Дело №2-336/2019 

УИД 33MS0014-01-2018-001981-67

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

17 мая 2019 года

Фрунзенский районный суд города Владимира в составе:

председательствующего судьи Белякова Е.Н.,

при секретаре Марцишевской Е.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Владимире гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, действующей в своих интересах, а также интересах несовершеннолетней Е., ФИО4, ФИО5 о возмещении материального ущерба и взыскании компенсации морального вреда.

Изучив материалы гражданского дела, суд

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к наследникам умершего А.: ФИО2, ФИО3, действующей в своих интересах, а также интересах несовершеннолетней Е., ФИО4, ФИО5 о возмещении ущерба и взыскании денежной компенсации морального вреда, указывая в обоснование иска следующее.

26 февраля 2018 г. имуществу ФИО1 был причинен ущерб в результате незаконных действий А. Ответчик и истец находились в автомашине марки «Toyota Camry», государственный регистрационный знак ......, когда между ними произошел словесный конфликт. А. попытался вытолкнуть ФИО1 с переднего сидения автомашины, при этом хватал за верхнюю одежду (куртку). В результате действий А. куртке был причинены механические повреждения в виде повреждения левого рукава. По данному факту ФИО1 обращалась в полицию, проведена проверка, в возбуждении уголовного дела отказано.

Для определения стоимости восстановительного ремонта куртки (дизайнерской) ФИО1 обратилась к независимому оценщику Ф. Согласно заключению оценщика, стоимость восстановительного ремонта курки составляет 13 738,00 рублей.

29 мая 2018 г. А. умер.

ФИО1 обратилась суд с исковым заявлением к наследникам А., просит взыскать с них в солидарном порядке причиненный ущерб в указанной выше сумме, а также компенсацию морального вреда в сумме 30 000,00 рублей, причиненного в результате незаконных действий А.

В ходе судебного разбирательства истец ФИО1 заявленные исковые требования поддержала в полном объеме, просила удовлетворить. 

15 мая 2019 г. от истца поступило заявление об уточнении исковых требований, согласно которым ФИО1 просит взыскать с ответчиков в солидарном порядке денежные средства в сумме 10 740,00 рублей (по 2 148,00 рублей с каждого), расходы по оплате услуг специалиста в сумме 3 800,00 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 30 000,00 рублей.

В судебное заседание 17 мая 2019 г. истец не явился.

Как следует из поступившего в суд заявления, просит рассмотреть дело в свое отсутствие, удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Ответчики ФИО3, действующая от своего имени, а также от имени несовершеннолетней Е., ФИО4, ФИО2 надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явились.

Согласно отзыву на исковое заявление ФИО4, последняя не согласна с иском ФИО1, просит рассмотреть дело в свое отсутствие и отказать в удовлетворении в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО3, ФИО6, действующий на основании ......9 от 18.06.2018 сроком по 18.06.2021, в судебное заседание не явился, согласно поданному в суд ходатайству просит рассмотреть дело по существу в свое отсутствие, отказать в удовлетворении иска, поскольку вина наследодателя А. не доказана истцом.

Судом вынесено протокольное определение о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся ответчиков ФИО3, действующей в своих интересах, а также интересах несовершеннолетней Е., ФИО4, ФИО2, поскольку их неявка в силу ч.3 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению дела по существу.

Изучив представленные доказательства и оценив их в совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами законодательства, регулирующего отношения об обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», по общему правилу, установленными пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В п.10 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что при рассмотрении дел о компенсации причиненных нравственных или физических страданий необходимо учитывать, что моральный вред признается законом вредом неимущественным, несмотря на то, что он компенсируется в денежной или иной материальной форме.

Согласно п.1 ст. 418 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника. 

В соответствии с п.1 ст.1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущества умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

В состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в т.ч. имущественные права и обязанности.

Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами (ст.1112 ГК РФ).

Из содержания указанных норм в их взаимосвязи следует, что к наследникам одновременно переходят как права на наследственное имущество, так и обязанности по погашению соответствующих долгов наследодателя, если они имелись на день его смерти.

В силу ч.2 ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами.

В соответствии со ст. 1175 Гражданского кодекса российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества. До принятия наследства требования кредиторов могут быть предъявлены к наследственному имуществу.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п.5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью граждан" разъяснено, что поскольку в силу части второй статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, не входит в состав наследства, его наследники вправе обращаться с самостоятельными исками в суд либо вступать в процесс в порядке процессуального правопреемства (статья 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) лишь по требованиям о взыскании фактически начисленных потерпевшему в счет возмещения вреда, но не выплаченных ему при жизни сумм.

Таким образом, норма, которая позволяет возложить ответственность за моральный вред, причиненный наследодателем, на наследника, не являющегося причинителем вреда, отсутствует, поскольку исходя из изложенных выше норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, субъектом ответственности в данном случае является сам причинитель вреда, так как указанное обязательство может входить в наследственное имущество только в том случае, если была присуждена истцу, а должник умер и не успел ее выплатить.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, при жизни А. компенсация морального вреда в связи с причинением какого-либо вреда ФИО1 не взыскивалась, следовательно, указанное обязательство не входит в состав наследственного имущества. 

Кроме того, как следует из искового заявления и пояснений ФИО1 в ходе судебного разбирательства, моральный вред причинен в результате действий А. по повреждению имущества, конфликтами при исполнении трудовых обязанностей, никаких телесных повреждений истцу причинено не было (проверочный материал, л.д.......).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Действующим законодательством Российской Федерации не предусмотрена возможность компенсации морального вреда при нарушении имущественных прав гражданина.

В нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО1 не представлено каких-либо доказательств, которые подтверждали бы нарушение ее трудовых прав со стороны директора ООО «......» А.

Относительно требований ФИО1 о возмещении материального ущерба, который причинен, по утверждению наследодателем А., суд считает необходимым указать следующее.

Как следует из искового заявления, заявляя требования о компенсации материального ущерба, ФИО1 указала, что 28 февраля 2018 г. А. причинил ущерб ее имуществу – куртке, в результате конфликта в автомобиле порвал рукав (три разрыва различной конфигурации и локализации).

Возникшие между истцом и наследодателем гражданско-правовые обязательства относятся к деликтным, поскольку потерпевшая и причинитель вреда не состояли между собой в каких-либо отношениях. Само по себе указанное обязательство, которое является по своей юридической природе охранительным, представляет правовую форму реализации гражданско-правовой ответственности, к которой привлекается причинитель вреда, обязанный возместить потерпевшему убытки в соответствии с принципом полного возмещения вреда.

Таким образом, деликтное обязательство неразрывно связано с личностью должника, поскольку не любое лицо может возместить вред, а только виновное лицо, следовательно, такое обязательство прекращается смертью должника в силу пункта 1 статьи 418 Гражданского кодекса Российской Федерации и не входит в состав наследства.

Сумма ущерба, причиненного имуществу, может быть включена в состав наследства в том случае, если она была присуждена истцу, но должник умер и не успел ее выплатить.

В ходе судебного разбирательства установлено, что при жизни ФИО7 обязанность по выплате материального ущерба истцу не была установлена.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

На основании изучения представленных суду доказательств, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о наличии вины А. в причинении ущерба истцу.

Так, в обоснование иска ФИО1 сослалась на экспертный отчет по оценке материального ущерба, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ...

Сам по себе экспертный отчет по оценке материального ущерба, причиненного меховой куртке истца в результате механических воздействий, не является доказательством вины А., поскольку содержит лишь сведения о величине материального ущерба (л.д.......).

А. в ходе проведения проверки по заявлению ФИО1 наличие своей вины в повреждении имущества истца отрицал, указывая, что во время конфликта физического воздействия не применял (......).

Из пояснений свидетеля конфликта С. следует, что она наблюдала конфликт, а также со слов ФИО1 ей известно, что водитель автомашины (А.) порвал истцу куртку (......).

Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 07 марта 2018 г., на которое ссылается ФИО1 в обоснование заявленных исковых требований, отменено заместителем прокурора г.Владимира 09 апреля 2018 г., органу дознания дано указание провести товароведческую экспертизу с целью установления стоимости вреда, причиненного заявителю, опросить свидетелей, провести иные мероприятия, в которых может возникнуть необходимость (......).

В ходе проведения дополнительной проверки свидетели не устанавливались и не опрашивались, иные мероприятия не осуществлялись (поверочный материал, л.д.26-37).

05 июля 2019 г., после смерти А., вынесено постановление об отказе в возбуждении дела, из которого следует, что выдавать куртку сотруднику полиции, проводившему проверку, ФИО1 отказалась, ссылаясь на отсутствие необходимости (проверочный материал, л.д......., оборотная сторона).

В настоящее время, как указала ФИО1, куртка отремонтирована и повреждения устранены.

Вместе с тем суд считает необходимым отметить, что осмотр куртки и исследование повреждений имеют важное значение для установления вины А. в причинении ущерба.

Так, согласно фототаблице, имеющейся в проверочном материале (КУСП 3724 от 26.02.2018), зафиксирован только один разрыв рукава дугообразной формы (проверочный материал, л.д.......).

При исследовании повреждений для установления ущерба ИП ...... три разрыва различных размеров, конфигурации и локализации (......).

В исковом заявлении ФИО1 также указала, что ущерб причинен в результате трех разрывов левого рукава (......).

Согласно заключению эксперта от 06 мая 2019 г., два разрыва на рукаве куртки ФИО1 (овал 1,5 х 1,5 см.; дугообразный размером 11 х 8 см.) могли образоваться при обстоятельствах, описанных в постановлениях об отказе в возбуждении уголовного дела и исковом заявлении ФИО1, тогда как третий разрыв имеет иной механизм образования и образовался в другое время.

Экспертное исследование проведено по материалам гражданского дела без осмотра куртки, принадлежащей истцу.

Изложенные выше обстоятельства позволяют суду усомниться в достоверности доводов истца о причинении вреда имуществу именно А.

Иных доказательств суду не представлено и ходатайств об истребовании заявлено не было.

Следует также отметить, что куртка была представлена для осмотра ИП Ф. только 01 марта 2018 г., то есть спустя три дня после описанных в исковом заявлении событий, при этом специалист описал исключительно повреждения, обстоятельства, при которых они могли быть получены, в исследовательской части отсутствуют. Кроме того, А. для осмотра повреждений не приглашался и в материалах гражданского дела сведения об этом отсутствуют.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что на основании представленных суду и исследованных доказательств не представляется возможным установить лицо, виновное в причинении вреда имуществу ФИО1, в связи с чем, основания для удовлетворения иска в части взыскания ущерба отсутствуют.

На основании изложенного, суд находит исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Доводы ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО5, ФИО8, о признании исковых требований отклоняются судом в силу следующего.

В соответствии с ч.1 ст.39 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик вправе признать иск, стороны могут окончить дело мировым соглашением.

Суд не принимает признание иска ответчиком, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

Признание судом исковых требований ответчиком ФИО2 и ФИО5 в лице представителя ФИО8 не может быть принято судом, поскольку это противоречит требованиям закона, а также приведет к нарушению прав других ответчиков, которые не признали иск и просили отказать в его удовлетворении в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

На решение может быть подана апелляционная жалоба во Владимирский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Владимира в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 22.05.2019.

Председательствующий судья Беляков Е.Н.

Решение не вступило в законную силу.

Подлинник документа подшит в деле №2-336/2019, находящемся в производстве Фрунзенского районного суда г. Владимира. 

Секретарь Е.А. Марцишевская