Судья Амиров А.З. Дело 22-1805/2025 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Махачкала 29 июля 2025 г.

Верховный Суд Республики Дагестан в составе:

председательствующего судьи Гимбатова А.Р.,

при секретаре судебного заседания Омарпашаевой М.И., 

с участием прокурора Бабаханова Т.Ф., 

защитника обвиняемой – адвоката ФИО5,

представителя потерпевших – адвоката ФИО7,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению государственного обвинителя ФИО6 на постановление Кировского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 

<

дата> о возврате уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Заслушав доклад судьи Гимбатова А.Р., выслушав выступление прокурора, просившего удовлетворить апелляционное представление, защитника обвиняемой – адвоката и представителя потерпевших – адвоката, просивших постановление суда оставить без изменения, апелляционное представление, без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

Постановлением Кировского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан 

<

дата> уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159 и ч.4 ст.159 УК РФ, возвращено прокурору 

<

адрес> г.Махачкалы для устранения препятствий в его рассмотрении судом на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. 

В апелляционном представлении гособвинитель ФИО6 выражает свое несогласие с постановлением суда.

В обоснование своих доводов указывает, что судом сделан вывод также, что квалифицирующий признак особо крупный размер, установлен только на основании сведений о стоимости похищенного имущества, который подсудимая не признает, и отсутствуют документы, подтверждающие стоимость имущества в связи с чем, обязательным является проведение соответствующей экспертизы для установления стоимости имущества.

Между тем, выводы суда о нарушении требований уголовно - процессуального закона не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и препятствий для рассмотрения уголовного дела судом не имелось, так как, согласно показаниям подсудимой полученных в ходе судебного заседания, а также протокола осмотра предметов от 

<

дата> денежные средства в сумме 712 996 рублей были переведены посредством приложения «Сбербанк он Потерпевший №2 в период времени с 

<

дата> с 22 часов 56 минут по 

<

дата> по 10 часов 50 минут со своего расчетного счета, привязанного с абонентского номера 

<

***> на счет ФИО1 указанные обстоятельства также признает и сама подсудимая ФИО1

Кроме того, сестра потерпевшей Потерпевший №1 согласно материалам уголовного дела и представленным доказательствам, а именно протоколом осмотра предметов от 

<

дата> согласно которому денежные средства в сумме 745 000 рублей переведены посредством приложения «Сбербанк онлайн» в период времени с 

<

дата> по 

<

дата> с расчетного счета Потерпевший №1 на счет ФИО1, однако судом в этой части соответствующая оценка не дана.

Кроме того, возвращая прокурору уголовное дело, суд в своем постановлении не дал оценку признательным показаниям подсудимой в части полученных золотых изделий от потерпевшей, показаний подсудимой судом не учтены.

Деяния подсудимой органами следствия квалифицированы правильно и, описывая преступные деяния органы следствия указали обстоятельства совершенного преступного деяния, что не лишает подсудимую возможности оспаривать отдельные доказательства и выработать тактику защиты в судебном заседании.

Каких-либо препятствий для постановления судом приговора или иного решения на основе данного обвинительного заключения не усматривается.

Нарушений требований ст. 237 УПК РФ, влекущих возвращение дела прокурору, органами следствия не допущено.

Таким образом, по мнению государственного обвинителя в представления, изложенные в постановлении суда обстоятельства в обосновании принятого им решения о возвращении дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ нельзя признать, как исключающие возможность постановления судом приговора или иного решения, и они не свидетельствуют о составлении обвинительного заключения с нарушением закона.

Просит отменить постановление и направить уголовное дело на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

В возражениях на апелляционное представление представитель потерпевших - адвокат ФИО7 просит постановление суда оставить без изменения, апелляционное представление, без удовлетворения.

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, возражений на представление, выслушав мнения участников процесса, в полном объеме соглашается с выводами, изложенными в обжалуемом постановлении, и не находит предусмотренных законом оснований для его отмены или изменения, по следующим основаниям.

Постановление суда первой инстанции, в силу требований ч. 4 ст. 7 УПК РФ должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, исключающим возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

По смыслу норм уголовно-процессуального закона приведенных выше, и в соответствии с правовой позицией Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее - ППВС РФ) высказанной им в Постановлении от 

<

дата> N 39 «О практике применения судами норм уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих основания и порядок возвращения уголовного дела прокурору», возвращение уголовного дела прокурору имеет своей целью устранение таких препятствий его рассмотрения судом, которые исключают возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора или иного итогового судебного решения по делу и не могут быть устранены в судебном разбирательстве и решение об этом принимается судом лишь при наличии оснований, предусмотренных статьей 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее также - УПК РФ).

При этом в ППВС РФ указал на то, что под допущенными при составлении обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления (далее также - обвинительный документ) нарушениями требований уголовно-процессуального закона в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 237 УПК РФ следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225, частях 1, 2 статьи 226.7, а также других взаимосвязанных с ними нормах Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа, в том числе и когда в соответствии с требованиями статьи 196 УПК РФ производство судебной экспертизы в ходе предварительного расследования обязательно, то по смыслу этой нормы отсутствие в материалах дела соответствующего заключения эксперта и указания на него в обвинительном документе является существенным нарушением закона, допущенным при составлении обвинительного документа, исключающим возможность принятия судом на его основе решения по существу дела.

Уголовное дело подлежит возвращению прокурору и в других случаях, когда обвинительный документ не содержит ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу (статья 73 УПК РФ), с учетом того, что данные обстоятельства не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств, а для производства такой экспертизы необходимо проведение значительных по объему исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия (например, судебно-бухгалтерской или экономической экспертизы для установления размера ущерба по делу о преступлении в сфере экономической деятельности).

В соответствии с требованиями п. п. 1, 2, 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию: событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы, характер и размер вреда, причиненного преступлением.

Приведенные выше требования норм уголовно-процессуального закона, в полной мере соблюдены судом первой инстанции при рассмотрении данного дела и вынесении по нему обжалованного постановления.

Суд первой инстанции, возвращая уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, сослался на то, что действия подсудимой органом следствия квалифицированы по ч.4 ст.159 и ч.4 ст.159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана, совершенное в особо крупном размере, поэтому подлежащим доказыванию, исходя из существа обвинения, является, в том числе, размер ущерба от вмененных преступных деяний, то есть, совершено ли подсудимой деяние в особо крупном размере.

Судом установлено, что квалифицирующий признак хищение чужого имущества путём обмана, совершенное в особо крупном размере, может быть установлен только на основании сведений о стоимости похищенного имущества, который подсудимая не признает, и отсутствует документы, подтверждающие стоимость имущества в связи с чем, обязательным является проведение соответствующей экспертизы для установления стоимости имущества. 

Суд правильно указал, на то, что таких доказательств как заключение экспертиз (оценочной, товароведческой и т.д.), проведенных для разрешения вопроса о реально причиненном преступлении ущербе, в деле не имеется и не имеется ссылки в обвинительном заключении на заключение экспертизы, поскольку из материалов предварительного расследования дел не усматривается, что следователем по делу назначались такие экспертизы и предпринимались меры по установлении реально причиненного ущерба вмененными подсудимой в совершении преступлений

Довод апелляционного представления об отсутствии оснований для возвращения дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, является несостоятельными, поскольку суд правильно установил, что, предъявляя обвинение и, устанавливая сумму ущерба, следствие исходило только из показаний потерпевших, при том, что их показания в части оценки имущества поставлены еще в ходе предварительного расследования под сомнения свидетелем ФИО8 (т.1л.д.97-101), который оценивал и скупал золотые изделия и, которому ФИО1 принесла монету как золотую, которая оказалась не золотой. 

Кроме того, суд установил, что в обвинении указано на золотые швейцарские часы «Ролекс» стоимостью 2 500 000 рублей, купленные потерпевшей Потерпевший №2 на рынке, однако характеристики часов не имеется, нет документов на часы, его паспорта, не установлена его модель, нет сведений об их подлинности для установления цены.

При этом судом установлено, что показания потерпевших в части размера причиненного им ущерба, не подтверждены иными доказательствами, а их показания потерпевших в части размера ущерба и количества похищенных изделий оспариваются подсудимой, не могут быть достаточными доказательствами по делу без их подтверждения доказательствами, полученными в соответствии УПК РФ, а является только основанием для возбуждения уголовного дела.

Вопреки доводам апелляционного представления, вывод суда о том, что органом следствия не представлены доказательства, подтверждающие стоимость похищенного имущества, в связи с чем необходимо было установить характеристики имущества и провести по ним экспертизы для установления стоимости, является мотивированным и обоснованным, поскольку в уголовном деле нет допустимых, согласно ст. 74 УПК РФ, заключения специалиста или эксперта для установления размера причиненного ущерба потерпевшим, при отсутствии документов, подтверждающих их цену. 

Судом, исходя из исследованных в судебном заседании материалов уголовного дела и доказательств, установлена необходимость проведения указанных экспертиз по делу, а для производства необходимых по делу экспертиз необходимы, как правильно пришел суд к выводу, необходимо значительные по объему исследования (с учетом количества ювелирных изделий, их характеристик), которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства ввиду их отсутствия без отложения рассмотрения дела на длительный срок, а длительное отложение судебного заседания, в случае назначения этих экспертиз судом противоречит интересам правосудия. 

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полностью соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что, проведение этих экспертиз судом, подлежащих обязательному проведению следствием в ходе расследования дела, исходя их предмета и обстоятельств подлежащих обязательному доказыванию, подменяя функцию следственных органов, означало бы, по сути, проведение судебных действий, помогающих осуществить процесс доказывания вины подсудимой, принимая на себя несвойственную суду функцию уголовного преследования, что ведет к нарушению требований ст. 15 УПК РФ. 

Возвращая уголовное дело прокурору, в порядке ст. 237 УПК РФ, в том числе и для проведения необходимых экспертиз, суд правильно установил, что по делу необходимо получить характеристики изделий (пробы изделий, наличие иных примесей, новые, бывшие в употреблении, изготовленные заводским или кустарным способом и др. данные) их вес, а эти сведения должны были быть получены в ходе предварительного следствия и представлены суду. Без указанных характеристик изделий, как верно указано в постановлении, суд лишен возможности самостоятельно назначить экспертизу, поскольку это связано с необходимость выполнения большого объема действий, которые могут быть установлены путем проведения следственных действий (по некоторым изделиям имеются фотографии).

При указанных обстоятельствах, вывод суда о том, что обвинительное заключение не содержит ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа предъявленного ФИО1 обвинения, являлось обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, которые не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств, является существенным нарушением закона, допущенным при составлении обвинительного заключения, исключающим возможность принятия судом на его основе решения по существу дела.

Также суд пришел к правильному выводу о том, что уголовное дело расследовано поверхностно и скоротечно, без проведения необходимых следственных мероприятий для установления похищенного имущества, установления суммы ущерба, а также установления свидетелей по делу, в том числе тех, кто передавал имущество, принимал их, а обвинение основано только на показаниях потерпевших, так как с момента первого допроса ФИО1 в качестве подозреваемой 

<

дата> расследование уголовного дела в тот же день было завершено, т.е. за один день, ставя под сомнения признательные показания ФИО1

В обоснование своих выводов суд первой инстанции также обоснованно в постановлении привел ссылку на п.3 Постановления Пленума ВС РФ № от 17.12.2024г. «О практике применения судами норм Уголовно-процессуального кодекса РФ», согласно которой, дело подлежит возвращению прокурору в силу требований ст. 237 УПК РФ, когда обвинительный документ не содержит ссылки на заключение эксперта, наличие которого, исходя из существа обвинения, является обязательным для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу (статья 73 УПК РФ), с учетом того, что данные обстоятельства не могут быть установлены с помощью иных видов доказательств, а для производства такой экспертизы необходимо проведение значительных по объему исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рассмотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия (например, судебно-бухгалтерской или экономической экспертизы для установления размера ущерба по делу о преступлении в сфере экономической деятельности).

Такие обстоятельства отсутствия в деле заключений экспертов, устанавливающих и подтверждающих размер причиненного ущерба, установлены.

При этих обстоятельствах, длительное отложение судебного заседания, в случае назначения этих экспертиз судом противоречит интересам правосудия и положению ст. 15 УПК РФ, который не возлагает на суд обязанность обеспечить по делу, принимать действия, направленные на восполнение недостатков следствия по сбору и закреплению доказательств, не представленных в суд первой инстанции вместе с делом.

При приведенных выше обстоятельствах доводы апелляционного представления суд апелляционной инстанции находит несостоятельными и неподлежащими удовлетворению.

При рассмотрении данного дела судом первой инстанции существенные нарушения требований уголовного-процессуального закона, а также нарушений прав участников судопроизводства, влекущих отмену или изменение обжалованного постановления, вопреки доводам апелляционного представления не допущены.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

постановление Кировского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 28 мая 2025 г. о возврате уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору 

<

адрес> г. Махачкалы оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя ФИО6, без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном 401.10-401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции.

При этом обвиняемая и другие участники процесса вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.Р. Гимбатов