Дело № 2-718/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

17 октября 2018 года город Ржев Тверской области 

Ржевский городской суд Тверской области 

в составе председательствующего судьи Ильиной Л.А.,

при секретаре Орловой Е.В.,

с участием истца ФИО1,

ответчиков ФИО2, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

у с т а н о в и л :

В Ржевский городской суд обратился ФИО1 с иском к ФИО2 и ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки. Свои требования мотивировал тем, что 03 февраля 2017 года между ним и ФИО 3 был составлен договор займа с поручительством на сумму эквивалентную 2600 долларов США, со сроком до востребования и обязательством со стороны заемщика об уплате процентов за пользование займом в размере 5 % в месяц, ежемесячно в срок до 20 числа месяца. Данный договор обеспечен поручительством матери заемщика ФИО 1. Поручитель устно гарантировал исполнение обязательств по договору, указывал на наличие в собственности имущества в виде недвижимости в обеспечение принимаемых обязательств. Заемщик получил указанную денежную сумму в полном объеме, что подтверждено распиской. Поручитель по договору ФИО 1 умерла 09 сентября 2017 года (свидетельство о смерти II-ОН №, запись акта о смерти № 732), оставив после себя наследство. ФИО 1 от вступления в наследство отказался в пользу третьего лица. Таким действием сделав невозможным эффективное взыскание долга "из своего имущества". Насколько ему известно, другим имуществом заемщик не обладает. Официальных источников дохода не имеет. В случае смерти поручителя его наследники при условии принятия ими наследства солидарно отвечают перед кредитором другого лица за исполнение последним его обязательств полностью или в части, но каждый из таких наследников отвечает в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. Поручительство - это обязательство, передающееся по наследству. Наследником поручителя явилась ФИО2, которая приняла в наследство квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> (кадастровый №), 

<

данные изъяты> доли в праве на земельный участок, площадью 

<

данные изъяты> кв.м, (кадастровый №) и 

<

данные изъяты> доли в праве на жилой дом (кадастровый №), расположенные по адресу: 

<

адрес>. Согласно закону (ст. 1112 и ст. 1175 ГК РФ) он имеет право требовать исполнения обязательств наследодателя с наследника в лице ФИО2 ФИО2 является пенсионером, в силу возраста не работает. Таким образом, исполнить унаследованные долговые обязательства в разумный срок может только путем реализации унаследованного имущества или передачи его в натуральном виде. 28 марта 2018 года была зарегистрирована сделка по изменению прав собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №, в пользу ФИО3. ФИО2 известно о долговых обязательствах ФИО 1, в том числе в виду того, что она привлечена в качестве ответчика по делу 2-177/2018, исковое заявление подано 22 января 2018 года. Сделка совершена ею сознательно, во время идущего судебного процесса. Данная сделка нарушает его права и права других заимодавцев и кредиторов по обязательствам ФИО 1, так как ФИО2 не имеет иной возможности исполнить принятые на себя в составе наследства обязательства. Указанная сделка ведет к невозможности удовлетворения его требований из стоимости указанного имущества. Таким образом, данное действие является злоупотреблением правом, поскольку направлено на исключение возможности обращения взыскания на имущество правопреемника по долгу. Просит признать сделку, стоящую в основе передачи прав собственности на квартиру с кадастровым номером № и зарегистрированную 28 марта 2018 года, недействительной и применить последствия недействительности этой сделки. 

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал исковые требования о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по другим основаниям, суду пояснил, что им подан иск о признании недействительной сделки по передаче прав собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, а именно: договора дарения имущества от 24.03.2018 года, заключенного между ФИО2 и ФИО3 Свое исковое заявление основывает на положениях пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ и п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации". Заявляет, что данной сделкой нарушены его права в виде права требования исполнить финансовое обязательство, которое возникло у ФИО2 перед ним, в силу положений закона и прилагаемых документов. Обязательство ФИО2 возникло исходя из следующих обстоятельств. 23 сентября 2016 года ФИО 1 взяла на себя обязательство в виде солидарного поручительства по договорам займа между ее сыном ФИО 3 и ФИО 2. По двум договорам займа ФИО 1 получил денежные средства общей суммой 690 000 рублей под проценты в размере 170% за срок пользование займом (5 лет). ДД.ММ.ГГГГ поручитель ФИО 1 умерла, наследником после нее стала ее мать ФИО2. 21 марта 2018 года ФИО2 получила свидетельство о праве на наследство у нотариуса ФИО4 по наследственному делу № 191/2017 и приняла в свое распоряжение наследственное имущество, в частности, квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №. ФИО2 вступила в наследство после ФИО 1 Таким образом, у ФИО2 возникло обязательство в виде солидарного поручительства по договорам займа от 23 сентября 2018 года в силу закона, на основании положения статей 361 и 363 ГК РФ в совокупности со статьями 367, 1112, 1175 ГК РФ. В том числе с учетом разъяснений согласно Постановлению № 42 от 12 июля 2012 г. ВАС РФ (пункты 1, 2, 7, 20, 35); Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9 "О судебной практике по делам о наследовании" (п.60 и 62). Согласно солидарному обязательству в случае наличия просрочки исполнения заемщиком займодавец имеет право потребовать возврата суммы долга и причитающихся ему процентов только с поручителя п. 1 ст. 363 ГК РФ (Определение Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 18.05.2010 № 10-В10-3). Согласно ст. 408 ГК РФ нахождение долговой расписки у заимодавца подтверждает неисполнение денежного обязательства со стороны заемщика. Таким образом, согласно расписке и договору займа у заемщика и поручителя имеется неисполненное обязательство перед истцом. ("Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 13.04.2016)). Расписки приложены к настоящему исковому заявлению. Таким образом, у займодавца возникло право требования исполнения обязательства в виде возврата суммы долга и причитающихся ему процентов с поручителя, в данном случае в лице наследника, а именно: в лице ФИО2 06 июня 2018 года права требования по договорам займа от 23 сентября 2018 года были переданы ФИО1 на основании договора уступки прав. В связи с вышеизложенным и на основании приложенных документов у него имеется право требовать исполнение обязательства с ФИО2 Ухудшение ее материального положения путем безвозмездного отчуждения имущества нарушает его права на получение денежных средств по данным финансовым обязательствам в сумме 690 000 рублей основного долга, а также процентов за пользование денежными средствами по договору. В данном случае сделка, а именно: договор дарения между ФИО2 и ФИО3, - не несёт никаких финансовых последствий для сторон, не имеет материального смысла, поскольку заключена между матерью и сыном. У ФИО2, как у наследницы ФИО 1, имеются финансовые обязательства, любое отчуждение собственности ведёт к невозможности исполнения этих обязательств. ФИО 1 обратилась к его отцу с просьбой дать в долг, отец взял денежные средства в банке, чтобы передать ФИО 1 Денежные средства по договорам займа в судебном порядке ни с кого из заемщиков – должников: ФИО 1, ФИО 3, ФИО2, не взыскивались. Он понимает, что в законе не содержится запрета на совершение сделки, но этим договором нарушены его права на возврат долга. Просит удовлетворить его исковые требования, признать договор дарения от 24.03.2018 года между ФИО2 и ФИО3, согласно которому были переданы права собственности на квартиру с кадастровым номером №, недействительным, применить последствия недействительности сделки, возвратить стороны в первоначальное положение: вернуть квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №, в собственность ФИО2

Ответчик ФИО2 исковые требования не признала, суду пояснила, что она вступила в наследство после смерти своей дочери ФИО 1 Вступал ли кто-то ещё в наследство, ей не известно. Квартиру по адресу: 

<

адрес>, которую она получила в наследство после смерти ФИО 1, она подарила сыну ФИО3 по договору дарения от 24.03.2018 года, так как квартира изначально принадлежала ему и была куплена им в 2008 году за собственные денежные средства. Часть средств была им получена по сертификату, выданному ему как ликвидатору Чернобыльской катастрофы, а часть – в банке по кредитному договору. Сын с 2008 года проживает в этой квартире, другого жилья у него нет. Достоверно о займах дочери ей не известно, но дочь говорила, что занимала у соседей деньги и отдавала большие суммы. Она говорила, что брала в долг для своего сына ФИО 3, поскольку тот просил об этом. Также ей известно, что дочь занимала деньги у Акмана, у кого именно: у истца или у его отца, она не знает. Договоров займа ФИО 1 с ФИО1 или ФИО 2 она не видела, видела у дочери только кредитный договор с банком в 2016 году, дочь по кредиту расплачивалась. Также ей известно, что ФИО 1 расплачивалась по долгам перед ФИО5, так как дочь в счёт долга отдала им свою трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, вместе с вещами и мебелью. Этой квартиры не было в наследственной массе. До заключения договора дарения с неё денежных средств в возмещение долга ФИО 1 в пользу ФИО1 или его отца ФИО 2 не взыскивалось, к ней никто из ФИО6 претензий по возврату долга не предъявлял. Просила в удовлетворении исковых требований отказать. 

Ответчик ФИО3 исковые требования не признал, суду пояснил, что умершая ФИО 1 приходится ему родной сестрой. Квартира по адресу: 

<

адрес>, была приобретена им в августе 2008 года на денежные средства, полученные за участие в ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы, а также он брал ссуду в банке. С 2008 года он проживал и продолжает проживать в этой квартире, она является его единственным жилым помещением. Почти сразу после покупки квартиры он подарил её своей сестре ФИО 1, т.к. боялся, что эта квартира будет включена в раздел имущества супругов, он тогда разводился с женой. Впоследствии ФИО 1 хотела обратно подарить квартиру ему, у них имелась договорённость с сестрой, что квартиру она ему вернёт путём оформления договора дарения, но она всё откладывала "на потом", не успела переоформить квартиру, т.к. заболела и умерла. Об имеющихся у сестры долгах он не знал. Уже после смерти ФИО 1 его племянник А. (сын ФИО 1) сказал, что у него есть долги, наверно, поэтому он не стал вступать в наследство. Просил в удовлетворении исковых требований отказать. 

Заслушав стороны, исследовав представленные материалы, суд считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат. 

Согласно п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Судом установлено, что 24 марта 2018 года между ФИО2 и ФИО3 заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: Тверская область, 

<

адрес>, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м.

Управлением Федеральной регистрационной службы по Тверской области 28 марта 2018 года произведена государственная регистрация договора дарения от 24.03.2018 года и права собственности ФИО3 на данную квартиру, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 28.03.2018 года. Кадастровая стоимость недвижимого имущества - квартиры равна 907 401 рубль 23 копейки. 

В соответствии с п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Согласно п. 3 ст. 433 ГК РФ договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

На основании п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В судебном заседании установлено, что квартира, расположенная по адресу: Тверская область, 

<

адрес>, принадлежала ФИО2 на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 21.03.2018 года, оставшегося после смерти её дочери ФИО 1, умершей 09 сентября 2017 года (свидетельство о смерти II-ОН №, запись акта о смерти № 732 от 09.09.2017 года).

В силу п. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно п. 4 ст. 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

В соответствии со ст. 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Из копии наследственного дела № 191/2017 на имущество ФИО 1, умершей 09.09.2017 года, следует, что наследниками по закону после её смерти являются: сын – ФИО 1 и мать – ФИО2. Наследственное имущество состоит из квартиры, расположенной по адресу: Тверская область, 

<

адрес>, 1/4 доли в праве на земельный участок и 

<

данные изъяты> доли в праве на жилой дом, расположенные по адресу: 

<

адрес> ФИО 1 от наследства отказался, что подтверждается его заявлением нотариусу от 24.10.2017 года. 

После смерти ФИО 1 нотариусом Ржевского нотариального округа Тверской области ФИО4 наследнице ФИО2 21.03.2018 года было выдано свидетельство о праве на наследство по закону № на квартиру, расположенную по адресу: Тверская область, 

<

адрес>. 

После получения свидетельства о праве на наследство по закону ФИО2 передала безвозмездно в собственность спорную квартиру своему сыну ФИО3, который в свою очередь принял в качестве дара квартиру. 

Согласно п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон.

В силу ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. 

Принцип свободы договора является одним из наиболее важных гражданско-правовых принципов.

Согласно гражданско-правовому смыслу указанной нормы права свобода договора заключается в том, что каждый участник гражданского оборота вправе самостоятельно решать, вступать или не вступать в договорные отношения.

Суд учитывает, что договор дарения от 24.03.2018 года между ФИО2 и ФИО3 был заключен в предусмотренной законом форме и полностью исполнен сторонами, прошел обязательную государственную регистрацию. 

Заявленные истом требования мотивированы тем, что данной сделкой нарушены его права, в виде права требования исполнить финансовое обязательство, которое возникло у ФИО2 перед ним, как наследницы поручителя ФИО 1 по двум договорам займа от 23 сентября 2016 года.

В судебном заседании установлено, что ФИО 1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, взяла на себя обязательство в виде поручительства по договорам займа от 23.09.2016 года, заключенных между ее сыном ФИО 3 и ФИО 2, один договор на сумму 340 000 рублей, второй – 350 000 рублей, что подтверждается имеющимися в материалах дела данными договорами и расписками ФИО 3 о получении денежных средств от 23.09.2016 года, приложенных к каждому договору. Данные договора заключены на срок – 60 месяцев. 

По договору уступки прав от 06.06.2018 года ФИО 2 передал права по вышеназванным договорам займа ФИО1.

Доводы истца ФИО1 мотивированы тем, что на основании вышеуказанных документов у него возникло право требования исполнения обязательства в виде возврата суммы долга и причитающихся ему процентов, с поручителя, в данном случае в лице наследника - ФИО2

Истец полагает, что договор дарения является ничтожной сделкой и должен быть признан недействительной на основании п. 2 ст. 168 ГК РФ, поскольку в результате совершения сделки безвозмездно отчуждено дорогостоящее имущество, которое могло быть направлено на погашение кредиторской задолженности.

При этом истец не указывает, какие именно требования закона или иного правового акта нарушены сторонами договора при его заключении. Истцом не названо основания ничтожности сделки.

При этом суд учитывает, что право требования по данным договорам займа возникло у истца только с 06.06.2018 года, т.е. после заключения договора дарения, до даты смерти ФИО 1 никаких требований об исполнении обязательств по договорам займа от истца или предыдущего займодавца ФИО 2 к ней не поступало, а на дату открытия наследства и заключения оспариваемой сделки ее задолженность не была установлена, решение о взыскании задолженности ФИО 1 с наследников также не принималось. Кроме того, данные договоры займа на момент рассмотрения данного дела являются действующими, из пояснений самого истца следует, что взысканий денежных средств в судебном порядке по данным договорам займа не производилось, ни он, ни его отец ФИО 2 с исками о взыскании долга к ФИО 1 или поручителю ФИО 1 в суд не обращались. 

Помимо этого, судом установлено, что спорная квартира не являлась предметом залога, и на дату заключения договора дарения под арестом не находилась, т. е. не была обременена правами третьих лиц.

Суд также исходит из того, что сделка дарения совершалась без цели причинения вреда имущественным правам займодавца. Спорная сделка имела под собой цель обеспечения жилищных прав сына ФИО2 ФИО3, для которого данная квартира является единственным жильем, и он проживает в ней с 2008 года.

Презумпция добросовестности и разумности действий субъектов гражданских правоотношений предполагает, что бремя доказывания обратного лежит на той стороне, которая заявляет о недобросовестности и неразумности этих действий.

Доказательств, что оспариваемый договор дарения заключен ФИО2 при наличии злоупотребления правом, истцом не представлено.

Доводы истца о том, что поручительство ФИО 1 по договорам займа ее смертью не прекратилось, а перешло к наследнику, принявшему наследство, во внимание приняты быть не могут, и о наличии у истца юридической заинтересованности в оспаривании совершенной сделки не свидетельствуют, поскольку каких-либо требований к ФИО 1 о взыскании задолженности по договорам займа истцом не заявлялось, такая задолженность с ее наследников не взыскивалась.

В связи с этим суд полагает, что спорным договором права и законные интересы истца не нарушаются, в связи с чем оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора дарения недвижимого имущества от 24 марта 2018 года и применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Тверской областной суд через Ржевский городской суд.

Председательствующий

Мотивированное решение составлено 25 октября 2018 года.