УИД: 31RS0022-01-2023-004425-30 дело № 22-346/2024

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Белгород 03 апреля 2024 года

Суд апелляционной инстанции Белгородского областного суда в составе: 

председательствующего судьи Шведова А.Н., 

при ведении протокола секретарем Минюковой Т.В.,

с участием: 

прокурора Алиева Р.В.,

осужденного ФИО3,

защитника - адвоката Белоусова А.Д.,

потерпевшего Потерпевший №1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Ставинской М.В. и апелляционную жалобу осужденного ФИО3 на приговор Свердловского районного суда г. Белгорода от 26 декабря 2023, которым

ФИО3, 

<

данные изъяты>, 

осужден:

- по ч. 1 ст. 264 УК РФ к ограничению свободы на срок 

<

данные изъяты> с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 

<

данные изъяты>.

В период отбывания ограничения свободы ФИО3 установлены следующие ограничения и обязанности:

- не изменять место жительства без согласия уголовно-исполнительной инспекции;

- не выезжать за пределы 

<

адрес>, без уведомления уголовно-исполнительной инспекции;

- возложена обязанность являться один раз в месяц на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию.

Гражданский иск территориального фонда обязательного медицинского страхования Белгородской области о взыскании с ФИО3 затрат в связи с оказанием потерпевшему Потерпевший №1 медицинской помощи в размере 

<

данные изъяты> оставлен без рассмотрения, с оставлением за истцом права на предъявление и рассмотрение данного иска в порядке гражданского судопроизводства.

Приговором суда разрешен вопрос о мере пресечения и судьба вещественных доказательств, распределены процессуальные издержки.

Представитель потерпевшего ФИО10 и представитель гражданского истца ФИО7 своевременно и надлежащим образом уведомлены о дате, времени и месте рассмотрения апелляционных представления и жалобы, однако в суд апелляционной инстанции не явились, об уважительности причин неявки не сообщили, ходатайств об отложении судебного заседания от них не поступило. На основании ч. 3 ст. 389.12 УПК РФ апелляционное разбирательство проведено в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав доклад судьи Шведова А.Н., выступления: прокурора Алиева Р.В., поддержавшего доводы апелляционного представления и полагавшего частично подлежащими удовлетворению доводы апелляционной жалобы; осужденного ФИО3, его защитника – адвоката Белоусова А.Д., поддержавших доводы апелляционных жалобы и представления; потерпевшего Потерпевший №1, возражавшего против удовлетворения апелляционных представления и жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО3 признан виновным в нарушении при управлении автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего Потерпевший №1

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО3 вину не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Ставинская М.В. считает приговор суда незаконным. Указывает, что в установочной части приговора, при описании действий ФИО3, суд пришел к выводу о совершении им преступления по неосторожности в форме легкомыслия, а в описательно-мотивировочной части, суд признал действия ФИО3, совершенными по небрежности. Полагает, что судом первой инстанции в приговоре допущены противоречия в части установления формы вины, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона и влечет за собой отмену приговора. Просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО3 не соглашается с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным. 

Ссылается на отсутствие прямой причинной связи между нарушением им требований ПДД РФ и причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего Потерпевший №1, поскольку в ходе судебного разбирательства было достоверно установлено, что причиной выезда автомобиля Мазда на тротуар и наезда на пешеходов явилось совершение водителем Свидетель №1 резкого маневра – поворот вправо после выезда автомобиля ФИО2, под его управлением, на встречную полосу для избежания столкновения с ним. Обращает внимание, что при выполнении водителем Свидетель №1 требований п. 10.1 ПДД РФ – торможения и прямолинейного движения по своей полосе, без изменения направления движения, выезд за пределы проезжей части исключался, а были бы повреждены только автомобили. 

Сообщает, что в приговоре суд пришел к выводу о наличии вины водителя Свидетель №1 в причинении вреда потерпевшему Потерпевший №1, однако при этом суд не рассмотрел вопрос о возвращении уголовного дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ и признании данного обстоятельства смягчающим вину осужденного.

Обращает внимание на наличие в приговоре двух противоречащих друг другу выводов, изначально судом указано о совершении им преступления по легкомыслию (л. 1 приговора), а затем суд пришел к выводу о совершении им преступления по небрежности (л. 7 приговора).

Считает, что суд, в нарушение требований ч. 2 ст. 307 УПК РФ в приговоре не привел доводов, по которым он отверг представленные стороной защиты доказательства: выводы заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, оглашенные показания свидетеля Свидетель №1, оглашенные показания эксперта ФИО14 от ДД.ММ.ГГГГ, а также ее показания в суде ДД.ММ.ГГГГ.

Полагает необоснованным назначение ему дополнительного вида наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 

<

данные изъяты>, поскольку будучи лишенным такого права, он оказался лишен единственного источника заработка - управления автокраном.

Просит приговор суда отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные представление государственного обвинителя Ставинской М.В. и жалобу осужденного ФИО3 представитель потерпевшего ФИО10 просит оставить их без удовлетворения, а приговор суда без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, заслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Из материалов уголовного дела видно, что выводы суда о доказанности вины осужденного ФИО3 в инкриминируемом ему преступлении, основаны на собранных по делу доказательствах, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании на основе состязательности сторон.

Приговором суда установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 10 часов 30 минут ФИО3, управляя автомобилем ФИО2, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> регион, двигался по левой полосе движения проезжей части 

<

адрес> от пр. 

<

адрес>, со скоростью не более 60 км/ч. После чего снизив скорость для совершения маневра, приблизился к регулируемому светофорным объектом перекрестку улиц 

<

адрес>, находящемуся в районе 

<

адрес>, на котором ему нужно было совершить маневр поворота налево.

В указанное время, водитель ФИО3, действуя неосторожно с преступным легкомыслием, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, в виде дорожно-транспортного происшествия, так как в тот момент двигался по участку дороги, на котором расположен вышеуказанный регулируемый светофорным объектом перекресток, на котором при выполнении поворота налево ему необходимо было уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо, без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывал на предотвращение этих последствий, а также в нарушение требований п. 1.3 ПДД РФ, согласно которого участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофора, знаков и разметки, совершая маневр поворота налево, въехал на зеленый разрешающий сигнал светофора на перекресток, выехав при этом на встречную полосу движения, на которой в нарушение требований п. 13.4 ПДД РФ, согласно которому при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным, движущимся со встречного направления прямо или направо, а также абз. 1 п. 8.1 ПДД РФ, согласно которому при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, не уступил дорогу автомобилю 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> регион, под управлением водителя Свидетель №1, и создал своим маневром опасность для движения – аварийную ситуацию, следовавшему в тот момент по своей полосе во встречном направлении автомобилю 

<

данные изъяты>.

Вследствие нарушений вышеуказанных требований ПДД РФ ФИО3 и так как в сложившейся дорожной ситуации водитель Свидетель №1 не располагал технической возможностью на своей полосе движения путем применения экстренного торможения избежать столкновения с автомобилем ФИО2, под управлением ФИО3, произошел следующий механизм ДТП: Свидетель №1 при возникновении опасности для движения применил отворот рулевого колеса вправо и меры торможения, однако, несмотря на принятые Свидетель №1 меры по предотвращению ДТП, произошло столкновение автомобиля ФИО2 и 

<

данные изъяты>, с последующим выездом последнего с проезжей части 

<

адрес> на правый по ходу его движения газон и затем тротуар, где он совершил наезд на пешехода Потерпевший №1

В результате дорожно-транспортного происшествия стоявшему на тротуаре пешеходу Потерпевший №1 была причинена травма левой голени: внутрисуставной перелом проксимального метаэпифиза большеберцовой кости с переходом на проксимальную треть диафиза; перелом головки малоберцовой кости с удовлетворительным положением костных отломков, которая квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью.

Между нарушениями ПДД РФ ФИО3, событием ДТП и наступившими последствиями, в виде тяжкого вреда здоровью Потерпевший №1, имеется прямая причинная связь.

Вина ФИО3 в совершении преступления подтверждена исследованными в судебном заседании доказательствами.

Осужденный ФИО3 в суде первой инстанции подтвердил, что являясь водителем «

<

данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ осуществлял поездку с пассажиром на автомобиле ФИО2, который находился в технически исправном состоянии. На регулируемом перекрестке улиц 

<

адрес>, куда он въехал на разрешающий зеленый сигнал светофора, ему необходимо было повернуть налево на 

<

адрес> ему ограничивали обзор автомобили, которые двигались во встречном направлении по левой полосе проезжей части 

<

адрес>, поворачивая налево на 

<

адрес>, он начал потихоньку выезжать на встречную полосу движения. Далее, когда загорелся желтый сигнал светофора, убедившись в том, что транспортных средств нет, начал совершать поворот налево, при этом частично выехал на встречную полосу движения. Немного проехав, он увидел автомобиль 

<

данные изъяты>, применил экстренное торможение и остановился, после этого произошло столкновение с автомобилем 

<

данные изъяты>, который в последующем выехал на тротуар и совершил наезд на пешеходов. Настаивал, что автомобиль 

<

данные изъяты> он не видел, при этом последний начал изменять траекторию движения до столкновения и двигался с высокой скоростью. Считает, что тяжкий вред здоровью потерпевшему он не причинял, так как автомобиль 

<

данные изъяты> сам изменил траекторию движения и совершил наезд на пешехода.

Согласно показаниям данным свидетелем Свидетель №4 в ходе следствия и оглашенных в суде с согласия сторон, ДД.ММ.ГГГГ он, управлял автомобилем 

<

данные изъяты>, двигался по правой полосе проезжей части в направлении перекрестка улиц Студенческая 

<

адрес>. Впереди него в попутном направлении по левой полосе двигался автомобиль ФИО2, который въехав на перекресток начал поворачивать налево на 

<

адрес>. В последующем он увидел, что автомобиль ФИО2 совершил столкновение с автомобилем 

<

данные изъяты>, который следовал прямолинейно во встречном ему направлении. При этом видел, как водитель автомобиля 

<

данные изъяты>, чтобы избежать столкновения успел совсем немного сместиться правее в пределах своей полосы движения, однако предотвратить ДТП не смог, от столкновения автомобиль 

<

данные изъяты> выехал на тротуар, где совершил наезд на пешеходов.

В суде свидетель Свидетель №1 сообщил, что ДД.ММ.ГГГГ года он двигался на автомобиле 

<

данные изъяты> по 

<

адрес> к перекрестку с 

<

адрес>, он двигался по правой полосе проезжей части, чтобы проехать перекресток прямо. На левой полосе находились автомобили, которые поворачивали на 

<

адрес> налево. Когда он начал въезжать на перекресток, загорелся желтый сигнал светофора, продолжив движение прямо, он увидел автомобиль ФИО2, который начал поворачивать налево. Он применил экстренное торможение и машину начало заносить, после чего он дернул руль вправо. Далее произошло столкновение, он потерял управление, отчего автомобиль поменял траекторию движения и выехал на тротуар, где совершил наезд на пешеходов.

При этом на предварительном следствии свидетель Свидетель №1, показания которого оглашены в суде с согласия сторон и положены судом в этой части в основу приговора, пояснял, что применить торможение после столкновения не имел возможности, так как у него слетела нога с педали, и он потерял контроль над своими действиями. Не помнит, воздействовал ли на рулевое колесо своего автомобиля после столкновения, в этот момент уже не мог управлять своим автомобилем, так как автомобиль ФИО2 столкнул его с проезжей части на правый тротуар по ходу движения. Утверждал, что его выезд с дороги вызван именно столкновением, а не маневрированием в пределах своей полосы движения.

Потерпевший Потерпевший №1 и свидетель Свидетель №3 подтвердили, что на перекрестке улиц 

<

адрес> на тротуар заехал автомобиль, который сбил их и других пешеходов.

В ходе осмотров места происшествия зафиксирована дорожная обстановка, расположение автомобилей ФИО2, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> регион и 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> регион, а также место столкновения транспортных средств – на полосе движения автомобиля 

<

данные изъяты> на перекрестке улиц 

<

адрес>, что согласуется с показаниями свидетелей и самого осужденного. 

При просмотре видеозаписи с камеры наблюдения, установленной на фасаде 

<

адрес> зафиксировано, что водитель автомобиля ФИО2, двигаясь по левой полосе проезжей части 

<

адрес>, при повороте налево на 

<

адрес>, не уступил дорогу автомобилю Мазда 6, движущемуся со встречного направления прямо, в результате чего произошло столкновение автомобилей, после чего автомобиль 

<

данные изъяты> выехал на тротуар и совершил наезд на пешеходов, в том числе на Потерпевший №1

Из просмотренной видеозаписи с регистратора, установленного в автомобиле Свидетель №1, видно, что последний, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, при возникновении опасности в виде выезда автомобиля ФИО2 на полосу его движения, пытаясь уйти от столкновения, меняет траекторию движения, смещаясь вправо, в результате чего выезжает на тротуар, где сбивает пешеходов.

Согласно заключению судебной автотехнической экспертизы №, водителю автомобиля 

<

данные изъяты> ФИО3 следовало руководствоваться требованиями п. 13.4 ПДД РФ.

Заключениями комиссионной судебной автотехнической экспертизы № и дополнительной комиссионной судебной автотехнической экспертизы № установлено, что место столкновения автомобилей ФИО2 и 

<

данные изъяты> расположено на перекрестке улиц 

<

адрес> на полосе движения автомобиля 

<

данные изъяты>. При этом, водитель автомобиля 

<

данные изъяты> не располагал технической возможностью остановить свой автомобиль, как до «стоп-линии» и до края проезжей части, так и до места столкновения. По условиям безопасности водитель ФИО2 ФИО1 должен был действовать в сложившейся обстановке согласно п. 13.4 ПДД РФ.

Заключением дополнительной комиссионной судебной автотехнической экспертизы № установлено, что водитель автомобиля 

<

данные изъяты> не имел технической возможности остановиться до «стоп-линии», до края проезжей части и до места столкновения путем экстренного торможения с остановкой автомобиля, как при установленной средней скорости движения 81,2 км/ч, так и при разрешенной скорости движения 60 км/ч. Отклонение автомобиля 

<

данные изъяты> от прямолинейного движения вероятно, является следствием воздействия водителя на рулевое колесо, поскольку иные причины не подтверждаются.

Заключением дополнительной комиссионной судебной автотехнической экспертизы № установлено, что при заданных исходных данных средняя скорость автомобиля 

<

данные изъяты> составляла 59,4 км/ч. При движении автомобиля 

<

данные изъяты> по своей полосе движения прямолинейно, столкновение в данном случае не исключалось.

Допрошенный эксперт ФИО15 подтвердил в суде выводы сделанных им экспертиз, при этом отметил, что следствием рассматривались разные варианты действий водителя автомобиля 

<

данные изъяты> Свидетель №1 при выезде автомобиля ФИО2, под управлением ФИО3, на встречную полосу движения, однако всех случаях было установлено отсутствие у свидетеля Свидетель №1 возможности избежать ДТП. 

Согласно выводам судебно-медицинских экспертиз №№ у Потерпевший №1 выявлены телесные повреждения в виде травмы левой голени: внутрисуставного перелома проксимального метаэпифиза большеберцовой кости с переходом на проксимальную треть диафиза; перелома головки малоберцовой кости с удовлетворительным положением костных отломков, которая квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи (за счет перелома диафиза большеберцовой кости), образовавшиеся в срок, соответствующий ДД.ММ.ГГГГ от воздействия тупых твердых предметов. 

Исследованным в судебном заседании доказательствам в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ суд дал надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для рассмотрения уголовного дела.

Показания потерпевшего и свидетелей в целом являются последовательными, логичными, согласуются с иными доказательствами по делу. Сведений об их заинтересованности и оговоре осужденного в материалах дела не содержится, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно принял их в качестве допустимых доказательств.

Выводы судебных экспертиз научно обоснованы, их правильность и объективность сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, они основаны на непосредственном исследовании материалов уголовного дела и видеозаписей.

Неуказание в приговоре показаний эксперта ФИО14, данных на следствии ДД.ММ.ГГГГ и оглашенных с согласия сторон, а также в суде ДД.ММ.ГГГГ, не опровергает правильность выводов суда и не влечет отмену приговора, поскольку, как следует из показаний эксперта ФИО14 на следствии и в суде, согласно протоколу судебного заседания, она фактически подтвердила выводы комиссионных судебных автотехнических экспертиз №№, которые были признаны судом как достоверные и положены в основу приговора. Выводы данных экспертиз также подтвердил в суде эксперт ФИО15, участвовавший в их проведении наравне с экспертом ФИО14

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены полно и объективно.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом достоверно установлено наличие прямой причинно-следственной связи между действиями осужденного ФИО3, управлявшего автомобилем ФИО2, который, в нарушение требований п. 13.4 ПДД РФ, при повороте налево по зеленому сигналу светофора не уступил дорогу автомобилю 

<

данные изъяты>, под управлением Свидетель №1, двигавшемуся со встречного направления прямо, в результате чего создал аварийную ситуацию, пытаясь ее избежать, Свидетель №1 выехал на тротуар, где совершил наезд на потерпевшего Потерпевший №1 и причинением последнему телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью.

При этом доводы осужденного о невыполнении свидетелем Свидетель №1 требований п.п. 6.2, 10.1 ПДД РФ, согласно которым последний выехал на перекресток на запрещающий желтый сигнал светофора, а также при возникновении опасности для движения, не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, опровергаются заключениями комиссионных судебных автотехнических экспертиз №№, согласно выводам которых у свидетеля Свидетель №1 отсутствовала техническая возможность остановить автомобиль Мазда 6 до границ перекрестка и места столкновения, в связи с чем, руководствуясь положения п.п. 6.13, 6.14 ПДД РФ, свидетелю Свидетель №1 разрешалось дальнейшее движение прямо, в том числе при запрещающем желтом сигнале светофора. Таким образом, в рассматриваемом случае, он имел приоритетное право проезда перекрестка, в отличии от осужденного.

Изменение свидетелем Свидетель №1, при возникновении опасности, траектории движения автомобиля 

<

данные изъяты>, с целью предотвратить ДТП, путем воздействия на рулевое колесо не влияет на правильность выводов суда, поскольку в ходе рассмотрения уголовного дела объективно установлено отсутствие у последнего возможности избежать столкновения с автомобилем ФИО2, под управлением осужденного, при прямолинейном движении по своей полосе, что подтверждается выводами заключения комиссионной судебной автотехнической экспертизы №. 

Доводы апелляционной жалобы о разной средней скорости движения автомобиля 

<

данные изъяты>, под управлением свидетеля Свидетель №1, установленной экспертами, в заключении № – 81,2 км/ч, а в заключении № – 59,4 км/ч, также не свидетельствуют об ошибочности выводов суда, как следует из заключений экспертов полученные значения скорости движения являются средним на выбранном участке и могут отличаться от действительного значения в ту или иную сторону. 

Как пояснил эксперт ФИО15, с момента возникновения для водителя автомобиля Мазда 6 Свидетель №1 опасности, в виде выезда автомобиля ФИО2, под управлением ФИО3, на полосу встречного движения, возможность избежать ДТП у Свидетель №1 отсутствовала в принципе.

С учетом установленных обстоятельств суд первой инстанции правильно квалифицировал действия ФИО3 по ч. 1 ст. 264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Оснований для изменения такой квалификации действий виновного суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вместе с тем, указывая в описательно-мотивировочной части приговора, что при совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, ФИО3 предвидел возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), без доставочных к тому оснований самонадеянно рассчитывал на предотвращение этих последствий, пришел к неправильному выводу о том, что данное преступление совершено ФИО3 в форме преступной небрежности.

При этом суд не учел, что в соответствии с ч. 2 ст. 26 УК РФ, если лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий, преступление признается совершенным по легкомыслию.

С учетом изложенного указание суда на л. 7 приговора на совершение ФИО3 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, в форме небрежности подлежит исключению из приговора как ошибочное.

Вносимое изменение не влечет отмену приговора, поскольку при описании преступного деяния, признанного доказанным судом, суд правильно, в соответствии с предъявленным обвинением и установленными в судебном заседании фактическими обстоятельствами дела указал, что ФИО3 проявил преступное легкомыслие. В этой части доводы апелляционных представления и жалобы подлежат удовлетворению.

Наказание ФИО3 назначено в соответствии с требованиями ст. 6, ст. 60 УК РФ с учетом имеющих значение для дела сведений, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности виновного, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, что нашло отражение в мотивировочной части приговора.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО3, судом первой инстанции признано: оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления (п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ).

Новые данные о наличии смягчающих обстоятельств, которые бы не были известны суду первой инстанции при назначении наказания, либо которые в силу закона могли бы являться безусловным основанием для снижения назначенного осужденному наказания судом апелляционной инстанции не установлены.

Помимо этого суд первой инстанции учел: отсутствие у ФИО3 судимостей и его привлечения к административной ответственности за совершение правонарушений в области дорожного движения, его положительные характеристики по месту жительства и работы, отсутствие учетов у врачей психиатра и нарколога.

Решая вопрос о виде и размере наказания, суд первой инстанции в полной мере учел данные о личности виновного, представленные сторонами.

С учетом изложенных данных о личности виновного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что цели наказания, предусмотренные ст. 43 УК РФ, могут быть достигнуты при назначении ФИО3 наказания в виде ограничения свободы, а также о необходимости назначения ему дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ.

С мотивами такого решения, подробно изложенными в приговоре, суд апелляционной инстанции соглашается.

Вопреки доводам апелляционной жалобы назначенное ФИО3 наказание является справедливым и соразмерным содеянному. Оснований для его изменения суд апелляционной инстанции не усматривает.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не установлено.

Руководствуясь п. 9 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Свердловского районного суда г. Белгорода от 26 декабря 2023 года в отношении ФИО3 - изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание суда на совершение ФИО3 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, в форме преступной небрежности, указав, что оно совершено в форме легкомыслия.

В остальном приговор суда - оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Ставинской М.В. и апелляционную жалобу осужденного ФИО3 - удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

Председательствующий судья А.Н. Шведов