника смены дежурной части УМВД России по 

<

адрес>. Приказом № № от ДД.ММ.ГГГГ истец уволен из органов внутренних дел по результатам служебной проверки в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел. Истец считает свое увольнение незаконным, основания для увольнения - необоснованными, не подтвержденными, а заключение служебной проверки, с которым его не ознакомили, незаконным. В связи с неознакомлением с материалами служебной проверки, ему не было достоверно известно, в совершении какого проступка его обвиняют, когда именно он мог его совершить, какие действия могли опорочить честь сотрудника органов внутренних дел и в чем это выразилось. Поэтому истец был лишен возможности обжаловать ее непосредственному руководителю и руководству УМВД России по 

<

адрес> и ГУ МВД России по АК.

Указывает, что в силу служебной деятельности получал информацию об умерших на территории 

<

адрес> гражданах, однако ее третьим лицам не передавал, очевидцем со стороны других сотрудников полиции или посторонних лиц не был, работу исполнял в строгом соответствии с действующим законодательством, противоправных действий не совершал.

Полагает, что в обоснование выводов служебной проверки легли показания ФИО4, данные последним в рамках расследования уголовного дела. Между тем, истец с ФИО4 не знаком; в рамках предварительной проверки по уголовному делу Джебко давал пояснения, однако фамилию истца, среди сотрудников дежурной части, передававших информацию ФИО14, не назвал.

В заключении сказано, что истец в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, используя 

<

данные изъяты> направил ФИО14 не менее 

<

данные изъяты> сообщений с 

<

данные изъяты> адресами, из которых 

<

данные изъяты> соответствуют ранее полученным сведениям 

<

данные изъяты> Однако, кто мог направить такие сообщения на номер ФИО14, истцу неизвестно, никакого 

<

данные изъяты> у него не было, кто им пользовался ему неизвестно. 

Истец указывает, что он давал пояснения в рамках служебной проверки, где он сообщил, что служебную и иную информацию о смерти граждан на территории 

<

адрес> посторонним лицам не передавал. С его согласия в рамках служебной проверки истец опрошен с использованием полиграфа. Однако в заключении служебной проверки указано на то, что результаты его опроса с использованием полиграфа позволяют сделать вероятностный вывод, что сообщенная им информация о том, что: он не передавал сведения об умерших на территории 

<

адрес> лицам, представителям похоронных организаций; он ни разу не получал никакого вознаграждения за предоставление сведений об умерших лицах; он не связывался с представителями похоронных организаций под 

<

данные изъяты> не соответствует действительности. При этом, мотивы такого вывода в заключении по результатам служебной проверки отсутствуют; в справке о результатах опроса с использованием полиграфа от ДД.ММ.ГГГГ не приведены контрольные вопросы; в данной справке указано, что поскольку полученные выводы являются вероятностными, результаты опроса не могут использоваться в качестве доказательств.

Полагает, что объективными данными его причастность к изложенному в заключении служебной проверки проступку не подтверждена.

Кроме того, полагает, что для решения вопроса об увольнении сотрудника внутренних дел по п.9 ч.3 ст.82 №342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", юридически значимыми обстоятельствами являются: установление факта совершения сотрудником органов внутренних дел действий, подрывающих деловую репутацию и авторитет органов внутренних дел, нарушающих требования к поведению сотрудника при осуществлении служебной деятельности и во внеслужебное время, а также требований по соблюдению профессионально-этнических принципов, нравственных правил поведения, закрепленных приведенными выше положениями нормативных актов. 

Поскольку истец подобных действий не совершал, считает, что его уволили незаконно, в связи с этим нарушено его право на прохождение службы в органах внутренних дел. 

Указывает, что незаконное увольнение со службы сопровождалось переживаниями, ухудшением состояния здоровья, стали преследовать периодические головные боли. Несправедливость увольнения стала причиной раздражительности в отношении с близкими и друзьями. 

Истец ФИО1 в судебном заседании просил иск удовлетворить по основаниям, в нем изложенным. Пояснил, что с ДД.ММ.ГГГГ проходил службу в органах внутренних дел, с ДД.ММ.ГГГГ в должности начальника смены дежурной части УМВД России по 

<

адрес>. В его должностные обязанности входили сбор и анализ оперативной информации по преступлениям, совершенным в 

<

адрес> и оперативной ситуации. На его служебном персональном компьютере установлена система 

<

данные изъяты> в которой содержится информация о умерших гражданах на территории 

<

адрес>. В процессе служебной деятельности истец пользовался данной программой. Указал на то, что поскольку является руководителем Джебко, то тот мог его оговорить, однако неприязненных отношений и конфликтов между ними не случалось. Истец пояснил, что он не совершал никаких противоправных действий, в том числе по передаче информации об умерших на территории 

<

адрес> третьим лицам, что отражено в его объяснении в рамках проведенной служебной проверки. По мнению истца, его вина в совершении проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, не доказана. В связи с незаконным увольнением и нарушением его трудовых прав, он испытал нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях за состоявшееся незаконное увольнение. Незаконное увольнение со службы также сопровождалось ухудшением состояния здоровья, стали преследовать периодические головные боли. Несправедливость увольнения стала причиной раздражительности в отношении с близкими и друзьями. 

Представитель истца в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, ходатайство об отложении рассмотрения дела в связи болезнью представителя истца судом оставлено без удовлетворения.

Представитель ответчика ГУ МВД России по АК в судебном заседании возражала против удовлетворения иска, просила в его удовлетворении отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Пояснила, что при привлечении истца к дисциплинарной ответственности не было допущено нарушений, мера ответственности избрана в соответствии со степенью тяжести проступка, совершенного истцом. 

Представитель ответчика УМВД России по 

<

адрес> в судебном заседании возражала против удовлетворения иска по доводам, аналогичным доводам представила ГУ МВД России по АК. 

Суд, выслушав истца, представителей ответчиков, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора полагавшего, что в удовлетворении иска следует отказать, приходит к следующему.

Порядок и условия прохождения службы в органах внутренних дел, требования к служебному поведению сотрудника органов внутренних дел урегулированы в Федеральном законе от ДД.ММ.ГГГГ №342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее Закон о службе).

В силу части 1 статьи 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №3-ФЗ "О полиции" полиция является составной частью единой централизованной системы федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Сотрудник органов внутренних дел обязан не допускать злоупотреблений служебными полномочиями, соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в органах внутренних дел, а также соблюдать требования к служебному поведению сотрудника (п.12 ч.1 ст.12 Закона о службе).

Исходя из п.2 ч.1 ст.13 Закона о службе, при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

В соответствии с ч.1 ст.49 Закона о службе нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента (должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении (ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Частью 2 ст.47 Закона о службе определено, что в целях обеспечения и укрепления служебной дисциплины руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел и уполномоченным руководителем к сотруднику органов внутренних дел могут применяться меры поощрения и на него могут налагаться дисциплинарные взыскания, предусмотренные статьями 48 и 50 данного Федерального закона.

Согласно п.6 ч.1 ст.50 Закона о службе на сотрудника органов внутренних дел в случае нарушения им служебной дисциплины может налагаться дисциплинарное взыскание в виде увольнения со службы в органах внутренних дел по соответствующим основаниям. Порядок и сроки применения к сотрудникам органов внутренних дел дисциплинарных взысканий установлены статьей 51 названного федерального закона.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц.

В силу п.9 ч.3 ст.82 Закона о службе контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Причиной увольнения сотрудника органов внутренних дел по основанию, предусмотренному п.9 ч.3 ст.82 Закона о службе, является совершение им проступка, умаляющего авторитет органов внутренних дел и противоречащего требованиям, предъявляемым к сотрудникам, - независимо от того, предусмотрена ли за данное деяние административная либо уголовная ответственность (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О).

Из содержания приведенных выше нормативных положений с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что для сотрудников органов внутренних дел установлены повышенные требования к их поведению как в служебное, так и во внеслужебное время, вследствие чего на них возложены особые обязанности - заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не совершать проступков, вызывающих сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящих ущерб его репутации, авторитету органа внутренних дел и государственной власти. Несоблюдение сотрудником органов внутренних дел таких добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, является проступком, порочащим честь сотрудника органов внутренних дел. В случае совершения сотрудником органов внутренних дел проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, он подлежит безусловному увольнению, а контракт с ним - расторжению. Применение других мер ответственности в данном случае невозможно, поскольку закон не предоставляет руководителю органа внутренних дел права избрания для такого сотрудника иной более мягкой меры ответственности, чем увольнение из органов внутренних дел.

Увольнение сотрудника органов внутренних дел за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, обусловлено особым правовым статусом указанных лиц.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ проходил службу в органах внутренних дел, с ДД.ММ.ГГГГ в должности начальника смены дежурной части УМВД России по 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ издан приказ ГУ МВД России по АК № № о расторжении контракта и увольнении за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, выразившегося в передаче третьим лицам информации, полученной в связи с исполнением своих служебных обязанностей, о месте нахождения на территории 

<

адрес> умерших граждан, начальника смены дежурной части УМВД России по 

<

адрес> ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, без выплаты единовременного пособия.

Основанием для издания данного приказа послужило заключение по материалам служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ по рапорту начальника ОРЧ СБ ГУ начальником ГУ МВД России по АК назначена служебная проверка, основанием для её назначения послужило поступление в ОРЧ СБ ГУ информационного письма СУ СК России по 

<

адрес> и копий материалов уголовного дела, содержащих сведения о передаче сотрудниками дежурной части УМВД, в том числе ФИО1, служебной информации третьим лицам. Из предоставленных материалов следует, что ФИО1 в числе других сотрудников дежурной части УМВД в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> из личных корыстных побуждений заключил договоренность с гражданами ФИО3 и ФИО4 о передаче за денежное вознаграждение поступившей в дежурную часть УМВД информации об умерших на территории 

<

адрес> гражданах. При этом, ФИО3 и ФИО4 в указанный период времени использовали указанную информацию для осуществления незаконной предпринимательской деятельности в области оказания похоронных услуг, то есть для совершения преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 171 УК РФ – незаконное предпринимательство, то есть осуществление предпринимательской деятельности без регистрации, если это деяние сопряжено с извлечением дохода в особо крупном размере.

В ходе служебной проверки установлен факт передачи ФИО4, занимающемуся незаконной предпринимательской деятельностью по оказанию гражданам возмездных ритуальных услуг и продаже ритуальных принадлежностей, информации об умерших гражданах на территории 

<

адрес> в числе других сотрудников УМВД России по 

<

адрес> ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Указанный вывод основан на следующих обстоятельствах, установленных в рамках служебной проверки.

Так, ДД.ММ.ГГГГ следователем СУ СК возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.171 УК РФ. 

В ходе расследования установлено, что в ДД.ММ.ГГГГ. руководитель МУП «Специализированная похоронная служба» 

<

адрес> ФИО3 и его отец ФИО4, достоверно зная, что в соответствии с действующим законодательством гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью только с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя либо создания юридического лица, его государственной регистрации и внесения сведений об этом в единый государственный реестр юридических лиц, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору без государственной регистрации в качестве индивидуальных предпринимателей и юридического лица, осуществили незаконную предпринимательскую деятельность с извлечением дохода в особо крупном размере по оказанию возмездных ритуальных услуг и продаже гражданам похоронных принадлежностей.

Расследованием уголовного дела установлено, что не позднее ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> ФИО4 подыскал сотрудников дежурной части УМВД, в том числе ФИО1, которые на возмездной основе согласились обеспечивать поступление к нему сообщений с адресами граждан, нуждающихся в получении услуг и приобретении товаров. В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно в 

<

адрес>, в том числе в здании по 

<

адрес>, ФИО4, продолжая реализовывать совместный с И.В. преступный умысел, действуя согласно взятой на себя роли, получал от сотрудников дежурной части УМВД и предоставлял похоронным агентам информацию, на основе которой агенты заключили и исполнили 4473договора на оказание гражданам услуг.

В ходе проведения служебной проверки истребованы и изучены копии процессуальных документов из материалов уголовного дела №, в том числе, протоколы осмотров изъятых по указанному уголовному делу мобильного телефона, принадлежащего ФИО4, и находящиеся в памяти телефона СМС – сообщения и сообщения в мессенджере WhatsApp, истребованы, осмотрены и проанализированы сведения, системы распределения вызовов на базе 

<

данные изъяты> дежурной части УМВД, опрошены сотрудники дежурной части УМВД.

Так, опрошенный при проведении служебной проверки помощник оперативного дежурного дежурной части пункта полиции «Новосиликатный» отдела полиции по 

<

адрес> УМВД старшина полиции ФИО5 пояснил, что помимо прочих сообщений на телефон «02» поступала информация от жителей 

<

адрес> об обнаружении трупов, адресах их местонахождения на территории 

<

адрес>, указанная информация вносится в ведомственную систему «Протей-РВ» и направляется по территориальности в отделы полиции 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ года в ходе встречи ФИО4 сообщил ему, что является руководителем похоронной службы и осуществляет помощь в организации похорон. Также ФИО4 пояснил, что его интересует информация, поступающая в УМВД об обнаружении трупов, адресах их местонахождения на территории 

<

адрес>, предложил ему предоставлять сведения об умерших гражданах, а в случае заключения подконтрольными похоронными агентами с родственниками умерших договора на оказание ритуальных услуг намерен передавать ему денежные средства в размере 600 руб. за один адрес. Он согласился на предложение ФИО4 Для передачи информации об умерших гражданах, И.Е. сообщил абонентский №, на который он должен отправлять сообщения с указанной информацией, ставшей ему известной при исполнении своих служебных обязанностей. В сообщении об адресе, в котором находился умерший гражданин, он делал пометку в виде цифры № В дальнейшем, после смены с дежурства он созванивался с ФИО4 и встречался с последним в различных частях 

<

адрес>, в ходе указанных встреч ФИО4 передавал ему денежные средства согласно достигнутой договоренности 600 руб. за один адрес, в котором похоронными агентами заключен договор. В среднем в месяц он получал от ФИО4 около 7000руб. Джебко также пояснил, что сотрудники дежурной части УМВД ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО1, ФИО9, ФИО10 так же сотрудничали с ФИО4 и направляли ему за денежное вознаграждение сообщения об умерших гражданах. ФИО4 через приложение в телефоне вел прием информации от сотрудников дежурной части и в целях конспирации использовались условные позывные сотрудников, которые направляли сообщения, а именно: № ФИО5, № - ФИО6, № - ФИО11, «500» - ФИО12, № - ФИО7, № - ФИО8, № - ФИО1, № - ФИО9, № - ФИО10 Данные сообщения от сотрудников дежурной части ФИО4 направлял агентам для выезда на места обнаружения трупов и оказания услуг родственникам умерших. По предварительной договоренности с ФИО4 все денежные средства, предназначенные для сотрудников дежурной части УМВД, ФИО4 передавал Джебко, а он передавал их впоследствии сотрудникам, направлявшим сообщения. Денежные средства, которые он забирал у ФИО4 для сотрудников дежурной части, имели бумажные бирки с позывными сотрудников, а именно цифровыми обозначениями и количеством адресов, по которым заключены договоры. Денежные средства он передавал сотрудникам дежурной части на службе по адресу: 

<

адрес>. Иногда сотрудники дежурной части УМВД самостоятельно забирали денежные средства у ФИО4 Передача сообщений ФИО4 об умерших гражданах указанными сотрудниками дежурной части осуществлялась в период ДД.ММ.ГГГГ 

Опрошенный в рамках служебной проверки ФИО4 пояснил, что в ходе переговоров Джебко сообщил ему о согласии сотрудников дежурной части полиции, в том числе ФИО1, осуществлять незамедлительную отправку сообщений об умерших гражданах за денежное вознаграждение, ими оговорен алгоритм действий, наличие позывного у каждого сотрудника полиции при передаче сообщений, подтвердил также передачу Джебко денежных средств за поступившие сообщения, исходя из расчета их количества и номера позывного передавшего сотрудника.

Проведенной проверкой установлено, что ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, используя 

<

данные изъяты> направил ФИО4 

<

данные изъяты> сообщения, с № адресами, из которых № соответствуют ранее полученным сведениям 

<

данные изъяты> об умерших гражданах на территории 

<

адрес>.

В ходе проведения проверки, в том числе, сопоставлены информация, содержащаяся в табелях учета рабочего времени дежурной части УМВД за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, со временем направления ФИО1 на номера телефонов ФИО4 сообщений об умерших гражданах на территории 

<

адрес>, в результате чего сделан вывод о передаче им третьим лицам информации, ставшей известной в связи с исполнением служебных обязанностей.

Кроме того, в ходе опроса заместителя начальника дежурной части УМВД майор полиции ФИО13 в его присутствии воспроизведены файлы с видеозаписями с камеры наблюдения, установленной в зале оперативного дежурного УМВД, после просмотра которых, тот пояснил о нахождении ДД.ММ.ГГГГ в 03-37 час., а также ДД.ММ.ГГГГ в 23-12 час. за рабочим столом у монитора служебного персонального компьютера начальника смены дежурной части ФИО15, осуществляющего какие-то манипуляции с предметом, похожим на мобильный телефон, непосредственно смотря на монитор персонального компьютера и вниз перед собой. При этом, после сопоставления данных видеофайлов, информации, содержащейся в системе распределения вызовов на базе 

<

данные изъяты> об умерших гражданах 

<

адрес> (дата и время), а также даты и времени получения неизвестным лицом сообщений с указанными сведениями посредством мобильного приложения WhatsApp, время указанных манипуляций ФИО1 совпадает с датой и временем отправки сообщения со сведениями об умерших гражданах из системы распределения вызовов на базе 

<

данные изъяты> (

<

адрес> посредством мобильного приложения WhatsApp. 

Кроме того, материалами уголовного дела в отношении ФИО4 и ФИО3 по п. «б» ч.2 ст.171 УК РФ установлено получение ФИО4 от сотрудников дежурной части УМВД России по 

<

адрес>, в числе которых ФИО1, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ информации об умерших гражданах на территории 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения служебной проверки опрошен майор полиции ФИО1 Согласно объяснению истца, ДД.ММ.ГГГГ он замещает должность начальника смены дежурной части УМВД России по 

<

адрес>. В его служебные обязанности входит получение и передача информации в вышестоящую дежурную часть, а также сбор и анализ информации об оперативной обстановке, предоставление данной информации руководителю УМВД России по 

<

адрес>. После ознакомления с рапортом о назначении служебной проверки он исполнял обязанности в строгом соответствии с действующим законодательством, каких-либо противоправных действий не совершал, очевидцем противоправных действий со стороны других сотрудников полиции или посторонних лиц истец не был. Служебную и иную информацию посторонним лицам истец не передавал, за исключением информации о смерти граждан судебно-медицинским экспертам по устному указанию начальника УМВД России по 

<

адрес>. Данную информацию истец передавал посредством служебного телефона. Цель передачи информации – оперативное реагирование на сообщение граждан и доставление судебно-медицинских экспертов на место происшествия. Кроме того, во время несения службы в дежурную часть УМВД России по 

<

адрес> поступает информация от граждан и от старших врачей (служба 03) об умерших гражданах. Данная информация до передачи в УМВД поступает от бригады скорой помощи, которая выезжает на адрес умершего гражданина. После поступления информации в УМВД данное сообщение об умершем гражданине незамедлительно передается в территориальный отдел полиции и дежурному судебно-медицинскому эксперту. Территориальные органы полиции также оборудованы системой 

<

данные изъяты> в которой фиксируется информация об умерших гражданах. К данной информации имеют доступ многие лица, как из числа сотрудников полиции, так и из числа медицинских работников. Информацией о каких-либо похоронных службах истец не владеет, принципы их работы ему не известны, граждан по фамилии И-вы не знает и никогда с ними не встречался. Джебко истцу знаком по работе, с предложениями о передачи информации третьим лицам он к истцу не обращался, между ними не было неприязненных отношений. Денег от Джебко истец не получал. В период работы в дежурной части истец использовал свой личный мобильный телефон, в связи с тем, что ранее запретов на использование мобильного телефона в помещении дежурной части, не было. Со своего телефона, либо какого-то другого служебную информацию не отправлял. 

Давая оценку представленным по делу доказательствам по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о доказанности того обстоятельства, что ФИО1, используя свои служебные обязанности, в числе других сотрудников УМВД России по 

<

адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ передавал третьим лицам, занимающимся оказанием ритуальных услуг и продаже ритуальных принадлежностей, информацию об умерших гражданах на территории 

<

адрес>.

Располагая достаточными данными о совершении истцом проступка (рапортами сотрудников полиции и сотрудников иных органов власти, постановлением о возбуждении уголовного дела, письменными объяснениями опрошенного сотрудника полиции Джебко, материалами уголовного дела №: протоколом допроса подозреваемого ФИО4, согласно которому алгоритм действий был таков, что когда в Барнауле умирает человек, родственники или близкие умершего сообщают об этом в дежурную часть полиции, где его принимает один из находящихся на смене сотрудников полиции, в числе которых назван ФИО1, после чего данный сотрудник с телефона через приложение направляет на телефон агентов текстовое сообщение с указанием адреса, где обнаружен труп, а также цифру своего позывного; в последующем им в целях определения сведений о количестве поступивших сообщений и позывных сотрудников дежурной части, предоставивших эти сведения, изучается журнал, исходя из подсчетов в рабочем столе, откладываются суммы денежных вознаграждений сотрудников полиции, из расчета по 600 руб. за каждое сообщение; протоколами выемки от ДД.ММ.ГГГГ и осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым в принадлежащих ФИО4 сотовых телефонах обнаружена переписка с абонентами, записанными как «Иван», 

<

данные изъяты> № содержащая однотипный характер: местонахождение трупа и номер сообщившего лица; в изъятых блокнотах и блокнотных листах установлены номера, сообщившие сведения об умерших жителях 

<

адрес>, в том числе 

<

данные изъяты> количество повторений в осматриваемых документах на номер 

<

данные изъяты> установлено в количестве 

<

данные изъяты>; денежные средства, разбитые на пачки с подписями номеров, сообщивших об умерших гражданах и расчетами; справкой от ДД.ММ.ГГГГ и фототаблицей к справке и т.д., ответчик зафиксировал их в заключении от ДД.ММ.ГГГГ по результатам служебной проверки и принял решение об увольнении истца, что не противоречит требованиям закона.

Доводы стороны истца о том, что в рамках проводимой служебной проверки не доказан сам факт передачи информации об умерших гражданах, не принимаются судом, как опровергаемые совокупностью относимых, достоверных, допустимых и достаточных доказательств по делу.

Так, в своих пояснениях в рамках служебной проверки, Джебко давал последовательные и непротиворечивые объяснения, согласно которым по согласованию с ФИО14 сотрудниками дежурной части, в том числе ФИО1, передавались за вознаграждение сообщения об умерших гражданах, у каждого сотрудника имелся позывной, у ФИО1 – 

<

данные изъяты> которые полностью согласуются с объяснениями ФИО4, материалами уголовного дела в отношении И-вых, информацией, содержащейся в изъятых и осмотренных в ходе оперативно-розыскных мероприятий сотовых телефонах, блокнотах и блокнотных листах, изъятыми денежными средствами, видеофайлами с камер в дежурной части, сопоставлением с графиками дежурств истца, данными, содержащимися в системе 

<

данные изъяты> временем отправки сообщений и т.д.

Доводы истца о том, что в заключении служебной проверки указано на то, что результаты опроса ФИО1 с использованием полиграфа позволяют сделать вероятностный вывод; мотивы такого вывода в заключении по результатам служебной проверки отсутствуют; в справке о результатах опроса с использованием полиграфа от ДД.ММ.ГГГГ не приведены контрольные вопросы, не влияют на исход настоящего дела, поскольку факт совершения истцом проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, подтверждён многочисленными письменными доказательствами по делу. 

При этом, своих доказательств, которые бы с достоверностью опровергали совокупность собранных в рамках служебной проверки доказательств, стороной истца не представлено.

Также судом учитывается, что ходатайств о допросе в суде лиц, чьи показания легли в основу материалов служебной проверки, в качестве свидетелей истцом при разрешении спора не заявлялось, тогда как в соответствии с требованиями части 1 статьи 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Исключение апелляционным постановлением 

<

адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ из приговора Железнодорожного районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ фамилий установленных сотрудников полиции, передавших ФИО14 сообщения об умерших, не опровергает выводов служебной проверки.

Довод ФИО1 о том, что Джебко мог его оговорить, является необоснованным, поскольку не подтверждён надлежащими доказательствами. 

Таким образом, приведенные в заключении служебной проверки доказательства ФИО1 при рассмотрении настоящего дела не опровергнуты.

Поскольку судом установлен факт передачи ФИО1 третьим лицам информации, полученной в связи с исполнением своих служебных обязанностей, о месте нахождения на территории 

<

адрес> умерших граждан, ответчик вправе был его расценить как порочащий честь сотрудника органов внутренних дел, противоречащий нравственным ценностям и обязательствам службы в органах внутренних дел, не соответствующий высоким нравственно-этическим принципам стража правопорядка и подрывающий авторитет органов внутренних дел в целом. 

Данное поведение истца противоречит, требованиям закона, а именно положениям ст.12, 13 Закона о службе, согласно которым сотрудник органов внутренних дел обязан не допускать злоупотреблений служебными полномочиями, соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в органах внутренних дел, а также соблюдать требования к служебному поведению сотрудника. При осуществлении служебной деятельности, а также во вне служебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти.

В силу п.8 ч.1 ст.27 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №3-ФЗ «О полиции» сотрудник полиции обязан не разглашать сведения, составляющие государственную и иную охраняемую законом тайну, а также сведения, ставшие ему известными в связи с выполнением служебных обязанностей, в том числе сведения, касающиеся частной жизни и здоровья граждан или затрагивающие их честь и достоинство.

Согласно п.п.19,20 Типового кодекса этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации и муниципальных служащих, одобренного решением президиума Совета при Президенте РФ по противодействию коррупции от ДД.ММ.ГГГГ (протокол №), государственный (муниципальный) служащий может обрабатывать и передавать служебную информацию при соблюдении действующих в государственном органе или органе местного самоуправления норм и требований, принятых в соответствии с законодательством Российской Федерации, государственный (муниципальный) служащий обязан принимать соответствующие меры по обеспечению безопасности и конфиденциальности информации, за несанкционированное разглашение которой он несет ответственность или (и) которая стала известна ему в связи с исполнением им должностных обязанностей.

Судом проверено и установлено, что процедура увольнения истца соблюдена.

Согласно п.15 Порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации, утв. Приказом МВД России от ДД.ММ.ГГГГ №, решение о проведении служебной проверки должно быть принято не позднее двух недель с момента получения соответствующим руководителем (начальником) информации, являющейся основанием для ее проведения.

Частью 4 ст.52 Закона о службе предусмотрено, что служебная проверка проводится в течение тридцати дней со дня принятия решения о ее проведении. Срок проведения служебной проверки по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченного руководителя может быть продлен, но не более чем на тридцать дней. В срок проведения служебной проверки не включаются периоды временной нетрудоспособности сотрудника органов внутренних дел, в отношении которого проводится служебная проверка, нахождения его в отпуске или в командировке, а также время отсутствия сотрудника на службе по иным уважительным причинам.

Как следует из материалов дела служебная проверка была начата ДД.ММ.ГГГГ на основании рапорта начальника ОРЧ СБ ГУ от ДД.ММ.ГГГГ, срок проведения служебной проверки продлялся на 30 дней в соответствии с ч.4 ст.52 Закона о службе на основании рапорта от ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. 

Поскольку периоды предоставления истцу отпусков с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (приказ № № от ДД.ММ.ГГГГ) и освобождением от выполнения служебных обязанностей по причине временной нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ подлежат исключению из срока, предоставленного для проведения служебной проверки, срок проведения проверки, учитывая исключение предусмотренных законом периодов, а также продления, не превысил в совокупности 60 дней.

Результаты служебной проверки представляются руководителю федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченному руководителю, принявшим решение о проведении служебной проверки, в письменной форме в виде заключения не позднее чем через три дня со дня завершения проверки. Указанное заключение утверждается руководителем федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченным руководителем, принявшими решение о проведении служебной проверки, не позднее чем через пять дней со дня представления заключения (ч.5 ст.52 Закона о службе).

Заключение по материалам служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ утверждено начальником ГУ МВД России по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, то есть в установленный законом срок. 

Частью 14 ст.89 Закона о службе определены специальные сроки для привлечения сотрудников органов внутренних дел к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по п.9 ч.3 ст.82 Закона о службе, в соответствии с которой увольнение сотрудника органов внутренних дел не допускается позднее шести месяцев со дня, когда прямому руководителю (начальнику) или непосредственному руководителю (начальнику) стало известно о совершении сотрудником проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, и позднее трех лет со дня его совершения.

Наказание на истца наложено ДД.ММ.ГГГГ - в течение месяца с момента утверждения служебной проверки – ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, вопреки доводам стороны истца порядок и срок привлечения истца к ответственности в виде увольнения по п.9 ч.3 ст.82 Закона о службе ответчиками не нарушен.

Избранная ответчиком мера дисциплинарной ответственности соответствует обстоятельствам и тяжести допущенного нарушения. Кроме того, положениями Закона о службе предусмотрена единственная мера дисциплинарной ответственности за совершение сотрудником органов внутренних дел проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, в виде увольнения со службы в органах внутренних дел.

Доводы истца о том, что он был лишен возможности как в ознакомлении и получении копии заключения по материалам служебной проверки в отношении него, так и со всеми материалами, суд находит необоснованным, поскольку в силу п.30.15 Порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации, утв. Приказом МВД России от ДД.ММ.ГГГГ №, сотрудник, проводящий служебную проверку, обязан ознакомить сотрудника, в отношении которого она проведена, лишь в случае его обращения, оформленного в письменном виде, которого от истца до ДД.ММ.ГГГГ (день увольнения) в ГУ не поступало.

В материалы дела представлено письмо ГУ МВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому заявление ФИО1 рассмотрено руководством управления по работе с личным составом ГУ МВД России по 

<

адрес>; сведения, содержащиеся в личном деле и в документах учета сотрудника органов внутренних дел, являются конфиденциальной информацией (служебной тайной) и сведениями, составляющими государственную и охраняемую законом тайну. Также указано, что истец вправе ознакомиться с послужным списком, приобщенным в I часть личного дела, при личном обращении в отдел прохождения службы и учета управления по работе с личным составом ГУ МВД России по 

<

адрес>.

Тем более, согласно установочной части объяснений ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, данных им в ходе служебной проверки, перед началом опроса он предупрежден о том, что в отношении него проводится служебная проверка, разъяснено, в том числе право, ознакомления с заключением по результатам служебной проверки.

Кроме того, в соответствии с подп."в" п.2 ч.6 ст.52 Закона о службе сотрудник органов внутренних дел, в отношении которого проводится служебная проверка, имеет право ознакомиться с заключением по результатам служебной проверки, если это не противоречит требованиям неразглашения сведений, составляющих государственную и иную охраняемую законом тайну. В связи с чем доводы истца о том, что его должны были ознакомить со всеми материалами проверки, не обоснован.

При этом, само по себе несвоевременное ознакомление с заключением по материалам служебной проверки влияет на сроки обращения с иском в суд, но не на законность привлечения к дисциплинарному взысканию. Истец смог своевременно реализовать свое право на обращение в суд. Следовательно, указанные доводы суд находит несостоятельными.

Сотрудник, в отношении которого проводилась служебная проверка, вправе обжаловать заключение по результатам служебной проверки вышестоящему руководителю (начальнику) либо в суд. 

Доводы ФИО2 о нарушении его права на обжалование заключения по результатам служебной проверки вышестоящему руководителю во внимание не принимаются, поскольку как указано выше, истец реализовал свое право путем обращения в суд. Равно как и не влияют на выводы служебной проверки доводы истца на не ознакомление с материалами личного дела.

В связи с изложенным, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований истца ФИО2 к ГУ МВД России по АК, УМВД России по г. Барнаулу о признании приказа о расторжении контракта и увольнении и заключения по материалам служебной проверки незаконными, восстановлении на службе.

Как взаимосвязанные не подлежат удовлетворению исковые требования об обязании зачета времени вынужденного прогула, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ГУ МВД России по Алтайскому краю, УМВД России по г. Барнаулу о признании незаконными заключения служебной проверки и приказа о расторжении контракта и увольнении, восстановлении на службе, обязании зачета времени вынужденного прогула, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Октябрьский районный суд г.Барнаула путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья Н.В. Бабаскина