РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 сентября 2018 года г. Нестеров

Нестеровский районный суд Калининградской области в составе:

председательствующего судьи Кравец И.В.,

при секретаре Панаховой Т.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковым заявлениям АО НПФ «Сберегательный фонд Солнечный берег» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании суммы неосновательного обогащения,

установил:

Истец АО НПФ «Сберегательный фонд Солнечный берег» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее - Фонд), 18 июля 2018 года обратился в суд к ФИО5 с требованиями о взыскании суммы неосновательного обогащения, указав, что решением Арбитражного суда г. Москвы от 15 января 2018 года № А40-216230/17-86-315Б Акционерное общество Негосударственный пенсионный фонд «Сберегательный фонд Солнечный берег» признано несостоятельным (банкротом), функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов». Ссылаясь на положения п. 2 ст. 129 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» истец указывает, что по итогам проведенной инвентаризации у ФИО5 перед Фондом установлена задолженность в размере 293 625 руб. в связи с тем, что за период с 12 марта 2013 года по 22 октября 2013 года с расчетного счета истца №, открытого в банке «РЕСО КРЕДИТ» (АО), на расчетный счет ответчика №, открытый в СЕВЕРО-ЗАПАДНОМ БАНКЕ ОАО «СБЕРБАНК РОССИИ», перечислено 293 625 руб. с назначением произведенных платежей: авансовый платеж за агентские услуги по договору № от 28 января 2013 года, что подтверждается выпиской по счету истца. Истец, 06 февраля 2018 года в адрес ответчика направил уведомление об отказе от исполнения агентского договора и о возврате авансового платежа. Уведомление доставлено 14 февраля 2018 года, что свидетельствует о прекращении агентского договора и отсутствии у ответчика оснований для удержания выплаченных в счет будущих периодов авансовых платежей. Авансовый платеж ответчик не вернул, документов, подтверждающих выполнение поручения, не предоставил. Ссылаясь на положения ст.ст. 165.1, 450.1, 453, 1006, 1008, 1010, 1011, 1102, 1103, 1105 ГК РФ, истец просит взыскать с ФИО5 в пользу АО НПФ «Сберегательный фонд Солнечный берег» сумму неосновательного обогащения в размере 293 625 руб. 

18 июля 2018 года АО НПФ «Сберегательный фонд Солнечный берег» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось с однородными требованиями к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения в сумме 230 202 руб., полученной за период с 14 мая 2013 года по 22 октября 2013 года и ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения в сумме 246 645 руб. за период с 11 марта 2013 года по 24 октября 2013 года, а 20 июля 2018 года к ФИО4 о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 313 983 руб. за период с 11 марта 2013 года по 22 октября 2013 года. 

Определением суда гражданские дела 10 сентября 2018 года объединены в одно производство с присвоением делу № 2-159/2018.

Согласно свидетельству о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 присвоена фамилия ФИО6. 

В судебное заседание 20 сентября 2018 года представитель истца не явился, о дате и времени рассмотрения искового заявления извещен надлежащим образом, направил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

В судебном заседании 10 сентября 2018 года представитель истца, действующий на основании доверенности ФИО7, с исковыми требованиями не согласился, дал пояснения аналогичные изложенным в исковом заявлении.

Ответчики ФИО1, ФИО3, ФИО2, ФИО4, надлежаще извещенные о времени, месте и существе рассматриваемого спора, в судебное заседание не явились, направили в суд для защиты своих интересов представителя.

Представитель ответчиков, действующий на основании доверенностей, ФИО8, в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме, пояснив, что сложившиеся между сторонами настоящего спора отношения носили характер трудовых отношений, ответчики искали клиентов для Фонда, заключали с клиентами договоры по пенсионным отчислениям, получали вознаграждение за проделанную работу. Почему Фонд выплаты ответчикам проводил как авансовые платежи ответчикам неизвестно, назначение платежа подтверждается только представленной истцом выпиской. Также указывает, что последние денежные перечисления поступили ответчикам в конце октября 2013 года, какие-либо отношения между сторонами также прекратились с этого времени, у Фонда с даты заключения договоров до объявления банкротом претензий к ответчикам не было. Кроме того, согласно сохранившимся у ответчиков ФИО1 и ФИО3 уведомлениям от НО НПФ «Сберегательный фонд РЕСО», агентские договоры с ними расторгнуты с 25 ноября 2013 года. Ссылаясь на положения ст. 10 ГК РФ полагает, что со стороны истца имеет место злоупотребление правом. Кроме того, указывает, что в настоящем споре неприменимы положения ст. 450.1 ГК РФ, так как данная статья введена в действие с 01 июня 2015 года. Просит применить срок исковой давности.

От представителя истца в суд поступили письменные пояснения по делу, в которых они оспаривают факт направления уведомлений о расторжении агентских договоров в адрес ответчиков и настаивают, что заключенные с ответчиками агентские договоры продолжали действовать до момента расторжения их конкурсным управляющим в 2018 году. Ссылаясь на правовую позицию, изложенную Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 01 декабря 2011 года № 10406/11, в определении Верховного Суда РФ от 24 августа 2017 года № 302-ЭС17-945, А19-9543/2015 настаивают, что срок исковой давности для обращения в суд Фондом не попущен, поскольку обязанность по возврату неосновательно удерживаемых после расторжения договора денежных средств представляет собой обязательство без определенного срока исполнения … течение срока исковой давности началось с момента расторжения договора. Таким образом, у ответчиков обязанность по возврату перечисленных авансов возникла только после расторжения договора и предъявления соответствующих требований истцом, следовательно, срок исковой давности следует исчислять с 2018 года. Также в пояснениях представитель истца указывает, что на момент заключения ответчиками агентских договоров действовал п. 3 ст. 450 ГК РФ, согласно которой в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным.

Суд, выслушав представителя ответчиков, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

Заявляя требования о взыскании с ответчиков ФИО1, ФИО3, ФИО2, ФИО4 денежных средств, истец ссылается на наличие между сторонами отношений, возникших в связи с заключением агентского договора и полагает, что указание в выписке по счету о произведенных АО НПФ «Сберегательный фонд Солнечный берег» в период с марта 2013 года по октябрь 2013 года платежах в пользу ответчиков в качестве аванса, свидетельствует о получении ответчиками предоплаты по агентскому договору.

Согласно п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу ч. 3 ст. 420 ГК РФ к обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в настоящем Кодексе.

Из п. 3 ст. 425 ГК РФ следует, что законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору.

Договор, в котором отсутствует такое условие, признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства.

По агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала (п. 1 ст. 1005 ГК РФ).

Агентский договор может быть заключен на определенный срок или без указания срока его действия (п. 3 ст. 1005 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1006 ГК РФ принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском договоре.

Если в агентском договоре размер агентского вознаграждения не предусмотрен, и он не может быть определен исходя из условий договора, вознаграждение подлежит уплате в размере, определяемом в соответствии с п. 3 ст. 424 настоящего Кодекса.

При отсутствии в договоре условий о порядке уплаты агентского вознаграждения принципал обязан уплачивать вознаграждение в течение недели с момента представления ему агентом отчета за прошедший период, если из существа договора или обычаев делового оборота не вытекает иной порядок уплаты вознаграждения.

Истец, обосновывая требования о возврате авансовых платежей, полученных ответчиками по агентскому договору, ссылается на положения ч. 1 ст. 165.1 ГК РФ, согласно которой заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

В исковом заявлении истец указывает, что в адрес ответчиков в феврале 2018 года были направлены уведомления об отказе от исполнения агентского договора и о возврате авансовых платежей, которые были доставлены адресатам, в связи с чем агентские договоры прекращены, оснований для удержания выплаченных в счет будущих периодов авансовых платежей у ответчиков не имеется. Поскольку требование о возврате авансовых платежей ответчиками не исполнено, к данным правоотношениям в силу ч. 4 ст. 453 ГК РФ применимы правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения, регулируемые положениями главы 60 ГК РФ.

Вместе с тем, обращаясь с исковыми требованиями к ответчикам о взыскании сумм неосновательного обогащения, выплаченной АО НПФ «Сберегательный фонд Солнечный берег» в качестве аванса в рамках заключенного агентского соглашения, истец, в нарушение требований ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, не представил доказательств наличия между АО НПФ «Сберегательный фонд Солнечный берег» и ответчиками ФИО1, ФИО3, ФИО2, ФИО4 заключенных агентских договоров, иных доказательств наличия отношений, возникших в результате выполнения сторонами агентского соглашения, на которые истец ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Доказательств наличия таких документов у ответчиков истцом также не представлено, что противоречит принципу состязательности и равноправия сторон в судебном заседании, установленном ст. 12 ГПК РФ. 

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что к возникшим правоотношениям подлежат применению положения гражданского законодательства, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения.

Вместе с тем, в соответствии со ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (ч. 2 ст. 199 ГК РФ).

Доводы истца о том, что срок исковой давности начинает течь с момента расторжения агентского договора, суд находит необоснованными.

Согласно ст. 1008 ГК РФ в ходе исполнения агентского договора агент обязан представлять принципалу отчеты в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором. При отсутствии в договоре соответствующих условий отчеты представляются агентом по мере исполнения им договора либо по окончании действия договора. Если агентским договором не предусмотрено иное, к отчету агента должны быть приложены необходимые доказательства расходов, произведенных агентом за счет принципала. Принципал, имеющий возражения по отчету агента, должен сообщить о них агенту в течение тридцати дней со дня получения отчета, если соглашением сторон не установлен иной срок. В противном случае отчет считается принятым принципалом.

Из выписки по операциям на специальном банковском счете, предоставленном истцом видно, что в октябре 2013 года были произведены последние перечисления ответчикам денежных сумм. Истец ссылается на отсутствие письменных отчетов по агентским договорам, которые ответчик обязан был предоставить. При этом, доказательств обращения АО НПФ «Сберегательный фонд Солнечный берег» к ответчикам с требованиями о предоставлении таких отчетов с ноября 2013 года до даты обращения в суд - в 2018 году, суду не представлено.

Вместе с тем позиция ответчиков о прекращении каких-либо правоотношений с истцом в 2013 году подтверждается представленными представителем ответчиков уведомлением о расторжении агентского договора № от 28 января 2013 года, согласно которому НО НПФ «Сберегательный Фонд РЕСО» расторгает в одностороннем порядке агентский договор с ФИО5 с 25 ноября 2013 года и уведомлением о расторжении агентского договора № от 02 апреля 2013 года с 25 ноября 2013 года с ФИО3

Расторжение агентских договоров с 25 ноября 2013 года в соответствии с п. 3 ст. 450 ГК РФ в редакции, действовавшей на дату расторжения договоров, также свидетельствует о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с исковыми требованиями о защите своих нарушенных прав.

Согласно действующему гражданскому законодательству, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Учитывая, что, являясь юридическим лицом, обязанным соблюдать правила и требования к ведению и сохранению финансовых документов, а также принимая во внимание положения гражданского законодательства о добросовестности участников гражданских отношений, неоднократность в течение 2013 года перечисления денежных сумм ответчикам, истец, проявив разумность и добросовестность, имел возможность предъявить требования о возврате осуществленных платежей с 2014 года, в пределах 3-летнего срока исковой давности.

Также суд соглашается с мнением представителя ответчиков о том, что наименование платежа «авансовый платеж» истец определил самостоятельно, поскольку согласно п. 24 Приложения 1 «Положения о правилах осуществления перевода денежных средств», утвержденных Банком России 19 июня 2012 года № 383-П, назначение (название) платежа определяется и указывается плательщиком, что не свидетельствует о возникновении у ответчиков обязанности по возврату полученных денежных средств.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих от недобросовестного поведения другой стороны.

Учитывая изложенное, нахожу обоснованными доводы представителя ответчиков о недобросовестном осуществлении прав истцом.

При таких обстоятельствах, исковые требования АО НПФ «Сберегательный фонд Солнечный берег» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании суммы неосновательного обогащения не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. 

При принятии искового заявления представитель АО НПФ «Сберегательный фонд Солнечный берег» ходатайствовал о предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины, в связи с чем на основании ст. 98 ГПК РФ на истца возлагается обязанность уплатить государственную пошлину в размере 23 644, 08 (6 136, 25 + 5 502 + 5 666 + 6 339, 83) рубля.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований АО НПФ «Сберегательный фонд Солнечный берег» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании суммы неосновательного обогащения отказать.

Взыскать с АО НПФ «Сберегательный фонд Солнечный берег» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 23 644 (двадцать три тысячи шестьсот сорок четыре) рубля 08 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Калининградского областного суда через Нестеровский районный суд Калининградской области в течение месяца со дня его вынесения.

Судья И.В. Кравец