Судья Тренин С.А. Дело № 22–862

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

24 марта 2025г. г. Архангельск

Архангельский областной суд в составе председательствующего Казариной Я.А.

при секретаре Булгаковой Е.И.

с участием прокурора Вехоревой И.А.

осуждённого ФИО1 по системе видеоконференц-связи

рассмотрел в судебном заседании дело по апелляционным жалобам адвоката Пономаревой Т.В., осуждённого ФИО1 на приговор Исакогорского районного суда г. Архангельска от 21 января 2025г., согласно которому

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГг. в 

<

адрес>, судимый:

-25 октября 2022г. по п.«в» ч.2 ст.115, ст. 53.1 УК РФ к 9 месяцам принудительных работ с удержанием 5 % из заработной платы;

-27 октября 2022г. по ч.1 ст. 318, ч.5 ст.69 УК РФ к 1 году 10 месяцам лишения свободы;

-22 января 2024г. по ст.319, ст.70 УК РФ к 9 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, освобождённый 21 октября 2024г. по отбытии наказания,

осуждённый:

- по ч.2 ст.321 УК РФ на 1 год 8 месяцев лишения свободы;

- по ст.319 УК РФ на 5 месяцев исправительных работ с удержанием 10 % заработной платы в доход государства.

В соответствии с ч.2 ст.69 УК РФ путём поглощения менее строгого наказания более строгим, назначен 1 год 8 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

установил:

ФИО1 признан виновным в дезорганизации деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества, выразившуюся в угрозе применения насилия в отношении сотрудника места лишения свободы в связи с осуществлением им служебной деятельности, а также в публичном оскорблении представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей и в связи с их исполнением.

В апелляционной жалобе и дополнениях адвокат Пономарева Т.В. полагает, озвученные ФИО1 в адрес сотрудника исправительной колонии высказывания не являлись угрозой применения насилия, поскольку было поставлено под условие нарушения закона сотрудником колонии. ФИО1 не имел преступного умысла, направленного на дезорганизацию деятельности исправительного учреждения. Нет достоверной уверенности, слышал ли кто-то из осуждённых, что происходило между сотрудниками колонии и ФИО1, не было и публичных оскорблений в отношении потерпевшего. При решении вопроса о распределении процессуальных издержек, суд не учёл состояние здоровья ФИО1 и его матери, наличие на иждивении детей. Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать и освободить его от возмещения процессуальных издержек. 

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО1 настаивает на отсутствии умысла угрожать сотруднику ИК. Инкриминируемые ему высказывания имели цель предотвратить незаконное применение к нему физической силы и спецсредств сотрудниками колонии. Заявляет о заинтересованности свидетелей в исходе дела, о неправомерном признании оскорблений публичными. Высказанное им выражение носило не угрозу, а предупреждение, что подтверждается видеоматериалами. Просит по ч.2 ст.321 УК РФ его оправдать, его действия со ст.319 УК РФ переквалифицировать на иной состав, освободить от возмещения процессуальных издержек в связи с невозможностью трудоустройства в исправительном учреждении по состоянию здоровья.

В возражениях государственный обвинитель Чернакова М.А. просит приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Проверив материалы дела, изучив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, дополнениях и возражениях, заслушав осуждённого ФИО1, прокурора Вехореву И.А. о законности судебного решения, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб.

Обстоятельства, при которых совершены преступления и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом установлены верно.

Виновность ФИО1 в преступлениях подтверждается собранными доказательствами, полно, всесторонне, объективно исследованными судом и приведёнными в приговоре.

Выводы, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.

Согласно показаниям потерпевшего Потерпевший №1 16 мая 2024г. с 9 до 10 часов он в рамках исполнения своих служебных обязанностей инспектора отдела безопасности ИК-1 находился в коридоре ШИЗО. В это время старший инспектор отдела безопасности Свидетель №3 разъяснял осуждённому ФИО1 о прекращении прогулки в связи с нарушением тем правил внутреннего распорядка: использования нецензурной брани в речи. ФИО127 предлагалось проследовать в камеру, на что осуждённый ответил отказом. Свидетель №3 повторил требование пройти в камеру, но ФИО1 вновь ответил отказом. Он (Потерпевший №1) предупредил ФИО1 о том, что в случае невыполнения законных требований сотрудников к нему будет применена физическая сила, на что ФИО1 в грубой нецензурной форме сказал, что в случае незаконного применения к нему насилия со стороны сотрудников колонии он разобьёт ему лицо. Такую угрозу он воспринял реально, опасался её осуществления, так как знал, что ФИО1 судим за совершение насильственных преступлений, находился от него на расстоянии не более 2 метров, имел при себе трость для ходьбы, поэтому мог нанести удары, как руками, так и тростью. Очевидцами происходящих событий были сотрудники учреждения Свидетель №3, Свидетель №1, Свидетель №14 и Свидетель №5. Далее ФИО1 неоднократно, громко, высказывал оскорбления в его адрес, используя грубые нецензурные выражения, в связи с выполнением им своих должностных обязанностей, которые отчетливо слышали другие осуждённые, содержащиеся в тот день в других камерах ШИЗО. Эти осуждённые реагировали на высказывания ФИО1, стучали по дверям своих камер, поддерживая ФИО1

Аналогичным образом описали события свидетели Свидетель №1, Свидетель №3 Свидетель №14 и ФИО14.

При осмотре видеозаписей с нагрудных видеорегистраторов сотрудников ФКУ ИК-1 УФСИН России по Архангельской области Потерпевший №1, Свидетель №14 и Свидетель №2 установлено, что ФИО1, находясь в коридоре ШИЗО, в ответ на законное предупреждение потерпевшего о применении физической силы в случае невыполнения законных требований сотрудников по возвращению его в камеру ШИЗО, высказал угрозу применения насилия в адрес Потерпевший №1 - угрожал разбить ему лицо, оскорблял его в грубой неприличной форме, в связи с исполнением им своих служебных обязанностей, что слышали другие осуждённые. Несмотря на призывы соблюдать правила внутреннего распорядка ФИО1 допускал нецензурную брань, ударял ногой имущество и оборудование исправительного учреждения, бросался предложенными ему для ознакомления в печатном виде на бумажном носителе Правилами внутреннего распорядка.

Отбывающие наказание в виде лишения свободы осуждённые Свидетель №10 и Свидетель №11, допрошенные в качестве свидетелей, сообщили, что, когда они находились в камере ШИЗО, то слышали, как ФИО1 разговаривал с сотрудниками. В ходе общения ФИО1 повышал голос, кричал. Когда в отношении ФИО1 сотрудниками была применена физическая сила, другие осуждённые, находящиеся в камерах ШИЗО, стали колотиться в двери в знак протеста. Когда ФИО1 сказал, что все в порядке, они перестали стучать в двери камер.

Приведённые показания свидетелей согласуются с результатами следственного эксперимента по установлению уровня слышимости в камерах ШИЗО ФКУ ИК-1 УФСИН России по Архангельской области, проведённого с соблюдением требований ст.181 УПК РФ, поэтому оснований для признания протокола следственного эксперимента недопустимым доказательством, а также для недоверия показаниям вышеуказанных свидетелей у суда не имелось.

Каждый из свидетелей дал показания о событиях, очевидцем которых являлся. Сообщённые потерпевшим и свидетелями сведения об обстоятельствах 16 мая 2024г. взаимодополняют друг друга, согласуются с видеозаписями с нагрудных видеорегистраторов сотрудников колонии, воссоздавая целостность рассматриваемых событий. Существенных, неустранимых противоречий относительно юридически значимых обстоятельств их показания не содержат.

ФИО1 заявлял о недопустимости показаний Свидетель №10 на следствии по мотиву указания тем о нахождении 16 мая 2024г. в одной камере ШИЗО с Свидетель №9, который официально в это время находился на лечении в Областной больнице УФСИН. Между тем принятые судом в качестве доказательства показания Свидетель №10 в т.1 л.д. 82-84 каких-либо сведений об осуждённом Свидетель №9 не содержат. Оснований для признания протокола допроса Свидетель №10 недопустимым доказательством у суда не имелось, нет их и у суда апелляционной инстанции.

Установленные данные о поведении осуждённых, находившихся 16 мая 2024г. в камерах ШИЗО, которые чутко реагировали на поведение ФИО1 и подчинялись его сигналам («Когда ФИО1 сказал, что всё в порядке, осуждённые перестали стучать в двери камер» (т.1 л.д.82-84, 85-87)), подтверждают выводы суда о публичном характере действий ФИО1, который в присутствии сотрудников учреждения ФИО2, Свидетель №1, Свидетель №14, Свидетель №5 высказывал ругательства в адрес потерпевшего, унижая его профессиональную честь и достоинство, подрывая его авторитет, как представителя власти, при этом ФИО1 осознавал, что его слышат и осуждённые.

Высказанные ФИО1 в адрес инспектора Потерпевший №1 угрозы в сложившейся ситуации, с учётом демонстративного неподчинения законным требованиям сотрудников исправительной колонии соблюдать правила внутреннего распорядка, совершения действий, направленных на повреждение имущества колонии, свидетельствуют об обоснованном восприятии Потерпевший №1 высказанных ФИО1 угроз насилия как реальных, поскольку у потерпевшего имелись справедливые основания опасаться воплощения этих угроз.

Умышленные целенаправленные действия ФИО1, высказанные им оскорбления и угрозы применения в отношении сотрудника УФСИН насилия противоречили правилам, установленным в исправительном учреждении, дезорганизовывали деятельность колонии.

Согласно разъяснениям, данным в п.20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 1 июня 2023г. №14 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 317, 318, 319 Уголовного кодекса Российской Федерации», публичное оскорбление представителя власти, совершенное во время или после применения в отношении данного лица насилия или угрозы применения насилия, квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных ч.1 или ч.2 ст.318 УК РФ и ст.319 УК РФ.

Данные разъяснения с учётом абз.2 п.19 постановления Пленума актуальны и при юридической оценке действий ФИО1, совершившего угрозу применения насилия в отношении сотрудника места лишения свободы в связи с осуществлением им служебной деятельности и публично оскорбившего сотрудника УФСИН.

При таком положении суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч.2 ст.321 и ст.319 УК РФ.

При назначении наказания суд в полной мере учёл требования закона: характер и степень общественной опасности совершённых преступлений, относящихся к категории преступлений небольшой и средней тяжести против порядка управления, характеризующие данные виновного, влияние назначаемого наказания на исправление ФИО1, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, что отражено в приговоре. 

Приведённые в приговоре мотивы не применения положений ст. 64, 73, ч.3 ст.68 УК РФ, суд апелляционной инстанции признаёт верными.

Наказание ФИО1 определено с учётом всех обстоятельств, влияющих на ответственность, соответствует требованиям ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ как за каждое преступление, так и по их совокупности, чрезмерно суровым не является.

Приводимые стороной защиты доводы об освобождении осуждённого от возмещения в доход федерального бюджета процессуальных издержек с учётом их размера (52 366, 80 руб.), семейного и имущественного положения ФИО1, состояния здоровья виновного поводом для изменения приговора не служат. 

ФИО1 от услуг адвоката не отказывался, он молод, трудоспособен, инвалидности не имеет, в судебном заседании высказывал намерение уйти на СВО, в связи с чем проходил медкомиссию, об имущественной несостоятельности не заявлял, поэтому суд правомерно пришёл к выводу об отсутствии оснований для освобождения осуждённого полностью или частично от возмещения расходов на адвоката в уголовном судопроизводстве. Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ,

постановил:

приговор Исакогорского районного суда г. Архангельска от 21 января 2025г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Пономаревой Т.В., осуждённого ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ст.ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, а осуждённым, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаётся непосредственно в Третий кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Я.А. Казарина