отметка об исполнении решения дело №2-2327\17

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 ноября 2017г. г. Волгодонск 

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Донсковой М.А.,

с участием старшего помощника прокурора Турченко М.А.

при секретаре Тома О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Потребительскому гаражно-строительному кооперативу «ГСК-2» о признании распоряжения об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании оплаты за вынужденные прогулы, задолженности по заработной плате, процентов за несвоевременную выплату, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 первоначально обратился с иском к ПГСК ГСК-2 об обязании ответчика выдать трудовую книжку, справку о заработке и взыскании компенсации за задержку выдачи трудовой книжки.

Указанному гражданскому делу присвоен №2- 2327\2017.

В обоснование заявленных требований истец указал, что решением Волгодонского районного суда Ростовской области от 24.04.2017 он был восстановлен на работе в ПГСК ГСК-2 в прежней должности электрика с 24.04.2017.

25.04.2017, он обратился к работодателю с заявлением об увольнении его с работы по собственному желанию с 25.04.2017 и приложил к заявлению исполнительный лист о восстановлении на работе, трудовую книжку и незаполненный бланк справки о среднем заработке. В этот день он был уволен по собственному желанию, однако трудовую книжку, расчет и справку о среднем заработке работодатель в день увольнения не выдал.

На основании изложенного истец просил суд в первоначальной редакции требований обязать ответчика выдать ему трудовую книжку и справку о среднем заработке за три последних месяца, взыскать с ответчика в его пользу компенсацию за задержку выдачи трудовой книжки и компенсацию морального вреда.

В ходе рассмотрения дела истец, узнал о том, что распоряжением №13 от 25.04.2017 он был уволен не по собственному желанию, а по п.3 чт.81 ТК РФ, в связи с чем каждое судебное заседание уточнял и изменял заявленные требования, просил суд признать его увольнение на основании распоряжения №13 от 25.04.2017 по п.3 ст.81 ТК РФ незаконным, обязать ответчика изменить формулировку основания увольнения на увольнение по собственному желанию, взыскать в его пользу компенсацию за время вынужденного прогула с 25.04.2017 по день вынесения решения судом, взыскать с ответчика задолженность по заработной плате за 25.04.2017, а так же компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 2938,76 рублей, проценты за задержку выплаты заработной платы в размере 21,08рублей, проценты за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск в размере 219,82рублей, компенсацию морального вреда в размере 2000рублей.

В ходе рассмотрения дела, ответчик распоряжением №16 от 20.09.2017, распоряжение №13 от 25.04.2017 об увольнении истца п.3 ст.81 ТК РФ отменил, принял решение об увольнении истца с 25.04.2017 по собственному желанию по п.3 части первой ст. 77 ТК РФ, изменил запись №6 в трудовой книжке АТ-IХ № об увольнении по п.3 ст.81 ТК РФ на увольнение по собственному желанию.

С указанным распоряжением истец ФИО1 ознакомлен 04.10.2017.

Кроме того, 04.10.2017, ответчик произвел выплату истцу компенсации за не использованный отпуск в размере 2304,09 рублей, произвел выплату истцу заработную плату за 1 день-25.04.2017 в размере 326,26рублей (с учетом удержанного НДФЛ).

В ходе рассмотрения дела истец так же дополнительно указал, что имеет право на льготы по НДФЛ, поскольку проходил службу в республике Афганистан, однако при этом работодатель неправомерно не учел указанную льготу и излишне произвел удержание НДФЛ.

С учетом указанных действий ответчика истец вновь изменял и уточнял заявленные требования и в окончательной редакции требований по указанному гражданскому делу просил суд признать распоряжение №16 от 20.09.2017 об увольнении его с 25.04.2017 незаконным, обязать ответчика внести в его трудову книжку запись о принятии его на работу 01.10.2012 и об изменении даты увольнения на день вынесения решения судом, обязать ответчика выдать ему справку о среднем заработке за последние 3 месяца, взыскать с ответчика в его пользу денежную компенсацию за задержку выдачи трудовой книжки и внесение в трудовую книжку неправильной записи с 26.04.2017 по день вынесения решения судом, взыскать с ответчика в его пользу заработную плату в виде излишне удержанного НДФЛ в размере 48,75рублей и компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 1640,91 рублей, а так же проценты за несвоевременную выплату компенсации за неиспользованный отпуск в размере570рублей, компенсацию морального вреда в размере 2000рублей.

Одновременно с рассмотрением указанного гражданского дела, истец ФИО1 обратился в суд с другим иском к Потребительскому гаражно-строительному кооперативу (ГСК-2) о признании распоряжения об увольнении недействительным, восстановлении на работе и взыскании компенсации за время вынужденного прогула.

Указанному гражданскому дела был присвоен №2-3931/2017.

Определением Волгодонского районного суда Ростовской области от 09.11.2017года указанные гражданские дела были объединены в одно производство и, истцу судом было предложено определить окончательно предмет и основание иска, а так же сформулировать в окончательной редакции требования.

Уточнив в очередной раз предмет и основание иска, истец указал, что с 01.10.2012 был трудоустроен в ГСК-2 электриком. 15.12.2016 он был незаконно уволен ответчиком, а затем восстановлен на работе в прежней должности решением Волгодонского районного суда от 24.04.2017. 

25.04.2017, он был вынужден написать заявление об увольнении, поскольку работодатель не предоставил возможность ему выполнять прежние обязанности, требуя покинуть ГСК-2 и угрожая вызовом полиции. То есть заявление об увольнении было подано не по собственному желанию. Соглашение между ним и ответчиком о дне увольнения не было заключено. До истечения срока предупреждения ответчик игнорировал истца.

19.05.2017, он обратился в суд с иском к ответчику о взыскании компенсации за задержку выдачи трудовой книжки, так как ответчик не исполнял решение суда, не предоставляя ему возможность выполнения прежних обязанностей и не увольнял истца. В этот же день ответчик обратился в суд с заявлением о разъяснении решения Волгодонского районного суда от 24.04.2017, поскольку с точки зрения ответчика, истец не имеет допуска к работе и не прошел аттестацию.

19.06.2017 истец был ознакомлен с распоряжением №13 об увольнении его по п.3 ст.81 ТК РФ с 25.04.2017, в то время как ответчик не имел полномочий на увольнение истца, трудовые отношения с которым не восстановлены.

04.10.2017 истец был ознакомлен с распоряжением ГСК-2 №16 об отмене распоряжения №13, которым ответчик изменил формулировку причины увольнения, при этом дату увольнения оставил прежней, без согласования с истцом, в связи с чем, изданием указанного распоряжения №16 от 20.09.2017 ответчик нарушил порядок и основание увольнения.

Окончательно определившись с требованиями истец, в окончательной редакции требований просил суд признать распоряжение №16 от 20.09.2017 ответчика в части 2- уволить ФИО1 25.04.2017- недействительным, восстановить истца на работе в прежней должности с 26.04.2017, взыскать с ответчика в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула в связи с незаконным увольнением с 26.04.2017, взыскать с ответчика в его пользу задолженность по заработной плате в размере 48,75рублей, которая является излишне удержанной суммой НДФЛ при выплате заработной платы и проценты за несвоевременную выплату заработной платы в размере 24,2 рублей, компенсацию морального вреда в размере 4000рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал требования изложенные в последней редакции, просил суд иск удовлетворить в полном объеме.

Ответчик по делу Потребительский гаражно-строительный кооператив «ГСК-2» надлежащим образом извещен судом о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание представитель ответчика не явился.

Суд с учетом мнения истца и прокурора, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав пояснения сторон, заключение прокурора, полагавшей иск в части признания незаконным распоряжения №16 от 20.09.2017 ответчика в части 2- уволить ФИО1 25.04.2017- недействительным, восстановлении истца на работе, взыскании с ответчика в его пользу среднего заработка за время вынужденного прогула в связи с незаконным увольнением, не подлежащим удовлетворению, а требования истца в части взыскания суммы излишне удержанного НДФЛ, процентов за несвоевременную выплату денежных средств и компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению, изучив материалы дела, оценив по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а так же достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Правоотношения сторон регулируются положениями Трудового Кодекса Российской Федерации, суд учитывает положения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской федерации».

Согласно ст.391 ТК РФ непосредственно в судах рассматриваются индивидуальные трудовые споры по заявлениям работника - о восстановлении на работе независимо от оснований прекращения трудового договора, об изменении даты и формулировки причины увольнения, о переводе на другую работу, об оплате за время вынужденного прогула либо о выплате разницы в заработной плате за время выполнения нижеоплачиваемой работы, о неправомерных действиях (бездействии) работодателя при обработке и защите персональных данных работника.

Согласно ч.1 п.3 ст.77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

Согласно подпункту "а" пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Применительно к настоящему спору, обязанность доказать факт принуждения со стороны работодателя возлагается на работника.

Обязательным условием признания увольнения по пункту 3 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации законным выступает добровольность волеизъявления работника.

На это же обращено внимание в подпункте "а" пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", согласно которому расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. При этом, если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Как следует из письменных материалов дела и установлено судом 01.10.2012 ФИО1 был принят в ПГСК «ГСК-2» на работу к ответчику электриком.

15.12.2016 распоряжением №9 от 14.12.2016, был уволен по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ.

Не согласившись с произведенным увольнением, истец обратился в суд.

Решением Волгодонского районного суда от 24.04.2017, вступившим в законную силу были установлены нарушения со стороны работодателя в части увольнения истца в связи с чем истец был восстановлен на работе в прежней должности с 24.04.2017года. 

Из собственноручно написанного заявления истца от 25.04.2017г. следует, что истец просит ответчика уволить его по собственному желанию с 25.04.2017. Ниже указано дополнительно, что уволить просит именно с 25.04.2017, из-за отсутствия у него допуска к электроустановкам, не предоставления работодателем ему работы.

Факт написания и подачи указанного заявления, истец в ходе рассмотрения дела не оспаривал.

Факт отсутствия допуска истца к электроустановкам по состоянию на 25.04.2017 сторонами в судебном заседании не оспаривался.

Работодатель истца, рассмотрев заявление истца об увольнении его по собственному желанию с 25.04.2017, распоряжением №13 от 25.04.2017 произвел увольнение истца 25.04.2017 п.3 ст.81 ТК РФ.

Таким образом, работник и работодатель согласовали дату увольнения 25.04.2017. то есть работодатель не возражал против увольнения истца в желаемый им день- 25.04.2017.

Не согласившись в основанием увольнения, истец заявил о несогласии с распоряжением №13 от 25.04.2017 в части основания увольнения, при этом, несогласие с датой вынесения указанного распоряжения не спорил. 

Ответчик, в ходе рассмотрения дела с учетом позиции истца, по собственной инициативе, распоряжением №16 от 20.09.2017, распоряжение №13 от 25.04.2017 об увольнении истца п.3 ст.81 ТК РФ отменил, принял решение об увольнении истца с 25.04.2017 по собственному желанию по п.3 части первой ст. 77 ТК РФ, изменил запись №6 в трудовой книжке АТ-IХ №8337178 об увольнении по п.3 ст.81 ТК РФ на увольнение по собственному желанию, то есть по основанию, указанному истцом в своем заявлении. 

С указанным распоряжением истец ФИО1 ознакомлен 04.10.2017.

Истец ФИО1 в судебном заседании указал, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, так как работу согласно занимаемой им должности не представил, восстановление фактическое на работе с 24.04.2017 не произвел, при явке истца в ПГСК «ГСК-2» угрожал вызовом сотрудников полиции.

Вместе с тем, при обращении в суд, начиная с 19.05.2017 по 18.10.2017 (дата обращения в суд со вторым иском) истец в судебных заседаниях не заявлял о том, что заявление об увольнении по собственному желанию написано и подано им при оказании на него давления со стороны работодателя, напротив, настаивал на нарушении его прав произведенным ответчиком увольнением п.п.3 ст. 81 ТК РФ, а не по собственному желанию.

Доказательств, подтверждающих наличие каких либо угроз со стороны работодателя в отношении истца на момент написания и подачи заявления об увольнении по собственному желанию 25.04.2017г., материалы дела не содержат.

Кроме того, при обозрении в судебном заседании видеозаписи, представленной истцом, установлено, что истец обращался к ответчику 24.04.2017г., спрашивал, есть ли приказ о восстановлении его на работу. При обращении истца к работодателю 25.04.2017 ФИО1 сам сообщил о том, что у него есть заявление об увольнении его по собственному желанию, настаивал его принять. При этом какие-либо угрозы в адрес истца не поступали. В период с 25.04.2017 по 06.05.2017 истец так же несколько раз обращался к ответчику. Однако при этом каких-либо мер по отзыву своего заявления об увольнении его с 25.04.2017 не принимал, напротив, требовал выдать ему трудовую книжку с записью об увольнении.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, поданное истцом заявление об увольнении по собственному желанию с 25.04.20217 является добровольной инициативой работника, выраженной в письменной форме и истец ФИО1 своими целенаправленными последовательными действиями выразил свое волеизъявление на расторжение трудового договора по собственному желанию с 25.04.20217.

Довод истца о том, что работодатель не имел право издавать какие-либо распоряжения относительно его увольнения без его на то согласие после 25.04.2017, являются несостоятельными, поскольку действия работодателя в данному случае был направлены на восстановление прав истца в части увольнения в указанную им дату и по указанному им основанию.

Учитывая, что вынужденного характера подачи истцом заявления на увольнение по собственному желанию судом не установлено, правовые основания для признания незаконным распоряжение №16 от 20.09.2017 ответчика в части 2 об увольнении ФИО1 25.04.2017, восстановлении истца на работе в прежней должности с 26.04.2017, а так же производного требования о взыскании с ответчика в его пользу среднего заработка за время вынужденного прогула в связи с незаконным увольнением с 26.04.2017, отсутствуют.

Рассматривая требование истца в части взыскания заработной платы в виде излишне удержанного НДФЛ, суд приходит к следующему.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 218 Кодекса право на получение стандартного налогового вычета в размере 500 рублей за каждый месяц налогового периода имеют граждане, уволенные с военной службы или призывавшиеся на военные сборы, выполнявшие интернациональный долг в Республике Афганистан и других странах, в которых велись боевые действия, а также граждане, принимавшие участие в соответствии с решениями органов государственной власти Российской Федерации в боевых действиях на территории Российской Федерации.

При этом право на получение стандартного налогового вычета в размере 500 рублей за каждый месяц налогового периода гражданами, принимавшими участие в соответствии с решениями органов государственной власти Российской Федерации в боевых действиях на территории Российской Федерации, не зависит от того, состоят или нет указанные лица на военной службе.

Согласно пункту 3 статьи 218 Кодекса стандартный налоговый вычет предоставляется налогоплательщику одним из налоговых агентов, являющихся источником выплаты дохода, по выбору налогоплательщика на основании его письменного заявления и документов, подтверждающих право на такие налоговые вычеты.

Для подтверждения права на получение указанного налогового вычета налогоплательщику необходимо представить документы, подтверждающие его участие в боевых действиях, например удостоверение ветерана боевых действий.

В данном случае налоговым агентом для истца является работодатель.

Истец в судебном заседании пояснил, что он выполнял интернациональный долг в Республике Афганистан, в связи с чем в соответствие с подпунктом 2 пункта 1 статьи 218 Кодекса имеет право на получение стандартного налогового вычета в размере 500 рублей за каждый месяц налогового периода, однако работодатель при выплате заработной платы произвел удержание стандартного размера НДФЛ без учета льготы.

В качестве доказательства подтверждающего наличие указанной льготы по оплате НДФЛ, истец в судебное заседание представил удостоверение о праве на льготы.

Ответчик ранее указал, что истец указанное удостоверение не предоставлял, заявление о возврате излишне уплаченного НДФЛ не предоставлял.

Вместе с тем, как следует из письменных материалов дела, истец в ходе рассмотрения дела 13.10.2017 обратился к ответчику с соответствующим заявлением и предъявил копию удостоверения. 

Ответчик поставив под сомнение подлинность представленного истцом удостоверения сделал соответствующий запрос в военный комиссариат.

Согласно поступившему ответу, истец действительно походил службу в в/ч п.п.85615 по оказанию интернациональной помощи в Республике Афганистан, что дает ему право на льготы в соответствие с подпунктом 2 пункта 1 статьи 218 НК РФ.

Истец указал, что сумма излишне удержанного НДФЛ по произведенной ответчиком в ходе рассмотрения дела заработной платы за 1 день- 25.04.2017г. составляет 48,75рублей.

Ответчиком контррасчет предоставлен не был, допустимые доказательства иного размера излишне удержанного НДФЛ, так же не представлены, в связи с чем суд приходит к выводу о возможности удовлетворения требований истца в указанной части и взыскании с ответчика излишне удержанного НДФЛ из заработной платы в размере 48,75рублей.

Рассматривая требование истца в части взыскания процентов за несвоевременную выплату компенсации за неиспользованный отпуск суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 236 Трудового кодекса РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Поскольку в судебном заседании установлено, что ответчиком не были надлежащим образом исполнены обязательства по выплате истцу заработной платы за 1 день- 25.04.2017г. и заработная плата была выплачена в ходе рассмотрения дела, суд приходит к выводу об обоснованности требований истца о взыскании образовавшейся задолженности, процентов за задержку выплаты заработной платы.

Как указал истец, размер указанной компенсации составляет 24,20рублей.

Ответчиком контррасчет предоставлен не был, допустимые доказательства иного размера компенсации, так же не представлены, в связи с чем суд приходит к выводу о возможности удовлетворения требований истца в указанной части и взыскании с ответчика процентов за задержку выплаты заработной платы в размере 24,20рублей.

Рассматривая требование истца о возмещении морального вреда, суд исходил из следующего.

Под моральным вредом, в силу ст.151 ГК РФ, закон понимает физические и нравственные страдания лица от неправомерных действий, нарушающих его личные неимущественные права. 

Частями 1 и 2 ст. 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом.

Истец, в качестве основания иска о возмещении морального вреда указывает незаконное увольнение, нарушение ответчиком сроков выплаты заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, что повлекло причинение психологического дискомфорта истцу. 

Факт нарушения прав истца в части невыплаты причитающихся сумм в день увольнения нашел свое объективное подтверждение, следовательно, причиненный работнику моральный вред обязан возместить работодатель.

Оценив в совокупности все установленные судом обстоятельства, суд полагает разумным и справедливым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 300 рублей.

В соответствии с п.п.8 п.1 ст. 333.20, п.п.1 п.1 ст. 333.19 НК РФ с ответчика в доход государства подлежит взысканию государственная пошлина в размере 700 рублей, от уплаты которой истец, в соответствии с п.п.1 п.1 ст. 333.36 НК РФ, был освобожден.

Руководствуясь 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 к Потребительскому гаражно-строительному кооперативу «ГСК-2» о признании распоряжения об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании оплаты за время вынужденного прогула, задолженности по заработной плате, процентов за несвоевременную выплату, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Потребительского гаражно-строительного кооператива «ГСК-2» в пользу ФИО1 излишне удержанную сумму НДФЛ в размере 48,75рублей, проценты за не своевременную выплату заработной платы в сумме 24,20рублей, компенсацию морального вреда в размере 300рублей. 

В остальной части иск ФИО1 к Потребительскому гаражно-строительному кооперативу «ГСК-2», оставить без удовлетворения.

Взыскать с Потребительского гаражно-строительного кооператива «ГСК-2» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 700 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Волгодонской районный суд в течение месяца со дня принятии решения в окончательной форме.

Мотивированное решение в окончательной форме принято 24 ноября 2017года.