22RS0044-01-2019-000773-87 Дело № 2-456/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Рубцовск 28 ноября 2019 года

Рубцовский районный суд Алтайского края в составе: судьи Шишкиной Е.А, при секретаре Лагуновой Н.Н, с участием: истца ФИО1; представителя истца ФИО2 (действующей по устному ходатайству); представителя ответчиков ФИО3 (доверенности от 5 сентября 2017 года, 3 июля 2019 года, 23 сентября 2019 года), рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-456/2019 по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО5, ФИО7 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО4, ФИО5, ФИО7 о признании недействительной сделки по передаче 25 февраля 2019 года ФИО4 в собственность ФИО5 квартиры и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, и применении последствий недействительности сделки путём аннулирования записи регистрации, с внесением соответствующих изменений в ЕГРН на указанные объекты недвижимого имущества; признании недействительной сделки по передаче 27 февраля 2019 года ФИО4 в собственность ФИО7 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру и земельный участок, расположенных по адресу: 

<

адрес>, и применении последствий недействительности сделки путём аннулирования записи регистрации, с внесением соответствующих изменений в ЕГРН на указанные объекты недвижимого имущества; признании недействительной сделки по передаче ФИО4 в собственность ФИО5 крупного рогатого скота в количестве 68 голов, расположенных по адресу: 

<

адрес>, и применении последствий недействительности сделки, путём возврата в собственность ФИО4 крупного рогатого скота в количестве 68 голов. 

Ссылаясь на то, что определением Рубцовского районного суда Алтайского края от 8 февраля 2019 года по гражданскому делу № 2-166/2019 в обеспечение исковых требований ФИО1, наложен арест на имущество, принадлежащее ФИО4, находящееся у него или у третьих лиц, в пределах суммы исковых требований в размере 471 000 рублей.

11 февраля 2019 года судебным приставом-исполнителем отдела судебных приставов г. Рубцовска, Егорьевского и Рубцовского районов ФИО8 было возбуждено исполнительное производство № 17547/19/22063-ИП, и постановлением от 15 февраля 2019 года наложен арест на имущество: автомобиль 

<

данные изъяты>, с предварительной оценкой в размере 478 000 рублей. Полагает, что стоимость автомобиля завышена, так как его рыночная стоимость колеблется от 50 000 до 120 000 рублей.

При этом, ФИО4 в период неоконченного исполнительного производства распорядился принадлежащим ему на праве собственности движимым и недвижимым имуществом.

Считает, что отчуждение ФИО4 принадлежащего ему имущества совершено с нарушением установленного законом запрета на злоупотребление правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), что привело к невозможности исполнения апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 3 июля 2019 года по гражданскому делу № 2-166/2019 о взыскании с ФИО4 в пользу ФИО1 денежных средств в сумме 340 125 руб. 24 коп.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьёй 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признаётся недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, на что указано в пунктах 25, 78 и 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Впоследствии ФИО1 представил уточнённое исковое заявление, где просил суд: признать недействительным заключённый между ФИО4 и ФИО5 19 февраля 2019 года договор дарения земельного участка и квартиры, расположенных по адресу: 

<

адрес>, запись регистрации в ЕГРН № и № соответственно от 25 февраля 2019 года; применить последствия недействительности сделки, путём аннулирования в ЕГРН записей регистрации № и № от 25 февраля 2019 года с внесением соответствующих изменений в Едином государственном реестре недвижимости в отношении недвижимого имущества - земельного участка кадастровым номером 22:39:033001:35 и квартиры с кадастровым номером 22:39:033001:36, расположенных по адресу: 

<

адрес>; признать недействительным заключённый между ФИО4 и ФИО5 26 февраля 2019 года договор дарения 1/4 доли в праве собственности на земельный участок и 1/4 доли в праве собственности на квартиру, расположенных по адресу: 

<

адрес>, запись регистрации в ЕГРН № и № соответственно от 27 февраля 2019 года; применить последствия недействительности сделки, путём аннулирования в ЕГРН записей регистрации № и № от 27 февраля 2019 года с внесением соответствующих изменений в Едином государственном реестре недвижимости в отношении недвижимого имущества - 1/4 доли в праве собственности на земельный участок с кадастровым номером 22:39:033302:93 и 1/4 доли в праве собственности на квартиру с кадастровым номером 22:39:033302:235, расположенных по адресу: 

<

адрес>; признать недействительным заключённый между ФИО4, ФИО7 и ФИО5 19 февраля 2019 года договор дарения земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, запись регистрации в ЕГРН № от 28 февраля 2019 года; применить последствия недействительности сделки, путём аннулирования в ЕГРН записи регистрации № от 28 февраля 2019 года с внесением соответствующих изменений в Едином государственном реестре недвижимости в отношении недвижимого имущества - земельного участка кадастровым номером 22:39:033001:52, расположенного по адресу: 

<

адрес>; признать недействительным заключённый между ФИО4, ФИО7 и ФИО5 19 февраля 2019 года договор дарения земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, запись регистрации в ЕГРН № от 25 февраля 2019 года; применить последствия недействительности сделки, путём аннулирования в ЕГРН записи регистрации № от 25 февраля 2019 года с внесением соответствующих изменений в Едином государственном реестре недвижимости в отношении недвижимого имущества - земельного участка кадастровым номером 22:39:033001:53, расположенного по адресу: 

<

адрес>; признать недействительной сделку по передаче ФИО4 ФИО5 крупного рогатого скота в количестве 68 голов, расположенных по адресу: 

<

адрес>; признать общим долгом супругов ФИО4 и ФИО7 долг в размере 340 125 руб. 24 коп.

Ссылаясь на указанные выше основания, дополнив, что ФИО7 является супругой ФИО4 и соответственно собственником лошади, в связи с чем, в равной степени с ФИО4 была ответственна за надлежащее содержание лошади. 

В соответствии со статьёй 137 Гражданского кодекса Российской Федерации к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.

По российскому законодательству законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное (пункт 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации).

Статья 34 Семейного кодекса Российской Федерации к совместной собственности супругов относит имущество, нажитое супругами во время брака.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся в том числе, доходы каждого из супругов от трудовой, предпринимательской и интеллектуальной деятельности. Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счёт общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Имущество, принадлежащее супругам во время брака (общее имущество, раздельное имущество), включает не только вещи и имущественные права, но также и обязательства супругов перед третьими лицами, которые могут возникнуть из договоров (гражданско-правовых и трудовых), в результате причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения или совершения преступления и по другим основаниям.

На момент дорожно-транспортного происшествия в собственности ФИО4 (режим совместной собственности супругов в соответствии со статьёй 34 Семейного кодекса Российской Федерации) находилось личное подсобное хозяйство по адресу: 

<

адрес>, где им содержался крупный рогатый скот в количестве 68 голов и лошадь, которую использовали для выпаса скота.

В соответствии со статьёй 2 Федерального закона от 07 июля 2003 года № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве» личное подсобное хозяйство - форма предпринимательской деятельности по производству и переработке сельскохозяйственной продукции. Личное подсобное хозяйство ведётся гражданином или гражданином и совместно проживающими с ним и (или) совместно осуществляющими с ним ведение личного подсобного хозяйства членами его семьи в целях удовлетворения личных потребностей на земельном участке, предоставленном и (или) приобретённом для ведения личного подсобного хозяйства.

Всё изложенное подтверждает то, что все полученные доходы от ведения личного подсобного хозяйства были потрачены на нужды семьи ФИО4 и ФИО7 Значит ущерб, причинённый ненадлежащим содержанием лошади её собственниками ФИО4 и ФИО7, являющимися супругами, должен быть возмещён за счёт общего совместно нажитого имущества супругов.

Ответчики и представитель третьего лица Управления Федеральной службы судебных приставов по Алтайскому краю ОСП г. Рубцовска, Егорьевского и Рубцовского районов в судебном заседании отсутствовали. О времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом. 

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счёл возможным рассмотреть дело при данной явке.

Истец в судебном заседании уточнённые исковые требования поддержал в полном объёме и пояснил, что относительно порядка ведения похозяйственной книги, на запись в которой ссылается ответчик, а именно о том, что скот в количестве 68 голов был передан в собственность ФИО5, имеется Федеральный закон от 7 июля 2003 года № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве», где указанно каким образом должна вестись похозяйственная книга. На основании этого Федерального закона был издан Приказ Минсельхоза России от 11 октября 2010 № 345 «Об утверждении формы и порядка ведения похозяйственных книг органами местного самоуправления поселений и органами местного самоуправления городских округов». Из которого следует, что: во-первых, в похозяйственной книге указываются глава хозяйства и все члены хозяйства, совместно проживающие с главой хозяйства и (или) совместно осуществляющие с ним ведение хозяйства, они записываются со слов главы хозяйства или взрослого члена хозяйства. В данной похозяйственной книге главой хозяйства указан ФИО4 иных членов хозяйства не указано, то есть хозяйство он вёл один. Там не вписаны ни жена, ни дети, значит, они не участвовали в ведении подсобного хозяйства. Потом появляется запись «исправленному верить» и что скот передан сыну ФИО5. Приказом допускается такая запись, но только в том случае, если кроме главы хозяйства в похозяйственной книге ранее были указаны как глава хозяйства, так и иные члены хозяйства. Считает, что в данном случае имеется нарушение Приказа и ФИО5 не является собственником скота. Статья 11 Федерального закона предусматривает, что члены хозяйства самостоятельно определяют, кого из них записать первым. В случае сомнений рекомендуется первым записывать члена хозяйства, на которого оформлен земельный участок или жилой дом. Записанного первым определяют как главу хозяйства. В данном случае имеется только один член хозяйства ФИО4 он же и глава. В случае замены главы хозяйства другим лицом из того же хозяйства в верхней части лицевого счёта вписывается фамилия, имя и отчество нового главы хозяйства, его паспортные данные. Фамилия, имя и отчество и паспортные данные прежнего главы хозяйства зачёркиваются. Если по какой-то причине глава хозяйства закрывает крестьянское хозяйство, то в статье 10 Федерального закона чётко говорится, что ведение личного подсобного хозяйства прекращается в случае прекращения прав на земельный участок, на котором ведётся личное подсобное хозяйство, то есть согласно записям и утверждениям, в августе 2018 года прекратилось ведение хозяйства, не соответствует действительности, поскольку земельный участок переоформлен на ФИО5 Кроме того, то обстоятельство, что ФИО4 продолжал вести хозяйство подтверждается справкой, выданной обществом с ограниченной ответственностью «Молочные реки Алтая», о том, что ФИО4 с января по май 2019 года получил доход свыше 400 000 рублей за молоко. Поэтому запись о передаче скота в августе 2018 года не действительна и скот как был в собственности ФИО4, так и остаётся, ни каких документов о передаче скота нет. Земельные участки и всё, что было переоформлено это злоупотребление правом, на что им указано в исковом заявлении. ФИО7 как супруга ФИО4 имеет право на 50 % всего имущества совместно нажитого, участвовала она в ведении хозяйства или нет, поскольку она имеет право на это имущество, она так же несёт материальную ответственность за содержание этого имущества в безопасном состоянии. 

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объёме и пояснила, что ответчик злоупотребил правом, так как в рамках исполнительного производства, произвёл отчуждение принадлежащего ему имущества, зная о том, что имеется спор о взыскании с него денежных средств. 11 февраля 2019 года судебным приставом на основании определения Рубцовского районного суда вынесено постановление о возбуждении исполнительного производства о наложении ареста на имущество должника, на сумму обеспечивающую иск в размере 490 000 рублей. 14 февраля 2019 года с выездом на место судебный пристав произвела арест автомобиля, оценив его со слов должника ФИО4 в размере 478 000 рублей, при этом, не проверив действительную стоимость автомобиля. Узнав о том, что имеется определение суда, ФИО4 поспешно решил переоформить всё своё имущество, в том числе земельные участки, квартиру расположенные по адресу: 

<

адрес>, произвёл отчуждение доли в доме, в котором проживает в 

<

адрес>. В связи с чем, полагает, что злоупотребил своим правом, решив намеренно избавиться от имущества, которое могло подлежать описи и аресту. Кроме того, как уже говорил истец, незаконно произвёл отчуждение и передачу скота в размере 68 голов. В этой части поддерживает пояснения истца. Как он уже пояснил, есть Приказ Минсельхоза России от 11 октября 2010 года № 345, где подробно расписано, как должна вестись похозяйственная книга, каким образом производится отчуждение имущества, какие сведения должны быть указанны в случае отчуждения либо передачи хозяйства иному лицу. Полагает, что всё было произведено фиктивно, отсутствует дата передачи скота, указан август 2018 года. Как пояснял истец, членом хозяйства в данной похозяйственной книге указан один ФИО4, то есть передача имущества если бы производилась, то должна быть запись о том, в связи с чем ФИО4 прекратил ведение хозяйства, в связи, с чем он передал ФИО5 данное хозяйство. Полагает, что отчуждение коров в размере 68 голов фактически не было произведено, до мая 2019 года и ФИО4 продолжал ведение подсобного хозяйства и получал доходы от реализации молочных продуктов. Поддерживает всё изложенное в иске, полагает, что поскольку ФИО4 состоял в законном браке с ФИО7, то все доходы, полученные от ведения подсобного хозяйства, принадлежали обоим супругам, лошадь, которая погибла в дорожно-транспортном происшествии, была приобретена за счёт общих средств супругов и является общей совместной собственностью. Ответственность так же должна была нести ФИО7 по содержанию данного животного. Поэтому сумма ущерба должна быть возложена и на ФИО7 Это не долг, это сумма ущерба, причинённая лещадью являющейся общей совместной собственностью. Действия судебного пристава-исполнителя обжаловали. Решением Рубцовского городского суда в удовлетворении иска отказано, но оно не вступило в законную силу. Рассмотрение апелляционной жалобы в Алтайском краевом суде назначено на 11 декабря 2019 года.

Представитель ответчиков в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился в полном объёме и пояснил, что заявляя требования о признании сделок недействительными, где часть имущества принадлежало, в том числе ФИО7, истец тем самым злоупотребляет своим правом. На сегодняшний день, нет ни какого акта или иного документа подтверждающего тот факт, что ФИО7 имеет какие-либо обязательства перед ФИО1 и, заявляя требование о признании сделок полностью недействительными, ФИО1 фактически лишает ФИО7 конституционного права по распоряжению своим имуществом, своей собственностью, хотя ни каких обязанностей перед ним не имеет. Кроме того, на момент совершения сделок, каких-либо ограничений в праве распоряжения этим имуществом не было. То есть, ФИО4 как собственник имущества, воспользовался своими правами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации и Конституцией Российской Федерации. Тот факт, что на момент совершения сделок было возбуждено исполнительное производство, не говорит о том, что данные сделки являются незаконными, поскольку ограничений ни каких не было. При этом в определении суда указанно, что арест накладывается не на всё имущество ФИО4, а на сумму заявленных исковых требований. Истец просит признать сделку по передаче ФИО4 в собственность ФИО5 крупного рогатого скота, однако, так и не смог сообщить о том какую именно сделку он просит признать недействительной, что имеет существенное значение. Поскольку от того, какую сделку следует признать недействительной, зависят юридические последствия признания её недействительной. Сложно возражать, так как нет сведений, на какую сделку он ссылается: купля-продажа или дарение, хотя на истце лежит обязанность в обосновании своей позиции. Что касается требований о признании общим долгом супругов, то в данном случае не возможно применять положения Семейного кодекса Российской Федерации, поскольку у ФИО4 перед ФИО1 возникло деликтное обязательство, которое предполагает несение ответственности тем лицом, которое причинило ущерб. В связи, с чем просил в иске к ФИО7 отказать в полном объёме по всем требованиям, в том числе и о признании сделок недействительными. Так же в отношении ФИО4 и ФИО5 просил отказать, поскольку на сегодняшний день стороной истца не представлено доказательств того, что данные сделки были совершенны незаконно, что фактически имущество не передавалось, такие доказательства не представлены. Фактически сделки были исполнены в полном объёме. Согласно сведений, которые имеются в материалах дела, ФИО4 не занимается сейчас разведением скота. Одной из причин, по которой имущество передавалось сыну, является серьёзное заболевание ФИО4, дабы исключить потом сложности оформления наследственного имущества. Согласно записи похозяйственной книги собственником скота является ФИО5, более пояснить нечего. Запись была сделана на основании личного обращения ФИО4 в сельсовет. Иных документов нет. ФИО4 заболел около 3-х лет назад, но как собственник своего имущества может им распоряжаться в любое время. Кроме того, ФИО4 не всё своё имущество переоформил на сына, часть имущества осталось у него в собственности, на которое на сегодняшний день наложено ограничение на распоряжение. Лошадь приобреталась ФИО4 по безвозмездной сделке в период брака, документ утерян. Судебного решения о разделе имущества нет, брачный договор не заключался, соглашение о разделе имущества не заключалось.

Выслушав истца, представителя истца, представителя ответчиков, исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд находит иск подлежащим удовлетворению в части по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передаёт или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить её от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

В силу пункта 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного и недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действуя в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета, суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учётом характера и последствий допущенного злоупотребления правом отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации)

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, если из закона не следует иное, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий её недействительности может также быть удовлетворён, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путём применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьёй 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признаётся недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания (определение Верховного Суда Российской Федерации от 01 декабря 2015 года N 4-КГ15-54).

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, определением Рубцовского районного суда Алтайского края от 8 февраля 2019 года по гражданскому делу № 2-166/2019 по иску ФИО1 к ФИО4 и ФИО9 о возмещении материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, встречному исковому заявлению ФИО4 к ФИО1 и публичному акционерному обществу «Страховая компания «Энергогарант» о возмещении материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, в обеспечение исковых требований ФИО1 наложен арест на имущество, принадлежащее ФИО4, проживающего в 

<

адрес>, находящееся у него или у третьих лиц, в пределах суммы исковых требований в размере 471 000 рулей.

11 февраля 2019 года судебным приставом-исполнителем Отдела судебных приставов города Рубцовска, Егорьевского и Рубцовского районов ФИО8 возбуждено исполнительное производство №-ИП в отношении ФИО4 14 февраля 2014 года судебным приставом-исполнителем составлен Акт о наложении ареста (описи) имущества, а 15 февраля 2019 года вынесено постановление о наложении ареста на имущество, принадлежащее ФИО4 в размере, необходимом, для исполнения требований исполнительного документа. А именно, наложен арест на автомобиль марки 

<

данные изъяты> с предварительной оценкой со слов ФИО4 в размере 478 000 рублей. Однако, согласно постановлению о принятии результатов оценки от 2 октября 2019 года, стоимость автомобиля определена в размере 61 099 рублей.

12 марта 2019 года исполнительное производство окончено. Все ограничения и запреты, установленные для должника сохранены.

19 февраля 2019 года, ФИО4, будучи осведомлённым о наложенном аресте на имущество в рамках рассмотрения гражданского дела о взыскании с него материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания, по договору дарения передал в дар ФИО5 следующее недвижимое имущество, принадлежащее ему на праве собственности: земельный участок и квартиру, расположенные по адресу: 

<

адрес>, а также совместно с супругой ФИО7 подарил ФИО5 принадлежащие им на праве общей совместной собственности земельный участок, площадью 1 500 кв. м, расположенный по адресу: 

<

адрес> и земельный участок, площадью 1 500 кв. м, расположенный по адресу: 

<

адрес>. 26 февраля 2019 года, ФИО4 по договору дарения передал в собственность ФИО5 принадлежащие ему на праве общей долевой собственности 1/4 долю в праве собственности на земельный участок и 1/4 долю в праве собственности на квартиру, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

Решением Рубцовского районного суда Алтайского края от 12 марта 2019 года по гражданскому делу № 2-166/2019 по иску ФИО1 к ФИО4 и ФИО9 о возмещении материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, встречному исковому заявлению ФИО4 к ФИО1 и публичному акционерному обществу «Страховая компания «Энергогарант» о возмещении материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, постановлено: исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично. Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 сумму материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 141 300 руб, за услуги эксперта в размере 2 100 руб, расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 373 руб, всего: 145 773 руб. В остальной части заявленных требований ФИО1 отказать. В удовлетворении исковых требований к ФИО9 отказать. 

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 3 июля 2019 года решение Рубцовского районного суда Алтайского края от 12 марта 2019 года изменено в части размера взыскания с ФИО4 в пользу ФИО1 материального ущерба и судебных издержек. Принято в этой части новое решение, которым с ФИО4 в пользу ФИО1 взыскан материальный ущерб, причинённый в результате дорожно-транспортного, происшествия, в размере 329 700 руб, за услуги эксперта 4 900 руб, расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 525 руб. 24 коп, всего взыскано 340 125 руб. 24 коп. В остальной части решение суда оставлено без изменения, апелляционная жалоба ответчика ФИО4 - без удовлетворения. Апелляционная жалоба истца ФИО1 удовлетворена частично.

Постановлением начальника отдела - старшего судебным приставом Отдела судебных приставов города Рубцовска, Егорьевского и Рубцовского районов ФИО10 от 16 июля 2019 года отменено постановление об окончании (прекращении) исполнительного производства №-ИП (ранее №-ИП).

В этот же день судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о запрете ФИО6 В.Б. регистрационных действий в отношении объектов недвижимого имущества, а 30 июля 2019 года наложен арест на денежные средства, находящиеся в банке или иной кредитной организации, принадлежащие ФИО4 

31 июля 2019 года судебным приставом-исполнителем составлен Акт о наложении ареста (описи имущества): микроволновой печи, стиральной машины, холодильника, телевизора, душевой кабины на общую сумму 41 000 рублей.

5 августа 2019 года Отделом судебных приставов города Рубцовска, Егорьевского и Рубцовского районов возбуждено исполнительное производство №-ИП о взыскании задолженности с должника ФИО6 В.Б. в пользу взыскателя ФИО1 в размере 340 125 рублей 24 копеек. Актом о наложении ареста (описи) имущества от 4 сентября 2019 года наложен арест на принадлежащий ФИО4 автомобиль 

<

данные изъяты> с оценкой 3 000 рублей. Обращено взыскание на пенсию должника - ежемесячно в размере 50% пенсии и иных доходов должника. 

Однако определением Рубцовского районного суда Алтайского края от 10 сентября 2019 года частично удовлетворено заявление ФИО4 о снижении размера удержаний с 50% пенсии и иных доходов должника до 40%.

Довод представителя ответчиков в том, что у ФИО4 имеется иное имущество, на которое может быть обращено взыскание, суд находит не состоятельным по указанным выше основаниям. Кроме того, судом установлено, что ФИО4 на праве собственности также принадлежит 

<

данные изъяты>. Однако, согласно справке СО УВД г. Рубцовска, автомобиль был похищен, разукомплектован и восстановлению не подлежит.

Что касается доводов в том, что сделки были совершены ввиду состояния здоровья ФИО6 В.Б, то суд также находит его не состоятельным. Заболевание было обнаружено около 3-х лет назад, а отчуждение имущества произошло после возбуждения исполнительного производства.

Также заслуживает внимания то обстоятельство, что ФИО4 будучи осведомлённым о наличии долгового обязательства, злоупотребляя своим правом в целях уклонения от обязательства и от возможности наложения ареста на имущество, совершил действия по безвозмездному отчуждению принадлежащей ему на праве собственности 1/4 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> в пользу своего сына ФИО5, также являющегося сособственником 1/4 доли в праве собственности на квартиру. Согласно адресной справке, местом регистрации ФИО4 по настоящее время является: 

<

адрес>, то есть фактически отсутствовали какие-либо правовые последствия договора дарения (мнимость). 

При этом отчуждение ФИО4 по своей воле имущества, являющегося для него единственным пригодным для постоянного проживания помещением, не может являться основанием для отказа в удовлетворении требования о признании недействительной сделки, на основании которой произведено такое отчуждение, при том, что такая сделка обладает признаками ничтожности.

Кроме того, суд учитывает, что согласно части 1 статьи 68 Федерального закона «Об исполнительном производстве» под мерами принудительного исполнения, понимаются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего взысканию по исполнительному документу.

К таким мерам также относится наложение ареста на имущество должника (пункт 7 части 1 статьи 64, части 1, 3, 4 статьи 80 Федерального закона «Об исполнительном производстве»).

В пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» содержится вывод о том, что арест в качестве обеспечительной меры либо запрет на распоряжение могут быть установлены на перечисленное в абзацах втором и третьем части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации имущество, принадлежащее должнику-гражданину. Например, арест в качестве обеспечительной меры принадлежащего полностью или в части должнику-гражданину жилого помещения, являющегося единственно пригодным для постоянного проживания самого должника и членов его семьи, равно как и установление запрета на распоряжение этим имуществом, включая запрет на вселение и регистрацию иных лиц, сами по себе не могут быть признаны незаконными, если указанные меры приняты судебным приставом-исполнителем в целях воспрепятствования должнику распорядиться данным имуществом в ущерб интересам взыскателя.

Анализ изложенного указывает на то, что арест, равно как и запрет на распоряжение имуществом, является гарантией обеспечения прав взыскателя. Таким образом, взыскатель имеет законный интерес в возвращении в собственность должника даже того имущества, который обладает исполнительским иммунитетом, поскольку наложение на данное имущество ареста или запрета на распоряжение будет являться обеспечительной мерой, побуждающей должника к исполнению обязательства перед взыскателем.

Таким образом, суд, исследовав и оценив конкретные действия и поведение ФИО4, приходит к выводу о злоупотреблении правом по заключению оспариваемых договоров, выразившееся в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания, что повлекло за собой негативные последствия для интересов взыскателя ФИО1

Довод представителя ответчиков в том, что требованиями истца о признании недействительными сделок по отчуждению земельных участков, расположенных по адресу: 

<

адрес> нарушаются права ФИО7 на распоряжение принадлежащим ей имуществом, суд находит не состоятельным. Так, указанные выше земельные участки принадлежат ФИО4 и ФИО7 на праве общей совместной собственности. Раздела имущества в судебном порядке, соглашения о разделе имущества и брачного договора между ними нет, то есть доли не определены. Кроме того, ФИО7 было известно о наличии возбужденного в отношении её супруга исполнительного производства, так как она присутствовала при составлении Акта ареста (описи) имущества 14 февраля 2019 года. Более того, позднее обращалась в суд с исками об исключении из акта ареста (описи) имущества автомобиля марки «

<

данные изъяты>, а также микроволновой печи, стиральной машины, холодильника, телевизора, душевой кабины, в удовлетворении которых ей решениями Рубцовского районного суда Алтайского края отказано (решения не вступили в законную силу).

Таким образом, суд приходит к выводу, что действия ФИО4 и ФИО7 по заключению оспариваемых договоров свидетельствуют о злоупотреблении правом.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведённых выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряжённое с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечёт ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, требования ФИО1 в части признания недействительным заключённого между ФИО4 и ФИО5 19 февраля 2019 года договора дарения земельного участка и квартиры, расположенных по адресу: 

<

адрес> и применения последствия недействительности этой сделки; признания недействительным заключённого между ФИО4 и ФИО5 26 февраля 2019 года договор дарения 1/4 доли в праве собственности на земельный участок и 1/4 доли в праве собственности на квартиру, расположенных по адресу: 

<

адрес>, и применения последствия недействительности сделки; признания недействительными заключённых между ФИО4, ФИО7 и ФИО5 19 февраля 2019 года договоров дарения земельных участков, расположенных по адресу: 

<

...> и 1в и применения последствия недействительности сделок, подлежат удовлетворению. 

При этом, суд не находит оснований для удовлетворения требований ФИО1 в части признания недействительной сделки по передаче ФИО4 в собственность ФИО5 крупного рогатого скота в количестве 68 голов, расположенных по адресу: 

<

адрес>. Поскольку, в ходе судебного разбирательства факт выбытия из собственности ФИО4 крупного рогатого скота в количестве 68 голов, находящегося по адресу: 

<

...>, не нашёл своего подтверждения. 

Из пояснений представителя ответчиков выбытие крупного рогатого скота в количестве 68 голов из собственности ФИО4 в собственность ФИО5 произошло в августе 2018 года, о чём свидетельствует запись в похозяйственной книге № 8 л/сч 7 за 2016-2020 годы, сделанная специалистом администрации Куйбышевского сельсовета Рубцовского района Алтайского края, где в записи «ФИО члена хозяйства, записанного первым ФИО4» зачёркнуто «Виктор Бергардович» и записано «исправленному на Анатолий Викторович в августе 2018 года верить». Запись указанная сделана по устному заявлению ФИО4 и иных письменных документов нет.

Однако приказом Минсельхоза России от 11 октября 2010 года № 345 утверждён Порядок ведения похозяйственных книг.

В соответствии с пунктом 11 Порядка члены хозяйства самостоятельно определяют, кого из них записать первым. В случае сомнений рекомендуется первым записывать члена хозяйства, на которого оформлен земельный участок или жилой дом. Записанного первым определяют как главу хозяйства. 

Согласно записи похязяйственной книги имеется только один член хозяйства, расположенного по адресу: 

<

адрес> ФИО4 он же соответственно и глава хозяйства. Указание на иных членов хозяйства отсутствует.

Пунктом 13 Порядка установлено, что в случае замены главы хозяйства другим лицом из того же хозяйства в верхней части лицевого счёта вписывается фамилия, имя и отчество нового главы хозяйства, его паспортные данные. Фамилия, имя и отчество и паспортные данные прежнего главы хозяйства зачёркиваются.

Согласно статье 10 Федерального закона от 07 июля 2003 года № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве» ведение личного подсобного хозяйства прекращается в случае прекращения прав на земельный участок, на котором ведётся личное подсобное хозяйство.

Однако отчуждение земельного участка произошло на основании договора дарения от 19 февраля 2019 года. В связи с чем, суд приходит к выводу, что запись в похозяйственной книге о том, что в августе 2018 года прекратилось ведение хозяйства ФИО4 подсобного хозяйства, не соответствует действительности, поскольку договор дарения земельного участка состоялся 19 февраля 2019 года и совершена с нарушением указанного выше Порядка ведения похозяйственных книг и соответственно, каких-либо правовых последствий не имеет.

Кроме того, в соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 161 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, должны совершаться в простой письменной форме.

Несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение следки и её условий на свидетельские показания (пункт 1 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Также суд считает заслуживающим внимания то обстоятельство, что согласно справке общества с ограниченной ответственностью «Молочные реки Алтая» денежные средства за сдачу молочной продукции перечислялись как в 2018 году, так и в 2019 году на счёт, принадлежащий ФИО4, при отсутствии договора о закупе молока от личных подсобных хозяйств с ФИО4 Принадлежность счёта ФИО4 и факт перечисления денежных средств на счёт ФИО4 в период с 02 августа 2018 года по 28 октября 2019 года подтверждается справкой публичного акционерного общества «Сбербанк России» и Отчётом о всех операциях за период с 01 августа 2018 года по 28 октября 219 года.

Наличие договора о закупе молока от личных подсобных хозяйств, заключённого 11 января 2018 года между обществом с ограниченной ответственностью «Молочные реки Алтая» и ФИО5 лишь свидетельствует о том, что последний осуществлял помощь своему отцу в ведении хозяйства. Поскольку денежные средства по договору перечислялись на счёт ФИО4 Заявление ФИО5 о перечислении денежных средств на счёт ФИО4 ввиду отсутствия у него собственного счёта, не имеет даты. В связи с чем, суд относится к нему критически.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что крупный рогатый скот в количестве 68 голов не выбывал из собственности ФИО4

Не подлежат удовлетворению и требования ФИО1 о признании именно общим долгом супругов ФИО4 и ФИО7 долга в размере 340 125 руб. 24 коп, по тем основаниям, что в соответствии с положениями статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества.

В силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Исходя из абзаца 3 пункта 2 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации также следует, что имущество каждого из супругов может быть признано их совместной собственностью, если будет установлено, что в течение брака за счёт общего имущества супругов или личного имущества другого супруга были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и т.п.).

В статье 37 Семейного кодекса Российской Федерации указано, что имущество каждого из супругов может быть признано судом их совместной собственностью, если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие).

Таким образом, не может являться общим долгом супругов, материальный ущерб, возникший вследствие дорожно-транспортного происшествия в результате виновных действий одного из них, установленный вступившим в законную силу решением суда. 

Кроме того, для обращения взыскания на долю в общей совместной собственности супругов предусмотрен её выдел, как по требованию кредитора, так и по требованию одного из супругов.

Из пояснений представителя истца следует, что брачный договор между супругами не заключался, соглашение о разделе имущества не заключалось, раздел имущества, нажитого в браке до настоящего времени не произведён.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований ФИО1 о признании общим долгом супругов ФИО4 и ФИО7 долг в размере 340 125 руб. 24 коп.

В силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 данного Кодекса.

В связи с чем, с ФИО4 в пользу ФИО1 подлежит взысканию государственная пошлина в размере 500 руб. 00 коп, с ФИО7 в пользу ФИО1 подлежит взысканию государственная пошлина в размере 200 руб. 00 коп, с ФИО5 в пользу ФИО1 подлежит взысканию государственная пошлина в размере 500 руб. 00 коп.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить в части.

Признать недействительным заключённый между ФИО4 и ФИО5 19 февраля 2019 года договор дарения земельного участка и квартиры, расположенных по адресу: 

<

адрес>, запись регистрации в ЕГРН № и № соответственно от 25 февраля 2019 года. 

Применить последствия недействительности сделки, путём аннулирования в ЕГРН записей регистрации № и № от 25 февраля 2019 года с внесением соответствующих изменений в Едином государственном реестре недвижимости в отношении недвижимого имущества - земельного участка кадастровым номером № и квартиры с кадастровым номером 22:39:033001:36, расположенных по адресу: 

<

адрес>.

Признать недействительным заключённый между ФИО4 и ФИО5 26 февраля 2019 года договор дарения 1/4 доли в праве собственности на земельный участок и 1/4 доли в праве собственности на квартиру, расположенных по адресу: 

<

адрес>, запись регистрации в ЕГРН № и № соответственно от 27 февраля 2019 года. 

Применить последствия недействительности сделки, путём аннулирования в ЕГРН записей регистрации № и № от 27 февраля 2019 года с внесением соответствующих изменений в Едином государственном реестре недвижимости в отношении недвижимого имущества - 1/4 доли в праве собственности на земельный участок с кадастровым номером 22:39:033302:93 и 1/4 доли в праве собственности на квартиру с кадастровым номером 22:39:033302:235, расположенных по адресу: 

<

адрес>.

Признать недействительным заключённый между ФИО4, ФИО7 и ФИО5 19 февраля 2019 года договор дарения земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, запись регистрации в ЕГРН № от 28 февраля 2019 года. 

Применить последствия недействительности сделки, путём аннулирования в ЕГРН записи регистрации № от 28 февраля 2019 года с внесением соответствующих изменений в Едином государственном реестре недвижимости в отношении недвижимого имущества - земельного участка кадастровым номером 22:39:033001:52, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Признать недействительным заключённый между ФИО4, ФИО7 и ФИО5 19 февраля 2019 года договор дарения земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, запись регистрации в ЕГРН № от 25 февраля 2019 года. 

Применить последствия недействительности сделки, путём аннулирования в ЕГРН записи регистрации № от 25 февраля 2019 года с внесением соответствующих изменений в Едином государственном реестре недвижимости в отношении недвижимого имущества - земельного участка кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 500 руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 200 руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 500 руб. 00 коп.

В остальной части требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Рубцовский районный суд Алтайского края в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Судья Е.А. Шишкина