Дело № 1-116/17

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Калининград 25 мая 2017 года

Ленинградский районный суд в составе:

председательствующего судьи Муценберг Н.А.,

с участием государственного обвинителя Ковалевой Е.В., 

обвиняемого ФИО1, 

его защитника – адвоката Исаева С.М.,

потерпевшей К1.,

при секретаре Орловой О.К.,

рассмотрел в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело по обвинению

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимого, находящегося под подпиской о невыезде и надлежащем поведении,

в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 УК Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил преступление против безопасности движения при следующих обстоятельствах:

ФИО1 23 мая 2016 года, в период времени с 19:40 часов до 19:50 часов, при ясной погоде, в светлое время суток, управлял технически исправным автомобилем марки «ПЕЖО 605», государственный регистрационный знак №, двигался на нём по крайней левой полосе ул. 9-го Апреля со стороны ул. Нерчинской в сторону Московского проспекта в городе Калининграде. Находясь на перекрестке ул. 9-го Апреля и ул. Фрунзе, водитель ФИО1 на разрешающий сигнал светофора въехал на перекресток, перестроился на трамвайные пути и остановился с целью совершения маневра поворота налево на ул. Фрунзе, где в нарушение п. 8.1. Правил дорожного движения РФ, согласно которому: водителем, «при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения» и п.13.4 Правил дорожного движения РФ, согласно которому: «При повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо», обеспечивающего безопасные условия дорожного движения на данном участке дороги, водитель ФИО1, имея реальную возможность заблаговременно обнаружить приближающееся по встречной полосе транспортное средство, не уступил дорогу встречному автомобилю, не убедился в безопасности совершаемого маневра, в результате чего при совершении поворота налево на ул. Фрунзе, выехал на полосу встречного движения и, располагая технической возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие, допустил столкновение на третьей справа полосе для движения с автомобилем марки «АУДИ А4», государственный регистрационный знак №, под управлением водителя Н., двигавшейся по 2-му Эстакадному мосту на разрешающий сигнал светофора со стороны Московского проспекта в сторону ул. Нерчинской в городе Калининграде в прямом направлении и не располагала технической возможностью избежать дорожно-транспортного происшествия. В результате столкновения водитель Н. потеряла управление автомобилем марки «АУДИ А4», продолжила движение в прямом направлении, пробив дорожное ограждение, выехала за пределы проезжей части на правый по ходу движения тротуар, где допустила наезд на пешехода К., который находился на тротуаре справа по ходу её движения в районе 

<

...>.

В результате вышеуказанного дорожно-транспортного происшествия, через непродолжительное время, на месте ДТП, наступила смерть гр-на К. 

<

данные изъяты>.

Наступившие последствия находятся в прямой причинной связи с допущенными ФИО1 нарушениями Правил дорожного движения РФ. Возможность наступления указанных последствий, ФИО1 при необходимой внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину не признал и суду пояснил, что перед совершением манёвра поворота с ул. 9-го Апреля на ул. Фрунзе он убедился в безопасности манёвра. Столкновение с левой частью автомобиля Н. произошло, потому что, увидев его, Н. сместилась в правую сторону по ходу движения, именно она совершила столкновение с ним. Он двигался на зеленый сигнал светофора, Н. же двигалась со скоростью, намного превышающую разрешенную скорость. В ДТП виновна Н.

Вина подсудимого установлена доказательствами, предоставленными суду стороной обвинения и защиты, которые судом исследованы и оценены.

Из показаний потерпевшей К1. усматривается, что погибший К. - её дед. О том, что он погиб в результате ДТП, произошедшего на пересечении ул. 9-го Апреля и ул. Фрунзе она узнала 23.05.2016 года от сотрудников полиции. Самого ДТП не видела, знает, как все произошло со слов сотрудников полиции и очевидцев. К. был членом её семьи, он проживал в одной квартире с нею, помогал ей по хозяйству, 

<

данные изъяты>. Его гибель невосполнимая утрата. К. оставался единственным близким родственником, остальные умерли. Просит взыскать с виновного компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей.

Свидетель Н. суду пояснила, что 23 мая 2016 года она, управляя технически исправным автомобилем марки Ауди А4, государственный номер №, двигалась с пр-та ФИО2 в г. Калининграде через Новый эстакадный мост в сторону пл. Василевского в г. Калининграде. Она двигалась в прямом направлении. ДТП с участием её автомобиля произошло, в районе пересечений ул. 9 апреля и Фрунзе. На перекрестке пересечения улиц 9 апреля и Фрунзе для неё горел разрешающий зеленый сигнал светофора. У неё было преимущество для движения. Автомобиль под управлением ФИО1, который выполнял маневр поворота с ул. 9 Апреля на ул. Фрунзе, должен был её пропустить, поэтому мер к снижению скорости и к торможению она не предпринимала. Столкновение произошло на указанном перекрестке, удар был в левый бок её автомобиля. От столкновения сработала подушка безопасности, она потеряла ориентацию, автомобиль стал не управляем, он столкнулся с ограждением и остановился около ларька «Пресса». В автомобиле, от удара при столкновении, сработала подушка безопасности и заблокировались двери, поэтому самостоятельно выйти из автомобиля она не смогла. Из автомобиля её вытащили подъехавшие сотрудники ГАИ, которые сразу же посадили её в служебный автомобиль сотрудников ГАИ. Пострадавшего она не видела. Она находилась в сильном шоковом состоянии от случившегося. 

Из показаний свидетеля П., которые оглашены судом с согласия всех участников процесса, усматривается, что камера наружного видеонаблюдения, установленная по месту его жительства, направлена на перекресток ул. Фрунзе с ул. 9-го Апреля г. Калининграда. 23.05.2016 года около 19:45 часов он шел домой и увидел последствия дорожно-транспортного происшествия на перекрестке ул. Фрунзе с ул. 9-го Апреля г. Калининграда. Самого ДТП он не видел. Придя домой, он обнаружил, что камера зафиксировала указанное выше дорожно-транспортное происшествие Данную видеозапись он скопировал на оптический диск и добровольно предоставил следствию (т. 2 л.д. 46-48).

Исходя из сведений, зафиксированных в протоколе осмотра места происшествия усматривается, что 08.06.2016 года свидетель П. добровольно выдал оптический диск «DVD-R» марки «АСМЕ» на который он скопировал, зафиксированное камерой ДТП, произошедшее на перекрестке ул. Фрунзе с ул. 9-го Апреля г. Калининграда (т. 1 л.д. 136-139).

При воспроизведении указанного диска в судебном заседании установлено, что на нём зафиксировано событие ДТП, имевшее место 23.05.2016 года, а именно, зафиксирована обстановка на проезжей части улицы 9-го Апреля и на перекрестке ул. 9-го Апреля и ул. Фрунзе в г. Калининграде; динамика движения на данном участке дороги автомобиля марки «Peugeot», осуществлявшего маневр поворота с ул. 9-го Апреля налево на ул. Фрунзе и автомобиля марки «Audi», двигавшегося в прямом направлении по ул. 9-го Апреля, со стороны Московского проспекта до столкновения и их столкновение на перекрестке; зафиксирован светофор, расположенный на ул. 9 Апреля перед перекрёстком с ул. Фрунзе на правой (по видеозаписи) стороне ул. Фрунзе. При воспроизведении фрагмента записи, фиксирующего выезд участвующих в ДТП автомобилей на перекрёсток установлено, что выезд автомобиля марки «Peugeot» произошел в момент, когда для него был включен зелёный сигнал светофора, включена боковая секция (поворот налево); выезд автомобиля марки «Audi» в момент, когда на этом же светофоре был включен зелёный сигнал, который работал в моргающем режиме.

Кроме того, вина подсудимого установлена данными содержащимися в протоколах следственных действий, иных документах, в выводах проведенных по делу экспертных исследований.

В протоколе осмотра места ДТП от 23 мая 2016 года, описана обстановка на перекрестке ул. 9-го Апреля и ул. Фрунзе после совершения ДТП, а именно - расположение автомобилей марки «Peugeot 605» гос. per. знак № и «Audi А4» гос. per. знак №; место столкновение автомобилей; траектория движения после столкновения; место наезда на пешехода К.; произведены соответствующие замеры. 

Схема ДТП отражает описанное в протоколе осмотра места происшествия событие, составлена в присутствии всех участников ДТП, которые своей подписью удостоверили правильность изложенных в ней обстоятельств ДТП, соответствует требованиям, предъявляемым к доказательствам, то есть ставить под сомнение достоверность изложенных в ней сведений, у суда оснований нет. 

В ходе осмотра места происшествия было изъяты: автомобиль марки «Peugeot 605 гос. per. знак №; автомобиль марки «Audi А4» гос. per. знак №; свидетельство о регистрации ТС №; свидетельство о регистрации ТС №, страховой полис №; страховой полис №; флеш. карта типа Micro SD, марки «Smartbuy» 8GB (т.1 л.д. 7-23), которые осмотрены 05.07.2016 года (т.1 л.д. 158-168, 169-186).

Исходя из сведений, зафиксированных в протоколе осмотра места происшествия усматривается, что 26.05.2016 года с камер системы наружного видеонаблюдения ГКУ КО «Безопасный город», находящегося на 2-ом этаже д. 188 по Московскому проспекту в г. Калининграде, был изъят оптический диск «DVD-R» марки «TDK» на который скопировали, зафиксированное камерой ДТП, произошедшее на перекрестке ул. Фрунзе с ул. 9-го Апреля г. Калининграда (т.1, л.д. 85-88), который осмотрен как в ходе предварительного (т.2, л.д.8-17), так и судебного следствия.

По заключению эксперта № 46/1950 от 13 июля 2016 года К. причинены следующие телесные повреждения:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Все вышеописанные повреждения могли образоваться в результате травмирующих воздействий каким-либо тупыми твёрдыми предметами незадолго до наступления смерти, в своей совокупности составляют тупую сочетанную травму тела, у живых лиц причиняют тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти.

Учитывая обстоятельств дела, локализацию и характер повреждений на теле гр. К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, высоту их расположения от уровня подошвенных поверхностей стоп, эксперт приходит к выводу, что они все могли образоваться в результате столкновения пострадавшего с движущимся автомобилем. Пострадавший в момент наезда, вероятно, находился в вертикальном или близком к таковому положению тела и был обращен правой боковой или правой заднебоковой поверхностью тела к движущемуся автомобилю.

Смерть гр. К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения наступила в результате тупой сочетанной травмы тела, сопровождавшейся множественными переломами костей лицевого черепа, свода и основания, с ушибом головного мозга в виде кровоизлияний под мягкую мозговую оболочку, множественными двухсторонними переломами ребер по нескольким анатомическим линиям, разрывами легких, двухсторонним гемотораксом, переломом грудины, оскольчатыми переломами 7,12-го грудных позвонков, осложнившейся травматическим шоком, что и явилось непосредственной причиной смерти.

Учитывая локализацию, характер, давность и механизм образования телесных повреждений на трупе гр. К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не исключается возможность образования данных повреждений при обстоятельствах, указанных в фабуле постановления о назначении судебно-медицинской экспертизы трупа К.

При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа гр. К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, этилового спирта не найдено.

Степень выраженности трупных явлений соответствует давности наступления смерти около 1 суток ко времени исследования трупа (т. 1 л.д. 106-114).

По заключению эксперта №1252/04/13.2-5 от 08 июня 2016 года - рабочая тормозная система и рулевое управление автомобиля марки «Peugeot 605», государственный регистрационный знак № не имеет никаких неисправностей, они находятся в исправном и работоспособном состоянии (т. 1 л.д. 60-66).

По заключению эксперта №1251/04/13.2-5 от 06 июня 2016 года - рабочая тормозная система автомобиля марки «Audi А4» государственный регистрационный знак № после ДТП находится в работоспособном состоянии. Рулевое управление автомобиля марки «Audi А4» государственный регистрационный знак № после ДТП имеет неисправность, связанную с механическими повреждениями с правой стороны - кулака поворотного, рулевой тяги, диска переднего колеса. Выявленные механически повреждения в рулевом управлении образованы при повреждении автомобиля в результате ДТП. (т. 1 л.д. 72-79).

По заключению эксперта №1268/05/7.3-5 от 24 июня 2016 года - с момента выезда автомобиля «Peugeot» на встречное направление ул. 9-го Апреля в г. Калининграде до момента столкновения прошло 2,76 с. С момента выезда автомобиля «Peugeot» на полосу движения автомобиля марки «Audi» до момента столкновения прошло 1,36 с. В момент выезда автомобиля «Peugeot» на встречное направление ул. 9-го Апреля в г. Калининграде скорость автомобиля «Audi» составляла, вероятно, не менее 100 км/ч. В момент выезда автомобиля «Peugeot» н полосу движения автомобиля «Audi» скорость автомобиля «Audi» составляла не менее 100 и не более 104 км/ч. (т. 1 л.д. 92-99).По заключению эксперта №1404/05/7.3-5 от 08 июля 2016 года - в момент выезда на перекрёсток автомобиля марки «Audi» на светофоре, регулирующем движение по перекрёстку на полосе встречного движения уд. 9 Апреля, был включен мигающий зелёный сигнал. В момент выезда на перекрёсток автомобиля марки «Peugeot» на светофоре, регулирующем движение по перекрёстку на полосе встречного движения ул. 9 Апреля, был включен зелёный сигнал (т. 1 л.д. 144-148).

По заключению эксперта №1959/04/13.1-5 от 07 октября 2016 года в исследованной дорожной ситуации, с технической точки зрения:

- водитель ФИО1, действуя в соответствии с требованиями п.п. 8.1. и 13.4. ПДЦ, располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем AUDI. С технической точки зрения, действия водителя ФИО1 в данной дорожной ситуации не соответствовали требованиям п.п. 1.5, 8.1. и 13.4. ПДД. 

- водитель Н., двигаясь с максимально допустимой на данном участке дороги скоростью 60 км/ч, не располагала технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем PEUGEOT - 605 путем применения торможения с момента возникновения опасности для движения. При условиях, изложенных в постановлении о назначении экспертизы, водитель Н. не располагала технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем применения экстренного торможения после столкновения с автомобилем PEUGEOT - 605, двигаясь с максимально допустимой на данном участке дороги скоростью 60 км/ч, а также со скоростью 100 - 104 км/ч. При условиях, изложенных в постановлении о назначении экспертизы, с технической точки зрения, несоответствий между действиями водителя Н. и требованиями ч. 2. п. 10.1 ПДД экспертом в данной дорожной ситуации не усматривается, а требованиям ч. 1. п. 10.1. и 10.2 ПДД действия водителя Н. не соответствовали, однако это несоответствие не находиться в причинной связи с рассматриваемым ДТП. В данной дорожной ситуации при движении автомобиля AUDI А 4 с максимальной допустимой скоростью автомобиль PEUGEOT - 605 не освобождал полосу движения автомобиля AUDI А 4, то есть столкновение указанных транспортных средств имело бы место. С технической точки зрения несоответствие действий водителя ФИО1 требованиям п.п. 8.1. и 13.4. ПДД находится в причинной связи с наступившим ДТП (т. 1 л.д. 202-214).

По заключению эксперта №177/04/13.1-1 от 07 февраля 2017 года, в данной дорожной ситуации, с технической точки зрения, водитель ФИО1, действуя в соответствии с требованиями п.п. 8.1. и 13.4. ПДД, располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем AUDI. С технической точки зрения, действия водителя ФИО1 в данной дорожной ситуации не соответствовали требованиям п.п. 1.5, 8.1. и 13.4. ПДД. Водитель Н., двигаясь с максимально допустимой на данном участке дороги скоростью 60 км/ч, не располагала технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилей PEUGEOT - 605 путем применения торможения с момента возникновения опасности для движения. При условиях, изложенных в постановлении о назначении экспертизы, водитель Н. не располагала технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем применения экстренного торможения после столкновения с автомобилем PEUGEOT -605, двигаясь с максимально допустимой на данном участке дороги скоростью 60 км/ч, а также со скоростью 100 - 104 км/ч. При условиях, изложенных в постановлении о назначении экспертизы, с технической точки зрения, несоответствий между действиями водителя Н. и требованиями ч. 2. п. 10.1 ПДД экспертом в данной дорожной ситуации не усматривается, а требованиям ч. 1. п. 10.1. и 10.2 ПДД действия водителя Н. не соответствовали, однако это несоответствие не находиться в причинной связи с рассматриваемым ДТП. В данной дорожной ситуации при движении автомобиля AUDI А 4 с максимальной допустимой скоростью автомобиль PEUGEOT - 605 не освобождал полосу движения автомобиля AUDI А 4, то есть столкновение указанных транспортных средств имело бы место. С технической точки зрения несоответствие действий водителя ФИО1 требованиям п.п. 8.1. и 13.4. ПДД находится в причинной связи с наступившим ДТП (т. 2 л.д. 105-118).

По заключению эксперта №178/05/73-1 от 10 февраля 2017 года - с момента выезда автомобиля «Peugeot» на встречное направление ул. 9-го Апреля в г. Калининграде, до момента столкновения прошло 2,76 секунды. С момента выезда автомобиля «Peugeot» на полосу движения автомобиля марки «Audi» до момента столкновения прошло 1,36 секунды. В момент выезда автомобиля «Peugeot» на встречное направление ул. 9-го Апреля в г. Калининграде скорость автомобиля «Audi» составляла, вероятно, не менее 100 км/ч. В момент выезда автомобиля «Peugeot» не полосу движения автомобиля «Audi» скорость автомобиля «Audi» составляла не менее 100 и не более 104 км/ч. в момент выезда на перекрёсток автомобиля марки «Audi» на светофоре, регулирующем движение по перекрёстку на полосе встречного движения уд. 9 апреля, был включен мигающий зелёный сигнал. В момент выезда на перекрёсток автомобиля марки «Peugeot» на светофоре, регулирующем движение по перекрёстку на полосе встречного движения ул. 9 Апреля, был включен зелёный сигнал (т.2 л.д. 87-96).

Установленная, на основании исследования и оценки совокупности всех выше приведенных доказательств, в судебном заседании дорожная обстановка до столкновения, механизм ДТП, позволяет суду прийти к выводу, что подсудимый ФИО1 допустил нарушение требований п. 13.4 Правил дорожного движения, согласно которым: «При повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо», обеспечивающего безопасные условия дорожного движения на данном участке дороги», то есть подсудимый ФИО1, выполняя маневр поворота налево по зеленому сигналу светофора, должен был на перекрестие уступить дорогу автомобилю Ауди, который для него к перекрестку приближался со встречного направления прямо и только после этого продолжить движение в выбранном им направлении на разрешающий зеленый сигнал светофора.

В результате того, что ФИО1 не убедился в безопасности маневра, не уступил дорогу транспортному средству, движущемуся со встречного направления прямо, которое, в соответствии с требованиями п. 13.4 ПДД. обязан был пропустить, произошло столкновение с вышеназванным автомобилем, повлекшее смерть К. 

Именно нарушение Правил дорожного движения ФИО1 при управлении транспортным средством находится в причинной связи с наступившими последствиями.

Доводы подсудимого ФИО1 и его защитника Исаева С.М. о том, что ФИО1 убедился в безопасности выполнения своего маневра и если бы Н. не превысила установленное ограничение скорости, то ДТП не имело бы место быть, что ФИО1 не мог предвидеть, что Н., превысив скорость движения, изменив траекторию движения, неожиданно для него создаст помеху для его движения, которую он не в состоянии был обнаружить, судом проверены. 

При оценке вышеизложенных доводов суд исходит из совокупности всех исследованных судом доказательств.

Вопреки доводам защиты, превышение Н. установленной скорости движения, не находится в причинно-следственной связи с наступившими последствиями от дорожно-транспортного происшествия. В соответствии с Правилами дорожного движения (п. 13.4 ПДД РФ) Н., двигавшаяся, без изменения направления движения на зеленый сигнал светофора, имела преимущественное право проезда, а ФИО1, совершавшая маневр поворота налево, должен был уступить ей дорогу. 

Показания в суде свидетеля (специалиста) П1., который произведя исследования по копиям, выданного свидетелем П. оптического диска и флеш. карты (Micro SD), изъятой из автомобиля ФИО1 пояснил, что Н. имела техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем ФИО1 применив торможение, вплоть до полной остановки транспортного средства.

Однако, эти показания не опровергают доказательств обвинения. 

Так, согласно заключению эксперта № 178/05/7.3-1 от 10 февраля 2017 года «На запоминающее устройство формата «Micro SD» записана цифровая видеограмма, снятая камерой автомобильного видеорегистратора, фиксирующая обстоятельства ДТП. В результате визуального исследования видеограммы установлено, что она не фиксирует какие-либо объекты и события, позволяющие дать заключение по поставленным вопросам, в связи с чем данная видеограмма не исследовалась как неинформативная».

Свидетель (специалист) П1. высказывает суждение по вопросам, поставленным перед ним стороной защиты, однако никаких данных, способных вызвать у суда сомнения в законности и обоснованности выше приведенных экспертом выводов, в своих показаниях не привел, рецензирование же экспертного заключения к его компетенции не относится.

Суд не нашел оснований в проведении повторной автотехнической экспертизы на чём настаивала защита, в том числе ссылаясь на мнение свидетеля (специалиста) П1.

В соответствии с нормами уголовно-процесуального закона мнение специалиста как основание для повторных экспертных исследований не предусмотрено. 

Выводы выше обозначенных экспертиз проведены на основании исходных данных, зафиксированных в протоколе осмотра места происшествия и видеозаписей камер наружного наблюдения. 

У суда нет оснований не доверять исследованным заключениям экспертов-автотехников. Компетентность экспертов сомнений не вызывает. Заключения экспертиз мотивированы, содержат исследовательские части и выводы, указания на используемую специальную литературу. Ответы на поставленные вопросы даны в заключениях в полном объеме и не требуют дополнительных разъяснений.

С учетом всего вышеизложенного суд приходит к выводу о доказанности предъявленного подсудимому ФИО1 обвинения и квалифицирует его действия по части 3 статьи 264 УК Российской Федерации как нарушение правил дорожного движения, то есть нарушение лицом управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

При определении вида и размера наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, в том числе обстоятельства, смягчающие его наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

С учетом изложенного, при определение размера наказания суд исходит из положений статей 6, 43, 60 УК Российской Федерации. 

Подсудимый характеризуется положительно. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд учитывает, его возраст, то, что он впервые привлекается к уголовной ответственности за совершение преступления средней тяжести.

Судом также учитывается состояние здоровья подсудимого и его 

<

данные изъяты>.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных статьей 63 УК Российской Федерации суд не находит.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного ФИО1 деяния, что могло бы свидетельствовать о необходимости применения в отношении последнего положений части 6 статьи 15 УК Российской Федерации, как и оснований для применения статьи 64 УК Российской Федерации к дополнительному наказанию, судом не установлено. 

Вместе с тем, все вышеизложенные обстоятельства, позволяет суду прийти к выводу о том, что достижение предусмотренных статьей 43 УК Российской Федерации целей наказания возможно без реального отбывания ФИО1 лишения свободы, суд постановляет считать назначенное основное наказание условным.

При разрешении заявленного потерпевшей иска о компенсации морального вреда суд исходит из следующих положений закона.

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации вред, причиненный личности, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 1079 ГК Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу части 2 статьи 151 и статьи 1101 ГК Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, который оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 32 (абзац 4) Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» размер компенсации морального вреда определяется судом с учетом требований разумности и справедливости, исходя из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

С учетом указанных критериев оценки размера компенсации морального вреда, руководствуясь принципами разумности, справедливости и соразмерности, суд определяет размер компенсации морального вреда потерпевшей К1. в сумме 700 000 рублей.

При определении указанного размера компенсации морального вреда суд исходил из характера нравственных страданий, связанных с гибелью близкого человека и невосполнимостью его утраты.

Вместе с тем суд учитывал значимые обстоятельства, относящиеся и к подсудимому - причинение смерти К. по неосторожности; материальное положение подсудимого. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 296-310 УПК Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 УК Российской Федерации и назначить наказание в виде лишения свободы на срок 3 года с лишением права заниматься деятельностью связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.

На основании статьи 73 (части 4) УК Российской Федерации ФИО1 основное наказание в виде лишения свободы на срок 3 года постановить условно с испытательным сроком на 2 года. 

В соответствии с частью 5 статьи 73 УК Российской Федерации возложить на осужденного ФИО1 исполнение следующих обязанностей, способствующих его исправлению: не менять постоянного места жительства (пребывания), без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль поведения условно осужденного, являться в этот орган один раз в месяц для регистрации.

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Взыскать с ФИО1 в пользу потерпевшей К1. в счет компенсации морального вреда 700 000 (семьсот тысяч) рублей.

Вещественные доказательства: 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Калининградского областного суда через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, в этот же срок со дня вручения ему копии приговора, с соблюдением требований статьи 312 УПК Российской Федерации.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Судья Н.А. Муценберг