ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

ПРЕЗИДИУМА САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО 

ГОРОДСКОГО СУДА

№44г-13/2019

Санкт-Петербург

30 января 2019 г.

Президиум Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Лакова А.В. 

и членов президиума

ФИО1, ФИО2, 

ФИО3, ФИО4, 

ФИО5 

при секретаре

ФИО6

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1578/2018 по иску ФИО7 к обществу с ограниченной ответственностью "Супер-Мебель" о расторжении договора купли-продажи, взыскании стоимости товара, суммы убытков, неустойки, компенсации морального вреда и штрафа,

на основании кассационной жалобы ФИО7 на решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 19 февраля 2018 г. и на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 6 сентября 2018 г., переданной для рассмотрения в судебном заседании президиума Санкт-Петербургского городского суда определением судьи от 29 декабря 2018 г.

Заслушав доклад судьи Рогачева И.А., объяснения ФИО7 и её представителя адвоката Синицыной И.Ю., поддержавших кассационную жалобу, президиум 

УСТАНОВИЛ:

ФИО7 в апреле 2017 г. обратилась в суд с требованиями, уточненными и дополненными в ходе судебного разбирательства, о расторжении договора купли-продажи мебели, заключенного с ООО «Супер-Мебель» 19 ноября 2016 г., о взыскании уплаченной по договору цены товара – 20.100 руб., неустойки за нарушение срока возврата уплаченной суммы – 42.612 руб., компенсации морального вреда – 20.000 руб., убытков в размере стоимости услуг по подъёму мебели на этаж – 3.300 руб., штрафа, предусмотренного пунктом 6 ст.13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. №2300-I "О защите прав потребителей", просила также возместить расходы, связанные с доказыванием (по оплате рецензии на заключение судебной экспертизы), в сумме 15 000 руб., почтовые расходы – 298 руб., расходы на оплату юридических услуг в общей сумме 68 300 руб.

В обоснование заявленных требований истица указала, что 19 ноября 2016 г. сторонами был заключен договор купли-продажи дивана по цене 20.100 руб. Доставка товара была осуществлена 13 декабря 2016 г. После получения дивана истицей при его осмотре были выявлены недостатки товара, а именно: два темных пятна на ткани, отсутствие обивки бельевого ящика, шатающиеся боковины. В связи с этим 15 декабря 2016 г. истица обратилась к продавцу с претензией, по её требованию товар был заменен на новый 16 января 2017 г., однако предоставленный на замену диван также имеет недостатки: на обивке имеется много темных пятен, бельевой ящик обит не той тканью, которая была выбрана истицей при заказе товара, боковины шатаются, концы шурупов выступают из фанеры. 

18 января 2017 г. и 14 февраля 2017 г. истица обращалась к ответчику с претензиями, содержавшими требования о расторжении договора купли-продажи и о возврате уплаченной за товар денежной суммы, однако эти требования не были удовлетворены.

После проведения по делу судебной экспертизы истица уточнила основания заявленных требований, ссылаясь на то, что при заключении договора купли-продажи не обладала необходимой информацией о характеристиках дивана, в том числе выявленных в ходе экспертного исследования, влияющих на его потребительские свойства (т.1, л.д.155-157).

Решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 19 февраля 2018 г. в удовлетворении требований ФИО7 отказано. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 6 сентября 2018 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения, поданная ФИО7 апелляционная жалоба – без удовлетворения.

В кассационной жалобе, поступившей в Санкт-Петербургский городской суд 19 октября 2018 г., ФИО7 просит отменить вышеназванные судебные постановления, считая их не соответствующими нормам материального и процессуального права, и вынести новое решение по существу спора.

Дело истребовано определением судьи Санкт-Петербургского городского суда от 25 октября 2018 г., поступило 7 ноября 2018 г. Определением судьи от 10 января 2019 г. жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Дело рассмотрено президиумом в отсутствие представителя ответчика, надлежаще извещенного о времени и месте судебного заседания суда кассационной инстанции, о причинах неявки представителя не сообщившего.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум приходит к выводу об отмене обжалуемых судебных постановлений с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В силу статьи 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Президиум находит, что такие нарушения допущены судами обеих инстанций и выразились в неприменении норм материального права, подлежавших применению, вследствие чего не были в полном объеме установлены юридически значимые обстоятельства и не оценены надлежащим образом доводы истицы, приводившиеся в обоснование её требований.

В кассационной жалобе ФИО7 указывает, в частности, на то, что при заключении договора купли-продажи продавец не предоставил ей всей необходимой информации о товаре; соответствующие доводы приводились ею в ходе судебного разбирательства, однако судебными инстанциями не применены положения законодательства о защите прав потребителей, определяющие последствия предоставления ненадлежащей информации потребителю. 

В качестве значимой информации, которой она не располагала при заключении договора, истица указывает в том числе сведения о том, что при установке подлокотников от другой модели на модель дивана без подлокотников возможно их шатание; что подлокотники не будут выполнять свою основную функцию, а только декоративную; что подлокотники будут прикреплены не болтами, как у всех моделей, а при помощи направляющих.

Действительно, вышеназванные доводы должным образом не оценены в судебных постановлениях.

Исходя из предмета и условий договора, заключенного сторонами 19 ноября 2016 г., он правильно квалифицирован судами как договор купли-продажи, в связи с чем к отношениям сторон подлежали применению общие положения Закона РФ "О защите прав потребителей", а также нормы его главы II о защите прав потребителей при продаже товаров.

В силу пункта 1 ст.10 вышеназванного Закона изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. 

Пунктом 2 той же статьи предусмотрено, что информация о товарах (работах, услугах) в обязательном порядке должна содержать, в частности, сведения об основных потребительских свойствах товаров (работ, услуг).

В соответствии с пунктом 1 ст.12 того же Закона, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.

Согласно пункту 2 ст.12 продавец (исполнитель), не предоставивший покупателю полной и достоверной информации о товаре (работе, услуге), несет ответственность, предусмотренную пунктами 1 - 4 ст.18 или пунктом 1 ст.29 этого Закона, за недостатки товара (работы, услуги), возникшие после его передачи потребителю вследствие отсутствия у него такой информации.

Из приведенных положений закона в их взаимосвязи следует, что для оценки правомерности требования потребителя об отказе от исполнения договора купли-продажи, заявленного в порядке п.1 ст.12 Закона, имеет значение то, в чем именно заключается неполнота информации о товаре, повлекла ли она негативные последствия для потребителя и какие именно, относятся ли они к основным потребительским свойствам товара. 

При этом к числу основных потребительских свойств товара, безусловно, должны быть отнесены те его характеристики, которые прямо отражены в описании товара при его продаже потребителю. 

Как разъяснено в пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 №17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных ему недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о его свойствах и характеристиках, имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12). 

В свою очередь, под недостатком товара (работы, услуги) в силу положений преамбулы вышеназванного Закона понимается их несоответствие или обязательным требованиям, предусмотренным законом либо в установленном им порядке, или условиям договора (при их отсутствии или неполноте условий обычно предъявляемым требованиям), или целям, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или целям, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцу и (или) описанию при продаже товара по образцу и (или) по описанию.

Судами в ходе разбирательства дела установлено, что сторонами при заключении договора было достигнуто соглашение о конкретном конструктивном изменении модели дивана – путем установки боковин (подлокотников) от другой модели на модель дивана, выпускаемую без подлокотников. 

Вместе с тем суды признали, что такое изменение не привело к возникновению недостатка и не препятствует использованию дивана по назначению; данный вывод основан на заключении судебной экспертизы, исходя из которого указываемое истицей в качестве недостатка шатание подлокотников дивана обусловлено именно вышеназванным конструктивным изменением, а его устранение возможно путем демонтажа ножек, имеющихся на подлокотниках, которые выполняют исключительно декоративную функцию.

Однако при разрешении спора судами применены только нормы Закона о продаже товара с недостатками, в то время как доводы истицы об отсутствии у неё надлежащей информации о товаре правовой оценки не получили. 

Какие-либо суждения о том, влияет ли на потребительские свойства дивана факт выполнения подлокотниками исключительно декоративной функции, а также необходимость дополнительных конструктивных изменений (демонтажа ножек) для устранения шатания подлокотников, будет ли диван соответствовать его описанию в договоре купли-продажи, заключенном сторонами, и правомерна ли в связи с этим ссылка истицы на отсутствие у неё надлежащей информации о товаре, в судебных постановлениях отсутствуют, несмотря на то, что соответствующие доводы приводились стороной истицы как в объяснениях в суде первой инстанции (т.1, л.д.146-147, 155-157, т.2, л.д.37), так и в апелляционной жалобе (т.2, л.д.83-90).

Как отражено в судебных постановлениях и подтверждено материалами дела, во всех случаях обращения к продавцу с претензиями ФИО7 указывала в качестве его недостатков шатающиеся боковины (подлокотники), ссылалась на пояснения сборщиков об особенностях конструкции дивана, не позволяющих затянуть крепления вплотную.

Соответствующие заявления делались истицей без какой-либо задержки: после первичной доставки товара 13.12.2016 претензия была передана ответчику 15.12.2016, о чем имеется отметка на спецификации – приложении к договору купли-продажи (т.1, л.д.18) и была признана ответчиком, о чем свидетельствует доставка нового товара 16.01.2017; после этого 18.01.2017 истица вновь обратилась к ответчику с письменной претензией.

Данные обстоятельства подлежали оценке судами на предмет соблюдения условия о разумном сроке, предусмотренного пунктом 1 ст.12 Закона для случаев отказа от исполнения договора вследствие ненадлежащей информации о товаре.

В письменной претензии от 18.01.2017 истица указала, что подлокотники, как и в первом диване, шатаются, сборщики заявили, что это такая конструкция и сделать что-либо невозможно, т.к. подлокотники вставляются сверху и затянуть их крепежом невозможно; ФИО7 просила принять от неё диван и вернуть уплаченную за товар денежную сумму (т.1, л.д.20).

В претензионном письме, датированном 30.01.2017 и принятом ответчиком 03.02.2017, содержание которого приведено в судебных постановлениях, истица подробно изложила обстоятельства, которыми обусловлена невозможность закрепить подлокотники, указав на то, что модель дивана "Ульяна 4", выставленная в зале продавца, подлокотников не имеет, но, как было сказано продавцом, по заказу покупателя возможно изготовление данной модели с подлокотниками. Возможности ознакомиться с конкретным образцом дивана той же модели с подлокотниками истица при заказе товара не имела. Вместе с тем в диване "Ульяна 4" с подлокотниками (приобретенном истицей) подлокотники шатаются; по словам сборщиков затянуть их крепежом невозможно ввиду конструктивных особенностей дивана. По мнению истицы, это свидетельствует о конструктивном недостатке товара (т.1, л.д.21).

То обстоятельство, что при заключении договора сторонами действительно были согласованы характеристики товара, предполагавшие изменение модели дивана "Ульяна 4" путем установки подлокотников от другой модели, усматривается из спецификации к договору купли-продажи, где в графе "Наименование" указано: "У4, книжка с подлокотниками от У4В, подлокотники с наклад. №5 без стаканов" (т.1, л.д.18). 

К делу приобщено техническое описание набора мебели для гостиной "Ульяна" производителя мебели ООО "СИТИ" (2015 г.), включающее изображения и описания модели дивана-кровати "Ульяна-4", имеющего механизм раскладки "книжка", не имеющего подлокотников (боковин) и предусматривающего опоры в виде ножек на нижней части рамы дивана (л.д.92, 99), а также модели "Ульяна-4В", имеющего механизм раскладки "книжка-выкатная", имеющего боковины (подлокотники) и предусматривающего опору на ножки, закрепленные на нижней части боковин (л.д.93, 100).

В связи с возникшим спором определением суда первой инстанции от 21.07.2017 по делу была назначена судебная товароведческая экспертиза на предмет выявления недостатков товара, производство которой поручено ООО ЦНЭ «Экспертиза мебели».

Согласно заключению эксперта №035/29.06/экс от 27.07.2017 (т.1, л.д.114-136) качество товара, указанное в спецификации к договору купли-продажи №1475 от 19.11.2016, соответствует условиям договора: совпадает название изделия, использование подлокотников от другой модели, ткань, ткань компаньон, размер спального места, гарантийный срок. 

В соответствии с выводами эксперта недостатки, обнаруженные при проведении экспертизы, являются результатом требований к конструкции изделия при его заказе со стороны покупателя – соединения модели дивана У4 с подлокотниками от дивана У4В.

Как указал эксперт, основополагающей конструкцией дивана-книжки является опора всего изделия на опорную часть (ножки) подлокотников. В случае с моделью дивана У4 опора изделия переносится на раму (бельевой ящик), и подлокотники выполняют не опорную функцию, а декоративную, с измененным методом крепления – вместо болтовых креплений на направляющие. В этом случае для соблюдения высоты подлокотников опорные ножки должны демонтироваться, по желанию заказчика ножки оставлены на месте. Высота ножек, оставленных на подлокотниках изделия, не позволяет плотно зафиксировать в направляющих подлокотник и раму, из-за чего происходит движение подлокотников (качание), а также перепад по высоте от поверхности места для сидения и спинки дивана. Изделие, скомпонованное по желанию заказчика согласно договору от 19.11.2016, получилось с восемью ножками: четыре ножки на раме изделия несут функцию основных опор, четыре ножки на подлокотниках - декоративную.

Заключение судебной экспертизы было исследовано судом первой инстанции с допросом эксперта И., давшего разъяснения относительно порядка исследования, сделанных выводов и их оснований, подтвердившего, что все указанные истцом недостатки являются результатом ее выбора спецификации дивана, а именно соединения различных моделей, использующих различные крепежные системы, в одну модель; неплотное закрепление подлокотников к каркасу дивана обусловлено тем, что в подлокотниках по волеизъявлению потребителя оставлены ножки.

Вместе с тем приведенный в судебных постановлениях вывод эксперта о том, что демонтаж ножек с подлокотников позволит избежать шатания последних, отсутствует как в письменном заключении судебной экспертизы, так и в пояснениях эксперта, зафиксированных в протоколе судебного заседания от 19.02.2018 (т.2, л.д.40-41), в том числе с учетом удовлетворенных судьей замечаний на протокол судебного заседания (т.2, л.д.60-65).

На чем основано указание эксперта о том, что изменение конструкции крепления подлокотников с болтовых на направляющие с демонтажем ножек было предусмотрено по желанию заказчика, из заключения судебной экспертизы и иных материалов дела не усматривается; имеющиеся в деле документы не содержат такого волеизъявления покупателя, в своих письменных объяснениях, в апелляционной и в кассационной жалобе ФИО7 оспаривает факт согласования с нею указанного конструктивного изменения.

При этом на изображении модели дивана "Ульяна-4В" в техническом описании, приобщенном к делу, подлокотники (боковины) имеют ножки (л.д.100), а их установка на модель дивана "Ульяна-4", согласованная сторонами, предполагала сохранение внешнего вида боковин. Следовательно, вопреки выводам эксперта и основанным на них выводам судов, именно необходимость демонтажа ножек подлежала согласованию с покупателем.

В свою очередь, какая-либо оценка того, приводит ли демонтаж ножек с боковин (подлокотников) дивана к существенному изменению его потребительских свойств, в судебных постановлениях отсутствует, в то время как, согласно доводам истицы, её не устраивает выполнение подлокотниками исключительно декоративной функции, на которую указал эксперт.

Кроме того, в соответствии с выводами эксперта недостаток товара в виде шатающихся боковин подтвержден, хотя и обусловлен соединением двух разных моделей дивана и является устранимым. В такой ситуации на ответчике лежала обязанность доказать, что до истицы была в полном объеме доведена информация о возможных особенностях выбранной ею конструкции дивана по сравнению с имевшимися в её распоряжении образцами, включая необходимость дополнительных манипуляций для обеспечения пригодности дивана к использованию (в частности, демонтажа ножек).

Осуществленный истицей выбор особой конструкции дивана (соединения элементов различных моделей) не означает, что любые обусловленные этим негативные последствия ложатся на потребителя, и не освобождал продавца от необходимости довести до сведения истицы в полном объеме информацию о возможных изменениях потребительских свойств товара.

В кассационной жалобе ФИО7 также правильно указывает, что судами без необходимой проверки и оценки отвергнуты её доводы о недостатках заключения судебной экспертизы, в том числе о неполноте проведенного исследования и использовании неверных методик экспертом.

Так, судами не дано подробной оценки содержанию рецензии эксперта АНО "Центр экспертиз и контроля качества мебели" Ш. от 31.08.2017, представленной истицей с целью опровержения заключения судебной экспертизы и обоснования необходимости назначения повторной экспертизы (т.1, л.д.168-181). 

Указания судов на то, что рецензия получена вне рамок рассмотрения дела, не отвечает требованиям, предъявляемым к экспертному заключению в силу ст.86 ГПК РФ, и не является допустимым доказательством, а также что нормами ГПК РФ не предусмотрено оспаривание экспертного заключения рецензией другого экспертного учреждения, нельзя признать правильными, поскольку доводы истицы, основанные на содержании рецензии, сводились к указанию на конкретные недостатки, допущенные при проведении судебной экспертизы, и во всяком случае нуждались в оценке.

При этом в заключении судебной экспертизы действительно усматривается неполнота, влияющая на оценку достоверности выводов эксперта, и в частности, с учетом данных экспертом в суде пояснений о том, что ножки подлокотников не выполняют опорной функции (ни на что не опираются), его вывод о причинной связи между наличием указанных ножек и шатанием подлокотников являлся немотивированным (не содержит описания механизма появления шатания), чему судами не дано какой-либо оценки.

С учетом изложенного принятые по делу судебные постановления не соответствуют нормам материального и процессуального права и подлежат отмене. 

Принимая во внимание, что для правильного разрешения спора необходимо исследование и надлежащая оценка дополнительных обстоятельств, которые должны быть поставлены на обсуждение и сторонам предоставлена возможность доказывания, дело подлежит направлению для нового рассмотрения в суд первой инстанции.

Руководствуясь статьями 387-390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 19 февраля 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 6 сентября 2018 г. отменить, дело направить в суд первой инстанции для нового рассмотрения в ином составе судей.

Председательствующий А.В.Лаков