РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 мая 2018 года г. Усть-Илимск, Иркутская область

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе

председательствующего судьи Третьякова М.С.,

при секретаре судебного заседания Кучерук Е.С.,

с участием ответчика,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-938/2018 по иску Государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда РФ в г. Усть-Илимске и Усть-Илимском районе Иркутской области к ФИО1 о взыскании незаконно полученной пенсии,

УСТАНОВИЛ:

В обоснование иска указано, что решением Управления Пенсионного фонда РФ в г. Усть-Илимске и Усть-Илимском районе от 15.01.2016 ФИО1 установлена пенсия по старости с 28.12.2015. Установление и расчет стажа для назначения пенсии в Управлении производится программным обеспечением ПТК НВП. Периоды работы, дающие право на досрочное назначение пенсии по старости, вводятся в программный комплекс ПТК НВП специалистами Управления и далее обрабатываются в автоматическом режиме. При подсчете данных о стаже ФИО1 программным комплексом ПТК НВП допущена счетная ошибка, которая повлекла за собой неверное исчисление стажа для определения права на установление досрочное трудовой пенсии по старости. В результате чего, периоды работы ФИО1, с 03.09.2008 по 18.02.2015, с 24.02.2015 по 27.12.2015 в должности преподавателя МОУ ДОД «Школа искусств № 2» был зачтен в педагогический стаж, определяющий право на досрочное назначение пенсии по старости, что не соответствует пункту 12 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение пенсии по старости лицам, осуществляющим педагогическую деятельность в государственных и муниципальных учреждениях для детей, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации. Вследствие допущенной ошибки неверно определено право ФИО1 на получение досрочной пенсии по старости, что повлекло неправомерное назначение пенсии и перерасход средств федерального бюджета на выплату пенсии за период с 28.12.2015 по 31.01.2018. Сумма переплаты пенсии составила 184323,64 рублей. В адрес ответчика было направлено решение от 23.01.2017, а также письмо с предложением добровольно погасить образовавшуюся переплату пенсии. На сегодняшний день задолженность ответчиком не погашена. Просит суд взыскать с ФИО1 незаконно полученные суммы пенсии в размере 184323,64 рублей, в возмещение государственной пошлины 4886,47 рублей.

В судебном заседании представитель истца не присутствует. О времени и месте проведения судебного разбирательства извещен надлежащим образом. В соответствии с письменным заявлением от 16.05.2018 ФИО2, действующая по доверенности, просила о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала письменные возражения. Дополнительно пояснила, что при назначении пенсии ею были предоставлены достоверные сведения для исчисления стажа. Каких-либо недобросовестных действий с ее стороны не было.

Суд, выслушав объяснения ответчика, исследовав письменные доказательства по делу, оценив их в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 28 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), а работодатели, кроме того, - за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования.

В случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 настоящего Федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (п. 2).

В силу статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 1107 ГК РФ лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Согласно пункту 3 статьи 1109 ГК РФ суммы пенсии, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения.

Статьей 29 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" установлен порядок возмещения суммы пенсии, выплаченной неправомерно: в виде удержания переплаты из выплаченной пенсионеру пенсии либо в судебном порядке.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, 28.12.2015 ФИО1 обратилась в Управление Пенсионного фонда РФ (ГУ) в г. Усть-Илимске и Усть-Илимском районе с заявлением о назначении пенсии. К заявлению были приложенным паспорта гражданина Российской Федерации, справки работодателя о периодах работы, свидетельство о заключении брака, свидетельства о рождении детей, трудовая книжка. 

15.01.2016 руководителем Управления Пенсионного фонда РФ (ГУ) в г. Усть-Илимске и Усть-Илимском районе принято решение о назначении ФИО1 пенсии по старости с 28.12.2015 в соответствии с п. 19 ч. 1 ст. 30 ФЗ «О страховых пенсиях». 

В соответствии с протоколом от 23.01.2017 № 43 установлен факт излишне выплаченной страховой пенсии по старости и единовременной выплаты ФИО1 за период с 28.12.2015 по 31.01.2017 в размере 179323,64 рублей, за период с 01.01.2017 по 31.01.2017 в размере 5000 рублей. 

Решением начальника Управления ПФР в г. Усть-Илимске и Усть-Илимском районе от 23.01.2017 № 45 ФИО1 прекращена выплата пенсии по старости с 01.02.2017.

Расчет излишне выплаченной суммы установлен в размере 184323,64 рублей.

Согласно выписки из лицевого счета № 

<

***> за период 01.09.2014 по 31.03.2017 ФИО1 были перечислены суммы пенсии, а также единовременная выплата в размере 5000 рублей на счет ПАО Сбербанк.

В соответствии с реестром почтовый отправлений 09.02.2018 в адрес ФИО1 было направлено решение об обнаружении ошибки, допущенной при установлении пенсии от 23.01.2017 № 45.

27.04.2017 Управлением в адрес ФИО1 направлено письмо, в котором последней предложено погасить образовавшуюся переплату в виде излишне выплаченной страховой пенсии за период с 28.12.2015 по 31.01.2017 в сумме 179323,64 рублей, единовременной выплаты в размере 5000 рублей. К письму было приложена копия решения, копия протокола от 23.01.2017 № 43, копия расчета излишне выплаченных сумм, банковские реквизиты.

В порядке подготовки дела к судебному разбирательству, в соответствии с определением суда от 11.04.2018 на истца возложена обязанность доказать наличие счетной ошибки при назначении пенсии ответчику, факт недобросовестности ответчика при получении указанных в иске сумм пенсии.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Действующее законодательство не допускает возложения на гражданина обязанности по возмещению возникшего в результате необоснованного назначения трудовой пенсии перерасхода средств на выплату трудовых пенсий Пенсионному фонду Российской Федерации при отсутствии недобросовестности со стороны получателя пенсии и счетной ошибки.

В судебном заседании установлено, что ответчик ФИО1 обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении пенсии как лицо, не менее 25 лет осуществлявшая педагогическую деятельность в учреждениях для детей, независимо от их возраста (п.19 ч.1 ст.30 от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях"), приложив к нему пакет необходимых документов. Данное заявление было принято и зарегистрировано сотрудником Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда РФ в г. Усть-Илимске и Усть-Илимском районе Иркутской области. По результатам его рассмотрения истцом было принято решение об установлении ответчику пенсии, что свидетельствует об отсутствии у должностных лиц каких-либо сомнений, относительно представленных заявителем документов. 

Стороной истца не оспаривается тот факт, что ответчиком при обращении в Управление Пенсионного фонда с заявлением о назначении пенсии были представлены достоверные сведения для установления пенсии.

Под счетной ошибкой в целях применения п. 3 ст. 1109 ГК РФ следует понимать ошибку, допущенную непосредственно в процессе расчета при математических действиях, т.е. неправильное применение правил математики.

Так, из буквального толкования вышеприведенных норм действующего законодательства следует, что счетной ошибкой является ошибка, допущенная в арифметических действиях (действиях, связанных с подсчетом), в то время как технические ошибки, в том числе совершенные по вине работодателя, счетными не являются.

Из пояснений истца следует, что ошибка произошла непосредственно в компьютерной программе при расчете стажа для определения права на установление досрочное трудовой пенсии по старости. При этом, что послужило причиной ошибки (неверное введение данных в программу, несовершенство программного обеспечения или арифметическая ошибка компьютерной программы) истцом не уточняется и соответствующих доказательств не представлено. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что ошибка была допущена не в результате арифметических действий, связанных с подсчетами, а в результате неверной работы (сбоя) компьютерной программы, следовательно, является технической, а не счетной.

Таким образом, данных, свидетельствующих о том, что Пенсионным фондом при оценке пенсионных прав ответчика и назначении пенсии, были допущены счетные (арифметические) ошибки, судом не установлено, равно как и не установлено наличие виновных и недобросовестных действий со стороны ответчицы.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, поскольку стороной истца не доказан факт недобросовестности в поведении ответчика при получении ею пенсии и из дела не усматривается, равно как и наличие счетной ошибки. При этом суд учитывает, что ошибка совершена самим пенсионным органом, без какой бы то ни было вины ответчика, оценивая степень добросовестности ответчика, суд исходит из того факта, что характер ошибки не был очевидным для не обладающей специальными познаниями в части подсчета пенсии, данная ошибка не была своевременно выявлена и самим пенсионным органом, учитывая значительный период продолжительности получения пенсии, что давало ответчику основания уверенно полагать признанный государством статус пенсионера. 

Поскольку в удовлетворении исковых требований истцу отказано, то в силу статьи 98 ГПК РФ оснований для взыскания судебных расходов в виде уплаченной истцом государственной пошлины суд не имеется.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Государственного учреждения – Управление Пенсионного фонда РФ в г. Усть-Илимске и Усть-Илимском районе Иркутской области к ФИО1 о взыскании незаконно полученной пенсии отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Иркутский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Усть-Илимский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья М.С. Третьяков