Дело № 2-1268/2017 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 июня 2017 года г.Чебоксары

Калининский районный суд города Чебоксары Чувашской Республики под председательством судьи Тигиной С.Н., при секретаре судебного заседания Валеевой Э.Х., с участием прокурора – старшего помощника прокурора Калининского района г.Чебоксары Чувашской Республики Тарапыгина А.В., истца ФИО1, представителя истцов ФИО1 и ФИО2 – ФИО3, представителя ответчика АО «Дорэкс» ФИО4, представителя ответчика МВД по Чувашской Республике ФИО5, представителя ответчика Министерства финансов Чувашской Республик ФИО6, представителя ответчика МБУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства и благоустройства» ФИО7, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Дома юстиции гражданское дело по исковому заявлению ФИО2, ФИО1 к Акционерному обществу «Дорэкс», ФИО8, Министерству внутренних дел по Чувашской Республике, Министерству финансов Чувашской Республики, Муниципальному бюджетному учреждению «Управление жилищно-коммунального хозяйства и благоустройства» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, расходов по эвакуации, взыскании утраченного заработка, расходов на приобретение лекарственных препаратов и прохождению обследований, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

установил:

ФИО2, ФИО1 обратились в суд с иском, и с учетом последующих уточнений и дополнений предъявили требования к АО «Дирекция по эксплуатации и строительству гаражных хозяйств», АО «Дорэкс», ФИО8 о взыскании с них в солидарном порядке в пользу ФИО2: ущерба в размере 70993 руб., расходов по оплате услуг эксперта в размере 4000 руб., по оплате услуг эвакуации автомобиля – 1000 руб., по отправке телеграммы – 304 руб., расходов по оплате услуг представителя в размере 10000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 2479,79 руб.; в пользу ФИО1: расходов, связанных с приобретением лекарственных препаратов в размере 4934 руб., суммы утраченного заработка в размере 10157,35 руб., компенсации морального вреда в размере 200000 руб., расходов по оплате услуг представителя в размере 10000 руб., по оплате услуг нотариуса в размере 1600 руб., по оплате государственной пошлины в размере 1128,44 руб.

Определением Калининского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ иск Н-вых был оставлен без рассмотрения ввиду вторичной неявки в судебное заседание истцов.

Не согласившись с указанным определением и представив доказательства уважительности причин неявки в суд, ФИО1 обратился в суд с заявлением о его отмене, которое определением Калининского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ было удовлетворено, определение суда от ДД.ММ.ГГГГ – отменено, а производство по делу – возобновлено.

В последующем, представителем истцов ФИО3, действующей на основании доверенности и обладающей соответствующими полномочиями, требования истцов неоднократно уточнялись, и в редакции уточненного искового заявления от ДД.ММ.ГГГГ требования истцов заявлены к АО «Дорэкс», ФИО8, Министерству внутренних дел по Чувашской Республике, Министерству финансов Чувашской Республики, МБУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства и благоустройства» о взыскании в пользу в пользу ФИО2: ущерба в размере 70993 руб., расходов по оплате услуг эксперта в размере 4000 руб., по оплате услуг эвакуации автомобиля – 1000 руб., по отправке телеграммы – 304 руб., расходов по оплате услуг представителя в размере 10000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 2479,79 руб.; в пользу ФИО1: расходов, связанных с приобретением лекарственных препаратов в размере 11002,88 руб., расходов на прохождение обследований в размере 6374 руб., суммы утраченного заработка в размере 8619,63 руб., компенсации морального вреда в размере 1000000 руб., расходов по оплате услуг представителя в размере 10000 руб., по оплате услуг нотариуса в размере 1600 руб., по оплате государственной пошлины в размере 1128,44 руб. 

Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ в результате ДТП, произошедшего на перекрестке 

<

адрес>, был причинен ущерб транспортному средству истца ФИО2 – 

<

данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком №, который был эвакуирован с места ДТП. Из материалов дела об административном правонарушении следует, что причиной ДТП стал неработающий светофор на перекрестке дорог. В связи с этим, в отношении участников ДТП были вынесены постановления об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении. Согласно экспертному заключению ООО «

<

данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ величина компенсации за повреждения ТС составляет 70993 руб., стоимость услуг по оценке – 4000 руб. При этом расходы по эвакуации транспортного средства составили 1000 руб., по отправке телеграммы – 304 руб. В результате ДТП водитель автомобиля ФИО1 получил физические травмы в виде закрытой черепно-мозговой травмы, сотрясения головного мозга и ушиба мягкий тканей головы. В связи с полученными травмами он прошел курс стационарного и амбулаторного лечения. ФИО1 просит взыскать с ответчиков расходы, связанные с приобретением лекарств, прохождением обследований, а также сумму утраченного заработка за период временной нетрудоспособности. В связи с причинением вреда физическому здоровью истца, ФИО1 также просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 1000000 руб. Кроме этого истцами заявлены требования о взыскании расходов, связанных с оплатой услуг представителя, услуг нотариуса и расходов по оплате государственной пошлины в указанных выше размерах. 

Истец ФИО1, представитель истцов ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования поддержали по основаниям, изложенным в иске и уточнениях к нему, вновь приведя их суду, считая, что причиненный ущерб должен быть взыскан со всех ответчиков в солидарном порядке. При этом требования к АО «Дорэкс» они обосновывают как к организации, обслуживающей работу светофора; к ФИО8 – как участнику ДТП; к МВД по ЧР – как к органу, обязанному обеспечить безопасность дорожного движения; к Минфину ЧР – как распорядителю средств министерства внутренних дел; к МБУ «Управление ЖКХ и благоустройства» - как к собственнику светофора.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, суду представлено заявление о рассмотрении дела без его участия.

Представитель ответчика АО «Дорэкс» ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании иск не признала, указав, что обслуживание и устранение неполадок светофора на основании договорных отношений возложена на АО «Дирекция по строительству и эксплуатации гаражных хозяйств».

Ответчик ФИО8 в судебное заседание не явился, судебное извещение о времени и месте разбирательства дела было направлено по известному суду месту его жительства, однако оно возвращено в суд с отметкой об истечении срока хранения.

Представитель ответчика МВД по Чувашской Республике ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании заявленные исковые требования не признал по доводам, изложенным в отзыве на иск, пояснив, что ответственность в данном случае должен нести собственник светофора. Также пояснил, что МВД по Чувашии не может являться надлежащим лицом по делу, за безопасность на дорогах города отвечает Управление МВД Чувашии по г.Чебоксары.

Представитель ответчика Министерства финансов Чувашской Республики ФИО6, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные исковые требования не признала по доводам, изложенным в отзыве на иск, пояснив, что министерство не является надлежащим лицом по делу, поскольку не осуществляет финансирование органов внутренних дел Чувашии.

Представитель ответчика МБУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства и благоустройства» ФИО7, действующий на основании доверенности, в судебном заседании заявленные исковые требования не признал, пояснив, что ответственность за ДТП несет виновник, а не собственник светофора, в связи с чем в удовлетворении иска к управлению просил отказать.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «Дирекция по строительству и эксплуатации гаражных хозяйств», администрации г.Чебоксары в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщено.

В порядке ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом разрешен вопрос о рассмотрении дела в отсутствие истца, ответчика, представителей третьих лиц.

Рассмотрев требования истцов, заслушав объяснения истца, представителя истцов и представителей ответчиков, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 названного Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности. Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 названной статьи. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

Согласно ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ, в 

<

данные изъяты> минут напротив 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля 

<

данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком № РУС, находившимся под управлением ФИО8, и автомобиля марки 

<

данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком № РУС, - под управлением ФИО1 

Из копии письма директора ОАО «

<

данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> минут поступила заявка от единой диспетчерской службы на перекресток 

<

адрес>-за скачка напряжения в контроллере перегорел предохранитель первого направления, в результате чего не было красных сигналов по данному направлению. В 08 часов 30 минут дежурной сменой неисправность была устранена (л.д.9, Том 1). 

Из письма начальника единой дежурно-диспетчерской службы г.Чебоксары от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> оперативным дежурным ЕДДС г.Чебоксары было получено сообщение от сотрудника ГИБДД о неработающем красном сигнале светофора, расположенном на пересечении 

<

адрес> и 

<

адрес>. После чего оперативный дежурный ЕДДС города сделал отметку в «Электронном журнале оперативного дежурного ЕДДС» п.87 и записал заявку в Журнале учета технологических нарушений и обращений граждан п.329. В 

<

данные изъяты> оперативный дежурный ЕДДС города позвонил по тел. № и передал заявку сотруднику АО «Дирекция по строительству и эксплуатации гаражных хозяйств» ФИО11, о чем свидетельствует отметка в «Электронном журнале оперативного дежурного ЕДДС» п.88. ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> сотрудники АО«Дирекция по строительству и эксплуатации гаражных хозяйств» восстановили работоспособность светофорного объекта. (Том 2, л.д.195).

ФИО1, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком №, пересекая перекресток 

<

адрес> – 

<

адрес>, руководствовался требованием светофорного объекта, то есть проехал на разрешающий сигнал светофора. ФИО8, в свою очередь, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком № РУС, руководствовался требованием дорожного знака 2.1 «Главная дорога». 

Поскольку в действиях водителей ФИО1, ФИО8 отсутствовали признаки административного правонарушения, предусмотренного главой 12 КоАП РФ, определениями от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в возбуждении в отношении них дела об административном правонарушении, в связи с отсутствие состава административного правонарушения (л.д.5,6, 8, Том 1).

Для определения юридически значимых обстоятельств по делу, на основании ходатайства представителя ответчика АО «Дорэкс» определением Калининского районного суда г.Чебоксары Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебная автотехническая ситуационная экспертиза, производство которой было поручено ФБУ «

<

данные изъяты>» Министерства юстиции Российской Федерации. На разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы: 1) В соответствии с какими требованиями Правил дорожного движения Российской Федерации с технической точки зрения должны были действовать водитель транспортного средства 

<

данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком № – ФИО1 и водитель транспортного средства 

<

данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком №, ФИО8 в сложившейся ситуации дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ; 2) Соответствовали ли с технической точки зрения действия водителя транспортного средства 

<

данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком №, - ФИО1 и водителя транспортного средства 

<

данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком № – ФИО8 требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации в сложившейся ситуации дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ; 3) В случае несоответствия с технической точки зрения действий водителя транспортного средства 

<

данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком № РУС – ФИО1 и (или) водителя транспортного средства 

<

данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком № – ФИО8 требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации явилось ли это причиной дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, на поставленные судом вопросы были даны следующие ответы: 1) Водитель автомобиля 

<

данные изъяты> должен был действовать в соответствии с требованиями п.10.1 (абз.2) ПДД. Водитель автомобиля 

<

данные изъяты> должен был действовать в соответствии с требованиями п.10.1 (абз.2) ПДД. 2) Решить вопрос о соответствии (несоответствии) действий водителей автомобилей 

<

данные изъяты> требованиям п.10.1 (абз.2) ПДД не представляется возможным по причинам, указанным в исследовательской части. 3) Установление причины дорожно-транспортного происшествия не входит в компетенцию эксперта-автотехника по причинам, указанным в исследовательской части. Но необходимо отметить, что с технической точки зрения, в причинной связи сданным ДТП находятся недостатки в организации дорожного движения на перекрестке 

<

адрес>, которые не обеспечивали безопасный проезд транспортными средствами перекрестка. 

При этом исследуя обстоятельства ДТП и действия ее участников, эксперты установили следующее.

Так, из представленных судом документов следует, что ДД.ММ.ГГГГ, в темное время суток, при городском электроосвещении, на регулируемом светофором перекрестке 

<

адрес> – 

<

адрес> произошло столкновение а

<

данные изъяты> с г.р.з. № под управлением ФИО1 и 

<

данные изъяты> с г.р.з. № под управлением ФИО8 В результате ДТП на а/м 

<

данные изъяты> повреждены крыша, правые крылья, правые двери, правый порог, задний бампер, разбиты стекла правых дверей, ветровое стекло; на а/м 

<

данные изъяты> повреждены передние крылья, передний грз, переднее левое колесо, передняя левая стойка, передняя левая дверь, капот, передний бампер, решетка радиатора, разбиты обе фары, противотуманные фары, ветровое стекло. Рулевое управление и тормозная система обоих ТС в технически исправном состоянии. Проезжая часть на участке ДТП горизонтальная, асфальтированная, заснеженная, обработана ПГМ, дорожная разметка не просматривается. А

<

данные изъяты> без пассажиров и груза, следовал по 

<

адрес>, со скоростью со слов водителя 30 км/ч. А/м 

<

данные изъяты> с тремя пассажирами, без груза следовал по 

<

адрес> в сторону кольца «Роща», со скоростью со слов водителя 60 км/ч, въезжал на перекресток справа налево относительно направления движения а/м 

<

данные изъяты>. Перед перекрестком по ходу следования а/м 

<

данные изъяты> установлены дорожные знаки 2.1 «Главная дорога», 6.16 «Стоп-линия», по ходу следования а/м 

<

данные изъяты> – дорожный знак 2.4 «Уступите дорогу». На момент ДТП на транспортном светофоре для ТС, следовавших по 

<

адрес> в сторону кольца «Роща», как основном, так и дублирующем, желтый и зеленый сигналы работали исправно, переключаясь в соответствии с режимом работы светофора, а когда в соответствии с режимом работы светофора должен был гореть красный сигнал, на светофоре не горел ни один из сигналов; транспортный светофор для ТС, следовавших по 

<

адрес>, работал исправно, согласно режиму работы светофора. Таким образом, исходя из графика переключения светофоров, когда на светофоре для ТС, следовавших по 

<

адрес>, горел зеленый сигнал, на светофоре для ТС, следовавших по 

<

адрес> в сторону кольца «Роща», ни один из сигналов не горел. А/м 

<

данные изъяты> въехал на перекресток на разрешающий зеленый сигнал светофора. Столкновение ТС произошло на разрешающий для а/м 

<

данные изъяты> сигнал светофора. На схеме происшествия место столкновения зафиксировано со слов водителя а/м Фольксваген на перекрестке, на расстоянии 26,9 м от транспортного светофора, установленного перед перекрестком по ходу движения а/м 

<

данные изъяты> и на расстоянии 21,4 м от транспортного светофора, установленного перед перекрестком по ходу движения а/м 

<

данные изъяты> На представленной в материалах гражданского дела записи с камеры видеонаблюдения, видно, что в момент загорания зеленого сигнала на светофоре для ТС, следовавших по 

<

адрес>, время в верхнем левом углу кадра составляет 23:31:56, а в момент сближения а/м 

<

данные изъяты> с а/м 

<

данные изъяты> перед столкновением – 23:32:18.

Следовательно, при условии движения автомобиля 

<

данные изъяты> со скоростью 60 км/ч и времени, прошедшем с момента загорания зеленого сигнала для ТС, следовавших по 

<

адрес>, до момента сближения автомобилей, около 23:32:18- 23:31:56=22 секунд, то удаление автомобиля 

<

данные изъяты> от светофора, установленного по ходу его движения перед перекрестком, в момент, когда на указанном светофоре уже не горит ни один из сигналов, будет составлять не менее 300 м (22*60/3,6-21,4=345 м). Поскольку к моменту приближения автомобиля 

<

данные изъяты> к перекрестку, на транспортном светофоре для его направления движения ни один сигнал не горел и перед перекрестком по ходу движения автомобиля установлен дорожный знак 2.1 «Главная дорога», то водитель автомобиля 

<

данные изъяты> имел право преимущественного (первоочередного) проезда перекрестка и не должен был уступать дорогу транспортным средствам, следовавшим по пересекаемой дороге – по 

<

адрес> автомобиль 

<

данные изъяты>, следуя по 

<

адрес>, въехал на перекресток на зеленый сигнал светофора, то ему также разрешалось движение в намеченном направлении. Следовательно, в данной ситуации, водители автомобилей 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> должны были действовать в соответствии с требованиями п. 10.1 (абз.2) ПДД, согласно которым при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. При условии следования автомобиля 

<

данные изъяты> со скоростью 30 км/ч, его остановочный путь определяется равным около 20,5…23,4 м. Из представленных материалов следует, что автомобиль 

<

данные изъяты> от транспортного светофора, установленного перед перекрестком по ходу его движения, до места столкновения преодолел 26,9 м. При этом, как следует из записи с камеры видеонаблюдения, когда автомобиль 

<

данные изъяты> приближался к перекрестку, автомобиль 

<

данные изъяты> находился уже на перекрестке, но поскольку по представленным данным, ввиду их недостаточности определить удаление автомобиля 

<

данные изъяты> от места столкновения в момент возникновения опасности для движения не представляется возможным, то решить вопрос о том, мог ли водитель автомобиля 

<

данные изъяты> применением экстренного торможения в момент возникновения опасности для движения, то есть выполнением требований п. 10.1 (абз.2) ПДД, предотвратить столкновение (остановить автомобиль до линии движения автомобиля 

<

данные изъяты> не возможно. Поэтому установить соответствие (несоответствие) действий водителя автомобиля 

<

данные изъяты> требованиям п. 10.1 (абз.2) ПДД не представляется возможным. При условии следования автомобиля Фольксваген со скоростью 60 км/ч, его остановочный путь определяется равным около 55,5…67,3 м. Поскольку по представленным данным, ввиду их недостаточности определить удаление автомобиля Фольксваген от места столкновения в момент возникновения опасности для движения не представляется возможным, то установить, мог ли водитель автомобиля 

<

данные изъяты> применением экстренного торможения в момент возникновения опасности для движения, то есть выполнением требований п. 10.1 (абз.2) ПДД, предотвратить столкновение (остановить автомобиль до линии движения автомобиля 

<

данные изъяты>) не возможно. Поэтому установить соответствие (несоответствие) действий водителя автомобиля Фольксваген требованиям п. 10.1 (абз.2) ПДД не представляется возможным.

Эксперт указывает, что с технической точки зрения, в причинной связи с данным ДТП находятся недостатки в организации дорожного движения на перекрестке 

<

адрес> – 

<

адрес>, которые не обеспечивали безопасный проезд транспортными средствами перекрестка. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что в сложившейся дорожной обстановке ДД.ММ.ГГГГ, в результате чего произошло ДТП, оба водителя – и ФИО1, и ФИО8 руководствовались правилами проезда перекрестка: ФИО1 – сигналом светофора «зеленый», разрешающий проезд, ФИО8 – дорожным знаком «Главная дорога», поскольку сигнал светофора для него не работал. При этом экспертным заключением установлено, что оба водителя не имели возможности предотвратить ДТП, а материалами дел об административных правонарушениях, как указывалось выше, установлено, что производство по ним в отношении ФИО1 и ФИО8 прекращены за отсутствием в их действиях административного правонарушения. Доказательства противоправности поведения участников дорожного движения в материалах дела отсутствуют.

Соответственно, из анализа всех собранных по делу доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что ДТП произошло по причине неисправности светофора, собственником которого является МБУ «Управление ЖКХ и благоустройства», что лицами, участвующими в деле, не оспаривается и подтверждается письменными доказательствами, представленными суду компетентными органами.

В силу ст.24 п.1 Федерального закона от 10.12.1995 №196-ФЗ (в редакции от 03.07.2016) «О безопасности дорожного движения» (с изменениями и дополнениями, вступившими в силу с 15.07.2016) права граждан на безопасные условия движения по дорогам Российской Федерации гарантируются государством, а сами участники дорожного движения имеют право на возмещение ущерба по основаниям и в порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации (абз.6 п.3 ст.24 Закона). Кроме того, Закон устанавливает приоритет ответственности государства за обеспечение безопасности дорожного движения над ответственностью граждан, участвующих в дорожном движении (ст.3 Закона).

Согласно п.4 ст.6 этого же Федерального закона органы местного самоуправления в соответствии с законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации в пределах своей компетенции самостоятельно решают вопросы обеспечения безопасности дорожного движения.

Таким образом, суд считает, что вред, причиненный истцам в результате ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, по вине неисправно работающего светофора подлежит возмещению МБУ «Управление ЖКХ и благоустройства».

При этом доводы истцов и их представителя о солидарной ответственности собственника светофора с остальными ответчиками по делу: МВД Чувашии – обязанного обеспечить безопасность движения на дорогах при создавшейся ситуации, Минфина ЧР – распорядителя бюджетных средств, АО «Дорэкс» - отвечающего за исправность работы светофора, ФИО8 – второго участника ДТП суд находит не основанными на нормах гражданского законодательства, в связи с чем находит иск к указанным ответчикам не подлежащим удовлетворению.

Собственник же имущества – светофора после возмещения вреда потерпевшим вправе в порядке норм Гражданского кодекса РФ обратиться с требованиями о регрессном возмещении понесенных расходов в рамках данного дела к непосредственным виновникам ДТП, не обеспечившим безопасность дорожного движения на участке дороги с неисправным светофором.

Согласно экспертному заключению ООО «

<

данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ №н величина компенсации за повреждения, полученные транспортным средством 

<

данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком №, в результате произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, дорожно-транспортного происшествия составляет 70993 руб. На эвакуацию данного транспортного средства ФИО2 понес расходы в сумме 1000 руб.

Поскольку указанный размер ущерба ответчиком не оспаривался, реальный материальный вред, причиненный в результате ДТП, в сумме 70993 руб. и 1000 руб. подлежит взысканию в пользу ФИО2, являвшегося собственником автомобиля – 

<

данные изъяты>.

Истцом ФИО1 заявлены требования о взыскании расходов, связанных с приобретением лекарственных препаратов, в размере 11002,88 руб., расходов на прохождение обследований в размере 6374 руб., суммы утраченного заработка в размере 8619,63 руб.

В силу п.1 ст.1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В соответствии со ст.1086 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности. В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции. Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов. Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев. Не полностью проработанные потерпевшим месяцы по его желанию заменяются предшествующими полностью проработанными месяцами либо исключаются из подсчета при невозможности их замены.

В силу статей 7 и 8 Федерального закона от 16 июля 1999 года №165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» временная нетрудоспособность является страховым риском, а пособие по временной нетрудоспособности – одним из видов страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию.

Подпунктом «б» пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъясняется, что согласно статье 1085 ГК РФ в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включается расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Поскольку при наступлении временной нетрудоспособности гражданин полностью освобождается от работы, утрата им трудоспособности на весь этот период предполагается в размере 100%. Не полученная потерпевшим за период временной нетрудоспособности, возникшей вследствие наступления страхового случая, заработная плата, исчисленная исходя из его среднемесячного заработка, является утраченным заработком, подлежащим возмещению вне зависимости от размера выплаченного пособия по нетрудоспособности.

Как усматривается из материалов дела, истец ФИО1 на момент ДТП – ДД.ММ.ГГГГ работал водителем троллейбуса третьего класса в МУП «

<

данные изъяты>», что подтверждается копией его трудовой книжки (л.д.55-56).

Из представленных копий листков нетрудоспособности следует, что ФИО1 не осуществлял трудовую деятельность в периоды: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (Том 1, л.д.57-61), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.99, Том 2), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.42, 44, 46 Том 3).

Согласно справке о доходах ФИО1, его доход за 2014 год составил 

<

данные изъяты> руб. (л.д.62).

Указанные расходы – расходы на приобретение лекарственных препаратов в сумме 11002,88 руб., расходы на прохождение обследований в сумме 6374 руб., размер утраченного заработка в сумме 8619,63 руб. документально подтверждены, истцом ФИО1 представлен расчет этих сумм, который ответчиком также не оспорен, в связи с чем иск ФИО1 в названной части суд находит подлежащим удовлетворению.

ФИО1 также заявлен иск о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 миллиона рублей.

Из копии заключения эксперта №, выполненного экспертами Бюджетного учреждения Чувашской Республики «

<

данные изъяты>» Министерства здравоохранения Чувашской Республики следует, что ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ прошел курс стационарного обследования и лечения в нейрохирургическом отделении БУ «

<

данные изъяты>», и выписан с заключительным клиническим диагнозом: «

<

данные изъяты>». В последующем находился на повторном стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в терапевтическом отделении БУ «

<

данные изъяты>» с клиническим диагнозом: 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ», на амбулаторном лечении до ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: «

<

данные изъяты>». Отмечаемая в период стационарного и амбулаторного наблюдения врачами-специалистами неврологическая симптоматика, результаты лабораторно-иснтрументальных исследований – не укладываются в характерную клиническую картину черепно-мозговой травмы в форме сотрясения головного мозга; полноценная дифференциальная диагностика – для уточнения клинического диагноза - за весь период медицинского наблюдения проведена не была. А потому, не находящий объективного подтверждения в данных медицинских документах ФИО1 диагноз: «

<

данные изъяты>» - не может быть оценен по степени тяжести, и оставляется без судебно-медицинской квалификации тяжести вреда здоровью. Следовательно, оставляются без судебно-медицинской оценки и диагнозы, предполагающие последствия перенесенной 

<

данные изъяты>. ФИО1 получил повреждения 

<

данные изъяты> - заживших на момент осмотра экспертом ДД.ММ.ГГГГ, с образованием 

<

данные изъяты> Объективные свойства 

<

данные изъяты>, с учетом данных медицинского наблюдения с ДД.ММ.ГГГГ - позволяют делать выводы о поверхностном характере ран, а потому, эти повреждения квалификации по степени тяжести не подлежат, как вреда здоровью не причинившие. Давность происхождения повреждений как в отдельности, так и в совокупности – не менее одного месяца, но не более шести месяцев, на момент осмотра экспертом. Определить механизм образования ран в настоящее время не представляется возможным, ввиду изменения свойств повреждений в процессе заживления на момент осмотра экспертом ДД.ММ.ГГГГ и ввиду отсутствия сведений об объективных свойствах повреждений в записях медицинского наблюдения с ДД.ММ.ГГГГ. 

Из копии постановления инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г.Чебоксары от ДД.ММ.ГГГГ следует, что водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, с государственным регистрационным знаком №, ФИО1 получил телесные повреждения, которые согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, не могут быть оценены по степени тяжести и оставляются без судебно-медицинской квалификации. В действиях водителя ФИО8 отсутствуют признаки административного правонарушения, поскольку не наступили последствия, предусмотренные ч.1 и ч.2 ст.12.24 КоАП РФ. В связи с чем, производство по делу об административном правонарушении и административное расследование, возбужденное по ст.12.24 КоАП РФ в отношении водителя ФИО8 прекращено на основании п.2 ст.24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствие состава административного правонарушения (л.д.7, Том 1).

В соответствии со ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию (ст.1100 ГК РФ и п.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10).

Согласно ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Аналогичные положения закреплены и в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» согласно которому, степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Учитывая степень вины ответчика, степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, индивидуальных физических особенностей истца, длительности лечения и характера повреждения, обстоятельств причинения вреда, суд считает возможным взыскать с МБУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства и благоустройства» в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199, 320-321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

взыскать с Муниципального бюджетного учреждения «Управление жилищно-коммунального хозяйства и благоустройства» в пользу ФИО2:

- 70993 (семьдесят тысяч девятьсот девяносто три) рубля – ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ; 

- 1000 (одна тысяча) рублей – расходы по эвакуации.

Взыскать с Муниципального бюджетного учреждения «Управление жилищно-коммунального хозяйства и благоустройства» в пользу ФИО1:

- 11002 (одиннадцать тысяч два) рубля 88 копеек – затраты на приобретение лекарственных препаратов;

- 6374 (шесть тысяч триста семьдесят четыре) рубля – затраты на прохождение обследований;

- 8619 (восемь тысяч шестьсот девятнадцать) рублей 63 копейки – утраченный заработок; 

- 50000 (пятьдесят тысяч) рублей – компенсация морального вреда.

В удовлетворении требований ФИО2 и ФИО1 к Акционерному обществу «Дорэкс», ФИО8, Министерству внутренних дел по Чувашской Республике, Министерству финансов Чувашской Республики о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, расходов по эвакуации, взыскании утраченного заработка, расходов на приобретение лекарственных препаратов и прохождению обследований, компенсации морального вреда, а также остальной части требований ФИО1 к Муниципальному бюджетному учреждению «Управление жилищно-коммунального хозяйства и благоустройства» о компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Чувашской Республики путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд г.Чебоксары Чувашской Республики в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 26 июня 2017 года.

Судья С.Н. Тигина