Дело № 2-575/2019 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

19 ноября 2019 года г. Пласт 

Пластский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Данилкиной А.Л., 

при секретаре Долгополовой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за задержку выплат при увольнении, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» (далее - АО «ЮГК») и с учетом уточнения просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 760 876 руб. 36 коп., заработную плату за июль 2019 года в размере 14 623 руб. 11 коп., за август 2019 года в размере 39 276 руб. 45 коп., компенсацию за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск в размере 200 418 руб. 89 коп., компенсацию морального вреда в связи с нарушением его трудовых прав в размере 10 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя 12 000 руб. (л.д. 3, 101).

В обоснование иска истец указал, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ непрерывно работал в АО «ЮГК» в должности водителя, занятого на погрузке горной массы в технологическом процессе, с 17 июля 2019 года по 18 сентября 2019 года работал в должности контролера службы безопасности в АО «ЮГК». При увольнении он получил компенсацию за неиспользованный отпуск не в полном объеме. За период его работы в АО «ЮГК» он ни разу не был в основном и дополнительном отпуске и не получал компенсации за неиспользованный отпуск. В соответствии со ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации дополнительный отпуск предоставляется в размере не менее 7 дней. В соответствии с Постановлением Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года № 298/П-22 «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день» водителю, вывозящему породу из карьера, дополнительно предоставляется не менее 12 дней дополнительного отпуска в год (позиция 91). Таким образом, его основной и дополнительный отпуск ежегодно должен составлять 40 дней в год, а всего за период работы 458 дней отпуска, за период работы в должности контролера ежегодно ему полагалось 28 дней и всего за период с 17 июля 2019 года по 18 сентября 2019 года – 5 дней. Размер среднего заработка за 1 календарный день для расчета компенсации за неиспользованный отпуск составляет 1738,27 руб./день. За первый период его работы ему полагается 400 дней отпуска. Поскольку при увольнении он не получил компенсации за неиспользованный отпуск, то ему полагается 695309,78 руб. (1738,27 руб. х 400 дн.). За период работы с 01 февраля 2018 года по 18 сентября 2019 года ему полагается 63 дня отпуска. Компенсация за неиспользованный отпуск за второй период работы составляет 109511,29 руб. (1738,27 руб. х 63 дн.). При увольнении ему начислили компенсацию в размере 43944,71 руб., в отпусках в указанный период он не был, следовательно компенсация за неиспользованный отпуск за второй период должна составить 109511,29 – 43944,71 = 65566,58 руб. Кроме того, считает, что ему не выплатили в полном объеме зарплату за июль и август 2019 года. Им отработано в июле 2019 года 10 смен, значит ему должны были начислить зарплату 26924,11 руб. (10 см. х 2692,41), а фактически начислили 12301 руб., недоплата составляет 14623,11 руб. В августе 2019 года им оработано23 смены. Значит ему должны бил начислить 61925,45 руб., начислили – 22649 руб., недоплата составила 39276,45 руб. Кроме того, поскольку ответчик несвоевременно выплатил ему компенсацию за неиспользованный отпуск за первый период работы в размере 695309,78 руб., подлежит компенсация за задержку данной выплаты в размере 198866,79 руб. За второй период работы истца с ответчика подлежит взысканию компенсация за невыплату в сумме 1552 руб. 10 коп. В связи с нарушением его трудовых прав ему причинен моральный вред, который он оценивает в 10 000 руб. Также он понес расходы на представителя в размере 12 000 руб. 

Истец ФИО1 при надлежащем извещении в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 114).

Представитель истца Горбенко С.В. в судебном заседании исковые требования поддержал, по доводам, изложенным в исковом заявлении и заявлениях об уточнении исковых требований.

Представитель ответчика АО «Южуралзолото Группа Компаний» ФИО2, надлежаще извещенный о времени и месте судебного заседания, не явился (л.д. 109), мнения на исковое заявление не представил. 

На основании ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца и представителя ответчика.

Заслушав представителя истца, исследовав материалы дела, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право: на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; на отдых, обеспечиваемый установлением нормальной продолжительности рабочего времени, сокращенного рабочего времени для отдельных профессий и категорий работников, предоставлением еженедельных выходных дней, нерабочих праздничных дней, оплачиваемых ежегодных отпусков.

В силу ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно ст. 114 Трудового кодекса Российской Федерации работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

На основании ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

Согласно ч. 1 ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии с п. 28 Правил об очередных и дополнительных отпусках, утвержденных Народным Комиссариатом Труда СССР 30 апреля 1930 года № 169 (с последующими изменениями), при увольнении работника, не использовавшего своего права на отпуск, ему выплачивается компенсация за неиспользованный отпуск.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В ходе судебного разбирательства установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 01 января 2008 года принят на работу в АО «Южуралзолото Группа Компаний» водителем автомобиля, занятым на транспортировании горной массы в технологическом процессе, карьер «Светлинский» (приказ № 22497 от 01 января 2008 года л.д. 84). С истцом заключен трудовой договор, согласно которому условия труда вредные (п. 7), режим рабочего времени – суммированный учет рабочего времени (п. 8); работнику предоставляется ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 28 календарных дней, дополнительный отпуск – 6 рабочих дней (п. 9); должностной оклад (тариф) работнику устанавливается в размере 36,36 руб. + 1,45 руб., премии, надбавки и иные виды вознаграждений и компенсационных выплат выплачиваются работнику в порядке и размерах, установленных работодателем (п. 6) (л.д. 82-83).

Согласно приказа № 2091 от 29 декабря 2017 года трудовой договор с истцом расторгнут по инициативе работника с 29 декабря 2017 года (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) (л.д. 89).

На основании приказа № 103а от 01 февраля 2018 года ФИО1 принят на работу в АО «ЮГК» на должность водителя автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе, условия труда – вредные, оклад по часам – 60 руб. 00 коп., доплата – 2 руб. 70 коп. (л.д. 94). Из трудового договора от 01 февраля 2018 года следует, что условия труда по результатам спецоценки – вредные (л.д. 1.4), но дополнительные отпуск работнику не установлен (п. 4.4) (л.д. 90-93)

17 июля 2019 года ФИО1 был переведен на должность контролера в отделение службы безопасности (л.д. 12).

18 сентября 2019 года трудовой договор с истцом расторгнут по инициативе работника на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (приказ № 1231 от 18 сентября 2019 года л.д. 99).

Заявленные истцом ФИО1 требования о взыскании с ответчика АО «ЮГК» недоплаченной заработной платы за июль и август 2019 года не полежат удовлетворению по следующим основаниям.

В обоснование своих доводов истец указывает, что ему была выплачена заработная плата в июле и августе 2019 года в меньшем размере, при этом приводит расчет с учетом размера заработной платы, когда он занимал иную должность – водителя автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе, работа в которой проходила во вредных условиях и заработная плата истца включала доплату за вредные условия работы. Вместе с тем, с 17 июля 2019 года по 18 сентября 2019 года ФИО1 занимал должность контролера службы безопасности АО «ЮГК» и указанная работа не является работой во вредных условиях. Таким образом, работа истца контролером при нормальных условиях труда не может быть приравнена в работе в должности, связанной с вредными условиями труда. 

С учетом изложенных обстоятельств, доводы истца о том, что ему за указные месяцы должна была быть выплачена заработная плата в большем размере, суд отклонят, как необоснованные. 

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика компенсации за неиспользованный отпуск, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 115 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

В силу ст. 116 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 28.12.2013 N 421-ФЗ) ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда.

Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, указанным в части первой настоящей статьи, составляет 7 календарных дней.

На основании Постановления Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года № 298/П-22 «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день» в данный список включена должность водителя автомобиля, занятого на транспортировании горной массы (п. 91 Списка). При этом водителю автомобиля, занятого на транспортировании горной массы, должен быть предоставлен дополнительный оплачиваемый отпуск в количестве 12 дней в год.

Таким образом, основной и дополнительный отпуск истца за период его работы в должности водителя автомобиля, занятого на транспортировании горной массы в технологическом процессе, должен составлять 40 календарных дней ежегодно, из них 28 календарных дней основного отпуска и 12 дней дополнительного отпуска за вредные условия труда.

В нарушение указанных норм работодатель в трудовом договоре работнику ФИО1, работавшему во вредных условиях, дополнительный отпуск не установил.

Ответчиком АО «ЮГК» в подтверждение предоставления отпуска истцу за все время его работы с 2008 года предоставлено приказов о предоставлении ФИО1 ежегодного оплачиваемого отпуска всего на 23 дня (л.д. 58-78). 

Согласно ст. 122 Трудового кодекса Российской Федерации оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.

В соответствии со ст. 123 Трудового кодекса Российской Федерации очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не позднее, чем за две недели до наступления календарного года в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

График отпусков обязателен как для работодателя, так и для работника.

О времени начала отпуска работник должен быть извещен под роспись не позднее, чем за две недели до его начала.

В соответствии со статьей 136 Трудового кодекса Российской Федерации закреплена обязанность работодателя при выплате заработной платы в письменном виде известить каждого работника о ее составных частях, о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику; о размерах и об основаниях произведенных удержаний; об общей денежной сумме, подлежащей выплате.

Доказательств предоставления истцу расчетных листов о выплате заработной платы, в том числе о выплате истцу оплаты за предоставленный отпуск, ответчиком суду представлено не было.

Исследовав, представленные в материалы дела приказы и заявления о предоставлении работнику отпуска, суд приходит к выводу, что работодателем АО «ЮГК» порядок предоставления отпусков работнику не соблюден и фактически дни отпуска истцу не предоставлялись, поскольку ко многим приказам заявления работника о предоставлении ему отпуска отсутствуют, в иных заявлениях отсутствуют сведения о периодах работы, за которые предоставляется отпуск, количество дней предоставляемого отпуска; некоторые приказы о предоставлении отпуска изданы за день-два до предоставления отпуска, либо в день предоставления отпуска, либо намного дней позже предоставляемого отпуска.

Кроме того, в соответствии с п. 7.1 Основных положений о вахтовом методе организации работ, утвержденных постановлением Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС и Минздрава СССР от 31 декабря 1987 года № 794/33-82 (с изменениями), ежегодный отпуск работникам, занятым на работах вахтовым методом, предоставляется в установленном порядке после использования дней отдыха (отгулов).

Таким образом, ежегодный отпуск работнику, занятому на работе вахтовым методом не мог предоставляться в период междувахтового отдыха (отгулов). 

Представитель истца в судебном заседании пояснил, что ФИО1 все время непрерывно работал в АО «ЮГК» в одной и той же должности, на том же рабочем месте, истец не знал, что его в декабре 2017 года уволили и принимали на работу в ООО «Транс-Альянс», заявления об увольнении в дкабре 2017 года и о приеме его в ООО «Транс-Альянс» он не писал, с приказом об увольнении в декабре 2017 года истца не знакомили, трудовую книжку истец в декабре 2017 года не получал.

Доказательств обратного, ответчиком суду не предоставлено.

В соответствии со ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.

Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается.

По смыслу ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающей общий (единый) порядок и условия расторжения по инициативе работника, как срочного трудового договора, так и трудового договора, заключенного на неопределенный срок, право работника прекратить трудовой договор до истечения срока его действия по собственной инициативе не связано с наличием у него уважительных причин. Работник вправе расторгнуть по собственному желанию любой трудовой договор в любое время. 

Письменная форма заявления об увольнении обязательна. Устное заявление работника о расторжении трудового договора не может являться основанием для издания работодателем соответствующего приказа об увольнении. 

Согласно ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

В соответствии с разъяснениями в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работник вправе в любое время расторгнуть трудовой договор по собственной инициативе, предупредив об этом работодателя заблаговременно в письменной форме. Волеизъявление работника на расторжение трудового договора по собственному желанию должно являться добровольным и должно подтверждаться исключительно письменным заявлением работника.

Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию, которое может быть подтверждено только письменным заявлением самого работника, и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

При таких обстоятельствах, суд считает, что без письменного заявления ФИО1 его увольнение из АО «Южуралзолото Группа Компаний» 29 декабря 2017 года являлось недопустимым, нарушающим трудовые права работника.

Поскольку истец заявление об увольнении его по собственному желанию в декабре 2017 года не писал, трудовую книжку работнику работодатель в связи с его увольнением 29 декабря 2017 года не выдавал, истец после декабря 2017 года и до 17 июля 2019 года продолжал работать в той же должности на том же рабочем месте, заявления вновь его принять на работу в АО «ЮГК» с 01 февраля 2018 года истец не писал, такое заявление в материалы дела ответчиком не представлено, как и не представлено иных достоверных доказательств, позволяющих говорить, что работник ФИО1 в декабре 2017 года изъявлял желание, чтобы его уволили по собственному желанию, суд считает, что требования истца о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск необходимо исчислять за весь период работы работника с 2008 года по 2019 год.

За период работы ФИО1 в АО «ЮГК» ему полагается 467 дней отпуска (основного 28 дней и дополнительного 12 дней ежегодно за период работы во вредных условиях и 28 дней основного отпуска за период работы контролером). При увольнении истцу начислена компенсация за 28 дней отпуска, следовательно, подлежит начислению компенсация за неиспользованный отпуск за 439 дней.

Суд считает принять расчет среднего заработка за 1 день для расчета компенсации при увольнении, исходя из данных, представленных АО «ЮГК», согласно которым, где средний заработок ФИО1 за 1 день составляет 1555,565 руб. Компенсация за 439 дней неиспользованного отпуска составляет 682893 руб. 03 коп. (439 дн. х 1555,565 руб.). При этом из указанной суммы подлежит удержанию налог на доходы физических лиц.

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Установив нарушение трудовых прав истца, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с работодателя компенсации за нарушение сроков выплаты причитающихся истцу денежных средств при увольнении. 

Вместе с тем, поскольку представитель истца в судебном заседании пояснил, что ФИО1 фактически из АО «ЮГК» не увольнялся в декабре 2017 года, продолжал работать на том же месте в той же должности, доводы стороны истца стороной ответчика не опровергнуты, то суд считает необходимым произвести расчет, исходя из даты фактического увольнения истца 18 сентября 2019 года.

Невыплаченная сумма составляет 594 116 руб. 94 коп. (682893,03 руб. компенсация за неиспользованный отпуск - 13% налог на доходы физических лиц).

Компенсация за нарушение срока, установленного для выплаты всех причитающихся сумм при увольнении, составила 8 872 руб. 15 коп. из следующего расчета: с 19 сентября 2019 года по 20 октября 2019 года (32 дн.) (594116,94 руб. х 7 % х 1/150 х 32 дн.).

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

С учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, поскольку в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, судом были установлены неправомерные действия ответчика в отношении истца. В остальной части взыскания компенсации морального вреда необходимо отказать.

В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В материалы дела истцом представлены соглашение на оказание юридической помощи № 051 от 21 сентября 2019 года, квитанции об оплате юридических услуг по составлению искового заявления в размере 2 000 рублей, за участие адвоката Горбенко С.В. в качестве представителя истца при рассмотрении гражданского дела в размере 10 000 рублей (л.д. 25, 26). 

При определении размера подлежащих взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает категорию и сложность спора, степень участия представителя истца Горбенко С.В. при рассмотрении дела, количество судебных заседаний, а именно: представитель участвовал при подготовке к делу 17 октября 2019 года, в судебном заседании 19 ноября 2019 года, подготовил в суд исковое заявление, заявление об изменении исковых требований, а также объем и характер оказанных представителем услуг. 

Таким образом, с учетом разумности суд считает возможным удовлетворить требования истца о возмещении указанных расходов частично, взыскав с ответчика в его пользу 8 000 рублей. 

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Подпункт 1 пункта 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации предусматривает освобождение от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, истцов – по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений.

Согласно подпункту 8 пункта 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Размер государственной пошлины с учетом удовлетворенной части исковых требований составляет 10 117 руб. 65 коп. и подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в пользу ФИО1 компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 682 893 (шестьсот восемьдесят две тысячи восемьсот девяносто три) рубля 03 копеек (в том числе налог на доходы физических лиц), компенсацию за нарушение установленного срока выплаты расчета при увольнении в размере 8 872 (восемь тысяч восемьсот семьдесят два) рубля 15 копеек, компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей 00 копеек, судебные расходы в размере 8 000 (восемь тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» отказать.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 10 117 (десять тысяч сто семнадцать) рублей 65 копеек.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Пластский городской суд Челябинской области.

Председательствующий: