РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 июля 2020 года город Нижний Тагил

Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе: председательствующего Зевайкиной Н.А.,

при секретаре судебного заседания Павленко Д.А.,

с участием: истца ФИО1,

представителей ответчика АО «Тандер» ФИО2, действующего на основании доверенности № 23АВ0340846 от 16.06.2020,

прокурора Макаренко Ю.В.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело № 2-1414/2020 по иску ФИО1 к акционерному обществу «Тандер» о признании незаконными и отмене приказов, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «Тандер», в котором просит признать незаконным и отменить приказ от 20 мая 2020 года №МУ141У-9, восстановить ее на работе в должности продавца, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула, признать незаконным и отменить приказ от 15 мая 2020 года №NT-36/5-П, взыскать компенсацию морального вреда в размере 60 000,00 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 26 850,00 руб.

В обоснование исковых требований указано, что истец с 20.10.2017 работала в должности продавца в АО «Тандер» (далее — Работодатель, Ответчик). Осенью 2019 у нее возник конфликт с директором магазина ФИО3, которая заставляла ее коллегу выполнять работу, не обусловленную трудовым договором, а именно, принимать товар и делать подсчеты в магазине. Истец высказала свое мнение по поводу работы, заключающееся в том, что в обязанности не входит приемка товара и осуществление подсчетов, в магазине. После чего директор начала относиться к ней очень негативно. В апреле 2020 работодателем была предъявлена претензия по карте лояльности. На 20 апреля на мою карту было начислено 3 100 бонусов. По этому поводу истца обвинили в мошенничестве. Она пыталась объяснить представителям работодателя, что такого нe может быть и что такая сумма бонусов это просто ошибка, но ее никто не хотел слушать. 04.05.2020 представители работодателя предложили написать заявление на СВП (сотрудник временного персонала), находиться дома и ожидать вызова на работу. 08.05.2020 позвонила директор магазина и вызвала на работу 11.05.2020. Согласно графику смен истец отработала две смены 11.05.2020 и 12.05.2020. 15.05.2020 представитель работодателя, СВ (супервайзер), предложила ей написать заявление на увольнение по собственному желанию. Истец отказалась писать такое заявление, на что представители ответчика пригрозили, что обвинят ее в мошенничестве и воровстве и напишут заявление в полицию. После такого разговора истец разволновалась и написала заявление на увольнение по собственному желанию с 20.05.2020. В период с 15.05.2020 по 20.05.2020 она находилась в отпуске без сохранения заработной платы. Поэтому, о приказе работодателя от 15.05.2020 № NT-36/5-П, в котором был объявлен выговор, ничего не знала и никаких объяснений по этому поводу не писала. ФИО1 не согласна прекращать трудовые отношения с ответчиком по собственному желанию и имеет все основания считать, что действия работодателя нарушают действующее трудовое законодательство, а также ее законные права и интересы. В порядке досудебного урегулирования спора направила работодателю претензию, которая до момента предъявления настоящего иска осталась без удовлетворения.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала основание и предмет исковых требований по доводам, изложенным в иске, просила удовлетворить. Указала, что заявление об увольнении по собственному желанию написано ей собственноручно 15.05.2020, уволить просила с 20.05.2020. Средний заработок по ее предварительным расчетам составляет примерно 42000,00 руб. С приказом ответчика от 15.05.2020 № NT-36/5-П ознакомлена не была, узнала о нем только 24.05.2020 после увольнения, от коллеги, которая и направила ей скрин экрана с данным приказом. 

Представитель ответчика АО «Тандер» ФИО2, действующий на основании доверенности № 23АВ0340846 от 16.06.2020, в судебном заседании в удовлетворении требований истца просил отказать по доводам, изложенным в возражениях на исковое заявление. Дополнительно указал, что требования о признании незаконным и отмене приказа от 15.05.2020 №NT-36/5-П, истец не учел, что данный приказ не был вынесен работодателем, в связи, с чем не может нарушать права и законные интересы истца, и не может подлежать самостоятельному обжалованию.

Заслушав стороны, заключение прокурора, полагавшего не подлежащими удовлетворению исковые требования, оценив письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее также -ТК РФ) трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Как следует из ст. 16 ТК РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании заключенного договора.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом при разрешении спора, с 20.10.2017 ФИО1 состояла в трудовых отношениях с АО «Тандер» в должности продавцом в подразделении Сектор временного персонала на основании приказа от 20.10.2017 и трудового договора № Т5/946 от 20.10.2017.

Приказом от 20.05.2020 № МУ141У-9 ФИО1 уволена с 20.05.2020 по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника). Основанием увольнения послужило личное заявление ФИО1

В соответствии с ч. ч. 1 и 2 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор, может быть, расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

Как указано в подп. «а» п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то эти обстоятельства подлежат проверке и обязанность их доказать возлагается на работника.

Из материалов дела следует, что заявление об увольнении подано и подписано самим истцом, в нем содержится просьба об увольнении с конкретной даты - с 20.05.2020. Данное заявление принято работодателем, что свидетельствует о достижении соглашения между работником и работодателем об увольнении именно с этой даты.

Более того, из пояснений истца, данных в ходе рассмотрения дела, она действительно написала заявление на увольнение с 20.05.2020, был издан приказ об увольнении от 20.05.2020, в тот же день с ней произвели расчет и выдали трудовую книжку.

В совокупности указанные обстоятельства свидетельствуют о совершении истцом последовательных действий с намерением расторгнуть трудовой договор по собственному желанию с 20.05.2020. При этом, бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что ее увольнение носит вынужденный характер, а также обстоятельств, подтверждающих факт психологического воздействия на истца с целью его увольнения по собственному желанию, в материалы дела не представлено.

Ссылка истца на то обстоятельство, что заявление об увольнении написано ей под угрозой увольнения, обвинения со стороны работодателя в мошенничестве и воровстве, обращении в полицию, не может повлечь отмену решения, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о таком намерении ответчика, так же как и об осуществлении, работодателем действий, направленных на инициирование процедуры увольнения истца по иному основанию.

При этом суд считает необходимым отметить, попытка избежать увольнения по иным (в том числе порочащим) основаниям путем реализации права на подачу заявления об увольнении по собственному желанию и последующее расторжение трудового договора сами по себе не могут являться подтверждением вынужденного характера увольнения. Подача заявления по собственному желанию в данном случае является избранным работником способом защиты, при том, что законное увольнение работника по порочащим основаниям, а не по собственному желанию, повлекло бы для работника более негативные последствия, что также свидетельствует о добровольности волеизъявления работника (аналогичная позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2012 N 26-КГ12-10).

В данном случае, заявление об увольнении по собственному желанию было написано истцом по избранным ей личным мотивам, она осознавала суть написанного заявления и его последствия. 

Ссылка истца сослаться на наличие между сторонами индивидуального трудового спора, привлечение истца к дисциплинарной ответственности не свидетельствуют о понуждении истца к увольнению, так как индивидуальные трудовые споры подлежат самостоятельному рассмотрению в установленном трудовым законодательством порядке.

В связи с чем, доводы истца не подтверждают факт принуждения ее к увольнению со стороны ответчика, а может свидетельствовать только о возникновении и развитии конфликта между сторонами. Однако, само по себе возникновение конфликтной ситуации не свидетельствует о том, что работодатель вынуждал работника уволиться по собственному желанию. Как было указано ранее, истец в случае возникновения конфликтной ситуации в организации был вправе защищать свои трудовые права любыми возможными способами.

Отсюда следует, что решение об увольнении было принято истцом исходя из субъективной оценки сложившейся на тот момент на работе ситуации, что связано с личностными особенностями характера самого истца, а потому не может свидетельствовать о наличии оказываемого на него давления со стороны ответчика.

Истец имела возможность отозвать свое заявление до 20.05.2020, однако своим правом не воспользовалась. Данный факт сторонами не оспаривался. В связи с чем, к данным правоотношениям не могут быть применены положения ч. 4 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации.

Принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований, суд, руководствуясь положениями ст. ст. 77, 80, 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», пришел к выводу о том, что ФИО1 добровольно выразила волеизъявление о расторжении трудового договора по собственному желанию именно с 20.05.2020, между сторонами достигнуто соглашение о дате увольнения, нарушений трудового законодательства при увольнении истца ответчиком не допущено.

Отказывая в удовлетворении требований истца о признании приказа от 15.05.2020 №NT-36/5-П о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора, суд руководствовался следующем, что в материалах дела отсутствуют доказательства привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде выговора. 

Приложенная к исковому заявлению светокопия проекта приказа от 15.05. 2020 №NT-36/5-П свидетельствует об отсутствии в нем подписи должностного лица ответчика.

Из пояснения стороны ответчика, спорный приказ работодателем не был издан, предоставленная истцом светокопия проекта приказа от 15.05.2020 №NT-36/5-П, ответчиком не подписана, истец к дисциплинарной ответственности в виде выговора не привлекалась. 

При таких обстоятельствах, суд полагает, что оснований для признания увольнения истца незаконным, и как следствие, взыскании с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов у суда не имеется, в связи, с чем пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь статьями 12, 194-198, 320, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Тандер» о признании незаконным и отмене приказа от ДД.ММ.ГГГГ №МУ141У-9, восстановлении на работе в должности продавца, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, признании незаконным и отмене приказа от 15 мая 2020 года №NT-36/5-П, взыскании компенсации морального вреда в размере 60 000,00 руб., расходов по оплате юридических услуг в размере 26 850,00 руб., отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы, представления через Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области.

В окончательной форме решение изготовлено 23.07.2020.

Председательствующий 

Н.А.Зевайкина